Попасть и не пропасть

Понятие чуда по определению бессмысленно. Случается лишь то, что может случиться. Доктор Манхэттен / персонаж Вселенной DC Comics

      Почему-то люди привыкли жить так, будто будут счастливы чуточку попозже, чуточку не сейчас. Отказывать себе в мелочах, чтобы хватило на билет до кишащей туристами Турции, отказывать себе во вкусной еде, чтобы не дай боже, к талии прибавился лишний сантиметр, и плевать, что с лица сошла улыбка от горечи до жути полезного сельдерея. И всё ради фотографий, которые, возможно, будем рассматривать лет через пятьсот, иссохшие до состояния мумий, и с лицом — изюмом. Именно так в своё время жил я. Всё ждал толчка или знака свыше и вот она, небесная справедливость в действии — никаких миллионов и никаких дополнительных лет не дали. Вот и вывод напрашивается — если подарили жизнь, то проживать её надо ударно: с битьём семейного сервиза на счастье, дебильным списком желаний, который вы составили по пьяни и танцами под дождём, который свалит с температурой под сорок. В общем-то, таким воодушевленным я стал относительно… Только что. С моего вселения время поубавило энтузиазма, серые и пасмурные дни заволокли и без того туманное будущее, а без новых ярких эмоций нечем было кормить своих внутренних коварных демонов, возводящих воздушные замки и рисующих пони, срущих радугой. Короче, проникся банальностью бытия и перешёл в режим «автопилота». По инерции переругивался с Марго, посещал начальную школу и наставлял мелкого Колина, насчёт которого возникли смутные подозрения, что он тоже маг. Но обо всём по порядку. Я, вообще-то, тот еще любитель халявы и безделья, так что, если верить учёным, как типичный представитель диванных ленивцев, двигаю прогресс своей ленью. Школа же, словно надоедливый боггарт, даже во второй жизни прицепилась, лишая блаженной праздности, так что пришлось напрячься и показать недюжинный ум, не свойственный ребёнку моего возраста, чтобы скинуть ограничитель на свободное передвижение и времяпровождение в её лице. До поступления в Хогвартс времени было предостаточно, но мой рискованный план по освоению колдовства исключал, что придётся повторно высиживать базовые предметы не магов, поэтому пришлось повозиться, доказывая преподавателям, что интегральные выражения, сочинение и история старушки Англии, на которую ушло больше всего времени из-за рыбьей памяти, для ребёнка семи лет — как два пальца облизать. Несмотря на то, что знаний хватало, чтобы закрыть А-уровень, который по сложности можно сравнить с ЕГЭ, компромисса достигли на сдаче джуниор скул*, что на деле тоже то еще приключение, учитывая как сильно разнились метрики обучения с моей первоначальной родиной. Базовые естественные науки за короткие несколько дней покорились под натиском большого мозга, когда как история, география и три обязательных творческих предмета держали оборону до последнего и травили душу неполный месяц. Окончание средней школы сравнивать с подвигом Геракла несколько неуместно, но скрутившиеся больше положенного извилины требовали своей награды за перевыполненный план, а опухший рассудок умолял о пощаде и отказывался запоминать ещё хоть одну маловажную венценосную личность или речку-вонючку. Восторженные педагоги нежной хваткой бульда вцепились в «юного гения», свято убеждая воспитателей детского дома, что нельзя лишать молодое дарование общения со сверстниками, напрочь игнорируя мои мысли на этот счёт: куда и каким раком им стоит пойти. В общем, как человек практичный, я шептал милой Марго, вхожей в круг наставников, что в общении не ограничен, потому как, на минуточку, живу с целой оравой детей и могу заниматься и в стенах приюта, была бы возможность. Возможностью меня обеспечили, придавив ворохом обязанностей в виде помощи братьям и сестрам своим, как особо умного и выделяющегося. Правда от повинности удавалось удачно спасаться на кухне, из-за чего взаимопонимание с Марго перешло на новый космический уровень. В разговорах, мы довольно часто общались на равных и если с моей точки зрения в этом не было ничего необычного, то девушка просто забывалась из-за цензуры на многие темы. Я хоть уже и не был сорняком в малиннике (который довольно часто собирался, дабы пошушукаться о самых желанных местных парнях), но и участия в таких беседах не принимал. Они, как соль на рану, больше мучали, чем