Цифровой бьякуган добра!

— Ты же понимаешь, дядя, что у тебя нет выбора? Утро в клановом квартале Хьюга. Почти обычное. Семья Хизаши пошла к нам в гости, а я, наоборот, отправился навестить любимого дядюшку. И сейчас я нависал над потерявшимся Хьюгой, надежды которого на то, что я забыл о его предательстве, рассыпались в прах. Я стоял напротив него и думал. Много думал… Но я не могу оставить его в живых. — Твой… учитель?.. — все же прохрипел Хизаши. — Мудрец… А что же будет, если я смогу победить? — Не сможешь, — я усмехнулся. — Это — твой шанс уйти достойно. Впрочем, если ты сможешь выиграть, я оставлю тебе жизнь и даже забуду о том, что ты меня предал. — Звучит глупо и неправдоподобно. Зачем тебе враг в твоем доме, да еще и тот, что сильнее чем ты? Не похоже на реплику картонного злодея. Он что, учит меня? Совсем охренели, блин… Я высвободил чутка чакры Лиса. — Послушай, Хизаши, — я так ласково глянул на прибитого могучей энергией дядю, что тот отвел глаза. — Мой учитель — Тонери — почти неиссякаемый источник знаний, но я сильнее чем он. Я сильнее всех. А по окончанию обучения у него, я стану равен по силе богам. Тебе крупно не повезло, дядя. Скрыв чакру, я развернулся к нему спиной и отошел, делая вид, что закончил разговор и собираюсь уходить. — Хорошо… — донеслось мне в спину. — Я согласен на поединок. Только Тонери и я. Ничего не ответив, я вышел из его дома.

