Разврат

Снейп уставился на труп Шики, и на его лице отразилась целая гамма эмоций. Гермиона понимала, что это должно для него значить: возможность снова обрести равновесие и ослабить давление, которое оказывало на него болезненное прошлое. Поэтому, даже находясь на грани срыва, Гермиона молчала из уважения к его чувствам. Также она не знала, простит ли ее Снейп за подмену зелий. Это сработало: подарило им надежду, когда той почти не осталось. Но она действовала за его спиной, и теперь ей предстоит неловкое объяснение, почему у нее было с собой зелье похоти или, точнее, связующее зелье, изготовленное явно специально для него. Но в следующее мгновение все сомнения рассеялись. Снейп поднял на нее напряженный взгляд своих темных глаз. После чего несколькими быстрыми движениями освободил ее и заключил в объятия. Гермиона потеряла слишком много крови и была на грани обморока, но все же вцепилась в него изо всех оставшихся сил. Конечно, с момента, как ее похитили, она надеялась, что он придет за ней. Поэтому, когда она увидела, как он уверенно шагнул к ней, чтобы обнять, ее сердце сжалось. Гермиона понимала, что ему грозит опасность, но, несмотря на это, он в первую очередь беспокоился о ней, и в тот же миг их связь окрепла настолько, что ей было бы трудно отпустить его. Снейп все еще был обнажен выше пояса, и из его запястья обильно сочилась кровь, но он не отрывал от нее взгляда, осматривая ее раны, залечивая те, что было возможно, и прочищая и дезинфицируя порезы, оставленные оборотнем. Он, как и Гермиона, отлично понимал, что излечить их без специальных средств не удастся. Донеся ее до ближайшего стула, Северус осторожно усадил ее. – Мне нужно отойти. Всего на минуту, – сказал он. Она крепче прижалась к нему, и он нежно погладил ее по щеке. И вдруг он сделал нечто неожиданное. Несмотря на то, что действовать нужно было срочно, Снейп поцеловал ее, глубоко и страстно, словно каким-то образом понял, что ей сейчас нужно. Гермионе, уже готовой упасть в обморок, больше всего на свете был необходим его поцелуй, в котором читалось обещание, что все будет хорошо, и это успокоило ее. Возможно, теперь и впрямь все так и будет. Быстро поднявшись, Снейп вошел в комнату, где скрывалась Шика. Мгновение спустя он вернулся, двинулся к другой двери и рывком распахнул ее, держа палочку наготове. Гермиона не могла туда заглянуть, но до нее донеслось шуршание и звон стекла, которые подсказали, что Северус перебирает какие-то бутылки или баночки. Через несколько минут он вернулся не с пустыми руками. – Выпей это. Он поднес бутылочку к губам Гермионы, и ей в горло заструилась горькая жидкость. Через несколько секунд боль утихла. Северус тут же дал ей второе зелье, от которого она ощутила себя бодрее. Затем он вытряхнул содержимое двух флаконов в небольшую чашу и с помощью лопатки превратил смесь в серебристую пасту. Зачерпнув ее заостренным кончиком лопатки, он осторожно нанес смесь на порезы Гермионы сначала на щеке, потом на груди. Кожу на лице стянуло, едва Снейп провел по ней холодным металлом, но, когда он бережно нанес пасту ей на грудь, кровь из рваных ран, оставленных когтями, остановилась, и те начали мгновенно срастаться. И только обработав все ее раны, он намазал свое кровоточащее запястье. Порез тут же затянулся и превратился в свежий шрам. Северус тоже выпил два зелья, и Гермиона заметила, как расслабилось его тело. Без сомнения, его мучили беспокойство и боль, и зелья избавили его либо от чего-то одного, либо сразу от обеих проблем. Что бы он ни принял, Гермионе было все равно, даже если это самый тяжелый наркотик в мире: она считала, что прямо сейчас Снейп заслужил, черт побери, небольшое облегчение. – Моя палочка, – хрипло прошептала она потрескавшимися губами. – В столе. Не мог бы ты дать ее мне? Северус достал ее палочку из одного из ящиков письменного стола. Гермиона сделала слабое движение над своими волосами, пытаясь сотворить распутывающее заклинание. К сожалению, у нее получилось лишь запутать их сильнее. Снейп придержал ее руку, подвинул стул и тихо произнес заклинания, от которых ее волосы нежно приподнялись и распрямились, и с них посыпался дождь из веток и листьев. – Тщеславие ни к чему хорошему не приводит, мисс Грейнджер, – пробормотал