интересовали, поэтому всегда поспешно ретировался, стоило очередной особо впечатлительной томно вздохнуть и начать фразу с: «А Маркуша сегодня…». Тем более, что за одним таким мальчиком, который ради меня «и коня на ходу и в избу», далеко ходить не приходилось. Он выполнял мелкую грязную работу, каждую ночь теснил меня на узкой пружинной кровати и преданно заглядывал в глаза. Чем не мечта? Хватай и тащи в ЗАГС! Но по иронии судьбы его звали Колином, он был на год младше и, исходя из сложившейся ситуации, являлся либо обладателем необычного магического дара, либо жертвой богатого воображения. — Дэнни, я тебе о чём так долго толкую! Сюда никто никогда не заходил… Только ты. Ну, помнишь, осенью. — битый час я торчал перед кладовкой, в которой впервые увидел своё отражение и костерил себя на разные лады. Ну вот торчу в этом теле полгода, кто мешал осмотреться в той куче коробок и прочего хлама?! Оправдывает только удачный ход конём со школой, убившей добрую тучу времени, зато теперь, я официально на «домашнем обучении». Очко в мою пользу. Мысленно поделив чистый лист на два столбца, подсчитал: удары судьбы — бесконечно много, попаданец, от слова «попа» — один. Ну и ладно. Главное не унывать! — А ну-ка цыц. Мне просто не нравится слушать внутренний голос в твоём исполнении. Так… Говоришь, дверь светится? — Мальчишка яростно закивал, на зависть любому китайскому болванчику, а у меня от таких жизненных поворотов во рту пересохло. Либо у пацана крыша едет, либо это пресловутое магическое зрение. Присвистнув, расстроился что меня этой фичей обделили, но быстро переключился. Повода не верить словам Колина не было, я тут тоже не первый день сплю, ем и кхм, в общем, живу. Сюда действительно никто не заходил и предпочитал не смотреть, будто не на что, а я, как добропорядочный представитель «стада» — соответствовал. Стоит взглянуть правде в глаза, кто бы мог подумать, что в приютской кладовке может оказаться что-то ценное и полезное?! — Внимательного и разумный попаданец, впервые оказавшийся в незнакомом месте, — поправил меня ехидный внутренний голос. Тихо, падла! У меня от тебя мигрень. — Я чувствую… — начал было по новой свою шарманку Колин, но под недобрым взглядом быстро замолк. Вот и хорошо, вот и умничка. А то глаза продрать не успел от послеобеденного сна, вопли особо чувствительных-впечатлительных раздались. Вот оно, сладостное преимущество детства, к которому стремится каждый взрослый — сон почти в любое время дня и ночи. Конечно, я пользуюсь правом халявных объятий Морфея без зазрения совести. Хе-хе. Скосив глаза на мальчишку, призадумался. Насколько Колин — распространённое имя в Соединённом Королевстве? Какова вероятность, что сразу два Колина окажутся магами? Этот по возрасту вроде подходит… Поттера на год младше. Да и актёра, игравшего доставучего Криви чем-то отдалённо напоминает, хотя может это ракурс и игра воображения… Ещё немного поразглядывал знакомого от макушки до пят ребёнка, но третье око на том не проросло, зарождая робкую надежду. Помассировав правый висок, зажмурился от нелепой убеждённости, что удача наконец повернулась ко мне передом и я познакомился с одним из персонажей любимой книги до начала ключевых событий. Святые пчёлки, да это как увидеть актёра любимого сериала в самой отдалённой и жалкой дыре. У нормальных людей будет здоровая реакция «он обычный человек», я же, как и сотни фанатов, пребывал где-то между станциями «быть такого не может» и «невероятно, но факт». В качестве последнего аргумента, которому заочно готов противостоять: у книжного Колина был брат — Деннис. Я не он! Я старше! Да и не могло же родиться сразу два магически одарённых ребёнка у не магов? Нет! Всё, решено. Хочу думать, что именно этот мальчик будет усыновлён добрыми фермерами, станет единственным фотографом на целую магическую школу и… Как настоящий львёнок погибнет в битве за Хогвартс. Блядь. Почему именно нелицеприятные факты всплывают в процессе? Хоть бы раз что-нибудь хорошее свалилось. Сидишь такой за разбором почты: налоги, налоги, спам… Ого, я выиграл миллион долларов! Обласкав будущего Криви взглядом гиперопекающей мамаши, я с тяжёлым вздохом и сердцем, пошёл готовить ужин. Сегодня уже не получится влезть в каждую коробку и тщательно всё обыскать, слишком много внимания привлечём, а вот завтра, после завтрака, когда многие будут заняты либо в школе, либо за перекопкой тепличного огорода — самое удачное время. Несмотря на вечно недовольное выражение лица, которым одариваю окружающих, я весёлый, удивительный и прекрасный, а еще очень ранимый и быстро привязывающийся к людям… С которыми делю кровать. И не собираюсь так просто отдавать их на перерождение, тем более, когда вполне могу изменить их мировосприятие. Прости, Потти, но твой фанат теперь мой. Ищи другую грелку. Да хоть Уизлетту. К ней я точно чувствами не воспылаю.       