Истоки нашего родства

16 января 2012 года Шарлоттсвилль, Вирджиния

После окончания уроков в школе всегда становилось тихо-тихо, даже несмотря на продолжающиеся занятия в клубах. Уже не визжали бегающие туда-сюда младшеклассники, не шаркали по коридорам бездельники. Разве что из спортивного зала раздавались редкие выкрики, ударялись мячи о стену и глухо стучали биты. Ниган ценил такие моменты, когда школа из государства хаоса превращалась в оплот спокойствия. Покончив с заполнением журналов в тесном кабинете, Ниган предвкушал, как доберётся до дома и расслабится в свой редкий выходной. Он настраивал себя на лучшее, по крайней мере пытался: представлял, что приготовит сложный ужин, включит себе фильм из проката, который уже годами лежит у него дома, а потом заляжет на диване с банкой содовой. Но чаще всего подобным планам было не суждено сбыться: Ниган бездельничал до позднего вечера, толком не ел, а засыпал лишь под утро от ленивой усталости. Застоявшийся воздух кабинета и обвешенного постерами коридора сменился на обжигающе-ледяной январский ветер. Виргинская зима начинала зверствовать уже после января и часто дарила местным жителям промерзлый март, что потом неожиданно уступал место апрельской оттепели. Ниган поднял взгляд на тусклое небо и натянул пониже темно-серую шапку с растянутыми краями. Сгустившиеся на востоке тучи не предвещали ничего хорошего. Прошедшие праздники остались без пышных сугробов: влажный снег лишь припорошил землю, и расстроенные дети не смогли поиграть в снежки или слепить снеговиков. На сегодня рабочий день окончен. Ниган безучастно глянул за угол здания — на место загадочной курилки, хотя уже давно не видел там бычков. Из бокового выхода спортзала он свернул на парковку, направляясь к мотоциклу. Кого он не ожидал увидеть, так это смолящего сигарету в самом центре паркинга Рика Граймса в униформе и на служебном авто. — Офицер Спящая Красавица, вы тут себе ничего не отморозите? — Ниган не удержался от комментария и прокричал это Рику с ликованием удавшейся гадости, как только ступил на территорию парковки. — Не было проблем на дорогах? Он выглядит потрёпанным, — Рик в ответ кивнул на укрытый брезентом мотоцикл. — Я хорошо о нем забочусь, — Ниган потёр ладони, подходя ближе. — Разбираешься во всяких... Машинных делах? — Ага. Работаю в автосервисе на полставки, — Ниган опустил зад на капот полицейской машины, а Рик не повёл и бровью. — Просто мотоциклами с юности занимаюсь. Рик как язык проглотил. Пока Ниган пачкал свои штаны о не слишком чистый автомобиль, Граймс продолжал выкуривать сигарету, цепляясь за неё как за спасительную соломинку. Что ему сейчас сказать? За что ухватиться в их диалоге, где не было конфликта, а Рик не выступал в роли допрашивающего? — Тут, угм... — Карл делает успе... Они заговорили одновременно, и в один же момент оба замолчали. Ниган воспользовался паузой в пару секунд и продолжил: — Говорю, что у Карла отлично получается играть. Мельком подсмотрел тренировку, когда уходил. У них сейчас не проходит нормальных матчей, но из Карла выходит отличный боулер. — Боулер? — Да, типа питчера. — Ну, я рад, что с этим крикетом удачно сложилось. — О, не стоит благодарности, — Ниган приложил ладонь к сердцу и с чувством кивнул. В этот раз усмешка Рика была искренней. — Так, о чем ты там начинал говорить? — Хм, ну, я думал предложить выпить кофе, — Рик откинул сигаретный бычок под ноги и лёгким движением потушил сигарету носком ботинка. Он бегло глянул на потемневшее небо. — Хотя сейчас, наверное, не лучшее время. — Знаешь, а я наоборот думаю, что это охренительная идея, — Ниган хлопнул по автомобилю. — Я видел одно местечко, на машине несколько минут отсюда. — Ну, тогда забирайся, — кивнул Рик и сел за руль. Усевшийся рядом Ниган осматривал убранство полицейского авто с нескрываемым