он, пробежав пальцами по ее кудрям. – Я думал, у нас есть более важные дела, не терпящие отлагательств. Гермиона устало кивнула. – Я знаю. Я просто как будто все еще ощущаю на себе лапы этого оборотня. Я думала, если уберу все следы, то почувствую… Северус провел рукой по ее щеке и прижал большой палец к губам, показывая, что все понял. Взмахнув над ней палочкой, он наложил еще Очищающее и Восстанавливающее заклинания, так что ее одежда вернулась в прежнее состояние. В его действиях сквозила такая нежность и забота, что Гермиона ощутила, как на глаза наворачиваются слезы. – Спасибо, – пробормотала она, крепко зажмурившись: у нее не было сил заставить себя посмотреть на него. – Это мне нужно тебя благодарить, – прошептал Снейп ей на ухо. – Этот фокус с подменой зелья был… потрясающим, – он отстранился, и Гермиона, открыв глаза, увидела его пристальный взгляд, направленный на нее. – Мне будут нужны объяснения. Гермиона покорно вздохнула. Она знала, что когда-нибудь это случится, но чем позже, тем лучше. – Но прямо сейчас нам нужно разобраться с этим, – Снейп встал и повернулся к огромной обнаженной туше Парсонса, который все так же лежал на полу. Сделав жест по кругу палочкой, Северус связал его тело, стянув конечности вместе, после чего отлевитировал из угла комнаты разорванную серую футболку и трансфигурировал ее размер в гораздо больший. В нее он завернул Парсонса так, что тот стал похож на мумию, но с более уродливым лицом. – Какая чуткость, – Гермиона удивленно посмотрела на Снейпа. – Конечно. Зачем нам страдать дольше, чем нужно, глядя на него. Следующим движением палочки от поднял свое разорванное пальто и, восстановив его, надел. Гермиона ощутила небольшой укол разочарования от того, что его мускулистая грудь скрылась из вида. – Так что ты собираешься с ним делать? – она встала на дрожащих ногах. – В соседней пещере, по меньшей мере, пятьдесят драконов. Я уверен, из него выйдет отличный, хоть и не очень здоровый завтрак. – Нет! – твердо воскликнула Гермиона. – Мы должны отнести его в Министерство: там он получит по заслугам. Его нужно допросить. Северус усмехнулся. – Он не будет отвечать на вопросы. – Будет, если задавать их станешь ты, – Гермиона многозначительно посмотрела на него. – Да… все вышло… не совсем… удачно, – вздохнул Снейп. – Ты не могла подменить его зелье на какое-нибудь снотворное? – Нет. Это… единственное, что у меня было, – Гермиона отвела взгляд. – Уверена, что не хочешь скормить его драконам? Она отрицательно покачала головой. – Тогда у тебя появится шанс узнать, сможешь ли поместиться внутри его шкуры. Гермиона рассмеялась, отчего у нее заболел живот, но она не смогла сдержаться. – Думаю, мы оба могли бы поместиться в этой туше. Северус усмехнулся. Казалось нелепым смеяться, находясь внутри горы, пещеры которой были полны всяких тварей, но от пережитого за последние часы напряжения адреналин все еще бурлил в крови. – Так значит, мы возьмем его с собой? – Гермиона с сомнением посмотрела на Парсонса, гадая, как они вытащат его оттуда незамеченным. – А откуда нам знать, что другие звери не поднимут восстание без него, узнав, что он исчез, а Шика мертва? Взмахом волшебной палочки Северус уничтожил тело змеи и развеял останки в пыль. – В той комнате полно психотропных зелий, – Снейп кивнул на открытую дверь, откуда он вынес бутылочки. – Парсонс одурманивал своих тварей, чтобы они подчинялись. Без зелий его контроль исчезнет. Подозреваю, что со временем они просто разбегутся. Взмахнув палочкой, он произнес Заглушающее заклинание, после чего вытянул руку и запустил по комнате гигантским огненным шаром, разрушив ее. Гермиона не могла не задаться вопросом, не было ли это одновременно попыткой уничтожить доказательства его участия в изготовлении незаконных зелий. Как бы то ни было, она сочла это правильным. Далее Снейп сделал несколько сложных пассов и произнес заклинания, которые Гермиона не смогла распознать, и над их головами возникло три небольших шарика. Медленно поднимая палочку, он заставил Парсонса взмыть в воздух. Гермиона наблюдала за всем этим с удивлением. Она никогда не видела столько сложных заклинаний сразу. Она очень гордилась своим беспалочковым заклятием левитации, которое позволило