Господин золотых полей

      Отправляясь в поход, герцог надеялся найти на рудниках не менее пяти дюжин живых душ, занятых ремонтом шахты. В отчетах управляющего указывалось, что работников — одиноких крепких мужчин среднего возраста — пригласили с северо-запада, где голодных ртов и трудолюбивых рук всегда было в избытке. В связи с серьезными разрушениями в ближайших деревнях для новоприбывших было построено временное поселение со всем необходимым для жизни. Бюджет разрывался, но каждая копейка затрат была оправдана.       На бумаге.       Сейчас Старк наблюдал, как темная глотка шахты выплевывает грязных, изможденных людей. Из плавно уходящего вниз главного коридора медленно выкатывались груженые рудой скрипучие тележки, которые толкали еле волочившие ноги старики в грязно-сером тряпье. Герцог нахмурился: он отчетливо помнил, что в отчете управляющего месячной давности значилась новая рабочая форма.       Не могли же они за месяц?..       Один из рабочих споткнулся и упал, но тут же, шатаясь, встал на четвереньки. Герцог хмуро смотрел на то, как костлявый старик пытается толкать вагонетку плечом, в кровь расцарапывая руки и колени о каменистую землю. Тележка пронзительно скрипела и норовила откатиться назад, но рабочий не сдавался. В какой-то момент он поднял голову, и его искаженное лицо повернулось прямо к Старку. Герцог изумленно моргнул: старику было не больше двадцати лет.       Крепкие мужчины среднего возраста?!       Герцог заметил, что рабочие не спешили возвращаться в шахту. Они застывали на несколько минут, опираясь на вагонетки словно на костыли, и только потом медленно брели обратно. Уже знакомый герцогу изможденный мальчишка, дотолкав свою тележку до места назначения, с обреченным вздохом упал рядом с ней бесформенной кучей серого тряпья. Грузчики даже не увидели этого — их сил хватало только на разгрузку. Старк с каменным лицом смотрел на согбенные спины, поникшие плечи и серые от усталости, безразличные ко всему лица. Не люди, призраки.       Не больше двадцати человек на поверхности.       Он не знал, сколько рабочих находится внутри, но это уже не имело значения. Вместо строительного мусора в вагонетках была руда.       Чертова руда!       Откуда-то раздался монотонный звон. По всей видимости, этот звук оповещал о начале перерыва. Из рабочих словно выпустили весь воздух: одни сползли по ближайшим балкам, столбам, тележкам, бочкам, другие обессиленно опустились прямо на землю. Несколько оборванцев, шатаясь, пошли в сторону сарая, откуда едва пахло хлебом.       Герцог спрыгнул с лошади. Рядом спешился Хэппи.       — Займись тут всем. И отряди кого-нибудь проследить за мальцом. Нечего ему здесь делать, — в голосе Старка звучала холодная сталь.       Хэппи коротко кивнул и пошел вдоль колонны, раздавая приказы своему отряду. Бряцание оружия и выкрики солдат наконец-то привлекли внимание рабочих: поднялись головы, открылись уставшие глаза. И в этих глазах плескался страх.       От очередного гортанного выкрика Хэппи рабочие вздрогнули и начали переглядываться. Но все как один молчали. Невысказанный вопрос висел в воздухе.       Будут казнить?       Двадцать испуганных пар глаз внимательно следили за каждым движением герцога. Старк попытался успокоиться. Но тут его блуждающий взгляд наткнулся на горн, в который подавался холодный воздух даже во время перерыва. В яме уже образовалась руда, которая по ручной движущейся дорожке попадала в глиняную печь. Угля было достаточно — засыпали утром, не иначе.       Что здесь, мать твою, происходит?       — По отчетам рудники встали на ремонт черт-те когда! — оскалился Тони на подошедшего Хэппи. — Да я отсюда вижу этот пористый кусок железа со шлаком, всё в самом разгаре!       Успокоиться не получалось. Ярость горячила кровь, пальцы герцога то и дело смыкались на рукояти меча. Он понимал, что пугает рабочих еще сильнее, но контролировать эти движения был не в силах.       Ответственное лицо в подписях… Брок!       — Хэппи, распредели стражу. Должны быть готовы к обыску и допросам. И чтобы никаких неженок, понял? — прорычал герцог, уже не смотря на главу стражи.       — Будет исполнено, Ваша Светлость.       Старк хищной птицей рванулся к гостевому дому, единственному жилому сооружению вокруг. Он не видел, как слева от него схватился за грудь, захрипел и упал на колени крепкий на вид рабочий. Но он услышал крик.       Странный гортанный крик был мало похож на человеческий. Старк оглянулся. Мужчина бился в пыли, ревел, судорожно хватался за ворот изорванной формы, пытаясь оттянуть его в сторону. К мужчине подбежали два юноши, что-то, кажется, пошептали между собой, затем дружно перевернули мужчину на бок. Затем один из них скинул форменную рубашку и, скрутив ее в мягкий комок, положил под голову бьющемуся мужчине, в то время как второй ослабил ворот одной рукой, другой мягко удерживая дергающиеся из стороны в сторону конечности. Их серые от усталости лица при этом выглядели удивительно спокойными, словно ничего особенного не происходило.       — Что с ним? — мягко спросил герцог.       Юноши спокойно посмотрели на герцога. Молча. Конвульсии мужчины стали слабее, однако он все еще издавал нечеловеческие звуки. Герцог прошелся взглядом по рабочим — они боятся только его, а за ситуацией наблюдают без особого интереса. Взгляд Старка зацепился за руки одного из них: тыльная сторона ладони покрыта крупными темными пятнами. Мужчина присмотрелся внимательнее: у другого на шее яркая сыпь, у третьего лицо изрыто оспинами, у остальных — то ли грязь, то ли кровоподтеки, то ли еще что. Ни одного здорового на вид. Лекарей Старк не заметил.       И часто у них так?       — Хэппи! Планы меняются. Очистить повозку. Погрузить всех раненых и больных. Людей с увечьями в повозку в первую очередь. Отвезем их в поместье.       