любопытством. Рядом с видеорегистратором висело GPS устройство, провода вели вдоль лобового стекла к дополнительному светильнику, на переключателе которого предусмотрительно висела запасная пара наручников. Над рулем мигал спидометр с прикреплённым к нему пультом управления. Радио за панелью передач казалось допотопным, похожим на магнитолу его древнего доджа, зато ноутбук с металлической крышкой смотрелся внушительно. У бокса незаметно был закреплён запасной пистолет. — Что, впервые едешь в полицейской тачке и не за решёткой? — Рик мотнул подбородком в сторону задних сидений, на которых перевозили арестованных. — Не думаю, что ты теперь в праве жаловаться на мое чувство юмора. — Просто ты заразный, — хмыкнул Рик и стал выезжать с парковки. Он свернул на дорогу и сразу перестроился в правый ряд для поворота на шоссе. — Так и почему же ты сегодня в полицейском костюме для взрослых? — Ниган откинулся на кресле и поерзал. Он нахмурился, сунул ладонь себе за спину и обнаружил раздавленную пачку «Пэлл Мэлл». Проверил — к счастью, пустая. — У меня закончилась смена, но я поехал на очередной объезд территории школы, — вздохнул Рик. — У тебя какие-то особые указания? — Не совсем. К нам поступила жалоба о подозрительном автомобиле, я провёл осмотр территории, поговорил с вашим директором, Грегори, но уже месяц как никакой информации. — Я об этом ничего не слышал, — нахмурился Ниган. — Неужели? — Видимо, Грегори решил не ставить меня в известность. — Если хочешь, я дам тебе информацию об автомобиле. Если что-нибудь увидишь, дашь знать, окей? — Черт, естественно, — Ниган неодобрительно покачал головой. — Не хочу, чтобы вокруг школы шатались какие-то стремные уроды. Судя по выражению лица, поджатым губам и углубившимися складкам на переносице, Нигана правда беспокоило происходящее. — Так, у тебя есть дети? — категорически не умеющий в праздную болтовню Рик предпочёл переключиться на тактику допроса. Тем более Ниган все ещё оставался загадочным субъектом. Сослуживцы только и занимались тем, что сплетничали и делились новостями на службе, и Рик знал о них чуть больше, чем хотел бы. А если что-то и потребовалось бы узнать, то в любой момент он мог открыть в базе их досье через рабочий компьютер. С Ниганом такой трюк не прошел. Не то чтобы Рик специально пытался, просто так получилось. Информации на Стренда толком и не было: несколько штрафов за парковку и один за хулиганство лет двадцать назад. Если честно, Рик ожидал чего-то похуже. — Детей нету, — покачал головой Ниган и усмехнулся, держа лицо. — Что на счёт миссис Стренд? — Тоже нет. — Я почему-то так и думал, — ответил Рик, поворачивая на автостраде. — Ты похож на заядлого холостяка. — Окей, офицер, если тебе так интересно говорить о личной жизни, то я должен поинтересоваться: где же миссис Граймс? — Ниган легко хлопнул по правой руке Рика, на которой было кольцо. — Осталась в Джорджии. Мы в разводе, — произнёс Рик и глянул на Стренда. Тот не выглядел впечатленным: либо уже слышал об этом, либо догадывался. — Что? — Расскажи о ней. Рик тяжело вздохнул и включил поворотник. Съезжая с шоссе под монотонное механическое клацание, он мог выиграть себе хоть какое-то время, собираясь то ли с мыслями, то с ли с духом. — Мы познакомились с Лори после того, как я закончил полицейскую академию. Она была моей первой девушкой, и когда нам было около двадцати двух, я сделал ей предложение. А через два года родился Карл. Ниган слабо прищурился, разглядывая Рика. Толком Граймс ничего о жене так и не сказал, и Ниган нашёл попытки расспрашивать дальше бессмысленными. На мгновение появилось смутное желание рассказать о Люсиль, о том, как выпендривался перед ней и творил черти что, лишь бы добиться внимания. Однако не зря Ниган пресекал любую попытку говорить с кем-то о Люсиль: подобные разговоры не приводили ни