Кровавый Эндеран

— На абордаж! Давайте, порвём задницы на щупальца осьминога этим торгашам! Роджер крутанул штурвал, направляя корабль к куттеру торговцев. «Гартия» резко ускорилась и на всех парах понеслась к другому судну, которое, заметив несущийся на них куттер, моментально истолковало его принадлежность к пиратской братии и, дав залпы из трёх пушек, начало разворачивать корабль, стараясь уйти прочь от налётчиков. Однако оборонительные выстрелы не причинили «Гартии» никакого вреда, потому как ядра банально не долетели до борта пиратского куттера, изменив под действием силы тяжести свою траекторию. — Ирре! Покажи этим салагам, как надо стрелять! — весело выкрикнул капитан, на лице которого отражалась полубезумная улыбка, а в глазах полыхал азарт. — Да, капитан! — женщина неторопливо, несколько вальяжно дошла до ряда из четырёх пушек на правом борту, держа в руках тлеющий запал. Роджер резко повернул штурвал, поворачивая «Гартию» правым бортом к убегающему судну. Как только корабль начал разворот, женщина моментально преобразилась: в глазах заплясали дикие огоньки, а всё тело напряглось вплоть до каждого мускула, которыми Ирре могла вполне похвастаться наравне с мужчинами. Хотя пиратка и не думала выставлять напоказ свою силушку, этого и не требовалось. И дураку было ясно, что женщина-канонир ну никак не могла быть слабой. Ирре подпалила пороховую полку на первой пушке и тут же одним прыжком оказалась возле следующей… Как итог, четыре выстрела громыхнули один за другим, и надстройка на корме куттера оказалась разнесённой в щепки, а сам корабль резко замедлился и накренился на левый борт, потому что один из удерживающих его в воздухе кристаллов оказался разнесён на сотни голубоватых осколков… — Ура! — единодушно закричали пираты, и как только пиратский куттер оказался в паре метров от торгового судна, команда «Гартии» подняла с палубы заранее приготовленных «ворон», как называли сами пираты специальные абордажные мостики. Устройство такого моста было невероятно простым: шириной он был в пару толстых досок, а на одном из концов находились два железных крюка, которые вонзались в палубу и ограждение корабля, взятого на абордаж. К «материнскому» же судну «вороны» были просто привязаны верёвкой, чтобы при необходимости абордажный мостик можно было отцепить от корабля и благополучно сбежать при появлении более опасного противника. — На абордаж! — повторно скомандовал Минерус, и «вороны» вонзились в палубу и ограждение судна торговцев. По мостикам тут же метнулись пираты, на ходу разряжая пистоли, не давая команде торговцев сориентироваться и схватиться за оружие. Эндеран, увидев, что Минерус и ещё двое пиратов не стали перебираться по «воронам», а просто перепрыгнули разделявшее борта судов пространство, сделал два шага назад и, примерившись, рванул с места, разгоняясь. Прыгнув, парень оттолкнулся от ограждения «Гартии» и вытянул вперед ноги… К счастью юного пирата, он перемахнул через ограждение торгового судна и оказался прямо перед одним из членов команды этого самого судна, который сейчас скрестил небольшой меч с абордажной саблей* Минеруса. Недолго думая, Эндеран выстрелил из пистоля в голову мужчины, заставляя ту лопнуть и разлететься, как переспелый арбуз, разбрызгивая вокруг кровь, ошмётки серого вещества и кусочки черепа. Сразу после этого Эндеран откинул бесполезный пистоль и, покрепче сжав свою саблю, кинулся к другому мужчине. Последний, увидев мальчишку, взмахнул мечом с намерением одним движением срезать голову мальцу, но меч лишь бессмысленно рассёк воздух… Эндеран за несколько шагов до противника отклонился назад и, пользуясь инерцией, а также вытекшей из недалеко лежащего трупа кровью, которая сделала мокрую палубу ещё более скользкой, проскользил по луже, пропитывая бинты на спине чужой кровью, и вонзил короткое лезвие сабли чуть ниже коленной чашечки, чтобы точно перерубить сустав. С тихим щелчком и