ей поменять местами зелье Эймори и Ликантропное, лежащее сейчас у нее в кармане, но это было ничто по сравнением с навыками Снейпа, которые он демонстрировал, управляя всеми объектами одновременно, движущимися сейчас по разным траекториям. Шары вылетели из комнаты в трех направлениях, а Парсонс плыл прямо перед Северусом как огромный саркофаг. Снейп на мгновение замер, уставившись перед собой невидящим взглядом, а затем склонил голову. – Проход справа свободен, – сказал он. – Слева тоже никого. Но держись позади меня. Ну конечно. Вечный защитник. Продвигались они медленно, но Гермиона поняла, что полностью доверяет ему. Маленькие шарики время от времени проносились мимо, устремляясь вперед в туннели. Когда они со Снейпом проходили мимо испачканных кровью стен, она отвела взгляд, не желая вспоминать тот ужас, что она испытала, попав в это богом забытое место. Последний поворот налево привел их в огромную темную пещеру. Северус взмахнул кончиком палочки, чтобы наколдовать Люмос, осветивший каменистый пол под ногами, хотя ему и без того хватало управления тремя парящими шариками и их связанным боссом, все еще находившимся без сознания. С облегчением выйдя наконец наружу из сумрака, они прищурились от тусклого света серого утра. Северус развеял шары и, явно стремясь побыстрее уйти от пещер, двинулся к точке трансгрессии. Ускорив шаг, Гермиона нагнала его почти возле нее и положила ладонь ему на руку. – Мы пойдем прямо в Министерство? – Думаю, так будет лучше всего. – Давай сначала вернемся в лагерь, – попросила она. – Можно отправить кого-то за нашими вещами, когда станет безопаснее. – Я знаю, но… есть кое-что еще, что мне хотелось бы сделать. Снейп пристально посмотрел на глядящую на него с надеждой Гермиону, скользнув взглядом по ее лицу с бледными следами когтей, которые теперь вечно будут напоминать ей о пережитом ужасе. Если она чего-то хочет прямо сейчас, она это получит. Взяв ее за локоть и ступив на точку трансгрессии, он перенес их всех на равнину. Через несколько минут они уже были в лагере вместе с парящим рядом мумифицированным Парсонсом. – Мы можем оставить его здесь? – Не уверен, что это будет благоразумно, – Северус нахмурился. – Это ненадолго, – взмолилась Гермиона. – Обещаю. Снейп взглянул на нее с сомнением, сжав губы, но затем взмахом палочки покрепче связал Парсонса, усилил сонные заклятия и отлевитивировал его в палатку, плавно опустив на землю. Гермиона тут же взяла Северуса под руку и потянула его к берегу. Он неохотно следовал за ней, пока не понял, куда она его ведет. – Не в упрек твоим очищающим чарам, – заверила она его, – но мне действительно нужно хорошенько помыться. Губы Снейпа изогнулись в ухмылке. – Ты выглядел таким… обновленным… когда стоял там, – Гермиона спускалась по влажной траве, держа его за руку, чтобы не упасть в воду. – Я просто… надеялась, что на этот раз смогу к тебе присоединиться. От горящей в ее глазах надежды и робкой улыбки у Северуса перехватило дыхание. Он вернул ее. Она еще не совсем в безопасности, но она с ним, и он не собирается отпускать ее. Она спасла ему жизнь, хоть он и сам не понимал, что хотел этого. Конечно, черт побери, она может присоединиться к нему: все, чего ей захочется, он весь в ее распоряжении. Он расстегнул пальто, и у Гермионы перехватило дыхание от вида мелькнувшего на мгновение подтянутого тела, но он снова опустил руки. Она подошла ближе, пытаясь заглянуть в щель между полами пальто. Наконец соблазн стал слишком велик, и она просто запустила ладони внутрь, проведя ими по горячей коже его живота. – Я говорила тебе, какой ты сексуальный? – пробормотала она, скользя своими маленькими руками по его напряженным мышцам. – Нечасто, – хрипло выдохнул он ей в волосы, наклонившись, чтобы коснуться носом уха. Закрыв глаза, Гермиона прижалась к нему всем телом. – Ты такой… чертовски… сексуальный, – прошептала она. – Повтори еще раз, – пробормотал Северус, касаясь губами ее ушной раковины. – О-о-о, – простонала она, чувствуя, как его язык скользит по мочке. – Ты просто… чертов… сексуальный… монстр. Зарычав, Северус набросился на ее шею, и Гермиона едва устояла на ногах. Она все еще чувствовала слабость и головокружение от потери крови, но ощущение его горячих