к чему хорошему. — Ну и как вам, холостякам, теперь живётся? — быстро сменил тему Ниган и усмехнулся. — Только не говори, что у вас в меню телеобеды и стираете белое вперемешку с чёрным. — Я воспользуюсь правом хранить молчание. Под тихий смех Нигана Рик вырулил с дороги и сразу остановился на парковке кофейни. Скромное здание по размеру больше походило на общественный туалет в национальном парке: с зелёной крышей и панельным фасадом. Рик пригляделся к свободным местам на стоянке, а после кивнул на окно для заказа на вынос. — Драйв-ин или зайдём внутрь? — Конечно зайдём, у нас в запасе ещё минут тридцать. Кофейня ограничивалась всего тремя столами со старыми виниловыми диванами, украшенными растяжками между швами и протертыми углами. Единственное свободное место было прямо у двери туалета, но Ниган прошёл туда с лёгкостью постоянного посетителя и плюхнулся на диван. Рик сел напротив, поправляя полицейский ремень и кобуру. Проверил — упаковка таблеток надёжно лежала в кармане куртки. — Пирог будешь? — Ниган метнул короткий взгляд в меню. — Нет, только кофе. — Ну давай. Не одному же мне жевать, я сегодня выставлюсь. Какой тебе? Пекан? Или с персиками, м? Сопротивляться не было смысла. Рику оставалось только смотреть на мужчину со смесью осуждения и мучительного удовольствия. Не было и смысла Нигану что-то спрашивать: он оповестил официанта об их заказе, а после довольно откинулся на диване. — Вишнёвый пирог? Серьезно? — хмыкнул Рик, катая сахарницу между ладонями по отполированному столу. — Зажигаем на веранде, зажигаем на лужайке... — довольно промычал Ниган слова песни и положил ладони на стол. — Что? Арестуешь меня? — Я мечтаю об этом каждую нашу встречу. — А наручники там фигурируют? На стол опустились две кружки кофе. Воспользовавшись моментом, Ниган дёрнулся вперёд и сделал выпад ладонью, выбивая сахарницу из рук Рика и начиная самостоятельно катать ее по столу. Ещё и со своей белозубой гадостной ухмылкой, так и вызывающей Рика попробовать отобрать сахарницу. — О нет. И не надейся, Ниган. — Что? Мне показалось или ты зассал? Рик прищурился и попытался дернуть рукой вперёд, но Ниган умело увёл сахарницу из его рук. — Я сраный кот. У тебя и не получится. Вместо очередной попытки выхватить сахарницу Рик сделал глубокий вдох, метнул на Нигана предупреждающий взгляд и одним лёгким движением переложил пистолет из кобуры на стол. После протянул ладонь и медленно протащил чашку Нигана к себе, чтобы демонстративно сделать глоток. — Я пью без сахара. На лице Нигана не застыло осуждение или выражение поруганной гордости. Тот только усмехнулся и утащил свою чашку обратно из рук Рика, показательно насыпая в неё сахар. На стол опустились две тарелки с пирогами. Работник кофейни настороженно посмотрел на лежащий на столе пистолет, не решаясь прокомментировать, но Рик сразу убрал оружие, чтобы освободить место и начать есть. Отчего-то Рик внезапно вспомнил Лори. В те редкие моменты, когда он был способен выдавить из себя шутку или позволить в словах вольность, жена смотрела на него как на умалишённого: со страхом, немного недоумением, но в основном нежеланием находиться рядом. Однажды позволив себе колкость про Лори очень-очень давно, жена не говорила с ним целую неделю. С того момента Рик не позволял себе подобного ни с кем ещё пятнадцать лет. До момента появления Стренда, конечно же. Нигана не поворачивался язык назвать своим окружением. Скорее, тот ворвался в жизнь Рика как мокрая листовка, прилетевшая в лицо на сильном ветру: бойко, бесцеремонно и без намерения отлипнуть. Рик наблюдал, как Ниган хлюпает кофе, крутит между пальцев сахарницу и пялится в окно с прищуром человека, страдающего от тихо подкрадывающейся возрастной дальнозоркости. Рик и не осознавал толком, что сейчас безотрывно пялится. В своих медленных изучениях человека