шелестом лезвие пробило суставную коробку и вышло из задней стороны коленного сустава. Мужчина заорал от нестерпимой боли, но тут же словил «кастетный» удар защитной скобой сабли другого пирата. Удар сломал лицевую кость и упокоил торгаша. С трудом вытащив из развороченного сустава саблю, которую заклинило между костей, мальчишка огляделся и, увидев, что большая часть команды торгового куттера была убита, вздохнул. Заметив недалеко отброшенный им же пистоль, Эндеран подошел и поднял его из лужи крови. Обтерев залитый кровью пистоль об одежду ближайшего трупа, парнишка скинул с себя кожаную жилетку, которая насквозь пропиталась ей и была порвана шальными пулями. Бинты мальчишка решил снять и сменить уже на «Гартии», да и несмотря на то, что пираты из команды «Гартии» видели множество ранений и уродцев, всё же ожог Эндерана, занимавший всю верхнюю половину тела, вызывал у многих из них отторжение, связанное, кстати, с суеверностью последних. Ведь после таких ожогов выживали единицы, если не меньше… В это время остатки команды торговцев были вырезаны, а из трюма были выведены обезоруженные: капитан судна — высокий темноволосый мужчина, который, по-видимому, тоже являлся купцом, а также светловолосая женщина и девочка лет четырнадцати-пятнадцати на вид. Пленников буквально силком притащили на центр палубы и посадили. Примерно через минуту на корабль перебрался Роджер, которого сменил Падиш. Подойдя к пленным, пират осмотрел их. — Что в трюме? — спустя секунду капитан уже потерял интерес к пленным «Гартии». Всё равно их судьба уже предопределена. Вскоре они перестанут считаться людьми и станут лишь товаром: бесправными рабами, которых вскоре продадут. — Ткани и одежда, — доложил Хромому Минерус, который уже успел пройтись по трюму судна и осмотреть его содержимое, прикидывая цену, за которую всё это можно будет продать. — Думаю, золотых на двести-двести пятьдесят потянет… — Хорошо… — Роджер вновь повернулся к пленникам. — Слушайте сюда, коробки вонючих костей, сейчас вы расскажете мне, кто вы и откуда, и это решит ваши судьбы… А если будете молчать, то я сам придумаю вам биографию, щенки. — Вряд ли ты сможешь хоть что-то придумать, — огрызнулся связанный мужчина. Его тут же поддержал капитан взятого судна: — Единственное, что ты узнаешь от меня, это как отправиться кормить штрагов… — Ты… — Эндеран подскочил к черноволосому наглецу, занося саблю, намереваясь срубить голову пленника. Для мальчишки Роджер был как отец. Несмотря на то, что парнишка потерял память и не знал, как описать того, кем он считал для себя капитана «Гартии», оскорбления в сторону человека, ставшего ему отцом, он пресекал на корню. Никто не имел права оскорблять Роджера или Ирре, а особенно не имел этого права тот, кто в глазах молодого пирата стал не более чем вещью. — Эндеран, — Роджер жестом остановил мальчика и лишь ухмыльнулся, глядя на ошеломлённого мужчину, которого, похоже, только сейчас проняла вся суть происходящего. Да и Эндеран в залитых кровью бинтах, который чуть не срубил торговцу голову, далеко не успокаивал. — Оставь его. Пожав плечами, мальчик убрал саблю в ножны, которые, правда, были рассчитаны на полновесную абордажную саблю, а не укороченную, которой орудовал юный пират в силу того, что обычная сабля была пока что тяжеловата для юнца. Оружие легко вошло в своё «хранилище», постукивая о его внутренние стенки. — Похоже, говорить вы не собираетесь, — хмыкнул пиратский капитан, после чего коротко гаркнул: — Тащите доску! Посмотрим, как эти двое попляшут над пропастью! — Да, капитан! Плотник Грил, который обладал золотыми руками и мог прямо в воздухе собрать из ошмётков новый корабль, натянул на лицо дьявольскую улыбку и на пару с Арвином, который управлялся с двумя саблями так же ловко, как со струнами и скальпелем (в зависимости от того, что от него требовалось), двинулся к одному из трюмов. Оба мужчины, так же как и Минерус, были