В поиске себя...

      Если честно, то собирался в эту экспедицию довольно оживленно. После того, как встретил Аки, даже не хотел толком с ней расставаться и всюду ходил хвостиком и подкалывал. А этот ее «строгий» образ… у-ух, как же я хочу, чтобы она меня в нем наказала…       Но, что поделать. Я и правда не давал себе отчета в том, что мне правда интересно, что из всего этого получится.       Я давно разучился любить, как мне казалось. Пару лет назад я лишился главной женщины в своей жизни… своей жены…       Тогда, столько всего произошло, что я даже помню себя диким. Мою жизнь тогда, можно было с уверенностью разделить на несколько этапов становления меня тем, кто я есть сейчас и в этих этапах были люди. Эти люди помогали мне, эти люди ковали меня, как тот же Шэр… помните? Он меня тогда приютил, когда я был озлоблен на весь мир, когда мне нужно было куда-то девать свою агрессию, выразить свои чувства… а как, я не знал. Тогда-то он и позвал меня в этот подпольный бойцовский клуб и я ему до сих пор благодарен. Тогда я успел отвлечься по полной, почувствовал свободу и начал оценивать и смотреть на себя, немного иначе. По крайней мере, такой вывод я сделал, когда заметил как на меня стали реагировать женщины. А порой, не только они… что уже не раз впивалось ко мне в память, как оплошка многолетней, подростковой давности.       Аки весь день меня игнорировала, пока мы ходили к секретарям за документами, пока я болтал с теми, кто еще якобы должен был с нами поехать и знаете? Их я умудрился расположить к себе. Когда я и Чайз вышли покурить на территорию, я любезно предложил ему огня и спросил, выдохнув дыма. — Она всегда такая? — Кто? — низенький, но на вид приятный молодой мужчина, с уже редеющими волосами и небольшим избыточным весом, гладким, как у младенца лицом и большими, наивными карими глазами в презентабельной одежде: голубой рубахе и брюках — он был экспедитором, — посмотрел на меня. — Хикари Аки, — улыбнулся я, — она ведь с нами едет, да? — А! Аки? — улыбнулся он, — Да, частенько… только если ты надеешься на встречу или сближение с ней, то не советую, наша мадам строгих правил и гурманного фасона. — М? — я взглянул на него, снова затягиваясь.  — Проще говоря, — усмехнулся Чайз, — таких как ты — не любит. Я не оскорбился, но решил, что настало время для моего козыря, а чтобы хоть немного узнать Хикари получше, то разумеется, надо поспрашивать о ней и остальных тоже, еще и желательно тех, кто с ней достаточно близок. Я улыбнулся, глядя себе под ноги. — А что ты скажешь на то, Чейз, что у меня получилось стать к ней настолько ближе, что всю ночь друг от друга нас было не оттащить? Экспедитор посмотрел на меня внимательно круглыми глазами, молчал какое-то время, а потом заливисто захохотал. — Что? Вы там подрались, что ли? Я могу поверить тебе только в этом случае… — Я про секс… — оборвал его я, глядя в сторону без тени улыбки, но ощущал внутри такое приятное, тяжелое чувство, когда получается довольно резко обескуражить оппанента. Мне нравилось это чувство. Оно осталось у меня еще с подпольных боев. Между нами возникла тишина и я не спешил поворачивать на Чайза голову. Тот смотрел на меня довольно долго, слабо и неуверенно улыбаясь, а я и правда едва сдерживался, чтобы победно улыбнуться ему в лицо. — Да брось… ты и Аки? Даже с трудом верится… — Я бы привел тебе парочку доказательств… жаль правда, что у меня ничего подходящего нет, разве что сведения, что она точно была в Себу… где мы и познакомились… — Но… Шарон сказала, что познакомились вы в Подпольном Бойцовском клубе, — недоверчиво прищурился мой собеседник. Я кивнул. — Ага… после близкого контакта, откуда я и узнал, насколько ей неприятен… — я бросил окурок под ноги и затушил его, стоптав, затем направился на парковку.       Забравшись в салон своей машины, я достал из-под подкладки над водителем ее визитку и долго рассматривал номер, прикидывая, что если позвоню, она точно возьмет в первый раз трубку, но узнав меня, бросит, а после, наверняка не станет отвечать на звонки после. Но, попытка не пытка, все-таки. Нам еще вместе работать, а это значит — что можно испытать судьбу и попробовать воплотить задуманное вечером…