перед собой не получалось прочувствовать навязчивости или странности. Наверное, так чувствовал себя сидящий на веранде отставной полицейский, пристально наблюдавший за миром вокруг: возящимися в мокрой траве детьми, тявкающей собакой и порхающими среди крон деревьев птицами. Наблюдал по-хозяйски, с уверенностью и умиротворением. — Блядская косточка. — Что? — Говорю, косточка блядская, — Ниган сморщился и прямо пальцами выудил изо рта вишневую кость. Та стукнула о поверхность тарелки и печально утонула в полурастаявшем мороженом. От пирога Нигана осталась лишь сердцевина; разворошенная корочка смешалась в единое месиво вместе с шариком мороженого, нож был нетронут: Ниган размазал пирог по тарелке и превратил трапезу в место преступления. Рик едва ли притронулся к собственному десерту. — Проверь, вдруг это был твой зуб, — Рик с невозмутимым видом отломил кусок своего персикового пирога и отправил его в рот. — Да ты настоящий южный джентльмен. — Не заставляй меня снова доставать пистолет. Ниган тихо засмеялся и показательно воткнул в середину остатков пирога вилку, ещё и поправляя, чтобы она стояла строго вертикально. — Пирог тут оказывается так себе. — Я думал, ты здесь бывал, — Рик глотнул кофе. — Не-а, ни разу. Ниган достал вилку из своего пирога, облизал ее из загадочной вежливости, поднял на Рика вопросительный взгляд, якобы прося разрешения, и сразу воткнул свою вилку в чужой пирог. Естественным образом устраивая вакханалию на тарелке Рика, Ниган подцепил кусок пирога и сунул его себе в рот, пережёвывая сомнительный десерт с лицом истинного гурмана. Рик не остался в долгу и собрал с чужой тарелки раскуроченные остатки. — Черт, а твой оказался вкуснее. Не знал, что возможно запороть вишнёвый пирог, но сукиным детям это удалось, — резюмировал Ниган, запивая пирог кофе. — Хочешь? — вдруг предложил Рик и подвинул тарелку со своим пирогом на центр стола. — Я все равно не особо голоден. — Почему бы и нет. Оба пирога оказались никудышными, но Рик продолжал есть свой редкими и небольшими кусками, то стукаясь с Ниганом вилками, то подцепляя ту часть, на которую тот нацелился. Официант забрал тарелки с размазанными по ним пирогами. Мужчины медленно тянули кофе. Ниган больше не мучил сахарницу и по большей части смотрел в окно на серую дорогу с редким снегом на обочине. Его лицо оставалось подвижным и выразительным, даже когда он ничего не говорил или не двигался: глаза следили за происходящим, на губах редко, но проявлялась едва уловимая улыбка. Тогда, в белом свете из окна, в окружении дешёвых панельных стен, одетый в серый свитер и черно-оранжевую куртку, с машинным маслом под ногтями и растрёпанными волосами с редкой проседью, Ниган впервые показался Рику немного другим. Человеком, чьё лицо хотелось запомнить. — Ты говорил, что занимаешься мотоциклами, — выдавил из себя Рик тему для разговора. Ниган отвлёкся от созерцания унылого пейзажа и улыбнулся. — Это допрос? — Хочешь, чтобы он им был? — Рик не сдержал ухмылку. — Звучит соблазнительно, конечно, но я и так вам все скажу, офицер, — Ниган тихо рассмеялся и откинулся на спинку дивана. — Более корректное слово — «увлекаюсь». После старшей школы я искал разную работу. Перепробовал много вариантов, но ни один не заканчивался хорошо. Примерно в двадцать я устроился работать в мастерскую, — на губах Нигана мелькнула улыбка, — и мне понравилось. Наверное, интуитивно понял, что это мое. — С колледжем не срослось? — без капли осуждения спросил Рик. — Ага. Наверное, я бы и не потянул. Не умею сидеть на месте и зубрить. — Понимаю. Поэтому я и пошёл в полицейскую академию. — Только поэтому? Рик повёл плечом и глотнул кофе, задумавшись. Было бы странным говорить сейчас Нигану о том, что ещё совсем молодым Рик мало думал о том, куда его может завести жизнь при поступлении в академию. Юнец Граймс