эльфами. Вообще эльфов на корабле было всего трое, а оставшиеся члены команды составляли расу людей, изредка недовольно зыркая на остроухих долгожителей. Однако, несмотря на столь разношёрстную команду, на корабле практически всегда царил мир. Спустя пару минут была принесена длинная доска и тут же наскоро прибита к пустующему месту, в обычное время отведённому под пушку. Правда, по следам разрушения было понятно, что этой самой пушки там не было по одной простой причине: одно из ядер, пущенных разошедшейся Ирре, выкинуло орудие за борт, попутно снося ограждение корабля и создавая приличную дыру. А теперь из этой дыры, качаясь, торчала наскоро прибитая к палубе доска. — Прогулка по доске! Прогулка по доске! — начала скандировать команда, и мужчину, лицо которого приобрело цвет качественной муки, тут же подхватили под руки и затолкали на эту самую доску. Бывший «храбрец» панически замер и остановился, с ужасом смотря на этот «прогулочный мостик». — Да чтоб тебя, паршивец! Чего встал?! Когда пиратам надоело его стояние в паре шагов от борта, с их стороны стали раздаваться насмешки и угрозы. Однако мужчина продолжал стоять, не собираясь и шагу ступить за борт. Тогда в паре сантиметров от спины пленника стали проносится острия сабель. Пираты не хотели ступать на доску и раскачивать её, потому как в таком случае была велика вероятность того, что пленник просто упадёт без какого-либо удовольствия для них самих. Также все члены команды прекрасно помнили, как однажды при таком вот «развлечении», погиб Резен. Случилось это ввиду того, что, когда тот пошёл раскачивать доску, пленник спокойно утянул пирата с собой в последний полёт. Страховки как таковой у команды «Гартии» не было, ведь любой уважающий себя пират никогда не станет обвязываться страхующей верёвкой. Эндерану надоело топтание пленника, и он не спеша зарядил пистоль порохом, не желая тратить пули. Противный Минерус отчитывал его за каждый бесполезно использованный выстрел, а порох можно восполнить за счёт захваченного трюма. Конечно, так можно поступить и с пулей, но эльф не простит просто так израсходованный снаряд, в отличии от щепотки пороха. Встав на прибитый к палубе конец доски, мальчишка вытянул руку, уперев ствол пистоля в спину мужчины, и холодно произнёс: — Танцуй. Эндеран много раз слышал от членов команды про прогулку по доске и о ещё более интересном зрелище — танце на доске. Обычно «танец на доске» приписывался пиратам проигравших судов, но заставить танцевать можно было и простых пленников. Самое интересное, что того, кто сможет сплясать на доске, пиратским кодексом было запрещено убивать, и обычно таких везунчиков просто высаживали в ближайшем порту, выказывая таким образом уважение к храбрости и мастерству пирата. Правда, у простых торговцев вообще не было шансов, но сейчас Эндерана это мало волновало. Ему просто хотелось посмотреть на то, как упадёт мужчина. Парень испытывал странное чувство воодушевления, видя отчаянные лица и крики соскальзывающих с доски людей. Мужчина вздрогнул и сделал один шаг, ступив на скользкую древесину. Доска тут же заходила ходуном, повергая пленника в ужас. — Нет! Стойте! Мы скажем вам всё, что захотите! — сидевшая на палубе женщина взревела от отчаяния, смотря на то, как пленник трясётся на раскачивающейся доске. Но Эндеран лишь вздохнул, холодно посмотрев на неё. Следом за этим мальчишка щёлкнул кремнём и раздался выстрел, отчего мужчина вздрогнул и под налетевшим порывом ветра потерял равновесие… Пираты радостно взревели, когда торгаш неуклюже замахал руками и в следующую секунду полетел вниз, сопровождая падение отчаянным воплем. После падения жертвы доску отодрали и вернули в трюм, а груз с торгового куттера был перенесён на пиратский. Оставшиеся в живых были забраны качестве пленников. Ими стали жена прошедшего по доске мужчины и её дочь, а также капитан захваченного судна, которое было освобождено от «ворон». После этого