Кухня средних размеров, с высокими потолками и широкими оконными рамами и без какой-либо вытяжки, встретила меня приятными запахами тушеных овощей. На улице подступало лето. В помещении совсем скоро наконец начнёт циркулировать воздух, благодаря теплой погоде и настежь распахнутым окнам. Марго подвывала шипящему радиоприёмнику и пока не заметила, что я нарушил её уединение. Так что, нагло воспользовавшись подвернувшимся случаем, решил понаблюдать за ней в естественной среде обитания. По достижению восемнадцати она устроилась работать местной кухаркой официально. Хороший человек, даже слишком… правильный. Такие обычно добры не в угоду себе, что, конечно же, благородно, но глупо, особенно учитывая, что у неё действительно был талант и любовь к готовке. Однако не хватало терпения и понимания к детям. Любила их исключительно издалека, так сказать. В этом мы сошлись. — Долго планируешь меня сталкерить? — не оборачиваясь, спалила меня начальница. — Я всё думаю, почему ты тратишь своё время здесь, когда могла бы устроиться работать в каком-нибудь приличном ресторанчике. — Девушка хмыкнула, но как повелось в наших отношениях, игнорировать не стала, а вполне развёрнуто принялась отвечать. — Детский дом расположен не так далеко от Лондона, у него много покровителей, поэтому он в таком хорошем состоянии. Тут и зарплаты приличные, примерно как в столице, питание и жильё как сотруднику бесплатные, так что я с чистой совестью откладываю всё под процент в банк, планирую открыть своё уютное заведение, — Марго потянулась как кошка, перекатываясь с пятки на мысок и озорно подмигнула. — Будешь на меня работать, а, Волчонок? — Не дождёшься, коммерсантка несчастная, ты меня и так обделяешь. — уворачиваясь от шутливого подзатыльника, направился в кладовую. Колин, ранее таскавший мне продукты, сегодня изменил своей привычке ходить за мной по пятам, видимо слишком перевозбуждённый от свалившихся возможностей. Позже, я, конечно, расскажу ему, что он маг и всё такое, но сейчас мне бы самому смириться с этой мыслью. Если кто-то наложил на помещение магглоотталкивающие чары, значит до нас тут уже жили одарённые дети, может я даже найду волшебную палочку? Глупая надежда, какой маг бы оставил своё оружие? Хотя остальные свои шмотки оставил же. Эхх. Значит, либо планировал вернуться, но что-то помешало, либо подумал о будущем поколении. Либо, что более вероятно, ничего ценного там нет и я зря раскатал губу. Руки чесались до тёмных точек перед глазами: залезть и обыскать, проверить свои теории, но я лишь усерднее резал морковь кружочками — в завтрашний овощной суп, и мысленно боксировал с Судьбой, предвкушая нокдаун* от неё же. — Марго, милая, а ты ведь мои деньги тоже можешь под процент положить? — задал вопрос, внезапно озаривший мою тёмную голову. Что мешало инвестировать в светлое будущее уже сейчас? — Я же коммерсантка несчастная, — она иронично выгнула бровь, обернувшись на мою просьбу-вопрос, но под жалобным взглядом кота из «Шрека» тяжело вздохнула. — Именно поэтому положила их под процент вместе со своими. Думала, раз ты такой мелкий гений, то помогу тебе оплатить учёбу в приличном колле… Девушка вскрикнула от неожиданности, когда моя, успевшая отъесться тушка налетела на неё с объятиями. Была б мужиком, женился бы! Точнее, вышел замуж, кхе. Сдерживая порыв разреветься от столь трогательной атмосферы, мы в последний раз крепко обнялись и разошлись по разным углам кухни, делая вид, что никакой драмы тут не разворачивалось, а в носу предательски щиплет из-за лука. Ненавязчивая опека со стороны Марго была лёгко объяснима. Пусть она и обладает харизматичным характером, и люди к ней тянутся, сама девушка с трудом выражает свои переживания, а как более старший товарищ для всех, часто вынуждена забыть о их существовании в принципе. Зато наше плодотворное