Жизнь—странная штука

Час ночи, жизнь в городе постепенно угасает. Лишь бары приветливо принимают тех, кто не может уснуть сегодняшней ночью и желает расслабиться. Бар "Малахит", один из элитнейших баров Сеула, сегодня особенно гостеприимный. Яркие вспышки разноцветного освещения, пиздец громкая музыка, которая кажется пыталась лишить каждого барабанных перепонок. Вокруг много пьяных альф и омег, которые чуть ли не трахаются на глазах у всех, совершенно не стесняясь этого. Как парни оказались тут, среди всех этих озабоченных? Почему не покинули это душное помещение? Что ж, тогда вернёмся в начало их удивительных выходных. 18 hours earlier Раннее утро субботы, пиздец какое ранее для молодого альфы, в незанавешенное окно упрямо светит солнце, застилая комнату светом и теплом. Чонгук невольно оказывается атакован этими лучами. Он недовольно морщится и открывает глаза, сразу жалея об этом, потому что солнце не щадит никого. Голова, слава богу, не болит от выпитого вчера алкоголя. Пусть они и выпили совсем немного, но Чон действительно не знал, как сейчас на его больную головушку будет действовать алкоголь. Благо сегодня в этом плане всевышние на его стороне. Они с Хосоком выпили всего по две или три бутылки пива, старший не позволил выпить больше, аргументируя это тем, что Гук ещё успеет напиться на этих выходных. За один, казалось бы короткий, вечер они успели обсудить неимоверно много: и то как младший оплошал перед братом, на что старший лишь мог похлопать шатена по плечу, награждая почётным званием "главный лох Сеула"; жизнь Хо последние несколько лет: бизнес, личная жизнь; а так же парни не смогли пропустить тему детства, того далёкого времени, когда они ещё играли все вместе в одной песочнице, то времени, когда все они были одной крепкой семьёй. И вот, кажется идеальное время для того чтобы вновь погрузится в прекрасное царство сна, ведь Гук всё таки догадался перевернуться на другой бок, уберегая свои глаза от жестокой солнечной атаки, нет, всё же кто-то намеренно направил солнце прямо на него. Шатен натягивает одеяло до самой макушки, глубоко вдыхая приятный запах свеже постиранного белья. Сон снова потихоньку вновь забирает юного альфу в свой плен, но сегодня кажется лимит на чудеса. Дверь в комнату открывается с диким грохотом, заставляя младшего недовольно поморщится от громких звуков. —Гууууки, ты проснуулся!!—никто ведь не сомневался, что только Хосок может так спокойно орать на весь дом в пол восьмого утра. Гук нехотя открыл глаза, смотря на виновника его нарушенного сна, который сейчас кажется сиял ярче, чем то же солнце за окном. —Хосок, мать твою, почему в свои законные выходные ты будишь меня так рано?!—нет, не то чтобы Гук любитель спать до обеда, просто из-за последних событий хочется как можно меньше находится погруженным в мысли. Однако Хосок был бы не Хосок, если бы сейчас просто ушёл. —Вставай, бездельник! Я тебе сейчас такие ахуенные выходные устрою, что ты меня боготворить будешь,—красноволосый громко смеётся и стягивает с младшего одеяло, лишая какой либо защиты. —Верни одеяло, изверг!!—Гук среагировал слишком поздно, поэтому буквально через секунду остался без укрытия. Но просто так Чонгук сдаваться не собирается. Он берёт первую попавшуюся подушку и кидает в старшего, после воспользовавшись секундным замешательством, вылетает из комнаты с криком "Ты водишь, лошара!" —Вот ведь, мелкий засранец!—погоня началась. Крики и смех не смолкали в доме на протяжении получаса, возможно всё это закончилось намного раньше, если бы не огромные размеры дома (откуда у Хо столько бабла?). Парни кажется устроили в доме полный апокалипсис, вещи которые были на тумбочках были на полу, радует что Хо не ставил на них фоторамки. Гук сейчас ощущал себя таким беззаботным, словно ему всего лет 5. Он так сильно погрузился в свои мысли, что не заметил, как Хосок кинул ему под ноги небольшую подушку, об которую Гук естественно запнулся, и этой секундной запинки хватило, чтобы старший схватил его за плечи, потянув назад. Они рухнули на пол, ну как, Гук удачно приземлился на старшего. —Поймал!—дабы младший точно не сбежал, Хо покрепче обхватил того за талию, лишая возможности встать. —Ты поступил нечестно! —А нечего думать о постороннем,—около минуты парни просто лежали молча пытаясь отдышаться после такой утренней пробежки, что сегодня полноценно заменила зарядку.