корабль тут же отправился в стремительно нарастающее падение, потому что пираты сняли оставшийся левитационный кристалл. Последнее было достаточно опасно, потому как «Гартия» могла вполне перевернутся под дополнительным весом. Но к счастью пиратов, судно лишь накренилось, оставив в живых всех членов экипажа. Приобретя дополнительный кристалл, Ирре тут же привязала тот к палубе, а «Гартия», ощутив ещё один источник питания, высоко воспарила под радостные крики всей команды. — Отлично. Летим в «Пьяного орла»! — весело гаркнул Роджер, отдавая приказ, и судно, послушное воле рулевого, направило свой курс обратно тому, которым они прилетели в поисках корабля. — Эндеран, пригляди за пленными. Мальчишка молча направился в трюм и, спустившись по скользкой деревянной лестнице, прошёлся в его носовую часть, пространство которой было ограждено железной решёткой и служило камерой для пленников. Осмотрев сидящих за прутьями клети людей, юный пират уселся на ближайшую бочку и стал насвистывать незатейливую мелодию. — Эй, парниша… — вкрадчиво начал капитан захваченного судна и прижался к прутьям. — Слушай, я не думаю, что тебе это всё нравится, верно? У меня есть предложение… Эндеран скосил на заговорщика взгляд, а после вернулся к насвистыванию мелодии, изредка размахивая ногами. Его «собеседник», видимо, решил, что мальчишка слушает его, хотя на самом деле юный пират и не подумывал предавать команду. Экипаж «Гартии» был для него одной большой семьёй, в которой он находился, пока себя помнил. Конечно, у него был один нерешённый вопрос, касающийся того, что было до единственного его воспоминания, в котором не было ни «Гартии», ни её команды. Это было воспоминание о падении и виде горящего и взрывающегося острова, над которым парил имперский дредноут… — Освободи меня, когда прибудем в порт, и мы вместе сбежим… — мужчина вопросительно глянул на мальчика, но тот равнодушно посмотрел на него и с легкой насмешкой произнёс: — И с чего же… — Эндеран выдержал недолгую паузу, повторяя излюбленный прием Роджера, — … я должен предавать капитана и команду? Не находишь своё предложение бессмысленным? На несколько минут повисла пауза, после чего пленник встал и со всей силы ударил по прутьям, заставив их задрожать. Мальчишка соскочил с бочки и вынул саблю, направляя её в сторону мужчины, который перешёл от попытки договора к угрозам: — Слушай сюда, видишь это? — капитан показал висевший у него на груди знак: золотая змея с красными камешками вместо глаз пожирала собственный хвост, а из её тела исходило множество лучей. Это был знак Лидейской Империи… — Меня будут искать! И как только найдут, вас всех вздёрнут на… кхах? Эндеран мгновенно оказался вплотную к прутьям, и тяжёлое лезвие сабли пробило горло мужчине, проламывая кадык, разрывая вены и артерии. Последний захрипел и через секунду свалился тяжёлым мешком на пол, на котором стала растекаться кровавая лужа. Женщина с девочкой хотели было закричать от ужаса, но Эндеран кинул на них убийственный взгляд, и их вопли застряли в горле. — Смотрю, веселишься? — весело хмыкнула над ухом у мальчишки Ирре и игриво его прикусила, на что словила удивлённый и полный непонимания взгляд от Эндерана. Женщина тут же звонко рассмеялась, заметив его реакцию. — Ха-ха-ха! Давай поменяем твои бинты, а то эти совершенно испоганились. Юный пират лишь вздохнул и посмотрев на чистые бинты, а также на небольшую ванночку с водой и тряпкой, и отложил подальше от прутьев клети саблю и пистоль, повернувшись к женщине спиной. Канонир ловко провела ножом, рассекая бинты, но при этом не касаясь кожи. Когда все грязные куски марли были распутаны, Ирре аккуратно провела рукой по спине Эндерана, которая была покрыта жуткими рубцами и имела кроваво-красный цвет. Несмотря на то, что с того дня, когда мальчишка получил ожог, прошло чуть больше года, каждый раз, когда Ирре перебинтовывала его, ей казалось, что ожог получен буквально