На звуки его голоса потянулись рабочие — и те, что находились на поверхности, и те, что прятались в сумраке главного коридора, боясь выйти на свет. Среди толпы герцог заметил и подростков — низеньких, щупленьких и тощих как тростинки. Не толще Питера.       — Детей посади на лошадей к солдатам, если не будет места в повозках. Всех до единого.       Механизм заработал. Вышколенные Хэппи стражники беззвучно и без дополнительных вопросов рассредоточились по территории, слаженно и четко, как на учениях в Академии. Рядом с герцогом бесшумно возникли солдаты, которые молча забрали мужчину, лежавшего, по всей видимости, без сознания. Юноши сначала с непониманием уставились на них, но мирно отошли в сторону, когда один из солдат четко и уверенно произнес: «Мы вылечим. Поможем». Неуловимо быстро возник походный медицинский пункт.       Один из штатных рядовых-медиков осмотрел обоих молодых людей. Он задавал им вопросы, проверял на скорость реакции, еще на что-то — Старк не вникал. Он внимательно смотрел на мальчишек. Те будто бы проснулись: оживленно осмотрели медика, солдат, унесших пострадавшего мужчину, затем внимательно посмотрели друг на друга и наконец — на герцога, который неподвижно стоял неподалеку. И в их глазах не было страха.       Потому что в его взгляде не было привычного угнетающего господства.       Благородство.       Власть.       Защита.       — О ы? — рвано произнес один из парней. Он явно силился что-то сказать, его лицо кривилось от натуги. Медик аккуратно взял его за челюсть и попросил открыть рот.       — Милорд, у них…       — Я вижу, — ответил мужчина. У юноши заслезились глаза.       — Ы… Аээ. Эаеае?       Герцог подошел к парню вплотную и присел на одно колено, внимательно вглядываясь в его лицо. Мальчишка совсем, лет восемнадцать, вряд ли больше.       — Писать умеешь?       Отрицательный ответ.       — Я — ваш герцог. Меня зовут Энтони Старк. Железный человек. С этой минуты вы в безопасности. Раз и навсегда.       Оба мальчишки синхронно шмыгнули носами, их губы тряслись. Один схватил герцога за руку, явно пытаясь что-то сказать. Он указывал сначала на гостевой дом, затем на шахту. Дом. Шахта. Дом. Шахта. По лицу парня катились крупные слезы. Он пытался что-то говорить, но вырывающуюся из его горла мешанину звуков понять было невозможно.       — Я понял. Здесь все? Или кто-нибудь еще связан? Заперт?       Второй мальчишка тоже пытался что-то лопотать, показывал пальцами на различные сооружения, и плакал навзрыд.       — Милорд, у них истерика. Они ничего не поймут сейчас.       — Хэппи! Найди хотя бы одного адекватного и в сознании. Накорми и разузнай все, что сможешь. Или пойми хотя бы, кто умеет писать, если всем поголовно отрезали язык. Парни как под опиумом.       Старк хотел уйти, но не мог. Ему нужна была информация. Вокруг него кипела жизнь: солдаты скидывали с повозок мешки с провизией, освобождая места для рабочих. Почти мгновенно образовался пункт раздачи еды и воды — не желая тратить драгоценное время, солдаты отдавали рабочим свои сухие пайки и фляжки. Кто-то из ребят уже принялся варить кашу на скорую руку. Несколько рядовых убежало с ведрами к ближайшей речке. Хэппи организовал несколько небольших поисковых отрядов, которые прочесывали рудники. То и дело прибегали мальчишки-новобранцы с отчетами:       — Нашли троих! Без сознания!       — Эти тоже без языка!       — Здесь еще десять, привязаны веревкой к столбу! Запрашиваем помощь!       — Ребята, срочно воды, у меня здесь ребенок без сознания! Лет двенадцати, не больше.       — Здесь все немые!       — Медика!       — В шахте еще с дюжину. Перепуганные. Есть места в повозке?       — Еще трое немых, нужна вода!       — Вы проверили сарай? Там пусто?       Герцог едва успевал принимать отчеты и раздавать новые приказы. Распорядиться разбить лагерь. Определить размеры пайков для рабочих — врачи утверждали, что если сейчас перекормить бедолаг, то до поместья они не доедут, слишком долго не ели. Определить двоих из своей свиты помочь солдатам в приготовлении пищи. Отрядить пятерку солдат повнушительнее контролировать количество выдаваемой еды. Успокоить голодных рабочих. Послать еще нескольких солдат за водой. И еще дело. И еще одно.       В какой-то момент герцог просто сбросил плащ в пыль, засучил рукава своей белоснежной рубашки и бросился помогать отряду рядовых, которые не могли установить над лагерем тент от солнца. Где-то там в таком же безумном ритме носился Хэппи, но это было не важно. Важно было то, что все спасенные рабочие получили солдатские плошки с горячей кашей, что подростки начали робко улыбаться его солдатам. И их глаза. Глаза, в которых вместо страха и обреченности светилась надежда. Надежда — и восхищение.       Крики солдат, мычание рабочих, ржание лошадей, скрип повозок, звон инструментов болезненным эхом отдавались в голове. Знакомые парнишки, которые спасали мужчину, сидели в тени и за обе щеки уплетали кашу из одной миски, прижимаясь друг к другу боками. Старк только сейчас обратил внимание, насколько они похожи друг на друга.       Значит, братья? Только один уж больно хлюпенький… Как девчушка.       Герцог вдруг понял, что его шатает. Он вынужденно оперся о ближайшую сваю, чтобы сохранить равновесие, и схватился за голову. Пластина в груди заныла с такой силой, что он с трудом сдержал стон. Воздуха отчаянно не хватало, и герцог тщетно пытался расстегнуть ворот рубашки, но никак не мог ухватить непослушными пальцами юркую пуговицу. Вдруг он почувствовал легкое касание. Дышать стало легче. Он открыл глаза.       На него с обожанием смотрел парнишка-подросток. Видимо, он ему и помог. Герцог неуверенно улыбнулся. В глазах мальчишки вспыхнуло такое острое счастье, что Старк почувствовал щемящую боль в груди.       Они готовы отдать свою любовь первому встречному. И им все равно, куда бежать отсюда… И этот малец, совсем как Питер… А где Питер?