губ, скользящих по ней, ласкающих и посасывающих все эрогенные зоны, о существовании которых она и не подозревала, заставляло ее трепетать и так бесстыдно стонать, что она гадала, какие мысли были бы сейчас в голове у старой Гермионы. И это стало для нее шоком. Существование «старой Гермионы» означало трансформацию: переход к новому, более открытому мышлению. Она поняла, что «новая Гермиона» хочет делать и пробовать новое, но на самом деле, она полна решимости узнать, каково это – творить все, что вздумается. Скользнув ладонями вверх по груди Снейпа, она сжала его соски. Он ответил ей гортанным рыком, оторвавшись от ее шеи, и переместился к губам, тут же ворвавшись языком в рот и переплетя его с ее языком. Пальцы Гермионы продолжили двигаться вверх к его ключицам, после чего соскользнули вниз по широким плечам, стаскивая с них пальто, пока не дошли до места, где его руки обнимали ее. Разочарованная, она потянулась к его ширинке, внезапно ощущая острое желание увидеть как можно больше участков его обнаженного тела. Его губы искривились в сексуальной ухмылке, не отрываясь от ее губ. Вытащив из-под рубашки Гермионы руку, которой он ласкал ее грудь, Северус сделал замысловатый жест, и швы на их одежде одновременно разошлись, и та соскользнула с их тел, будто листья с двух бледных деревьев. Не отрываясь от ее губ, он снял ботинки и сделал шаг вперед, приподнимая ее и прижимая к себе. Придерживая ее одной рукой, он стянул с нее ботинки и положил ее ноги себе на талию. Чувствовать его твердый пресс между бедрами было чудесно, но еще лучше было ощущать его член, мягко покачивающийся и касающийся расщелины между ягодицами. Так он и отнес ее к подножию водопада, и там остановился. Дав его восхитительным губам передышку, Гермиона отклонилась назад и увидела на лице Северуса неуверенное выражение. – Что такое? Он нахмурился сильнее. – Не знаю, насколько хорошо ты знакома с мужской физиологией, но эрекция и ледяная вода не особо… совместимы. В ее глазах цвета карамели вспыхнула искра веселья, а на губах расцвела страстная улыбка. – Его просто нужно будет… держать в теплом местечке, – проговорила она неторопливо и страстно, и поняла, что прежде не слышала ничего подобного из своих уст. Заведя руку за спину, она в порыве распутства добралась до его великолепного горячего члена и обхватила его. Отодвинув бедра чуть дальше, Гермиона приставила его ко входу во влагалище, истекающему смазкой с того самого момента, как Снейп впервые прикоснулся к ней. Не отрывая взгляда от его невероятных темных глаз, она опустилась на член, ощущая, как тот растягивает влагалище, и заметила, как затрепетали веки Северуса, когда наслаждение охватило его. Мягко вращая бедрами, она насаживалась все глубже, пока он не вошел в нее до конца. И тогда Северус полностью расслабился. Находясь внутри нее, он чувствовал себя в безопасности. Это стало его убежищем. Гермиона поняла, что может либо противиться и продолжать не доверять, либо принять его – мужчину, для которого секс стал неразрывно связан с глубокой потребностью в чувстве защищенности, и вся его неразборчивость была и могла бы до сих пор быть направлена на поиск этого чувства. На самом деле, наверняка это нетрудно – быть с таким человеком: сложным, загадочным, раздражающим, высокомерным, но в равной степени великодушным, заботливым, прекрасным и выдающимся, еще и потакающим ее прихотям. Которому не менее важно ее удовольствие: возможно, таким образом проявляется его желание заслужить признание и любовь. Как бы то ни было, Гермиона жаждала упиваться ощущением того, насколько она желанна для него. К тому же, вероятно, ничего другого им и не светит. Северус отнес ее под водопад, и она вскрикнула, но дыхание тут же перехватило от ледяной воды, которая была безумно, до боли холодной, и все тело напряглось, пока Гермиона судорожно хватала ртом воздух. Рев воды заглушил смех Северуса, но она чувствовала, как содрогается прижатый к ней живот. Уклонившись наконец от потока воды, она яростно поморгала, чтобы прояснить зрение, и увидела, что Снейп улыбается ей. И несмотря на то, что ее лицо онемело от холода, она улыбнулась в ответ. Увидев его счастливым, в этот миг Гермиона ощутила надежду, что он переосмыслит то, стоит ли ему