вчера, хоть он давно и зажил… После того как Эндеран вновь был укутан в бинты, женщина вздохнула: — Иди спать, а я посторожу их. — Спасибо, Ирре. — поблагодарил мальчик канонира, а после широко зевнул, словно в подтверждение её предложения. Добравшись до своего спального места, мальчишка забрался в него и, расслабившись, прикрыл глаза. «Спальня» Эндерана выглядела так же, как и у других пиратов: к доскам палубы были подвешены верёвочные гамаки. Конечно, нельзя было сказать, что в них было очень удобно. Скорее, обычно. Парень не знал даже о том, что можно спать где-то ещё, да и, наверное, не пожелал бы там спать. Спустя пару секунд он снова открыл глаза, скосив их на сидящую рядом женщину. — Ирре, спой что-нибудь… — попросил юный пират и немного покраснел, увидев, что та улыбнулась его просьбе. — Ты такой ребенок… — в шутку укорила Ирре мальчишку, а после вздохнула и начала петь:

Тишь ночная бьет тревогу, За порог не гляди. Ночью бродит по дорогам Тот, чье имя Самди. Дверь захлопни в полнолунье, Скрип, ключа поворот. Тот, кого боятся люди, Ходит мимо ворот. Тот, кого боятся люди, Ходит мимо ворот. Он уводит за собою Тех, кто ночью не спят. Тем, кто дверь ему откроет, Нет дороги назад. Тем, кто дверь ему откроет, Нет дороги назад. Он так весел и опасен В пляске лунных теней, Но на шорох маракасов Отзываться не смей. Ночь рыдает и колдует За открытым окном. Тот, кого боятся люди, Постучался в твой дом. Тот, кого боятся люди, Постучался в твой дом. Не ходи за ним, не надо, Хоть зовет, ну и пусть. С ним до рая и до ада Я пойду и вернусь. С ним до рая и до ада Я пойду и вернусь. Вздохи вились, словно плети В прахе пепла и слов. Только дверь слетела с петель, На пол грохнул засов. Я не знаю, будь что будет, Наливайте барон! Тот, кого боятся люди, Пьёт со мной горький ром. Тот, кого боятся люди, Пьёт со мной горький ром. Ночь, дождь, дым от сигареты, Вдаль уводят следы. Ухожу гулять со смертью Я, но лишь бы не ты. Ухожу гулять со смертью Я, но лишь бы не ты. Ухожу гулять со смертью Я, но лишь бы не ты…**

Закончив петь, Ирре прислушалась и, уловив краем уха мерное сопение мальчишки, удовлетворённо кивнула, мельком взглянув на пленников… Чтобы удивленно вскинуть бровь, поймав благодарный кивок от женщины-пленницы. Спустя секунду Ирре поняла, что под её «колыбельную», помимо Эндерана, уснула и девочка. Равнодушно пожав плечами, пиратка достала из ближайшего ящика пузатую бутылку рома и, вытащив зубами пробку, сделала большой глоток, после чего вздохнула… Вскоре Эндерана разбудил Роджер: — Прибыли, — капитан недовольно посмотрел вначале на самого мальчика, а потом на Ирре, которая невозмутимо смотрела в ответ чуть покрасневшими от алкоголя глазами. — Доставайте выживших… Твоя работа? Последний вопрос был адресован юному пирату, на что он невозмутимо кивнул, окинув взглядом лежащее на полу тело. Вздохнув, капитан покачал головой, после чего открыл дверь. Пленницы были выведены и тут же закованы в кандалы. Выйдя из трюма, Эндеран поморщился от яркого солнца, больно ударившего в глаза, после чего посмотрел на порт острова Гресса. Гресс считался одним из самых крупных населённых островов, хотя с этим постоянно спорили два других города-государства: Ларно и Кадимий. — Слушайте сюда, не особо трясите костями***, а то развалитесь! — ухмыльнулся капитан. За то время, что Эндеран спал, Минерус уже успел продать ткани и, выручив золотые, распределить между пиратами. Долю Эндерана оставили на Роджера, которую мужчина после напутствия команде щедро отсыпал мальчишке, добавив десяток от своей «львиной» доли, потому как капитану судна полагались две части добычи вместо одной. Когда команда спустилась с судна, на котором остался лишь Падиш, оставленный охранять его, Роджер и Эндеран в сопровождении пленниц направились к Гилу — работорговцу и по совместительству управляющему всеми подпольными и развлекательными местами на Грессе. — Тебя ждёт