—Всё, раз ты проиграл, то ты готовишь завтрак. —Ну Хоооо, ты же знаешь, как я не люблю готовить...—Чонгук состроил самое жалобное выражение лица, надеясь, что оно как раньше прокатит. —Не-а. Давай, давай. Не заставляй меня голодать, малыыыыыш~—Хосок как можно противнее протянул последнее слово, зная как это бесит младшего. —Фууу, Хосок, я когда-нибудь зашью твой рот, чтобы ты больше никогда не смог это произнести,—младший замечает ухмылку старшего, которая явно не значит что-то хорошее,—Ладно, ладно, будет тебе завтрак, только не называй меня так. —Только при условии, что твой завтрак будет съедобным, а не как обычно,—старший вновь заливается смехом. —Эй, я не настолько плохо готовлю! Я плюну тебе в кофе!—младший уходит на кухню, сразу продумывая, как отомстить старшему, Хосок же оправляется в душ, ибо после такой беготни безумно хочется принять охлаждающий душ. Благо завтрак проходит очень даже не плохо. Яичница не пригорела и даже оказалась не пересоленной, хотя Гуку уж очень хотелось покормить своего дорогого хёна солью, но в последний момент он передумал, решая перенести свою месть на потом. За завтраком младший пытался выпытать у старшего, что же он для него такого придумал, но хён лишь загадочно улыбался, говоря о том, что это секрет. Позавтракали они примерно за полчаса в относительной тишине, лишь холодильник тихо жужжал в углу комнаты. Сегодня даже телефоны молчат, словно все на планете резко вымерли. Однако эта тишина не была какой-то давящей или неуютной, наоборот, такой завтрак Чонгуку казался безумно домашним. К сожалению, счастье не может длиться бесконечно, по крайне мере в этой жизни. По самым жестоким законам судьбы, стоило Гуку закончить завтрак, как его телефон начал яро вибрировать, а на дисплее высветилось "Юнги-хён". Вдох-выдох, Чон берёт трубку. —Да, Хён?–на том конце слышится возмущённый голос Юнги. Разговор выходит коротким, всего пару минут, но этого вполне достаточно, чтобы убить хорошее и беззаботное настроение младшего. Хосок естественно заметил эти негативные изменения шатена, осторожно подошёл со спины и положив руку Чонгуку на плечо, слегка сжал его. —Не загоняйся, мелкий. Юнги конечно пиздецки зол на тебя, да и вся ситуация хуёвая, но ты всё ещё его брат, а Юнги семью уважает. Дай ему время остыть, вникнуть в ситуацию, поверь, он не настолько тупой, чтобы вот так всё хуярить. Пойдём лучше в одно местечко. Я знаю, что поможет тебе отвлечься. Уж поверь, Хосок плохого не посоветует,–старший улыбается и Чонгук отзеркаливает эту улыбку, всё же не зря в детстве Хо все называли солнцем. now Парни уже несколько часов сидят в баре самого Чон Хосока (вот откуда у него столько денег). Нет, вы не подумайте, они не с самого утра тут, они успели немного погонять по автодрому, что находиться недалеко от города. Также отличным отвлечением от ненужных мыслей стала работа в гараже, да, может звучит смешно, но работать над машиной плюс в компании Хосока оказалось действительно хорошей идеей. Бар стал лишь завершающей частью этого дня. На самом деле Гук не хотел пить, ну максимум пропустить пару бокальчиков какого-нибудь слабоалкогольного коктейля. Вот только что-то явно пошло не так, ибо парни выпили уже около десятка шотов какого-то элитного алкоголя по совету Хосока. Не то чтобы сейчас они были в хлам пьяны, но вот мозги уж точно работают заторможено или вообще не работают. Уже через 5 минут после последнего шота, около альф сидели милые омежки, явно трезвее самих парней. На удивление вели они себя достаточно скромно для такого места, лишь иногда слегка поглаживали плечи альф, мило улыбаясь и подмигивая. Сразу видно, проффесионалы. Однако цель таких аккуратных заигрываний ясна сразу. Секс, за другим сюда просто не приходят. Ближе к двум часам ночи Чонгук почувствовал довольно сильное головокружение, поэтому принял на удивление трезвое решение пойти умыться прохладной водой, к тому же хотелось хотя бы на пару минут сбежать от такой уже монотонно давящей музыки и света. Сегодня явно был день чудес, ибо не смотря на выпитый алкоголь, Чонгук достаточно твёрдо стоял на ногах. Дойдя до туалета, шатен краем глаза заметил, что неподолёку стоит тот самый синеволосый омега, который сидел с ними на диване. Зайдя в небольшое по размерам помещение, Гук облегчённо выдохнул, воздух тут явно был посвежее; свет был мягче, что давало отдых глазам; да и музыка не так сильно била по ушам. Ополоснув лицо холодной водой, альфа поднимает взгляд на своё отражение в зеркале, зачёсывает одной рукой волосы назад, а после замечает омегу стоящего за его спиной. —Не думал...