***

— Сегодня я, наконец, представляю вам нового главу клана Хьюга — Иоши Хьюга! — Третий Хокаге отошел в сторону, и под светлые очи первых лиц в деревне вышел я. — На Третьей Войне он был атакован неизвестными шиноби и потерял часть памяти и глаз. Как видите, благодаря помощи обретенного им в ходе той же войны учителя, глаз удалось вернуть, как и большую часть воспоминаний, но не все! Однако! Я с твердой уверенностью могу сказать, что Иоши сейчас является сильнейшим представителем своего клана, наследником главной ветви и лидером, за которым уже пошли многие члены клана. Нет сомнений — молодой человек недостаточно сведущ в политике, но этот изъян ему поможет сгладить его кровный родственник Сэдэо Хьюга, профессионализм которого сомнений не вызывает. Хокаге перевел дух, а я пристально посмотрел на советников и Данзо. Особенно на Данзо. «Одноглазый» старик будто хотел прожечь во мне дырку взглядом — так сильно пылали глаза его ненавистью. Он даже не скрывал этого, и Хирузен, Утатане и Хомура явственно ощущали какой-то конфликт. Я, в свою очередь, виду не показывал и где-то даже недоуменно поглядывал на Шимуру. Ничего, старик, подожди… Это я еще Хизаши не прикопал. Помимо советников, в кабинете находились главы многих влиятельных кланов. Фугаку, к которому я как-то забыл заскочить, смотрел на меня с легким недоумением, явно борясь с желанием активировать свой Шаринган и исследовать феномен под названием «вернувшийся Иоши Хьюга». Шикаку Нара, Иноичи Яманака и Чоуза Акимичи успешно сохраняли маски безразличия на лицах, видимо уже прикидывая, куда поведет клановую политику Хьюга мое назначение на пост его главы. Представители клана Инузука настороженно принюхивались — запах чакры Лиса было сложновато скрыть. Шиби Абураме эмоций не проявлял совсем и, казалось, покинул наш план бытия еще в самом начале собрания. — Что скажешь, Иоши? — Третий передал слово мне. — Каковы твои планы? Я глубоко вздохнул. Мы обсуждали это тысячу раз, но все равно наше решение может показаться спорным. Особенно, если учесть, что я так нагло о нем заявлю… — Клан Хьюга под моим руководством начнет накапливать личное влияние и силы. Я не стану скрывать, что собираюсь сделать Хьюга самым независимым кланом в деревне. Я не претендую на пост Хокаге, как и не дам никому из своих соклановцев его занять, но! Я хочу иметь возможность решать дела клана самому и иметь на него самое большое влияние. — А ты не слишком много берешь на себя? — Данзо был очень недоволен. — Попахивает восстанием… И из-за кого? Сопляка, вернувшегося… — С войны, — я бесцеремонно перебил Шимуру. — С войны, на которой я был дольше остальных. Господин Данзо, я очень сильно хочу поговорить с вами наедине, и думаю, что мне предоставится такая возможность. Сейчас же, я лишь хочу, чтобы вы подтвердили мой новый статус. Тогда я буду готов сделать важнейшее объявление, касающееся строго моего клана. — Как бы то ни было, я голосую «за», — поднял руку Третий. — Иоши Хьюга может стать тем фактором, что еще усилит Коноху. Сейчас нам это выгодно… — Я «за», — Фугаку приподнял ладонь. — И я так же очень сильно хочу с тобой поговорить… Иоши. Главы кланов и советники проголосовали «за». Данзо был в огромнейшем меньшинстве, так что не стал ломать комедию и тоже поднял за меня руку. Старейшины уже должны быть в курсе, что я почти силой выгнал из деревни Райкаге, урегулировав конфликт. За такое усиление деревни они пойдут на многое. Главы кланов, даже если и не знали об этом, имели свою выгоду — для них я лишь сопляк, не разбирающийся в политике. Уверен, в ближайшее время меня будут часто пытаться обвести вокруг пальца. — Что же, раз этот вопрос мы закрыли, я готов поделиться с вами информацией, насчет моего клана, — я выдержал паузу. — Мы смогли связаться с Луной благодаря моему наставнику. Недолгое молчание сменилось непонимающими усмешками и лишь Третий слушал спокойно. — Попрошу тишины! — я выставил ладонь вперед. — И воспринимать меня серьезно. Я говорю правду. Договор с лунным народом мы принесли, все, кто хочет убедиться — подойдите к дедушке. Я же продолжу. Последний из клана Луны и стал моим учителем. Тонери Ооцуцуки — Мудрец Двух Путей… Вновь молчание, но уже напряженное. Как и говорил дедушка, большинство подумало о какой-нибудь безумной секте и ее вдохновителе, но это-то мы пресечь можем почти сразу — Тонери величественно вошел в кабинет в своих лучших одеждах сверкая подлинным Тенсейганом Хамуры. Я рисковал, показывая свои козыри всем подряд, но риск был оправдан — деревня должна верить в силу Тонери, в мою силу и силу моего клана. Для начала, пусть меня будут считать величайшим главой Хьюга за всю историю… — Я не могу использовать все возможности Тенсейгана, ибо наши враги могут прознать об этом, но с радостью докажу вам, что моя сила подлинна так же, как подлинна история, которую я вам поведаю. И Тонери поведал. Он опустил детали с Кагуей, по моей просьбе, и рассказал важнейшим лицам в деревне о брате Рикудо и его уникальных глазах. Способ их получения мы тоже утаили, но жирно намекнули, что я, как ученик такой личности, когда-нибудь тоже смогу иметь божественные глаза. В конце своей истории, полностью завладевший вниманием шиноби Тонери клятвенно заверил их в своей лояльности деревне и лично мне, как новому главе клана Хьюга. Со стороны выглядело так, будто я уважаю его как учителя, а он меня, как главу Хьюга, так что мы вместе с ним — равные. Эффект был ожидаем — даже самые упертые скептики подходили к Сэдэо и смотрели в Договор с Луной, который Тонери вчера ночью редактировал, убирая отсебятину, придуманную первыми главами моего клана для личных целей. Оригинал Договора на Луне был и Ооцуцуки помнил каждую букву в нем наизусть. По итогам собрания, я стал главой мгновенно усилившегося клана, а все остальные поняли, что со мной лучше дружить. Конечно, я уверен, что найдутся и те, кому будет не по нраву такое усиление Хьюга и возможна даже новая Мировая Война, но… Как Минато смог в одиночку закончить войну предыдущую, так и я буду пресекать любые опасные телодвижения в мире своей силой. Сейчас я — хранитель этого мира. Нужно лишь найти правильный способ сохранить его и после моей смерти.