одна очень интересная награда… — загадочно сообщил Роджер, на что мальчишка удивлённо посмотрел на него. Вскоре пираты подошли к двухэтажному каменному зданию, которое отличалось от других тем, что было невероятно длинным и на его окнах стояли толстые решётки, как на тюрьмах. Зайдя в белоснежные двери с золотой окантовкой, Роджер и Эндеран оказались в холле здания «Рынок рабов», в котором все, кто обладал хоть какими-то деньгами, могли купить себе любой приглянувшийся «товар». — О-о! Кого я вижу! Сам Хромой Роджер! — радостно вскрикнул синеглазый мужчина, одетый в шикарную одежду, которая вполне могла стоить целое состояние. Это был хозяин рынка и большинства борделей и кабаков — Гил Летнир. Мужчина быстрым шагом направился к пирату и, увидев женщину с девочкой позади Роджера, с ходу начал: — Вижу, ты как обычно с товаром, — широко улыбнулся Гил. — Пойдём ко мне. — Я подожду здесь, — отстранённо ответил Эндеран на вопросительный взгляд капитана. Когда Роджер с пленницами ушёл следом за работорговцем, мальчишка приблизился к длинной стойке и посмотрел на гнома, отличительной чертой которого являлся огромный шрам на лысом черепе. — Позови Элен. — Опять ты к ней… — усмехнулся низкорослый и, быстро оглядев зал, ушёл за дверь, которая располагалась за стойкой. Вскоре он вернулся, и вместе с ним вышла светловолосая девочка лет четырнадцати. Увидев юного пирата, она радостно блеснула карими глазами. — Эндеран! — девочка разбежалась и перепрыгнула стойку, после чего повисла на мальчишке, который невозмутимо посмотрел на неё льдисто-голубыми глазами. — Что было в этот раз? — Ничего особенного. Всё как обычно, — покачал головой мальчик и отцепил от себя «балласт». — Долетели, взяли на абордаж и вернулись. — А ты участвовал в абордаже? — Элен всё же соизволила отпустить своего гостя и с энтузиазмом посмотрела на него, ожидая подробностей. Девочка навязчиво пыталась заинтересовать Эндерана, который казался ей нереально крутым. Однако мальчишка создавал барьер и оставался на расстоянии, ограничиваясь простой дружбой. Причиной такого отношения являлось то, что Эндеран не понимал, что такое любовь, и поэтому слегка опасался такого навязчивого отношения со стороны подруги. К несчастью последней, дальнейший его рассказ прервал Роджер, который, быстро закончив с продажей, положил руку на плечо мальчика. — Идём, Эндеран. Здорово, что ты нашел себе подругу на берегу, но награда важнее, — снисходительно улыбнулся пират, глядя на то, как обиженно надулась и стрельнула злым взглядом на него Элен. — Понял, — кивнул мальчик и, махнув на прощание рукой, поспешил за капитаном. Пройдя несколько улиц, пират завёл Эндерана в другое двухэтажное здание, которое оказалось борделем. На входе их встретила женщина, одетая в вызывающее и обтягивающее, словно чехол, платье. — Какие старики пожаловали в мою обитель, — она кокетливо улыбнулась Роджеру и тут же прижалась к нему. — Уже знаю, зачем пришёл ты, но что с ним? Неужели решил ребёнка запятнать?! Женщина расхохоталась, поведя глазами в сторону Эндерана, который с лёгким любопытством смотрел на происходящее, не понимая, чего ему сейчас ждать. Повсюду то и дело слонялись молодые девушки, что-то убирая, красясь, причёсываясь. Зачем, интересно узнать, Роджер привёл его в этот «салон красоты» с говорящим названием «Портовый лотос»? — Рина, подбери ему ту, которая сможет нормально всему научить. Ну и не будет слишком груба… — быстро описал своё пожелание Роджер, после чего в его руке блеснул десяток золотых. — Все будет в лучшем виде, — пообещала она, после чего поманила Эндерана за собой. Мальчик неуверенно посмотрел на капитана, а после, получив утвердительный кивок, направился по коридорам вслед за женщиной, попутно оглядываясь вокруг. Вскоре Рина остановилась перед одной из дверей и, повернув голову, мило ему улыбнулась: — Подожди немного… Женщина ненадолго зашла в помещение и вскоре вышла: — Проходи. Эндеран