***

      Приказ Хэппи рядовому был предельно ясен: держать мальчишку в радиусе метра от себя, глаз не спускать. Но вокруг происходило столько всего и сразу, что не смотреть на это не получалось.       Что с пацаненком-то станет?       Рядовой уже порядком устал отвечать на бесконечные вопросы мальчика, на его предложения помочь, на его просьбы пройтись до шахты, потому что: «Видите ли, там какой-то странный чудик бегает!»       Питеру было скучно и тревожно. Он хотел посмотреть на все поближе, но солдат был непреклонен. В результате обиженный Паркер удобно улегся спиной на мешок с провизией и смотрел на все, свисая вниз головой и болтая ногами. Вокруг входа в шахту собралась толпа, в центре которой возвышался сиятельный Старк. Больше ничего видно не было. Мальчишка хотел уже было попросить солдатика еще разочек, как заметил, что в шахту кто-то украдкой пробежал.       «Интересненько», — Питер так резко перевернулся, что чуть было не упал.       Солдат что-то гаркнул, вроде: «Да лежи ж ты смирно, неугомонный», но тут к ним побежали люди и начали стаскивать с одной из повозок мешки с провизией.       — Хан, помоги нам! — крикнули солдату товарищи, и тот без задней мысли рванул к ним. — Приказ милорда, убираем с повозки провиант, нужно посадить людей!       Питер усмехнулся. Судьба-судьбинушка дала явный знак — бежать.       Пока-пока, солдатик!       Он тихо-тихо слез с повозки и спрятался за ней. Вокруг сновали солдаты, нужно было действовать очень осторожно. Герцог четко дал ему понять еще до приезда сюда: никуда не высовываться, иначе — беда.       И никаких пирогов с финиками от кухарки. Помню-помню, но я совсем маленько тут поброжу. Ох и жутко всё-таки!       Питер нашел отличное укрытие — небольшой коридор, который уходил вниз, вероятно, в погреб. Паркер прокрался внутрь и спрятался за перегородкой. Оттуда он аккуратно подсматривал за событиями у входа в шахту. Ему казалось, что тот загадочный мужчина что-то нес под рубашкой. Мысли о поимке незнакомца казались ему невероятно интересными.       Еще и нашим помогу-у. У-ух, жарища-то. А куда он ушел?..       Мальчик сразу приметил под ногами большой кусок то ли слипшейся земли, то ли камня. Он крутил его в руках, пытался отковырять хоть что-то, но тщетно.       — Ой, не нрайца мне всё это. Не нрайца-а. Но нада нашим помочь. Чем я-то хуже буду.       Он оглянулся. Погреб как погреб. Ничего интересного. Ветошь в углу набросана. Ящики какие-то. Скучно. В поле зрения появились солдаты.       Только не снова под стражу!       Один из поисковых отрядов тем временем направлялся прямо в сторону его убежища. Парнишка запаниковал — прятаться было негде. Вдруг он вспомнил про кучу ветоши в углу и опрометью кинулся к ней. Он только успел забраться в старое пыльное тряпье, как в подвал вошли трое и принялись методично простукивать ящики.       — А шахту проверили?       — Трижды. Но там чёрт ногу сломит, целый лабиринт в туннелях. Я орал, как мог, да и рабочие покивали, что вроде как всех собрали.       Мальчишка прислушивался к солдатским шагам, как мог, но долгая дорога и теплое тряпье сделали свое черное дело. Он уснул.       Проснулся он от того, что настырная пылинка залетела ему в нос. Питер чихнул. И понял, что проспал.       Ёк-макарёк, Вашесть меня убьет!       Питер осторожно вылез из тряпья и прокрался к выходу из погреба. И не поверил своим глазам! Грязную землю перед входом в шахту было не узнать — Старк и Хэппи умудрились развернуть настоящий походный лагерь!       Точно на дрожжах выросли. Эх, Вашесть-та колдунствует, чесслово!       Ни самого герцога, ни Хэппи на горизонте видно не было. Солдат вокруг тоже не наблюдалось.       Ток бы тихонечко пролезть да не попасться. Иначе на кол посадют и в огород пугалом птицам на смех пустют.       Мальчишка мысленно перекрестился и, петляя, как заяц, рванул к главному входу в шахту. Один из рабочих возмущенно загукал, показывая на него пальцем. Мальчишка ускорил бег.       Пронесло!       Он осторожно осмотрелся вокруг. По на стенах висели тусклые фонарики, в которых еле-еле чадил керосин. Коридор уходил вниз, в темноту. Питер оглянулся на свет. Там были люди, там был герцог. Но герцог опять его запрет! И мальчик осторожно пошел вперед.       Вдруг он услышал треск и скрежет за ближайшим поворотом. Он сжался и замер, тяжело дыша. Что-то приближалось. Он хотел было убежать обратно к повозке, но ноги не слушались его. А потом что-то схватило его за рубашку, и черная рука закрыла его рот. И его утянули в шахту.       Вашееееееесть!       