что тебе хватит смелости, малыш,–Чон ухмыльнулся, разворачиваясь к синеволосому, слегка держась за раковину, чтобы не потерять равновесие. —Ты слишком лакомый кусочек, чтобы вот так отпустить тебя,–омега подходит ближе, проведя кончиками пальцев по скуле альфы. На вид этот омега был чуть старше Чонгука. —И это прве...привело тебя сюда? Думаешь я пришёл сюда ради секса, куколка?—альфа слегка хмурит брови, стараясь звучать более уверенно и трезво. —Милый альфа, думаешь я не видел как ты смотрел на меня?–омега подходит почти в плотную, перемещая руку на затылок шатена.—Как раздевал меня взглядом?~ Альфа слегка наклоняется к лицу омеги, замечая как тот тянется к нему в ответ, прикрыв глаза; в последний момент Гук отстраняется, чуть потягув омегу за щёчку. Недовольный стон со стороны омеги лишь вызвал лёгкую усмешку у альфы. Но уже через секунду Чонгук резко развернул синеволосого лицом к умывальникам, заставив лечь грудью на гранитную столешницу. Не упуская ни секунды Гук спустил всю лишнюю одежду с омеги, да и тот сильно не сопративлялся, даже наоборот помогал шатену себя раздеть. Когда одежда была где-то на полу, альфа быстро закрыл дверь в туалет, дабы избежать нарушения предстоящего развлечения. Тело омеги имело прекрасные модельные изгибы и слишком чистый и светлый тон кожи. Чон несколько секунд позволил себе насладиться изысканным телом под собой, а после решил внести некоторые свои коррективы. Альфа стал оставлять засосы на шее, спине омеги, пока тот извивался под шатеном на столешнице. —Малыш, неужели тебе так не терпится?—тихий и низкий смешок со стороны альфы заставил омегу покрыться мурашками.–Покажи мне свою прекрасную попку. Ты ведь послушный? —Да...–омега слегка покраснел, явно не ожидая, что всего за минуту шатен из милого альфу превратиться в такой секс-символ, и послушно выпятил зад, предоставляя Чонгуку вид на розовенькую дырочку. Гукк медленно провёл по ней кончиками пальцев, от чего омега невольно дёрнулся. —Вылижи, если не хочешь чтобы было на сухую.–Чон подставил ко рту омеги три своих пальца, которые синеволосый послушно взял в ротик, обильно смачивая слюной каждый из них, обводя язычком вокруг костяшек, слегка причмокивая. После того как пальцы были достаточно влажными, альфа провёл ими по сжимающемуся колечку мышц, довольно скалясь, а после медленно ввёл один палец в омегу. Почувствовав, что палец вошёл без всякого сопративление и движется внутри совершенно свободно Гук добавился второй палец, а после и третий. Чонгук нетерпеливо растягивал и массировал стенки ануса в поисках определённого местечка. И тут тело омеги резко словно прошибло электрическим током, заставив прогнуться в спине до хруста в позвоночнике. Заветная точка. Вытащив свои пальцы из брюнета, Чонгук быстро достал из заднего кармана джинс презерватив и приспустил штаны вместе с боксерами до колен. Омега продолжал ёрзать под парнем, что-то бурча про то чтобы тот был быстрее, поэтому побыстром раскатав тонкий латекс по члену, альфа упёрся головкой в сочащуюся смазкой дырочку омеги. Проведя несколько раз пальцами по стояку, Чон вошёл в синеволосого достаточно резкоя выбив из него первый стон. Войдя полностью Гук на пару секунд остановился, дабы поудобнее ухватиться за бёдра омеги. Вот только синеволосого такой перерыв вовсе не устраивал, поэтому он сам стал двигаться, чем только больше раззадорил альфу. И вот сейчас Чонгук двигается остервенело, вытрахивая из омеги стоны и крики удовольствия, ласкающие слух Гука. Обхватив аккуратный член омеги у основания, сжав его, альфа не даёт кончить омеге, от чего тот жалобно скулит и царапает ноготками столешницу. Уже через несколько минут они оба уже на пределе, Гук убирает руку с члена синеволосого, продолжая вбиваться в него грубыми и грубокими толчками, и вот та самая долгождая разрядка. Чонгук делает несколько финальных толчков, кончая в презерватив, медленно выходя из тела омеги, пока тот пачкает своим семенем столешницу и собственный живот. —Спасибо, малыш, это было ахуенно,–альфа звонко шлёпает омегу по ягодицам, подтягивая джинсы, предварительно стянув презерватив и выкинув его в мусорку.