рассчитывал на роль блюстителя закона и вершителя правосудия, но вместо этого дослужился лишь до помощника шерифа и схлопотал пулю на вызове. — Это хорошея профессия. Ответ был коротким, и Ниган лишь понимающе кивнул, поглядывая на собеседника. Рик же, не сдержавшись, продолжил: — Одного я понять не могу: как ты стал вдруг учителем в школе? — Ты мне поверишь, если я скажу, что мне нравится возиться с детьми? — Лишь отчасти. — Тогда я признаюсь, что мне нравится и гонять детей, — тихо рассмеялся Ниган. — Мне нравится знать, что я им как-то помогаю. Будь то возможность стрясти жир после летних каникул или получить спортивную стипендию. Ну, в основном первое, конечно. — Карл говорил, что ему нравится у тебя заниматься, — снизошёл на комплимент Рик и тут же бросил на Нигана предостерегающий взгляд. — Но никаких больше голых женщин в его рисунках. — Не знаю, о чем ты, — небрежно бросил Ниган. Рик снисходительно улыбнулся и лениво перевёл взгляд на наручные часы. Без трёх минут семь. Граймс тут же нервно дёрнулся и махнул официанту. — Черт, опаздываю. Карл уже почти закончил, — Рик достал из кармана бумажник. — Сегодня на мне, — Ниган его опередил: положил на стол десятку, а затем поднялся, зачёсывая волосы. Рик встал вслед за ним, проверил ремень, кобуру и достал пачку сигарет. На улице уже окончательно стемнело. Поднялся ветер. Рик пару раз чиркнул зажигалкой и наконец сделал первую глубокую затяжку. — Не торопись, докури в машине. — Она служебная, мне за это... — Эй, расслабься. Пара минут не сыграют роли, — Ниган остановил ладони Рика, пресекая все нервные движения. Он вынул из кармана Граймса пачку сигарет и закурил сам: медленно, смакуя, будто торопиться им некуда и Рика не мотало из стороны в сторону из-за постепенно усугубляющегося опоздания. Весь вид Нигана, прикладывавшегося к сигарете и все ещё стоящего так близко, заставил Рика сделать глубокий вдох и постараться последовать чужому примеру. И им все равно не выехать, пока Ниган не прикончит свою сигарету. Рик потёр моментально покрасневшие на холоде ладони, но остановился, осмысляя недавние касания Стренда. С момента их первой встречи они больше не пожимали руки. Так уж сложилось, что Ниган скорее приобнимет Рика, хлопнет по предплечью или пихнет локтем, чем пожмёт ладонь со всей напускной официальностью. Без этих рукопожатий между ними моментально стерлась граница, присущая чужакам. В голове Рика промелькнула мысль, что Ниган оказался слишком близко. Это вызывало какой-то нездоровый азарт. Они докурили. Ни один не сказал ничего другому про брошенные на асфальт бычки. Авто успело остыть, Ниган поежился на холодном кожзаме и с интересом уставился на панель управления, пока Рик заводил автомобиль. — А как работает это радио? Всегда получаешь сообщения? — Ниган стукнул пальцем по радиоприемнику. — Надо подключиться, чтобы прослушать волну, — Рик обернулся, выезжая с парковочного места. — И там типа сообщается о всем происходящем? Постоянно? Как в том фильме про Человека-паука? — Нет. У нас здесь меньше всего происходит, — Рик недоверчиво глянул на Нигана. Стренд неопределённо хмыкнул, бросая короткие взгляды на Рика, но тот отвечал лишь недоумением. А после Ниган достал из кармана сахарницу — ту самую, что бесцеремонно отобрал у Рика и катал по столу. — Ты что, блядь, серьезно? — У них отвратительные пироги. Это компенсация моей психологической травмы, — заявил Ниган, засовывая сахарницу обратно в карман куртки и отряхивая колени от просыпавшегося на них сахара. — Я при исполнении. И ты сидишь в сраной полицейской машине, Ниган. — Ох, хочешь вернуться обратно? Заставить меня перед ними извиниться? Рик прикусил язык, когда снова чуть не сказал про наручники. Вместо этого он ощутимо пихнул Нигана ладонью, выдавив из него как из сломанной игрушки сдавленный, скрипучий смех.