остаться в этом мире чуть дольше. Затем его губы коснулись ее губ, и он начал нежно толкаться в нее – и эти две точки соприкосновения их тел своим теплом резко контрастировали со стеной ледяной воды, обрушивающейся на них. Гермиона обхватила его за плечи, отвечая на страстные поцелуи, иногда прерываясь, чтобы сделать глубокий вздох, но затем снова принималась покусывать и посасывать его губы и язык, стремясь испить его страсть вместе с капельками воды, стекающими с его мокрых волос. Медленные движения его бедер постепенно заставили ее влагалище расслабиться, и глубоко внутри нее начала закручиваться спираль наслаждения. Придерживая Гермиону за бедра и плечи, Северус увеличил глубину и темп толчков, задевая клитор каждый раз, когда входил в нее, и она застонала в экстазе. Поток холодной воды, бьющей по телу, постепенно перестал ощущаться, и теперь кожу лишь слегка покалывало. Это лишь обострило всепоглощающие эмоции, внезапно нахлынувшие на Гермиону при мысли об их спасении. Она была так сосредоточена на выживании, что не было времени подумать о значении произошедшего и чуть было не случившегося. Теперь же неопределенность уступила место осознанию, что жизнь продолжается. Но есть ли у них будущее? Вместе? – Северус? – не сводя с него глаз, проговорила она сквозь шум льющейся воды, продолжая ритмично подниматься и опускаться на его члене. – М-м-м? – его лицо было предельно сосредоточенным. – Я хотела вернуться сюда, потому что… потому что думала, это наша последняя возможность… заняться этим. – Что ты имеешь в виду? – он нахмурился, прекратив двигаться внутри нее. – Я просто… я не знаю, какие у тебя планы, – Гермиона покачала головой. Снейп некоторое время молчал, размышляя, после чего ответил: – Ты нарушила мои последние планы. Других у меня нет. Гермиона не удержалась и расплылась в улыбке. – И я рада, что нарушила их. Он серьезно взглянул на нее. – Я считаю, ты обязана исправить ситуацию. – С радостью помогу тебе с новыми планами, – сказала Гермиона. – Если они будут включать меня. Она разыграла свою последнюю карту. Это было рискованно, но если не принять подобное решение на грани оргазма под водопадом в шотландской глуши, то где тогда? Северус крепче прижал ее к себе и вошел глубже. – И если они будут включать твою стряпню. Гермиона с облегчением усмехнулась. – Это само собой разумеется. Если в планах будет твоя стряпня, то мы оба умрем с голоду. – Я буду отвечать… за кое-что другое, – прорычал он и врезался в нее сильнее. – О боже, да! – вскрикнула Гермиона, чувствуя, как внутри нее все напряглось. Обхватив его бедрами, она начала двигаться навстречу его толчкам, больше не в силах произнести ни слова, пока он не подтолкнул ее через край. – Северус! – впившись пальцами ему в плечи, выкрикнула она, кончая, и ее бедра задергались в его стальной хватке. Влагалище сжимало член, продолжающий погружаться внутрь и растягивать стенки, что лишь усилило мощные сокращения мышц. Через несколько секунд Снейп тоже оказался на грани. Приоткрыв рот и закрыв глаза, он содрогался внутри нее. Пока семя снова и снова выстреливало в ее гостеприимное влагалище, Северуса охватило всепоглощающее чувство благодарности к Гермионе за то, в чем он сам себе отказал: за возможность жить дальше. Когда последние капли спермы оказались в ней, он обхватил ее губы своими губами, напоминая себе самому, что все еще впереди. Он с трудом мог поверить, что она действительно хочет его – после всего случившегося. Но мысль о том, что им каким-то образом удалось создать этот невероятный союз, придавала ему больше оптимизма, чем он когда-то либо позволял себе чувствовать. – Спасибо, – прошептала она ему в губы. – Мне хотелось унести отсюда позитивные воспоминания, чтобы не возненавидеть это место. – Теперь мне предстоит изменить твое мнение о спальне у тебя дома, – пробормотал он. Гермиона улыбнулась и поцеловала его, после чего с легким сердцем соскользнула с его бедер на камни, взяла его за руку и увела из-под водопада. Она посмотрела вперед, и ее сердце остановилось. Там кто-то стоял, наблюдая за ними. Она прерывисто выдохнула. Это была Луна. Она улыбалась, скрестив руки на груди. – Что ж, моя дорогая, без сомнения, это самые крепкие объятия, которые я когда-либо видела.