– А сейчас приводи себя в порядок.–Чонгук оставил лёгкий поцелуй на плече синеволосого. Как только Чон вышел из туалета, он сразу же направился в поисках Хосока. Благо найти того не оказалось проблематичным, он всё так же сидел на том же диване в компании с привлекательным омегой брюнетом. Подойдя к ним, он попросил омегу оставить их на едине и сходить помочь синеволосому. Тот без всяких возмущений кивнул и двинулся в сторону туалета. Чонгук сел поближе к Хосоку, и говорил достаточно громко, чтобы перекричать клубную музыку. —Хо, я считаю, что сейчас самое время уходит.–Гук оглядывает помещение, в котором остались лишь самые пьяные. —Но Чони, здесь омежки.–красноволосого явно не устраивала перспектива сейчас оставлять омег здесь, оставаясь без интересного продолжения. Гук проверил свой телефон, и не обнаружив ни одного сообщения, задумывается, а после с улыбкой говорит сторшему. —Мы можем взять омег с собой домой, продолжим в более спокойной обстановке, думаю алкоголь и музыка у тебя дома ничем не хуже, –младший пару секунд молчит, думая какой ещё аргумент привести, чтобы точно убедить старшего сейчас пойти домой.– Да и к тому же нам не придётся тащиться до дома непонятно как, потому что пока мы ещё может стоять на ногах, а что будет потом одному богу известно.–на лице Хосок появляется лёгкая задумчивость, после чего он, довольно улыбаясь, кивает. —А ты явно смышлённый, малой. У тебя есть варианты кого забрать с собой? —Угу. Думаю не стоит сейчас по-быстрому что-то менять. Наши уже знакомые две омеги. –Чонгук указал на омег, которые только что вышли из туалета.–Хей, идите сюда. –они, походкой дикой кошки, спокойно подошли к парням.–мы собираемся переместиться в более уединённое место, вы с нами? –кивок в знак согласия. И вот эта небольшая компания, 2 альфы и 2 омеги, активно болтая и смеясь шла домой через небольшой парк. От такси они сразу отказались, ибо сразу знали что будет душно, да и не дай бог укачает. К тому же пройтись на свежем воздухе, болтая о всякой ерунде, полезнее, чем продолжать пить где-то в квартире или баре. По стечению обстоятельств, в это время в парке прогуливался Ви. Он просто до безумия любил ночные прогулки, во время которых можно было насладиться свежим воздухом и спокойствием. На такие прогулки он обычно надевает кофту с капюшоном, дабы лишний раз не привлекать внимания, да и эта кофта была одной из самых тёплых в его шкафу, как раз идеально для ночных прогулок. Винс, уже было собирался домой, прогулявшись по парку уже около часа, однако услышал вдалеке знакомый голос. Голос Чонгука, но он не один, явно не один. Ви хотел уже снять капюшон и подойти поболтать с Гуком, раз уж они встретились. Но покойствия не довали голоса омег в этой компании. Поэтому он решил просто посмотреть из-за дерева, которое так удачно росло посреди дороги. Винс обратил внимание, что рядом с Чонгуком идёт незнакомый ему омега, которого Гук нежно придерживает за талию, иногда целуя в щёку. Прислонившись спиной к дереву, чуть отвернувшись от компании, Ви дождался пока они прошли мимо него, подмечая для себя, что Чонгук даже не заметил бету, да и мог ли он в таком состоянии его увидеть? Винс, не мог уже сдерживать подступившиз слёз, поэтому быстро метнулся к домой. Забежав в квартиру он наспех снял обувь и прямо в одежде завалился на кровать укутавшись в одеяло по самую голову. У него было столько вопросов: "почему? Неужели он не достаточно хорош для Чонгука? Почему он его не заметил или заметил, но не узнал? А может просто не хотел замечать?". У парня просто не было сил совладать со своими мыслями, которые грызли его извутри. Беззвучный плач перешёл в истерику, с истошными криками и отметинами на ладошках от собственных ноготков. Сколько времени Винс провёл в таком состоянии никто не знает, но уже на утро он просто молча лежал, безэмоционально смотря в стену, даже не заметив, как вскоре его организм просто обрубился.