***

До наступления весны занятия по крикету проходили внутри спортзала. Пускай помещение было достаточно большим, но проводить матчи внутри было невозможно: их маленькой группе из двенадцати человек оставалось только практиковаться в меткости сбивания калиток и осторожно отбивать броски в попытках не пробить потолок мячом. Карлу нравилось быть боулером: уверенный бросок, скорость реакции и все, ты уже был неплохим игроком. В бейсболе ему как назло не давали быть питчером, но хотя бы в крикете все выходило успешнее. В этом была и заслуга Сиддика. Вместо категоричного распределения, какое было свойственно опытным тренерам, он дал каждому ученику в группе попробовать себя на всех позициях. В итоге ребята оказались на лучших местах, и Карл был благодарен не только за внимание к его способностям, а и за возможность выбрать ту роль в команде, которая ему действительно нравилась. Сиддик был немногим старше учеников, и все же проявлял к ним зрелую чуткость и внимательность, при этом ни разу не попытавшись самоутвердиться. Он работал сообща, пытался быть на одной волне. Не самое простое занятие для некогда единственного в школе мусульманина, но Сиддик никогда не акцентировал на этом внимание. А Карлу было приятно считать его своим другом. После тренировки холод на улице приятно обжигал щеки. Топая по холодной земле, Карл мучился с упаковкой Twizzlers. На одном плече покачивался спортинвентарь, что вот-вот может свалиться, а на другом мертвым грузом висел распахнутый рюкзак, из которого выглядывали мятые тетрадки и уже посеревшие от грифеля таблицы с тестов. Идущий рядом Сиддик терпел совсем недолго перед тем, как сначала застегнуть многострадальный рюкзак, а после одним лёгким движением раскрыть упаковку лакричных палочек. Все уже разошлись после тренировки, только Карл шагал вместе с Сиддиком в сторону парковки, откуда их обоих заберут. Обычно отец всегда приезжал за Карлом вовремя, а если конкретнее, любил приезжать за час и терпеливо ждать. Но сегодня впервые опаздывал. — Будешь? — Карл вытянул из упаковки лакричную палочку. — Все хорошо, спасибо. — Ну давай. Сиддик слабо улыбнулся и покачал головой, но все-таки взял у Карла сладость. Оба парня дошли до парковки и Карл оперся о бордюр, скидывая с плеч тяжёлые сумки прямо на влажный асфальт. Сиддик деликатно умостился рядом, устремляя взгляд на парковку. — А кто за тобой приедет? — спросил Карл. — Мой дядя. Мы поедем сегодня к родственникам в Ричмонд, — улыбнулся Сиддик. — Еще одни праздники? — Не совсем. Просто день рождения моего двоюродного брата. — Большая семья? — усмехнулся Карл, не поднимая взгляда. — Это точно, — медленно выдохнул Сиддик. — Братья, сестры, дедушки, тети... Конечно, там шумно и всегда толкучка, но это ведь семья. Рядом с ними всегда хорошо. Карл в ответ только кивнул, продолжая мусолить упаковку в ладонях. Он больше не был уверен в том, кого записывать в семейные ряды. Кроме мамы с папой на горизонте долгое время мелькал Шейн, а теперь появился ещё и Коди — так назвала Лори своего сына. Мог ли Карл считать этого ребёнка братом и воспринимать Шейна как отчима? Или же единственным родным человеком был папа, который просто остался рядом? За те дни в Джорджии, куда Карл приезжал как в гости, он старался как можно меньше думать о происходящем. Проще было топтать хрустящие сугробы, мелькать в поле зрения занятой младенцем матери и перебиваться сообщениями с друзьями, чем пытаться расставить мысли по полочкам, пока вокруг все горит и трясётся. А что не давало покоя, так это папа. По возвращению Карла Рику не удалось скрыть своей усталости из-за взятых дополнительных смен. Карл же был достаточно внимателен, чтобы заметить выброшенные накануне бутылки. С декабрьского инцидента он больше ни разу не видел отца пьяным, но его напрягала мысль о том, сколько всего он мог упустить за свой отъезд. Внутри снова бурлила нужда взять все в свои руки и попытаться