Стремительно шагающий к гостевому дому Старк внезапно остановился и обернулся. Ему показалось, что он услышал чей-то знакомый крик в шахте, и он уже хотел было позвать Хэппи, но дверь дома с пронзительным скрипом открылась, выпуская на свет весьма объемного мужичонку. Мужичонка сиял улыбкой, как начищенная золотая монета, на бегу надевая плащ с ярко сверкающей пряжкой управляющего.       — Ваша Светлость!       — Явился, — сквозь зубы выдавил герцог.       — Милорд! Позвольте-с представиться, я… — управляющий поклонился, не переставая улыбаться, но герцог грубо прервал его.       — А мне плевать.       — … Зебедайя Киллгрейв к Вашим услугам, милорд, — улыбка мужчины дрогнула, но не увяла. — Не ожидал Вас так скоро в наши края. Да так внезапно! Еще и солдатов понатащили кучу, да заче-ем, вот уж глупости, — сладко залепетал мужчина, косясь на рабочих.       Те поголовно уткнулись в землю. Как под гипнозом. Старк почувствовал, что звереет.       — Где мой управляющий? Сэмюэль.       — Да-к, Ваша Светлость, суждено было моему товарищу помереть до Вашего приезда. Так и получилось, что теперь я, Ваш преданный слуга, тут тружусь.       — В докладах его подпись. И в докладах этих было написано, что ремонт еще не закончен, а выработка руды начнется месяца через два, — прорычал Тони. Не меняя положения головы, он стрельнул глазами в сторону работающего горна. — А это что?       — Так, милорд, Вы как испарились, к кому же еще мне обратиться за новой печатью? А он… да помер недавно совсем, только тело вот отправил к родне повозкою. Не положено мне казну на себя тратить, вот я аккуратно из своего кошелёчка и заплатил. Но так вы подметили здорово про печать, Ваша Светлость! — воскликнул управляющий и развел руками, не переставая улыбаться.       Тони молчал.       — Утречком, думаю, надо посмотреть, можно ли начать добычу уже сейчас? Вот, думаю, будет радость Вашей Светлости! И вот как раз сим днем хотел Вам весточку отправить, что руда будет готова на продажу! Старался, Ваша Светлость, ради великого Дома Старков, — управляющий говорил со знанием дела, ладно и складно. Он почувствовал свою силу и снисходительно улыбался.       — Ты мне не зубы не заговаривай, пузатый, — Старк преодолел разделяющее их расстояние в один шаг и с силой сжал руку на горле управляющего, лишая того доступа к воздуху. Лицо Зебедайи мгновенно покраснело и покрылось бисеринками пота. Жирные складочки на оплывшем лице мелко-мелко тряслись. Не человек, а кусок жира на огне. Старк, не мигая, смотрел на управляющего. Так змея смотрит на раненого зайца, хищно и хладнокровно.       — Я видел железо. Ты тут минимум неделю заправляешь всем. Ты, паскуда, решил, что я не сунусь сюда?       — По… погодите, милорд, — управляющий отчаянно пытался отнять руку Старка от своего горла, тараторил и заикался. Герцог немного ослабил хватку, — Все верно, с неделю я тут-с пытаюсь восстановить рудник. Но надо жеж опытно все проверить было. Как профессионалу. Не иначе. И понемножку, — Старк отпустил его и управляющий поспешно отошел на шаг назад. Он взглянул на часы и усмехнулся. — С наскоку ж не понять, каково оно, как работает. Говорю же, запустили ток сегодня, вот первая партия пошла. Не лучшая, скажу я Вам, конечно…       Управляющий врал. Это бесило. Меч в ножнах обжигал ногу. Тони поиграл желваками и стрельнул очередным вопросом:       — Что за тела у поворота на рудники?       — Ааа, это, — печально протянул мужчина. — Бедняжки попали под обвал во время ремонта второй штольни. Может зайдете на чашечку чая?       — Тела целы, но выглядят так, словно их пытали. И ты сказал, все давно отремонтировано… А тела свежие совсем, — подозрительно прищурился герцог.       Все было так складно и сладко, что герцогу хотелось блевать розовой железной рудой. Но нужно больше информации. Как узнать, что тут на самом деле случилось? Кто зачинщик? Где настоящая документация?       — Таки невезучие попались, — толстяк вилял, избегая разговора о телах. — Ваша Светлость, я почти шесть лет работал не покладая рук. Я верен Вам душой и телом. Вы меня не вините, не дурной я. Погорячились Вы, — голос управляющего журчал, словно ручей.       Так Сэмюэль умер уже как шесть лет? Уже, падаль, заговаривается, нужно дожать.       — Так может чайку, господин? Пройдемте внутрь. Скоро как раз должны приехать с новой поставкой дров…       Управляющий кинул беглый взгляд за спину герцогу, на рабочих. Они зло смотрели на толстяка, но не издали ни звука. Старк коротко кивнул Хэппи, тот что-то прошептал двум ближайшим солдатам. Стражники пошли к лошадям. Зебедайя выдохнул.       Тем временем в шахте двое наблюдали за их беседой. Темнокожий рабочий крепко держал Питера, убежать не представлялось возможным. Но рот не затыкал, и мальчишка отчаянно надеялся, что все обойдется.       — Дядька, мы, эт, с миром пришли, — пропищал Питер. — Вроде…       Рабочий внимательно следил за происходящим снаружи, прижавшись к стене. Управляющий и неизвестный ему мужчина с солдатами явно разговаривали на повышенных тонах. Мужчина изредка что-то бормотал вслух, но мальчишку не отпускал.       — Дядь… Я, честно, кусаться щас буду. Пусти…       — … — мужчина указал пальцем сначала на герцога, затем на Питера, потом на себя.       — О, я — Питер!       — Иейэ…       — Я — Питер!       — Иейэ… — мужчина нахмурился, снова показал на герцога, ткнул мальчишку в грудь, а затем провел руками по лицу, будто показывая бородку.       — Эй, эээ, — мальчик с подозрением косился на мужчину. — Вы на кого пальцем тычете? Который с бородкой? Ну там этот наш. Господин. Эн-то-ни Ста-арк. Герцог.       — … — мужчина разочаровано хмыкнул и продолжил следить за общением управляющего и герцога. Он цокал, недовольно мычал и громко выдыхал, когда посматривал на старые, почти сломанные часы. Мужчины, кажется, договорили и вошли в дом. Рабочий хмыкнул снова, а затем кивнул в их сторону.       — Эээ, куда они пошли? — получив кивок, Питер продолжил. — Ну, в дом. Мы там всех ваших собрали, чтобы домой увезти. В поместье.       — У… а… е… оа…       — Дядь, я корову лучше понимаю, чем тя. Ты попроще. Не тыкай мя, а лучше вообще отпусти. А то ты мне ща надавишь туда, куда не нада.       — Тцц, — цыкнул мужчина. Правая рука ныла, держать мальчонку было неудобно, но тот и не вырывался. Рабочий ослабил хватку. Он приложил палец к губам, призывая к молчанию, но Питер и так не собирался шуметь.       — Дядь, а как тя звать? — мужчина ногой начертил на земле имя.       «НиК»       — Ого, а почему вы черный. Это уголь? Сажа?       Ник дотронулся до кожи, потер ее и написал на полу: «Нет сажи. Кожа».       — Ва-ау… А можно дотронуться? Выглядит как корочка хлеба.       Ник собрался возмутиться, но снаружи донесся топот лошадей. Ник выглянул в сторону улицы, мгновенно перевел взгляд на часы и резко рванул внутрь шахты, схватив мальчика за руку.       — Иейэ! Иэе! Иэе! Э! Ее!       — Дядя, больно! — царапал руку мужчины Питер. — Что случилось?       Мужчина ненадолго остановился перед развилкой, будто бы решая, куда бежать. Питер вырвал руку, но Ник не обратил на это внимание. Определившись, мужчина рванул вглубь шахты. Питер остался стоять на месте.       — Иейэ! — окликнул его мужчина, рукой подзывая к себе. Он торопился, будто чего-то сильно испугался.       — Да что? Что такое? А как же герцог? Куда мы? Я должен пойти…       — Еее!       — Куда ты, дядь? Куда? Нам же к господину нада, он хороший! Вон, смотри-и, туда-а пошел. В дом! Я не пойду!       — …       Ник посмотрел на него, расстроенно махнул рукой и скрылся в темноте. Питер немного послушал эхо его шагов, а потом торопливо побежал наружу. К господину. Бежать было неудобно, пол в шахте был неровный и Питер постоянно спотыкался. Вдруг он замер. Снаружи доносились лязганье мечей и крики.       Чужие голоса… Не наши.       Питер уже почти добежал до выхода. Он надеялся успеть незамеченным юркнуть в тот погреб, что так надежно укрывал его. Скажет, что уснул, глядишь, господин не сильно осердится. Но вдруг выход ему перегородил человек в черном. Человек пристально смотрел на него, а Питер почувствовал, как от страха отнимаются ноги.       Опасно.       Мужчина был уродлив. У него было непропорционально вытянутое, длинное лицо, на которое грязными сосульками спадали неопрятные сальные космы. Близко посаженные поросячьи глазки плотоядно бегали по телу мальчика. Жирные губы мерзко улыбались. В нос Питера ударил резкий запах крови, лошадиного пота и подгнившего мусора. Питер замер.       — Ууу, кого я ещё нашел, — облизнулся мужчина.       — Т-ты к-кто…       — О, говорящий. Так ты не из этих бунтующих шахтовых крыс.       И если Ник не внушал Питеру страха, то этот человек вызывал неконтролируемый, животный ужас. Мальчишка попытался попятиться назад, но споткнулся о камушек и неуклюже завалился на спину, больно ударившись руками и спиной. Ободранные руки саднило, но Питер все равно пополз назад. Нащупал за спиной камень. Парень собрался с силами и бросил его в мужчину, но камень даже не долетел.       — Поиграть, значит, решил… Ну-ну…       Пугающий Питера черный человек приближался к нему, как гиена — предвкушая удовольствие и чувствуя свою силу. В его руке будто бы из ниоткуда возникла грязная булава. Питер увидел за его спиной лежащую на земле руку. Наверное, один из рабочих, попытавшийся сбежать.       Но где солдаты?       