***

      Однако, после такого вот посещения своих будущих коллег, мне все равно пришлось вернуться на работу, чтобы заняться необходимыми бумагами, документацией, выездными листами, командировочными и визами. Я провозился с этим почти весь день. Ходил, наверное, больше чем за всю свою прошлую командировку. Посетил по несколько раз одни и те же кабинеты, замечая и за собой, и за другими множество косяков, нужд и запутанностей и понял, что ужасно проголодался под конец дня. Когда я сидел рядом с кабинетом «Отдела Кадров», был уже девятый час. Небо багровело и темнело, а я чувствовал, что ужасно хочу домой, и как у меня сужается желудок от непомерного голода. Хотя бы что-нибудь сладкое и небольшое, могло меня обрадовать сейчас, потому что я всеми силами старался сдерживаться, чтобы не выдать канонаду своего желудка при компаньонах. Однако, мои мольбы были все же услышаны, примерно через пять минут мучений, на четвертый этаж поднялась Алиса с небольшим подносом баночек с кофе и упаковочкой пончиков. Она села рядом со мной и сочувственно мне улыбнулась. — Выглядишь ужасно… — Знаю, — еще тяжелее и унылее вздохнул я, — время уже такое, что хоть вешайся. Обычно все заканчивают в семь, а я вынужден торчать здесь до половины десятого…       Алиса продолжала улыбаться с той же окраской эмоций на лице и протянула коробочку с пончиками. Думаю, в тот момент, лицо мое выдавало такие зиг-заги, что и послужило смехом для моей великолепной рыжеволосой подруги. Все-таки я серьезно изголодался, а при виде желанного лакомства, желудок все же издал братскую канонаду кишечника и поджелудочной. Правда, я не смутился. Было не до этого. Схватив самый шоколадный с цветной посыпкой кокосовой стружки, я принялся за поглощение еды. Успевая лишь запивать, но не успев даже доесть толком, услышал как меня окликнули и недовольно выдохнул поднимаясь с места и возвращая все Алисе. — Когда же это кончится? Подруга лишь подбадривающе кивнула…       Глядя на немного перепачканные немного темными пятнами от масла уголки ксерокопии, сотрудница Отдела Кадров немного недовольно уставилась на меня, а я не растерялся ответить. — Что? Милочка, я катаюсь с самого утра, еще даже не ел ничего, чему вы удивляетесь, что пока я ждал, решил откушать? Ну запачкал немного, подождали бы чуть-чуть, возможно не обнаружили бы всего этого.       Она ничего не ответила, а лишь с постной миной поставила печать в уголке заявления и выдала мне командировочные, и визу. Когда это все закончилось, счастью моему не было предела. Да настолько, что на обратном пути, я поцеловал Алису в щеку и стащил лишний пончик по пути к выходу. Рыжую мои выходки насмешили. Теперь я отчетливо понимал, что хочу спать и даже совсем запамятовал о том, что мне нужно договориться с Аки о том, как мы собираемся в дальнейшем сотрудничать… а вспомнил я об этом лишь по пути домой. Как я и предполагал, она сперва ответила, так как явно не ждала того, что я ей позвоню, ну и, к тому же, она не может знать моего номера. — Да? — послышался усталый голос по ту сторону. — Аки, детка! — обрадованно провозгласил я, — Привет… не скучаешь ишь по мне? С той стороны трубки, снова послышался вздох. — Что тебе нужно? — Как что? — искренне надулся я, — Я хотел тебя услышать, забыла? — А не ты ли давал мне фору в неделю, обещая не трогать именно это количество времени? — Откуда ж я знал, что все так обернется? — облегченно выдохнул я. По крайней мере, она взяла трубку. Уже радует, — Я хотел поговорить с тобой по поводу этой самой экспедиции… что мы должны будем делать? Кажется, она стала еще более недовольной, так как раздраженно вздохнула. — Ты не слушал, что говорила тебе моя начальница? — Слушал, но мне интересно что именно мы будем делать вдвоем… — Мы? — не поняла она. — Ну да, — улыбнулся я.       В следующую секунду я услышал лишь тишину, а когда хотел снова подать голос, в телефоне раздались лишь короткие гудки. Что ж, это было весьма ожидаемо, к тому же, я это даже предчувствовал. Посмотрев на экран телефона, я усмехнулся и прибавил ходу, направляясь в сторону дома со своей квартирой.       