кивнул и опасливо прошёл в просторную комнату, украшенную причудливыми картинами. Посередине стояла огромная кровать с полупрозрачными балдахинами, которые сейчас были немного приоткрыты, показывая то, что было за ними. На кровати полулежала практически обнажённая светловолосая эльфийка, которая, увидев его, кокетливо улыбнулась, поманив к себе длинным наманикюренным пальцем. Эндеран сглотнул, но двинулся в направлении ложа. Его отчего-то немного пугала эта девушка, хоть она пока что и не предпринимала никаких странных действий по отношению к юному пирату. — Ну же… Почему так медленно? — усмехнулась красавица, косясь на мальчишку. — Тебе нечего бояться. Я не кусаюсь… Пока что. Шелковое платье её нарочито медленно, словно по указке, сползло ещё ниже, обнажая плечи и верх груди, соски которой проглядывались под прозрачной тканью одежды. Эндеран с опаской подошел ближе, рассматривая женщину с ног до головы и ища свою предполагаемую «награду». Наконец парнишка приблизился вплотную к кровати и, немного погодя, присел рядом с эльфийкой. Та улыбнулась и немного приподнялась, рассматривая его своими изумрудными глазами, окаймлёнными пушистыми ресницами. — А где награда? — спросил пират, оглядывая комнату. — Награда прямо перед тобой, милый, — шлюха неожиданно оказалась очень близко к нему, игриво прикусив за ухо. — Эй! Что всё это значит?! — мальчик вскинулся, норовя приложить наглую девку рукой, но та ловко вывернулась, умело подмяв его под себя. — Что такое? Тебе, значит, нравится пожёстче? А мне сказали поласковее с тобой обращаться… Что ж, так даже лучше, — протянула эльфийка, сжав его запястья обеими руками. Эндеран начал испуганно барахтаться, ощущая свою беспомощность в руках этой женщины. Неужели капитан Роджер предал его? Однако этот вопрос он задать не успел, потому как эльфийка опустилась ниже, почти к самому лицу паренька, опалив то жгучим дыханием. — Ах, я в предвкушении! Столь юных у меня ещё не было… — мечтательно протянула красавица, проведя носиком вдоль шеи юного пирата. — Ч-что ты делаешь? — Эндеран в шоке смотрел на неё, не понимая, что той нужно. Тем временем тонкое платье сползло с его хозяйки, оставляя ту полностью обнажённой. Глаза мальчика удивлённо расширились, заметив аккуратную небольшую грудь девушки, которая мерно вздымалась прямо над его лицом. Руки сами собой ослабли, перестав корёжиться в своих «оковах». — Т-ты это чего? Чего разделась? — парень немного покраснел от сложившейся ситуации, а вот его новая знакомая, наоборот, поближе придвинулась к юному пирату, отпуская его руки и тут же кладя их себе на упругую грудь. Мальчишка опешил, получая столь новые ощущения от близости с женщиной, которая тем временем начала чуть грубовато блуждать руками по всему его телу, поглаживая бинты и… Неожиданно Эндеран замер, ощущая, как ловкие женские пальцы развязывают пояс на его штанах. Парень начал вырываться, однако эльфийка резко прижала его к мягкой кровати, не оставив и шанса на побег. Девушка быстро развязала пояс, не обращая внимания на его нелепые попытки сбежать. Несмотря на то, что Эндеран был мужчиной, всё же она была намного старше его, а потому с лёгкостью могла удержать юнца. — Ах, кажется, я не представилась… — прошептала она, кладя свою изящную руку прямо на его член. — Меня зовут Алана. Затем она немного грубовато сжала мужское достоинство, отчего юный пират выдохнул и зажмурился, чувствуя легкую боль. Эльфийка наклонилась к его лицу и, сверкнув изумрудным глазом, поцеловала мальчишку, перейдя в окончательное наступление. Эндеран удивлённо раскрыл глаза, пытаясь отпихнуть её и одновременно чувствуя, как Алана кусает его за губу, заставляя раскрыть рот ещё шире. Юркий и влажный язычок проходится по всей полости рта и сплетается с языком пирата, не позволяя разорвать поцелуй. «Пленник» прикрывает глаза, не в силах сопротивляться напору бордельной шлюхи, которая определённо понимала, что