сотрудничество показало, что на меня она вполне может положиться и, видимо, в качестве благодарности взяла надо мной негласное шефство, покрывая от воспитателей или, как оказалось, совершенно бескорыстно собиралась помочь с недешёвой учебой в колледже. Моих-то копеек бы точно на него не хватило. Пожалуй, не стоит уточнять, что ни в какой колледж я не собирался. Её намерение помочь оставлял определённо приятный осадок на душе, но быть кому-то обязанным я не собирался. Наверное, это всё моя въедливая совесть, или твердолобость, но я, сколько себя помню, называл это стремлением к независимости: не переношу неоплаченные долги. Они, словно корабельный якорь, обмотанный вокруг шеи, лишь отдаляют от цели. А цель, ни много ни мало — влиться в Маг Мир, который (Мерлин, как я мог забыть!) в ближайшем будущем не обещает мне рая на земле. Меня, будто разрядом тока, пробило неприятной реальностью канона. Войне быть, если не влезу. Тело одеревенело, а острое лезвие, поддавшись порыву, удачно (для ножа) проехалось по левой ладони, рассекая линию жизни. Я заторможено вскрикнул, завороженно наблюдая, как алые капли быстро стекают по руке, пачкая пол. Марго, привлечённая шумом, обернулась и нервно дёрнулась в мою сторону, когда увидела набежавшую небольшую лужу крови, оборачивая белоснежное вафельное полотенце вокруг раны. За считанные секунды от спокойной обстановки, которая царила на кухне, а также в моём внутреннем ванильном мирке не осталось и следа. Воздух накалился от осязаемой паники, исходящей от девушки и нашим общим беспокойством. Другое дело, что беспокойство носило разный характер. Я вглядывался в перепуганное, но красивое знакомое лицо напротив и недоумевал, потому что не ощущал должной боли. Марго меня куда-то тащила, пока голова пульсировала от слабости и странной мысли, что никаких ощущений порез не вызывал, словно и вовсе не было. Все причитания и уговоры сдвинуться хоть на дюйм в сторону раковины от милой начальницы были приглушёнными, будто их сдерживала плотная толща воды или кто-то напихал ваты в уши, но старая добрая оплеуха привела чувства в относительный порядок. Осознание, как и волна шума, невероятным усилием пробили все барьеры — резко и стремительно. У меня появились близкие люди. Не то, чтобы их никогда не было, но при нынешних, точнее будущих обстоятельствах — это отличное слабое место, неоправданный риск. — Даня, господи, как напугал-то! — русское имя, которым как-то между делом просил себя называть и получил категорический отказ, из уст Марго заставило удивлённо вскинуться. Вроде не умираю, чего эт она? Холодная струя воды смыла высыхающую кровь, обнажая чистую ладонь, без намёка на порез или хотя бы шрам. Застыв с открытым ртом в форме недоумённого «о», словно каждый день магическим образом исцеляюсь… Подождите-ка… Магическим образом, хм, что-то в этом есть. Обернув целую руку обратно в полотенце, по-детски импульсивно, спрятал её за спину. Сердечную привязанность, которая образовалась с Марго, стоило разрывать сразу… Чего я не сделал. Я не чёрствый, просто предусмотрительный и практичный. Сказка про Гарри Поттера, преподносившая себя, как детская, в итоге оказалась довольно кровавой, если припомнить: пытки, убийства, война… для неискушённого читателя это лишь лирика. Для меня мрачное будущее. Короче, если детективные сериалы и научили чему-то, так это тому, что ввязываясь в дерьмо — жди беды. Подумать логически — почему все социопаты такие успешные маньяки? Их никто не будет шантажировать близкими! Сложно шантажировать тем, чего нет, либо что не вызывает должного отклика. Опытов не ставил, но моя социальность вроде и так признак того, что как волк одиночка я не удался. Ауф. Выключив горелку, на которой находилась десятилитровая кастрюля, с характерным щелчком, в полностью раздраенном настроение и пропавшим аппетитом, поспешил в комнату, надеясь, что одеялко спрячет меня от тяжёлых мыслей. Перспектива быть всегда одному, лишь бы никто другой не пострадал в войне, была откровенно жалкой с самого начала. Не специально оказавшись в этом мире, я ввязался в чужую смертельную игру и потенциально подвергаю опасности всех, кто со мной сближается. Если я вдруг активно куда-нибудь полезу, а я ведь точно полезу, то они имеют все шансы стать лишь второстепенными героями, замыленными лицами на чьём-то фоне, массовкой. И игнорировать не выйдет, значит жизненно необходимо защищать свой разум и свои чувства. Надеюсь, я драматизирую и всё не так плохо… Волан-де-Морт окажется душкой и никакого Дамбигадства? Кто считает, что знать будущее — преимущество, пусть первый кинет в меня тапком! Ну, или, по крайней мере, без вреда для психики полезно знать только одно развитие событий, а не несколько десятков, от которых мозг напоминает действующий вулкан.       