Прибивший, я разделся, принял ванну и вернувшись в спальню увалился на кровать, отчасти даже не веря своему восторгу…       Мы летим вместе…       Да, это по работе, но все же этот шанс упускать нельзя, но…       Понимая, о чем я размышляю, я даже слегка недоверчиво нахмурился собственным мыслям… я, действительно, размышляю, как-то спонтанно, хотя, да, уверен, я заинтересован ей. Мне нравится ее внешность, мне нравится, как она смотрит на меня. Да, она пока, все еще меня ненавидит, но тем не менее… что я хочу получить от нее? Очередной секс? Вряд ли… мне на миг показалось, что секса мне и вправду будет недостаточно. Я же, не преувеличиваю степень своей одержимости ей, нет?       Пока я думал об этом, я твердо решил, что меня правда, что-то сильно кидает из крайности в крайность и надо со всем определиться. Но с чем именно, пока не мог понять. — Завтра же, после прилета найду, какую-угодно цыпу и склею ее! — потянулся я, более пытаясь себя приободрить.       Все-таки и правда. Ни есть хорошо, что я вот так нагола преследую девушку, с которой был всего одну ночь. Ну, нет… не могла же она мне настолько понравиться в постели, что я стал ей чуть ли буквально одержим? Нет? Да не, Сэт, брат — ты бредишь. Это всего-лишь совпадение, что вы летите вместе. Всего лишь работа. Женщин, как Аки, еще миллионы и миллионы. Чего стоит, добиваться одну? Хотя, возможно, меня скорее, задело, что она меня так легко отвергает? После всего, что было? Нет, Алиса тоже отвергает меня, когда я намекаю ей на ее сексапильную внешность и нашу, какую-никакую связь, но… скорее, я понимаю, что она уже — занята и мы давно вместе работаем. Спать с ней, я конечно же не буду. Не смогу… то ли потому что мы слишком давно вместе и я не воспринимаю ее, как девушку, с которой и в самом деле хотел бы разделить постель… то ли, потому что уважаю чувства ее парня.       Скорее всего, то, что Аки свободна и подбивает меня к ней. И еще, это в какой-то степени новые ощущения. Я впервые буду, кого-то добиваться. только вот, чем все это обернется после?.. — Черт… я слишком запариваюсь над этим, — фыркнул я и взбив подушку, забрался под одеяло и перевернувшись на бок, лицом к окну, закрыл глаза. Надо перестать над всем этим рассуждать. Будь, что будет. Все-таки я и правда слишком сильно заморачиваюсь над этим всем, хотя вроде как давным давно забросил это дело. Она интересует меня не больше чем, остальные девки, которые со мной так же спали. Но… она мне сопротивляется…       Я видно не заметил того, что когда окончательно заснул, более не о чем не думая, а это срабатывало не хуже, считания овец, — я улыбался во сне. Скорее всего так.       Хотя, признаться совсем честно. Она мне приснилась. И все в моих потаенных фантазиях было до того горячо и страстно, что я просыпался трижды за ночь, чтобы эти мысли отогнать. Но она не хочет отпускать меня. Признаться себе, что я ей одержим? Да нет, глупость какая… я просто немного не хочу, никуда лететь, а она впилась в мою голову, потому что последние пару дней, я за ней отчаянно гонялся. Не более того…

***

      Большинство путешественников, посещающих Грецию для того чтобы ознакомиться с огромным количеством достопримечательностей, памятников истории и архитектуры древнего народа, и в первую очередь едут в Афины. До того, как я узнавал об этом месте из истории, территория Коринфа, этой местности называлась обобщенно и именно так.       Если пути-дороги ведут туриста к древнему Коринфу, то ему стоит знать, что этот «мертвый» город отделяет от столицы современной Греции расстояние почти в восемьдесят километров. Поездка на автомобиле до старого Коринфа займет не более полутора часов. Впрочем, практически столько же едет до города-музея и экскурсионный автобус.       Если посмотреть сейчас на древний Коринф, то он напоминает не некогда величественный и могущественный город, а археологическую площадку, на которой специалисты ведут свои работы.       