и как нужно делать. Однако руки его продолжали сопротивляться, доставляя эльфийке небольшие неудобства. Женщина неожиданно вскинулась и, отпустив на мгновение его запястье, ухватила со стола небольшую верёвку. — С тобой как-то всё не слава Богу! — весело усмехнулась она, юрко перевязав запястья юного пирата и прикрепив те к спинке кровати морским узлом. Мальчишка забрыкался, ощущая свою полную беспомощность перед этой соблазнительницей и осознавая, что та теперь может с ним делать всё, что пожелает. — Так-то лучше… — прошептала Алана и начала целовать его, проводя длинными пальцами по шее, лицу и спускаясь всё ниже. Эндеран жмурился, не желая признавать то, что получает от всего происходящего новое, доселе незнакомое ему удовольствие. Эльфийка прошлась лёгкими поцелуями по его ключицам, чувствуя, как в неё уже упирается вставший член мальчишки. Женщина довольно облизнула пухлые губы, смотря на покрасневшего от ласки и возбуждения молодого пирата. Руки её легли на собственную небольшую грудь, начав нежно гладить соски и бархатистую кожу. Щёки Аланы покрылись румянцем, а глаза застлало похотью. Эндеран прищурено посмотрел на шлюху, тяжело дыша. Руки его дёрнулись, в последний раз пытаясь освободиться, однако, как и ожидалось, ничего не вышло. — Всё ещё хочешь сбежать, юнец? От такой женщины? — наигранно удивлённо посмотрела на «пленника» эльфийка, начав елозить своим пышным задом прямо рядом с его членом. Ладони её обхватили мужское достоинство, совершая чуть грубоватые движения снизу-вверх. Пират зажмурился, начав глубоко дышать. На лбу его выступил пот, а ладони сжались в кулаки, одёрнув крепкие верёвки. — Ну же… Не противься, милый, — женщина встала на колени, приспустившись вниз, а после начала посасывать головку члена, проходясь по ней своим острым язычком. — Н-нет! Я не хочу! — Эндеран из последних сил закричал, ощущая, что на тело накатывает приятная усталость и возбуждение. Услышав его слова, Алана сверкнула своими глазами, ускорив движения. Девушка заглатывала член чуть ли не целиком, однако было видно, что опыта и сноровки ей всё же немного не хватает. Изо рта мальчишки вырвался еле слышимый стон, от которого сам он опешил, ощущая, что прозвучавшее вышло само собой. — Так намного лучше, — сказала эльфийка, а затем вскинулась и, не давая пирату опомниться, села на член, издав громкий возглас, полный похоти и удовлетворения. Эндеран прикрыл глаза, получая ещё больше новых ощущений и чувствуя, как с каждым движением Аланы возбуждение его нарастает. Мальчишка неосознанно начал двигаться в такт с девушкой, которая, почувствовав, что победила, окончательно расслабилась, продолжая скакать на нём, словно умелая наездница на гнедом мерине. Парень то и дело громко выдыхал, не в силах противиться почти подошедшему наслаждению. Неожиданно Алана резко закатила глаза и громко застонала, получая свою порцию удовольствия и излившееся в неё семя. Пират тут же выдохнул, а зрачки его расширились от подскочивших эндорфинов. По телу разлилось сладострастное чувство удовлетворения, которое так долго не было ему знакомо. Несколько минут они оба тяжело дышали, отходя от полученного удовольствия. — Я же тебе сказала, что не сбежишь… — эльфийка встала, развернувшись к нему всем телом, а после, присев рядом, начала отвязывать юнцу руки. — Обещай, что не будешь бить меня. Лёгкий смешок тронул её губы, а изумрудные глаза блеснули в свете догорающих свечей. Эндеран посмотрел на неё из-под полуприкрытых век, замечая, что бархатистая кожа его истязательницы покрылась испариной. Сам он чувствовал неожиданно накатившую усталость, от которой хотелось зарыться во все эти пуховые подушки и уснуть. Алана подобрала своё шелковое платье и, неторопливо одевшись, вышла из комнаты, напоследок послав ему прощальный поцелуй. — Буду ждать тебя снова, недотрога... После этих слов шлюха развернулась и тихо прикрыла за собой дверь, оставляя Эндерана одного.