***

— Ты… что?! — Шизуне отшатнулась от меня и заставила прохожих кинуть на нас подозрительные взгляды своим криком. — Я устрою поединок между ним и Тонери. Хизаши не победить. Мы встретились после собрания, на котором решалась судьба Хьюга. С Данзо мне пересечься пока не удалось, но я и не особо спешу — до Хизаши его трогать глупо. Фугаку же назначил мне встречу через два дня в квартале Учиха, причем довольно официально. Тонери усвистал на Луну — возвращать Тенсейган. Ему не очень нравилось то, как мы используем святыню его народа, но он признавал, что мы просто вынуждены. Скоро он вернется… — Но ты же… твой учитель же не будет и впрямь его убивать? — все еще не могла отойти девушка. — Наоборот, — я пожал плечами. — Я же тебе говорил — именно из-за Хизаши я пропал. Меня тогда чуть не убили. Ты хоть сколько-нибудь злишься на него? — Да я-то… — девушка отвернулась. — Дело ведь в тебе! Как ты не понимаешь — ты же Иоши! — Эм… — я подвис. — Пока я слабо представляю о чем ты… Она прищурилась и ткнула мне пальцем в грудь. — Ты — Иоши Хьюга — герой войны и человек, который спас самое большое количество врагов от смерти. Тебя прозвали Плачущим Бьякуганом, понимаешь? Ты вообще помнишь того Иоши?! Я отступил на шаг назад, переваривая ее слова. Конечно, раньше я был мягок. Непозволительно мягок для мира шиноби, но… Было же там еще что-то. Что-то такое, что заставляло меня так поступать. Спасать все жизни, а не жертвовать одними, ради эфемерных других. Неужели я заблуждался? Или я заблуждаюсь сейчас? — По… Слушай, Шизуне, — я взял ее руки в свои и приготовился быть максимально убедительным. — Я понимаю, что мог измениться за эти годы, но и ты пойми — я повидал много всякого. Не спорю — я стал жестче или даже злее, но я все еще хочу мира. Хочу добра для всех, понимаешь? — А кто сказал… что твое добро всем нужно?.. Девушка резко развернулась, пряча выступившие слезы, и убежала прочь. Беда с ней — она почему-то слишком сильно на меня реагирует. Причем, если раньше это проявлялось в покрасневших щечках и стеснении, то теперь лишь слезы, полный недоверия взгляд и… разочарование, что-ли… И я даже не представляю, чем заслужил такое. — Это какой-то бред, — я раздраженно сплюнул на землю. — Неужели так трудно понять, что я занят проблемами, которые поважнее жизни этого долбанного предателя?! — Господин Иоши! — шиноби из клана появился за моей спиной. Судя по голосу и дыханию, он был чем-то очень взволнован. — Беда! — Что случилось… — привычно выискиваю имя в системе. — Танзиро? — Ваш дядя — Хизаши, напал на вашу мать! — Чер-р-рт!..