Перед развалинами города под открытым небом, куда нам и следовало направиться, на всеобщее обозрение давным давно были выставлены, найденные на его территории, различные скульптуры. Стоит помнить, что вход в древний Коринф платный: стоимость билета составляет 6 евро. Перед его посещением следует обязательно позаботиться о наличии в дорожной сумке питьевой воды и зонта от солнца: действующих магазинов среди развалин Коринфа, как и затененных участков, не найти. А у нас, в наличии было не больше: частный вездеход для фото-отчета местности и небольшой фургон, в котором мы в основном обедали и прятались от солнца. Припасов у нас было предостаточно. И первым делом, мы должны были договориться с рабочими и местными Главами, о том, чтобы нас допустили на территорию раскопки, а так же, позволили распоряжаться в рамках своей работы тем, что мы раздобудем здесь, проводя естественным анализ оценки.       По пути сюда, мы с командой, довольно оживленно беседовали. Ну как, оживленно. Нас было пять человек, включая меня и Аки. С нами ехал, ранее упомянутый Чайз — историк и экспедитор. Географически и туристически знает местности страны, которые нам необходимы. Будет нашим сухопутным навигатором.       Лия — действующий геолог, специализирующийся на возрасте артефактов, а так же технолог, занимающийся вычислениями в специальной программе, на предмет структуры и происхождения, тех или иных, камней, скульптур, их изложения и строения, когда и каким материалом они были высечены.       Ал Полевски — руководитель нашей экспедиции. Мужику около сорока семи лет. У него черные, короткие волосы и квадратный подбородок. Этим он мне и запомнился.       Его функция была в том, чтобы мы все работали, были на своих местах, не терялись, не конфликтовали, не нарушали законов и исполняли задачи, которые он сам не знаю, откуда берет.       И, программист — Ян Гатаске. Двадцать три года. Он выполняет так же геологическую функцию, а так же производит тесты, позволяющие нам узнать, был ли кто-нибудь здесь до нас, сколько лет той или иной породе, или материалу. Как он взаимодействовал с другими минералами, повреждения и прочее.       Аки выполняла функции консультанта-историка, отвечающего за сохранность того или иного артефакта. Выясняла по трещинам, так сказать, возраст той или иной находки, ее историю и мифы о ней, были ли эти артефакты повреждены намеренно человеком, или в ходе стихийного бедствия, погоды или времени…       Я же здесь находился как тот, кто устанавливал подлинность находки и производил оценку, в зависимости от перемещения данного артефакта. То есть, в Американском посольстве Археологии и Истории, за подобные находки естественно могут выплатить гораздо больше, чем в Индии, Китае (меньше всего в Китае), либо странах Запада. Увеличением стоимости находки на родине может послужить лишь приличная реставрация и проверка ее актуальности временем. Все-таки, это вам не Скифийские Алмазы Семи Звезд искать. Просто, какие-то статуи, кроме тех, что кромсали сами Бенедетто Антелами, Никколо Пизано, Донателло Донато ди Никколо, Жан-Батист Карпо*.       Меня это интересовало не больше, чем если бы я устанавливал подлинник, какого-нибудь вера-предписания. За это хорошо платят, но от этого не получаешь азарта. Вот, например, если вести расследование, скажем тех же, необычных книг, которые написали Демоны или Сам Дьявол, как в Девятых Вратах**. Фанатики готовы на, что угодно, за подобные «проклятые сокровища». Так же, мне больше нравилось устанавливать ценность найденных драгоценных камней или украшений, утраченных династий. Ибо, в этой сфере мне откровенно везло и уже, по окончанию экспедиции, я мог заграбастать себе, довольно приличный куш.       К тому же, я, наверное, не говорил, а я не привык работать в компании. Это всегда уменьшало стоимость моего успеха. Это означало, что так или иначе, определенный гонорар придется делить между участниками. Я… и был бы не против, разделить свое вознаграждение с Аки или Лией, ибо я обратил внимание, как последняя всю дорогу до Греции, пыталась со мной заигрывать. К тому же, на фоне всех них, я выглядел, куда более перспективно и привлекательно. Не то, чтобы я самовлюбленный. Я говорю это как факт. Я, за свою жизнь, сделал столкьо всего, и столько отпахал, что ребятам и не снилось. К тому же, по сравнению с молодым и прыщавым Яном, или тем же Чейзом, я выглядел как местная достопримечательность.       