Мальчишка отвлекся и потому пропустил первый удар булавой. Боль обожгла левый бок, на глаза навернулись слезы, но он все-таки оттолкнулся руками от земли и постарался откатиться от мужчины как можно дальше.       — Третий пошел, — мужчина резко ударил еще раз, но на этот раз Питеру удалось увернуться, и удар пришелся вскользь по спине. Было больно. — Лёгкая добыча. Лёгкие очки.       Питер изодрал ладони в кровь об острые камни, но прямо сейчас он не чувствовал даже боли в ушибленных местах — он завороженно смотрел на глубокую вмятину в том месте, куда пришлась булава. Его внутренности спазматически сжимались.       — Лежи смирно, сучёныш, — и мужчина сильно пнул мальчика в бок. Мальчишка повалился на землю, чувствуя, как острые камни рассекают кожу. Не успел он даже пошевелиться, как мужчина со всей силы наступил на его плечо. Что-то влажно хрустнуло. Он хотел отползти, отодвинуться от страшного человека, но тот снова пнул его, а затем с удовольствием опустил ногу на израненное плечо. — Доигрался. Три очка за молодняк в кармане, хах.       Питер чувствовал себя мухой на булавке. Он не мог двигаться — нога человека в черном прижимала его к земле, причиняя немыслимую боль. Солдат смеялся, поигрывая булавой, будто примериваясь половчее нанести удар в голову. Он играл с ним, дошло до Питера. Как кот с мышью. Мужчина занес оружие и со всей силы ударил мальчика. Питер обреченно смотрел на стремительно приближающееся металлическое навершие. Боль путала мысли, в ушах звенело.       Оружие остановилось в сантиметре от его лица. Питер почувствовал, как спазмы сжимают горло, когда в нос ударил запах мерзкого оружия. Кровь и гниль. В груди отчаянной птицей бился крик о помощи.       — По…мо…ги…те, — еле произнес Питер, с ужасом смотря в глаза убийцы. Ему казалось, что они горят, как глаза хищника во время охоты. Вот только дичь — он. Солдат оскалился и прицелился снова: размах, падение оружия и снова остановка в паре сантиметров от лица. Как будто мужчина испытывал возможности своей новой игрушки.       До слуха Питера донеслись приближающиеся крики, лязг мечей.       — Тц, забылся, — мужчина тоже услышал звуки боя. Его лицо выражало скуку. Он поднял ногу и с удовольствием, медленно, еще раз опустил ее на раненое плечо. Питер взвыл. — Так-то лучше. На звук я лучше ориентируюсь в этих потемках.       А затем он совершенно равнодушно размахнулся и нанёс удар. В шахте раздался отчаянный крик.       Убийца замахнулся еще раз, ударил, но промахнулся. Удивился. Левому боку было тепло. И еще там неприятно кололо. Звуки становились все отчетливее. Игрушку надо было добить. Он ударил еще раз, но снова промахнулся. Руки не слушались его. Убийцу прошиб холодный пот.       Пора было уходить — у выхода из шахты явно шел ожесточенный бой. Мужчина развернулся на каблуках. И наткнулся на властный стальной взгляд мужчины в боевой стойке, который держал в одной руке меч, а в другой — кинжал. Окровавленный кинжал.       Старк молча нанес еще один удар. А затем еще один. И еще. Он играл с убийцей, как ранее тот играл со своей жертвой — наносил множество мелких, болезненных, кровоточащих ударов. Казалось, у него сотня рук. Человек в черном поначалу пытался обороняться, но куда там неповоротливой булаве против двух юрких клинков. Острые руки Старка были везде, а его холодные глаза пристально смотрели в глаза мужчины. Убийца чувствовал, как стекает по телу его теплая кровь, как путаются мысли, как холодеют конечности. И ему было страшно.       А затем Старк слегка толкнул его в грудь. Убийце показалось, что в него на полном скаку врезалась лошадь. Он упал на спину, чувствуя, как стремительным теплым облаком растекается вокруг кровь. Не прерывая зрительного контакта ни на секунду, Старк с размаху вонзил меч ему в грудь.       — Питер, не смотри сюда, — произнес герцог, но мальчик его не слышал. Кровь стучала у него в ушах бешеным набатом, он грыз губу и царапал окровавленными руками землю, пытаясь привстать. Грудь мальчишки поднималась и опускалась в бешеном ритме. — Хэппи, этот последний?       — Да, милорд.       — Тот темнокожий мужчина… Запомнил его?       — Он здесь такой один. Не перепутаю.       Родной и знакомый голос милорда был так близко. Питер хотел ответить, сказать, что с ним все хорошо, что он так рад, что милорд рядом, даже открыл глаза и попытался приподняться.       Прямо рядом с ним в огромной луже собственной крови лежал человек в черном. Его уродливое лицо было чудовищно изрезано, а черные одеяния влажно блестели в неверном свете керосиновой лампы. Питер видел выпученные глаза и вывалившийся язык. Неестественная поза пугала еще сильнее, и… Приторный запах крови и гнили врезался в ноздри мальчика, и темнота ласково раскрыла для него свои объятья.       