***

Этот ублюдок сбежал! Снова Хизаши меня подставил, сумев каким-то образом избавиться от печати на своем лбу и убежав из Листа! Судя по всему, он собирался найти какую-либо информацию обо мне, так что зарылся в мои вещи в нашем доме, но его обнаружила мама. Не знаю, чего дальше было больше — волнения дяди или удачи мамы, но задел он ее несильно. Хватило и моих обычных знаний ирьенина. Тонери всегда путешествует где-то неподалеку от меня, так что он помешать Хизаши уйти не мог, а вот Сэдэо, как раз приглядывающий за своим сыном, как раз сумел выбежать навстречу дезертиру… Но нукенин оказался сильнее своего отца. — Он двигался просто чудесно! — пораженно выдохнул дедушка, который так же обошелся без серьезных ран (что еще раз говорило о торопливости моего дяди и его мастерстве). — Уверен — будь у него больше времени, и тенкецу на ногах я бы не ограничился. Пожалуй, он даже посильнее твоего отца… — И я бы все равно победил в бою, — напомнил о себе Ооцуцуки. — Но, увы, мы с вами просчитались… — Моя вина, — прикрыл глаза Сэдэо. Я отошел от окна, в которое смотрел уже около часа. Вина? — Не мели чепухи, дедушка. Ты не мог знать о печати. Интересно, как он ее снял?.. — Паучиха, — рыкнул внутри меня Лис. — Она бы смогла это сделать. Я, конечно, не уверен, что это именно Акацуки завербовали Хизаши, но и исключать такую возможность точно не стоит. Я передал его слова остальным. — Звучит как правда, — задумчиво почесал подбородок дед. — По крайней мере, если сил этой… женщины хватило на твое удержание… Все может быть. Но тогда мы в опасности — любой из побочной ветви может взбунтоваться! Более того — силу Тонери мы так и не показали на поединке, так что и поддержка будет слабее, чем было запланировано. — Черт… Я вернулся к окну, но уже не так пристально следил, что происходит за ним. Я думал, и мысли мои были безрадостны… — Мама спит, — я принял решение. — Сейчас я возьму все заметки про ее и твое ранения и схожу к Шизуне. Девушка сможет найти мои огрехи, если таковые есть. Тонери — на связи, но не ходи за мной. Тебе лучше остаться и защищать квартал. — Повинуюсь, — склонил голову слуга. — Дедушка, отдыхай. И не волнуйся, я придумаю, как нам быть. В любом случае — сегодня мы лишь потеряли возможность сделать из моего дяди труп. Не больше. — Утечка информации на сторону — очень важная вещь… — пробурчал дед. — С другой стороны — мы же и собирались вбросить дезинформацию к Акацуки… Я вышел из дома. Хината спит вместе с мамой, а клан… Клан узнает обо всем только завтра. Вернее — к завтрашнему дню все в клане будут знать о случившемся. — Ты слишком много думаешь и планируешь для того, чьи планы никогда не сбываются, — проворчал Лис внутри меня. Он — единственное существо, знающее о том, что я — попаданец. — Ты сам себя загоняешь в рамки своих кривых задумок. Может стоит попытаться изменить это? — В смысле как? Предлагаешь мне бросить все задумки, и… — Не все, — Курама поморщился. — Насчет своей собственной организации или команды — хорошая мысль. Выкрасть джинчурики Однохвостого… Рискованно, но ты же не отступишься? — Куда я денусь, — я вышел с квартала, кивками приветствуя членов клана. — А что насчет моих… далеко идущих планов? — Я думаю, что тебе не стоит так сильно полагаться на своих врагов. Это глупо. Собери силы и уничтожь их. Мира на земле можно добиться и без Апокалипсиса. Особенно человеку, который по силе потенциально равен Богу Шиноби. — Может ты и прав… — я вспомнил Шизуне. Может быть, она тоже пыталась сказать мне что-то такое? Я активировал Бьякуган и тайком глянул на девушку. Расстояние позволяло. Но увидел я там то, чего вообще не ожидал… — Стой, Шизуне! Стоять! — закричал я на всю улицу, как и несколько лет назад.