помочь папе. — Бери, — парень протянул Сиддику последнюю палочку. — Все хорошо. Она твоя. — Погоди. Есть идея, — Карл передал другу упаковку конфет и достал из внутреннего кармана рюкзака маленький раскладной нож. Темно-зелёная рукоять с ребристой поверхностью, стершаяся гравировка американского флага. Короткое лезвие было заточено и разрезало конфету на две половинки словно кусок растопленного масла. Не было сомнений, что этот нож с такой же лёгкостью прорежет плотную ткань или пластик. Но Карл крутил в руках нож уверенно и легко, не красуясь им, но гордясь. Сиддик решил, что вопросами о происхождении ножа и его присутствии в школе он ответа не добьётся. У въезда на школьную парковку появился патрульный автомобиль. Легковушка проползла по бледному от снега асфальту, неожиданно вскрикнула короткой сиреной в сопровождении мигнувших огней, резко остановилась и проехала дальше как ни в чем ни бывало. Автомобиль остановился рядом с Карлом и Рик опустил окно. Прежде чем он успел что-то сказать, за Риком показалась довольная физиономия Нигана, усиленно и драматично потирающего покрасневшую от удара щеку. — Уныло зависаете, шкеты, — заметил Ниган. — Если надо, я подожду, пока ты отвезёшь тренера в участок, пап. — Не выйдет, — Ниган вытянулся ближе к окну, задевая боком ноутбук и заставляя Рика вжаться в кресло. — О, привет, Сиддик. Как прошла тренировка? — Все прошло замечательно, мистер Стренд. — Круто, круто. — Черт, Ниган, ты можешь вылезти из сраной машины? — Рик отодвинул от себя мужчину и разблокировал двери автомобиля. Ниган выбрался на улицу и отряхнулся, сразу застёгивая на ветру куртку. Рик вышел вслед за ним и в качестве приветствия пожал Сиддику ладонь. — Рад наконец-то познакомиться. Карл говорил, что ему нравится у тебя заниматься. — Спасибо, мистер Граймс, — кивнул Сиддик. — Тебя подвезти? — Все хорошо. Меня скоро заберут, — Сиддик глянул на патрульную машину с одним единственным пассажирским креслом спереди. — Был рад познакомиться с вами. Попрощавшись с каждым, Сиддик ускакал в сторону школы, дабы скрыться от все усиливающегося ветра. Ниган вновь сидел на капоте авто, наблюдая за шушукающимися Граймсами. Карл, видимо, выпытывал у отца информацию о произошедшем за последний час, а когда вопросы посыпались уже на подростка, то тот с моментально безучастным видом проскользнул внутрь машины, ссылаясь на холод. — Все прошло не так плохо, — Ниган сунул руки в карманы и сощурился на Рика. — Четыре звёзды. Снизил исключительно за твоё поведение. — Уверен, однажды мое поведение будет наоборот гарантировать мне повышенный рейтинг. — Значит, до следующей недели? Я вернусь со смены примерно в то же время. — До следующей недели. Поднявшись с капота, Ниган на прощание похлопал Рика по плечу, заглянул в глаза на несколько секунд, буквально одним мгновением смотря чуть дольше, чем следует, и уверенно пошёл к мотоциклу. Когда он обернулся, то Рик был в машине и разворачивался. А уже сев на мотоцикл, Ниган оказался на пустом паркинге один. Пускай дороги и не обледенели, но Ниган все равно ехал медленнее обычного. Он мычал в такт играющей в голове песни, что помнил лишь частями. Вскоре он съехал с загруженной автострады и подкатился по улицам, бросая короткие взгляды на дома вокруг. После кофе оставалась усталость, но сон как рукой сняло. Наверняка его опять ждёт бессонная ночь перед завтрашним рабочим днём. В первые месяцы своего необъяснимого недуга Ниган чувствовал раздражение и ярость, а теперь он пустил это все на самотёк. Надеялся, что это пройдёт. И что вот-вот привыкнет. Выехав на собственную улицу, Ниган резко сбавил скорость и выключил фары мотоцикла. У его дома был припаркован автомобиль. Рождественские гирлянды соседнего дома плохо освещали его участок, и Ниган не мог сказать, кажется ли ему автомобиль знакомым: типичный серебряный пикап, не заведённый, да и Ниган стоял достаточно далеко, чтобы