Тони осторожно поднял мальчишку и пошел к выходу из шахты. Вихрастая голова безвольно ткнулась ему в плечо. Старку показалось, что мальчишка что-то бормочет. Он прислушался.       — Ваше-есть… я… Ваше…       Хэппи хмуро шел следом.       — Милорд, вахтенные понесут суровое наказание. Да и я не уследил.       — Прежде выясни, как именно это произошло. Они всех нас застали врасплох, — отстраненно и холодно ответил мужчина.       Солдаты герцога сбрасывали тела последних нападавших в яму, когда из шахты вышел герцог с мальчиком на руках. Конечности Питера безвольно болтались. В какой-то момент Тони вдруг остро ощутил, какое холодное у мальчишки тельце. Сердце кольнуло.       В полной тишине Старк дошёл до медиков, бережно передал им бессознательное тело и оглянулся. Врачи хлопотали за его спиной, оказывая парнишке всю возможную в этих условиях помощь. В двух метрах от него на коленях стоял связанный управляющий и злобно смотрел на него. Когда герцог подошел к нему, он плюнул в Тони, но не попал. Старк спокойно и изучающе смотрел на толстого некрасивого человека, который бился в путах, исступленно выкрикивая хорошо знакомые лозунги Дома Броков.       Герцог вскочил на Пятницу и развернул лошадь так, чтобы видеть, как в повозке медики хлопочут над бессознательным телом мальчишки. Но долго не выдержал и отвел взгляд.       — Хэппи, — произнеся Старк, смотря прямо перед собой. — Погибших похоронить как полагается. Падальщиков сжечь. Одежду и инструменты собрать. Но все это подождет. Где будет эта свинья, — Старк даже не посмотрел на управляющего, — мне не важно. Привяжите его к какой-нибудь повозке. Либо сам пойдет, либо мы его прокатим брюхом по земле. Главное, чтобы в поместье он был доставлен живым. Точнее, чтобы мог говорить. Дальше — на твое усмотрение.       Процессия медленно тронулась. Герцог не смотрел по сторонам, глубоко погруженный в свои невеселые мысли. Вдруг кто-то коснулся его ноги. Это был один из рабочих, он смотрел на герцога обожающим взглядом и, видимо, пытался благодарить его, хотя Старк не был до конца в этом уверен. Следом подошел второй, третий… Они с уважением пытались произносить его имя, поочередно выкрикивая «Эоиии Ааааа». Они улыбались ему и старались коснуться его стремени. А герцогу еще никогда не было так паршиво.       Один из рабочих, чернокожий мужчина, подошел поближе, честно и открыто глядя в глаза герцогу.       — … — он мотнул головой в сторону повозки, в которой лежал Питер, и нахмурил брови.       — Тебя отблагодарю позже, друг, — уважительно склонил голову герцог. Ник опешил. — Спасибо, что прибежал к дому. Если бы управляющий и дальше нас отвлекал… я бы опоздал.       — … — мужчина упорно тыкал пальцем в сторону повозки и вопросительно поднимал брови.       — Жив. Если ты об этом. Другого не позволю, — Ник выдохнул и улыбнулся.       Весь путь домой Старк молчал. Он задумчиво слушал редкие доклады Хэппи о состоянии провизии, солдат и рабочих: сколько человек потеряли, сколько раненых, когда и куда начальник стражи планировал высылать патрули. Хэппи с помощниками даже составили полный список рабочих: 44 человека. Один юноша написал почти все имена тех, кто не умел писать, хотя иногда и мотал головой, будто бы не знал, как зовут товарища.       — Тринадцать подростков и детей. Двадцать четыре мужчины средних лет. Семь мужчин старше пятидесяти. Более половины имеют следы побоев. Все немые: у одних отрезан язык, других пытали, третьих заставляли выпить что-то. Некоторые не в состоянии даже мычать, а их горло похоже на изрезанную и ошпаренную куропатку. Шестеро не пришли в себя до сих пор. Десять уже разговаривают, помогали с обработкой ран солдат. Из моих тяжело ранены только двое, попали в засаду во время патруля. Но жить будут, мы успели вовремя. Остальные отделались шрамами. Шестеро рабочих погибли. Территория зачищена, девять моих остались до прибытия нового отряда, — монотонно бубнил Хэппи.       Герцог молча кивнул, и Хэппи осадил коня, стараясь держаться позади господина. Они вели колонну. Следом ровным строем ехали конные стражники, затем телеги с рабочими, которые с любопытством глазели по сторонам. И среди них та, в которой лежал Питер. Он так и не пришел в себя. За весь путь домой Старк ни разу не оглянулся назад. Изредка до него доносился глумливый смех солдат. Управляющий постоянно падал, но солдаты с хохотом поднимали его за шкирку и заставляли идти с ними шаг в шаг.       Старк думал, что все это время так мечтал о тишине. И сейчас его окружала тишина, прерываемая редким ржанием или скрипом. Но чего-то остро не хватало.