Возможные варианты грядущей истории лежали в прикроватной тумбочке, шаблонно исписанные на родном русском, в тонкой линованной тетради, вместе с планом по покорению магических наук, который был прост и сложен в исполнении. Общее представление у меня имелось из догадок фанатов, а также длинного списка их творчества, но на практике двигать предметы телекинезом было пустым времяпровождением. Настойчивое желание, подтверждённое словесной формулой «левиосы» не помогало, а от злобного взгляда предметы почему-то не тлели. Наравне с безуспешными попытками чаровать, принялся активно сортировать память, подумывая каким мог быть мой окклюментный щит, если бы я не оказался таким непроходимым тупицей и помнил первые шаги в этом направлении. К сожалению, медитация раньше не занимала меня так сильно, как компьютерные игры. Мне всегда было интересно, почему попаданцы не хранят свои знания, допустим, в портативных компьютерах с паролем. Ведь в этом случае любой маг впадёт в ступор перед техникой из будущего. Даже, если столь решительный метод защиты разума бесполезен, можно создать настоящие тропики с ядовитыми тварями, отдаваясь на откуп фантазии или сделать ложный схрон. В общем, вариантов было множество и насколько они рабочие ещё предстояло выяснить, а также найти книги по медитации, по которым я надеялся ощутить своё энергетическое ядро и оказаться в чертогах своей больной головы. Уже предвкушаю, какой хаос, скромненько названный творческим беспорядком, там творится. Подобные мысли захватили львиную долю моего внимания и для внешнего мира я не существовал, замерев в позе эмбриона под одеялом, точно в прострации. Так что, когда рядом раздался глухой хлопок, инстинктивно вздрогнул и приподнялся на локтях. Чёрт, надо же настолько залипнуть, что пропустил «общее» время тихого часа. Дети, в большинстве своём, тихо сопели и видели десятые сладкие сны, а моя постель казалась непривычно просторной, словно неожиданно стала двухместной. Пару секунд, глупо хлопая глазами, растерянно пытался понять что не так с накрахмаленными простынями. Они неприлично холодные! Вот, что с ними не так! Где мелкий Колин? Возмущённо сопя, но стараясь громко не топать, я поднялся с кровати, по инерции цепко вглядываясь в ночную тьму. Мало ли, он променял меня на какого-нибудь соседа, который имеет матрас помягче и бок потеплее. Подумаешь, иногда элегантным движением ноги скидываю его на жесткий пол, я же не нарочно! Пока думал, как лучше извиниться и вернуть карманную грелку, пропажа отыскалась копошащейся в кладовке. Посреди-то ночи, блядь! Если память мне не изменяет, мы договорились разобрать её вместе. Завтра. Когда никого в комнате не будет. Зараза! И это я собирался извиняться?! Уши надеру! С красной жопой у меня неделю ходить будет! Криви (возможный) так увлёкся тем, что рылся в коробке, что не замечал, с каким упорством в его спине просверливается дыра. Пришлось прибегнуть к экстренным мерам. — Ай! Ай-ай-аййй! — завопил мальчишка, стоило вытащить его любопытную маленькую головку за ухо. — Тихо ты. Чего разорался, словно не заслужил изысканной порки с элементами кинка? — немного подумав, решил, что пока всё-таки без кинка. Да и без порки, не изверг же я. Кхе. — Дэнни… — жалобно проскулил этот щеночек. Ой, ну актёр. Будто не он только что активно раскидывал содержимое кладовки в разные её углы. Я фыркнул. — Прости! Ну пожалуйста, прости! Мне так не терпелось, а ты спал… все спали, и я… — Колин замычал в ладошку, которой я прекратил его словесное излияние. Возведя глаза к потолку и бурча под нос про самых нетерпеливых, которым всю жизнь до этого терпелось, а ночь не терпелось, мысленно считал до десяти. Ну чего еще от ребёнка ожидать? Сам себя так веду — по юношески пылко, резко и эмоционально. Даже сейчас. Чего, спрашивается, взъелся, как старый дед? — Забыли. — Прикрыв за собой дверь, я протиснулся к стене. — Нарыл чего интересного?