На этих мыслях, я устремил глаза к статуи Аполлона. Интересно, а его вариации, по всей Греции так раскинуты?       Я закусил заушину очков и прищурился. Работы, конечно, предстояло много, но я не чувствовал, что мне здесь есть хоть какое-то дело. Да, договориться насчет разрешений и прочего, работа больше для Ала. Ибо он руководитель и все такое. А пока мы разбивали лагерь и осматривались, я незаметно подошел к девчонкам, и единственной, кто мне улыбнулась, была — Лия… Я игриво улыбнулся ей в ответ и решил, что пока могу отлучиться. Здесь мои навыки пока точно не пригодятся.       Так я думал, когда решил, что вполне твердо сегодня, буду не думать о том, что мы с Аки на одной площадке раскопок… к тому же… уже неделя прошла, а я так никого и не подцепил. Надо бы исправить ситуацию. Местный язык я знал, с натяжечкой на твердую пятерку, мог иногда перепутать слова-синонимы. Но это ни раз выручало меня в подобных схемах. Это заставляло леди, с которыми я надеялся скоротать свое время застенчиво улыбаться и поправлять меня. Я прикидывался наивным придурком, а затем… естественно, просил девушку показать мне город или проводить до самой известной достопримечательности, а затем врубал на полную свое обаяние и понеслась. Как и сейчас… — Kaliméra, kyría… boreíte na mou peíte poú boreíte na vreíte aftó to méros? — остановившись возле одного из ближайших руин, я достал телефон и открыл путеводитель. Мимо прошла местная девушка и я ее остановил этим вопросом. Американский акцент меня сильно выдавал, но я старался быть — само очарование. Она остановилась возле меня, заправила прядь за ухо и неловко улыбнулась. — Den eísai topikós, kýrie? — Loipón… sygnómi… — To katálava me tin proforá kai tin proforá sou…*** — Alítheia? Den xéro pragmatiká ti glóssa, móno sto epípedo synomilías tou scholeíou… — немного жестикулируя, неловко улыбнулся я и снова попросил ее о помощи.       Слово за слово и вот, спустя несколько минут, мы уже гуляли среди руин. Я спрашивал у своей очаровательной собеседницы и гида, где здесь можно спрятаться от тени и ото всех в принципе. Она смущенно улыбалась и рассказывала о достопримечательностях, завлекая нас все глубже и глубже в немного порушенные глыбы, среди статуй, заброшенных остатков домов и лачуг, под кровли крышных навесов из кожи и дешевых тканей и вот уже через час общения, мы бы целовались и принимали более пикантные позы, как вдруг, телефон у меня разразился адской канонадой, что означало, что группа, видимо, со всем закончила. Закатив глаза, я тяжело вздохнул и слабо улыбнулся, прижав девушку между собой и прохладной, песчаной стеной и, коротко чмокнув ее в губы, чтобы в конец не разочаровывать, а после извинился и достал телефон. Я был приятно удивлен, заметив, что звонит мне Аки. Хотя, пришлось свою мимолетную радость хорошенько скрыть, чтобы у девушки не возникло вопросов. — Да? — я приложил телефон к уху. — Ну и куда ты пропал? — послышался недовольный голос шатенки, по ту сторону. Я правда попытался хоть, как-то сдержать улыбку, мимолетно глянув, что моей очаровательной, загорелой незнакомке с выцвевшими, от такого солнцепека волосами, уже не терпелось меня оседлать, о чем, она красноречиво намекала, скидывая тоненькую лямочку с загорелого плечика. Уголки губ, у меня немного приподнялись. Я оценил ее действие, пока Хикари на том конце невидимого провода, распылалась о какой-то проблеме. — Между прочем, Чайз сказал, что у тебя есть определенные навыки. — Да… смотря, в чем они могут пригодиться… — я откинулся спиной к стене, в то время, как блондинка игриво улыбнулась и начала буквально меня раздевать, распоров до конца рубаху и стала покрывать поцелуями грудь, пресс и спускалась по животу ниже. — Лия хорошо знает греческий, — пояснила девушка, — но она не может договориться с руководством. У нет определенных