***

Ворвавшись в госпиталь на максимальной скорости, я мгновенно оценил ситуацию и ринулся в кабинет девушки. Я опоздал на пару мгновений — ее сердце уже не билось. Шизуне лежала на полу в луже своей крови, а в ее правой руке был крепко зажат тот самый кунай, который я подарил ей еще на войне. Сейчас он весь был в крови… На столе, перед которым девушка и резанула себя по горлу (для чего нужно ОЧЕНЬ большое желание), лежала записка. «Я оставляю это для тебя. Я была безумно рада, когда ты вернулся, но потом моя радость сменилась отчаянием. Иоши Хьюга, которого я знала, умер во время Третьей Мировой Войны Шиноби. Я вижу — ты не замечаешь этого, но ты стал другим. Не жестче, как ты сказал, и не более злым — ты изменился совсем. Раньше ты никогда не желал кому-либо смерти. Раньше ты даже не колебался, если мог спасти кому-то жизнь. Твое отношение к этому изменилось кардинально, но не только это сподвигло меня на смерть. Иоши (мокрые пятна от слез) я не знаю, в курсе ты или нет, но ты начал давить окружающих… собой. Своей силой и убеждениями. Я видела, как ты общаешься с Гаем, Какаши и остальными. Пару раз видела, как ты разговариваешь с господином Сэдэо. Они не могут сопротивляться тебе. Будто ты берешь их под свой контроль! Это низко и подло, если ты делаешь это специально, и бесконечно грустно, если это не так. Я надеюсь, что моя смерть сможет открыть тебе на все это глаза. Ты стал очень взрослым и сильным, но ты стал другим. То добро, которое ты хочешь принести миру, не должно быть построено на зле. Это — путь чудовища, которым, я надеюсь, ты никогда не пойдешь. Я тебя люблю. Шизуне.» — Курама… — прохрипел я. — Я не знаю! — поморщился Лис, тоже ошеломленный поступком девушки. — Это — ее решение! Я видел все, что происходило с тобой, но я не знал тебя другим. Если тебе интересно — на меня ты не давишь. Наверное… Черт, эта девчонка увидела что-то, что не смог заметить я?! — Сейчас и узнаем… Я призвал с Луны Созидание, оставив свою будущую «команду» в одиночестве. «Второй» я сразу же сел возрождать девушку, пока «первый» пытался дотянуться до Тонери. Это было сложно, без подпитки с Луны. — Постарайся… — ком стал в горле, но больше слов и не требовалось — сам себя я понимаю неплохо. Я двигался на максимальной скорости, так что успел в квартал до возрождения Шизуне. Тонери был в моем доме. — Госпожа спит, — поприветствовал он меня. — А господин Сэдэо… — Как я беру их под контроль?! — выпалил я, перебивая слугу. Он явно смутился, но общее спокойствие не растерял. Тогда я решил надавить сильнее: — Отвечай, Ооцуцуки, или я превращу тебя в груду пепла! Ты же знал, что я делаю что-то с людьми, с которыми говорю! Я вижу это! — Вы не брали их под контроль, — беловолосый покачал головой. — Но Сила Созидания помогала вам убеждать других. Вы навязывали им свое мнение, почти не оставляя шансов на сопротивление. Незаметно, даже для самого себя, вы убеждали их в том, что сможете сделать что угодно. Минато и Кушина никогда бы не оставили сына, если бы не эта сила. На Луне сопротивляться вашим словам бессмысленно, и я не испытал этого эффекта на себе лишь потому, что никогда и не пытался этого сделать. Земля режет ваши силы почти в двое. А эта девушка — Шизуне, вообще почти не подвергалась вашему убеждению. Вы не хотели навязывать мнение, вы интересовались ее собственным. Пусть и не всегда… Я вспомнил, как попытался ее поцеловать. Как сегодня вечером хотел убедить в том, что я, это я. Вспомнил ее взгляд. Шизуне была влюблена в другого Иоши… Нынешний же — лишь удачная попытка доведения ее до суицида. Неужели же я стал монстром, подчиняющим своей воле других, ради своих эгоистичных целей?! — Как мне это убрать, — мысли путались, но вопрос я задал правильный. — Как не подчинять их себе? И вновь Тонери не спорил, хотя я видел несогласие, написанное у него на лице. Ооцуцуки показал мне печати, которые замкнут всю Силу Созидания на мне и не позволят ей выходить на волю. Секундное дело, не требующее затрат чакры или других усилий. То, что следовало сделать уже давно… — Теперь у вас могут быть проблемы с четой Намиказе… — «Не могу!» — пришла взволнованная мысль от Пути Созидания. — «Она не хочет возвращаться в тело! Здесь я могу лишь указать душе путь, но…» — В Госпиталь! — приказал я слуге, призывая самого себя туда же. — Наших сил не хватит, — два меня задумчиво обратили взоры на Кураму, одинаково присутствующему и в том и в другом. — Не могу, — Лис фыркнул, пряча за безразличием беспомощность. — Я призван разрушать, а не созидать. — Тогда нам придется срывать маскировку… Без лишних раздумий активирую Тенсейган! Как там говорил Курама — мне нужно поменьше думать и побольше действовать? Пожалуй он прав — плевать на инкогнито, я просто преодолею это и пойду дальше! Слаженная работа двух шиноби-ирьенинов с божественными глазами и Хвостатым внутри привела Шизуне в чувство уже через девять минут. Девушка сделала первый вздох одновременно со скрипом входной двери. Тонери добрался до нас. — Шизуне! — я крепко-накрепко обнял ошарашенно хлопающую ресницами девушку. — Прости! Прости меня! Я исправлюсь, вот увидишь! Дай мне второй шанс! Я понимаю — тебе будет тяжело смотреть на такого раздолбая как я, посеявшего даже собственные убеждения, но подожди — я найду их! Я еще много говорил, давно перестав обращать внимание на присутствие здесь Тонери и ехидную усмешку Курамы, а так же на то, что Шизуне тоже обняла меня. Тенсейган видел тяжесть на ее душе, но, вместе с тем, там была и надежда. Робкое ожидание счастья теплилось где-то глубоко внутри этой удивительной девушки, пошедшей ради меня на добровольную смерть. — Поверь мне — все будет хорошо! — уверенно шептал ей я. Вдруг, божественные глаза уловили всплеск силы, что означало одно — портал с Луны был активирован. Ну конечно — Минато и Кушина! — Побудь здесь, хорошо? — я внимательно посмотрел ослабленной девушке в глаза. — Просто дождись меня. Я скоро. Тонери, ты можешь остаться с Шизуне, пожалуйста? — Все что угодно, Повелитель. — А у тебя очень красивые глаза, — вдруг сказала девушка. — Как лотос… Она неожиданно крепко схватилась за меня и потянула к себе. Миг, и вот наши губы сливаются в неловком, но таком искреннем поцелуе, что у меня на пару секунд вышибает дух. И я бы с радостью продолжил, но… — Спасибо за комплимент, — я мягко отстранил ее. — Я вернусь. Но на душе было погано. Едва ли Минато так просто оставит мои попытки контролировать его и его жену.