разглядеть детали. Первой же мыслью было позвонить Саймону. Ниган выключил мотор мотоцикла и оставаясь все ещё на повороте у тупиковой улицы, достал мобильный телефон. На экране сразу высветились пропущенные звонки: восемь от Саймона и три от Дуайта. Ниган набрал номер. — Саймон, в чем дело? — негромко произнёс Ниган. — Твою мать, Ниган, где ты сейчас? — они оба опустили приветствия. — Недалеко от дома. — Насколько недалеко? — На повороте к своей улице. Пауза. — Ну и какого хера ты не здесь? Мы с Дуайтом уже минут двадцать тебя ждём и пытаемся дозвониться, — вспылил Саймон. На фоне послышалось согласное угуканье Дуайта. — Так это вы в тачке у моего гаража? — Ну а кто ещё? Ниган облегченно выдохнул и сбросил трубку. Заведя мотор, он проехал к дому и оставил мотоцикл прямо на дороге из-за полностью занятого пикапом Дуайта пространства. Из машины вылезли недовольные приятели, но Ниган не повёл и бровью — молча кивнул на порог дома, прошёл вперёд и открыл дверь. Видеть кого-то у себя дома впервые за долгое время было как минимум странным. Вокруг больше не оставалось ее вещей, но почти любая деталь убранства дома намекала о женской руке: никаких взваленных на плите кастрюль, идеально чистые зеркала. Привычка или компульсия, но Люсиль любила порядок вокруг себя. — Пиво в холодильнике, — бросил Ниган, не глядя на Саймона. Естественно, тому было плевать на дом Нигана; будь то загаженный трейлер или колониальный особняк — Саймон везде был как дома. Дуайт прокрался внутрь небольшими шагами и осмотрел все вещи, особенно приглядываясь к фоторамкам. Ниган позвал его чуть громче: — Дуайти, пиво будешь? — Нет. Мне ещё машину вести, — мотнул он головой. — Так в чем дело? — Ниган сел на скрипнувший стул, оглядев двух хозяйничающих у себя на кухне друзей. — Я чуть не обосрался, когда увидел тачку. — Не бойся, мы тебе кое-что привезли, — Саймон хмыкнул и кивнул Дуайту. МакКенна молча вынул из рюкзака бумажный пакет и положил его на стол перед Ниганом. По громкому стуку сразу стало ясно, что находится внутри. — Это ствол? — озвучил он очевидное. — Это твой ствол, — Саймон похлопал Нигана по плечу и самостоятельно вынул из пакета девятимиллиметровый глок. Он вручил пистолет Нигану. — Чистый как глаза моей бабушки, в идеальном состоянии. Ну что, теперь лучше? Ниган опасливо протянул ладонь к пистолету — холодный металл сразу обжег ладонь. Но Ниган даже не моргнул: сжал пальцы вокруг рукояти и поднял пушку, рассматривая ее со всех сторон. Вес так и давил на ладонь, а один лишь вид напоминал сначала об отце, а потом — о Рике. О том, как в руках Граймса оружие казалось не опаснее фуражки, а у Нигана вот-вот превратится в гадюку и вопьётся клыками под кожу. Он сжал пальцы крепче. — Нравится? — Зачем он мне? — Ниган щелкнул пару раз предохранителем. — Я ни хрена в оружии не шарю. — Понатаскаем тебя. Ничего сложного. — Это обязательно? — Слышал когда-нибудь историю о чуваке, который принёс отвертку на перестрелку? — подал голос Дуайт. — А ты много слышал о том чуваке, в котором отвертка почти оказалась? — Хорош, девочки, — на лице вальяжно развалившегося Саймона не было и намека на расслабленность. Ниган сразу смекнул, что отказаться от пистолета — не вариант. Конечно, он мог получить лицензию, купить пистолет в магазине, но для Саймона этот процесс слишком долгий. — Окей. Ладно. Хрен с вами, — Ниган согласно кивнул и убрал пистолет в пакет. Заглянув внутрь, он увидел упаковку патронов в довесок. — Это все, что вы хотели? — Вроде как все. Все ведь? Значит, все, — переглянувшись с Дуайтом, Саймон бодро поднялся с места и похлопал Нигана по плечу. — Не переживай, скорее всего он тебе никогда не понадобится. Спасибо за пиво! Ниган вновь оказался в доме один. За дверью прогремел мотор пикапа, шины скрипнули по гравию и вскоре настала прежняя тишина. Стренд увидел, как с неба посыпались крупные хлопья снега, подошёл к окнам и плотно их зашторил.