документов. Может быть, ты вернешься и применишь этакое свое обаяние…? — Надо же, — довольно протянул я, — кто-то все же нуждается в моей помощи. А уж когда ты просишь… — Это не моя личная просьба! — сорвалась она. — Да? Очень жаль… — я услышал как взвизгнула ширинка и кинул короткий взгляд вниз, свободной рукой проведя по желтовато-выцвевшим волосам гречанки, — Будь это лично твоя просьба, прибежал бы немедленно… Но увы… так я освобожусь лишь через два часа… — Через сколько? Ты что там, трахаешься что ли? — разозлилась она. — Если хочешь до конца убедиться, можешь прийти и посмотреть, а можешь и поучаствовать. — хмыкнул самодовольно я и отключился, запихнув аппарат в задний карман и улыбнулся с удовольствием наблюдая за искрящимися неподдельно-похотливой страстью карих глаз и кивнул, что-то проурчав на ее языке, в знак одобрения ее ласкам. Все должно было вот-вот произойти, как неподалеку раздались знакомые голоса и один из них, минутами ранее распылялся в моем смартфоне. — Не хочется… но, кажется, я поняла, что ты имел ввиду… и оказалась права… — Аки самодовольно усмехнулась, собрав руки на груди, примчавшись сюда с Яном. Мальчишка до того смутился, что отвернулся и в ужасе закрыл рот рукой. Девка, что я склеил, тут же отскочила в сторону. А Аки, с самым надменный лицом, посмотрела на меня, выразив ко мне все свое отношение. — Ой, да ладно… — закатил глаза я, поправляя бриджы, — неужели более подходящего времени не нашлось? Как вообще вы меня нашли… — Ты о гео-локаторах не слышал? — сказала недовольно Хикари и посмотрела на блондинку, едко усмехнувшись.       Очаровательная гречанка, затараторила, что-то недовольно и весьма голосисто на своем-родном, спрашивая у меня, что это значит и кто это такие, при этом указывая в сторону Аки с Яном.       Я постарался ее успокоить, но не смог.       Аки сказала, всего пару каких-то лично мне не ведомых фраз на греческом, отчего гречанка уставилась на меня с таким шоком, что я сам поразился.       А после она и вовсе подошла ко мне и… неприятный эпизод, но мое мужское достоинство, как и личное, духовное в нем было физически и теоретически задето, отчего и пострадало. Она громко фыркнула, вертнула носом и горделивой походкой ускакала отсюда, пока я загинался в три погибели, а Ян участливо подбежал ко мне и спросил, все ли нормально. Потом, он жалостливо посмотрел на Аки и проскулил. — Аки-сан… это же жестоко!       Шатенка усмехнулась и так же, развернулась и ушла, кинув, что ожидает нас на месте раскопок.       В принципе, так и начались мои недо-приключения в Греции. Спасибо, что хоть не в Египте… а то, там с одного города на другой, не доберешься без верблюдов, а этих существ я ненавижу.       Когда, все более-менее прошло и успокоилось, я убедился, что женщины против меня начинают потихоньку сговариваться, потому и уточнил у Яна, что и на каком языке девушке, в тот раз сказала Аки.       Паренек, при виде того, что я обратился к нему, почему-то порозовел, что вызвало у меня недоумение и спустя очень долгую паузу, отважился ответить, но Хикари его перебила, когда мы шагали по полу-пустым улицам-руинам к месту, где должно было договориться о раскопках. — Это древне-греческий… используется только в очень узких кругах, — сказала она, не оборачиваясь и глядя в свой телефон, — я сказала ей, что ты обманщик и хотел заразить ее спидом. — Что?! — охренел от таких заявлений я. — Это должно было тебя остудить. — Женщина, ты хоть понимаешь, что творишь?! — Тише-тише… — попытался всех привести к примирению Ян, но Аки, кинув на него короткий взгляд, совершенно не обращая внимания на мой праведный гнев, снова подала голос. — Это вполне справедливо, зная, как ты гордишься тем, СКОЛЬКО у тебя было половых партнерш… и партнеров… На этом моменте, я невольно глянул на Яна, что снова зарделся смущенным румянцем. — Да, Ян… скорее всего он — би… и если ты не сильно привередливый… Я в недоумении посмотрел в ее сторону, еще более ошарашенный этой новостью и уточнил. — Ян — гей? — Да… — протянула девушка самодовольно и ускорила шаг, направляясь вперед, — и ты ему понравился!