***

      Джарвис увидел нежданный отряд издалека и встретил их у ворот. Старик с первого взгляда понял: количество путников увеличилось вдвое. Минимум. Он молча смотрел, как Старк развернул перед ним лошадь, отдал необходимые приказы о разгрузке повозок и сопровождение рабочих в служебный дом и лазарет.       Он посмотрел на дворецкого, который только сейчас понял, что не слышит заливистого смеха Питера. Старк молча мотнул головой в сторону одной из повозок. На негнущихся ногах Джарвис дошел до телеги и выдохнул. Живой. Мальчишка свернулся клубочком, его лицо было покрыто ссадинами, бровь рассечена. Джарвис взял мальчика на руки. Прижал к себе. Снова посмотрел на герцога, лицо которого ничего не выражало.       — Я говорил, брать его с собой — плохая идея, — тяжело произнес Старк и спрыгнул с Пятницы.       Он отдал поводья конюху, что-то ещё сказал Хэппи, но Джарвис его уже не слышал.       Только крепче прижал ребенка к себе, глядя вслед уходящему герцогу. Мужчина ступал тяжело и устало, будто груз, что он нес на своих плечах, был для него непомерно тяжелым. Впрочем, так оно и было. Джарвис печально вздохнул и отвернулся. На пороге застыла испуганная фигурка Карен. Дворецкий тихонько подозвал ее и попросил вместе с горничными подготовить комнаты на первых этажах в доме прислуги. Девочка коротко взглянула на Питера и кивнула, резко попятившись назад в комнаты.       Старк закрылся в своем кабинете и вышел оттуда только под утро с пачкой писем и документов. Хэппи уже ждал его с информацией, которую удалось выпытать у управляющего. Джарвис волчком крутился в доме для прислуги: помогал адаптироваться новоприбывшим, многим на пальцах объяснял, что и где находится. Старшее поколение рабочих отнеслось к нему особенно трепетно.       — Милорд, — тихо произнес дворецкий, заметив Старка в одном из коридоров. — Здесь только некоторые умеют писать, но так, что я не понимаю и половины. Большая часть этих людей — рабы. Их семьи держат где-то на границе с владениями Брока. Мы разместили всех по комнатам, но места не хватает. Иногда в койке по два человека, а кто-то вообще вынужден спать на полу.       — Пересели горничных и кухарок в гостевые комнаты моего дома, — не глядя на дворецкого, ответил Старк. Он перебирал в руках бумаги. — Те, что в желтых конвертах, отправь сейчас же в столицу, лучше сразу Императору. Уверен, Златовласка вскоре выделит нам субсидии, которые обеспечат постройку новых деревень. Повод «Я поймаю за задницу Брока» — достаточно веский для получения императорской помощи. Те, что в белых— Нате. И готовься к гостям.       — Милорд, а что делать с рабочими?       — Постарайся разузнать всё о местоположении их семей. Где эта деревня. Кто обратил их в рабов. Как только сюда прибудет отряд Тора, я уеду на границу сам. Верну их семьи. А потом... Возможно, Ната возьмёт этих людей под свое крыло, ей как раз нужны были помощники. Не думаю, что они захотят остаться. Не после того, что случилось с ними на моей земле.       Старк передал Джарвису письма и бумаги и пошел дальше по коридору.       — Он в комнате Карен, рядом с моей, — тихо сказал Джарвис, будто бы ответил на вопрос Старка, который тот сам бы никогда не задал вслух. Тони остановился, но не обернулся. Чуть повернул голову, кивнул и скрылся за углом.       Он шел в кабинет. А пришел к этой комнате.       Приоткрыл дверь. Около кровати на полу сидела Карен и сжимала руку Питера. Мальчишка метался по постели, тяжело дышал и хрипел. Даже с порога комнаты герцог мог увидеть, насколько сильно тот вспотел. Карен тихонечко сопела, на ее хрупких плечиках покоилась любимая шаль Джарвиса. Герцог знал, что наутро ее глазки будут красными. Мальчишка дышал, но в подреберье Старка кололся острый холод.       Чудес не бывает.       Одинокая молния осветила комнату безжалостным белым светом. Следом прогремел гром, и Старк уже не помнил, как обессилено упал на кровать прямо в одежде. Его кто-то пытался разбудить, что-то говорил. Герцог резко открыл глаза.       — Тони, грядет волна наступлений, — произнес силуэт мужчины у окна. На улице всё так же бушевала гроза, стены ходили ходуном, под крышей дома как стая голодных волков выл ветер.       Герцог в замешательстве смотрел то на незнакомца, то на примятую кровать: он никак не мог вспомнить, когда успел встать и пересечь комнату. Хотел было подойди к мужчине, но не смог. Кто-то контролировал его тело.       Я что, хожу во сне?...       — Я заметил. Рудники перегружены. Вся империя превратилась в одну огромную кузницу.       Это мой голос… Что тут тво…       Он вдруг понял, что поворачивается к окну и смотрит... на собственное лицо. Но юное, еще беспечное. У отражения не было привычной бородки, белая рубаха была расстегнута, открывая грудь. В ухоженных руках молодого Старка играл гранями бокал с виски.       — Как думаешь, все затянется? — спросил силуэт мужчины. Как Старк ни пытался, разглядеть его лицо или одежду не получалось. С ужасом герцог понял, что отвечает на вопрос.       — Год. Может быть два, — руки, двигаясь сами по себе, поднесли бокал к губам, и Тони сделал глоток. Горячая жидкость обожгла горло. — Говорят, читаури похожи на диких зверей. Значит это будет зачистка, не более. Найдем гнездо и дело с концом.       — Два года… Это много, друг, — ответил силуэт мужчины и двинулся к Старку, который не мог отвести глаз от кожи на груди. Чистой кожи, не изуродованной шрамами и металлом. — Очень много.       Старк посмотрел на него. Перед ним стоял окровавленный труп. В его груди зияла дыра, по лицу густыми струями текла черная кровь, глаза были выколоты, а нос запал в череп.       — Тони, у тебя нет другого выбора…       Старк проснулся, слыша эхо собственного крика. Он схватился за грудь — пальцы коснулись металлической пластины. Воздуха в комнате было мало, слишком мало. Опять удушье. Тело немедленно покрылось испариной. Дверь открылась и в комнату вбежала разбуженная перепуганная служанка в ночной рубашке. — Воды... Служанка подала ему стакан и спешно убежала за подмогой. А Старк задыхался в постели. В центре комнаты все ещё стояло окровавленное тело его товарища, а в висках нещадно барабанили слова:       У тебя нет другого выбора.