***

— Что все это значит, Иоши? — выражение лица Четвертого говорило о его решимости набить мне морду. Кушина же, судя по виду, вообще меня разорвать собиралась. — Я все объясню, Минато, но ты успокойся… И вы, Кушина, тоже… — Черта с два мы успокоимся! — закричала Узумаки. — Я сейчас же иду к сыну! А ты!.. Нет, сначала я разберусь с тобой! — Но я не враг вам! — Ты нас контролировал, — спокойно перетянул одеяло на себя Желтая Молния. — Более того — твой контроль спал, но может вернуться. Я не знаю до конца, Иоши, враг ты нам или друг, но… Как Четвертый Хокаге, я не могу вот так просто оставить тебя в живых. — Тебе меня не побе… — начал было я, но… Отец Наруто мгновенно оказался прямо передо мной и мощно врезал мне с ноги в живот! Когда он поставил свою печать и куда?! Черт! Кушина тоже перенеслась вместе с ним, и теперь высвободила свои цепи чакры! Эту технику я впервые испытал на себе и скажу прямо — это чертовски больно! Цепи оказались прочнее стали, их сила запредельной, а фуин-взрывы, нанесенные на них предусмотрительной женщиной, ранили меня похлеще ударов ее мужа! Но… Я тоже довольно сильный… — Два Пути! — я раздвоился. Каждый Путь выбрал себе противника: Разрушение — Минато, Созидание — Кушина. — Курама! Мне нужно войти в режим отшельника, поможешь?! — Может просто дать тебе своей чакры? — Их же можно смешивать! — Я не хочу… а, впрочем… Черт с тобой, Мудрец! Я еще за Кохоюки тебе должен! Чакра Девятихвостого заполнила меня, и я почувствовал силу, струящуюся по моим венам! Сам Лис уселся в медитативной позе, с огромной скоростью набирая природную чакру для вхождения в режим Мудреца. Как только чакра заполнилась, я моментально вошел не только в Режим, но и в Трансформацию, став даже сильнее Наруто, в конце аниме! — Режим Желтого Зверя Леса Шиккоцу! — рявкнул я, видя недоумение и страх в глазах четы Намикадзе. — Я вас убивать не стану — не дождетесь. Но и себя убить не дам! — Ты слишком опасен, — покачал головой Четвертый и сложил печати. — Призыв! Огромная жаба с легкостью уместила на своей голове и Минато и Кушину и раздраженно зыркнула на меня: — Светлячок? Что ты за букашка?! Господин Четвертый, вы живы! — Рад видеть тебя, Гамабунта, — улыбнулся Хокаге. — Мне нужна твоя помощь — этот шиноби невероятно силен! Нам нужно ослабить его, а Кушина после запечатает его чакру. — Непростое дело, — кивнула жаба и от души вмазала по мне своим клинком! — Э-Э-Э?! Огромный ножик я остановил одной рукой Пути Разрушения. Теперь я не только беззастенчиво использовал Кураму и Трансформацию, но и Режим Чакры Тенсейгана. Если играть, то и играть по крупному! Каким же я был глупцом — с этой силой я смогу изменить мир и без крови! Нет, ну не совсем без крови, но… — Теперь понимаешь? — весело рыкнул Курама, которого тоже переполняла сила. — С такой мощью не нужно придумывать хитрые планы, да и не выходят они у тебя! Просто действуй как всегда — на эмоциях! Ты же, на самом деле, очень добрый, ха?! — О да, — я прищурился, просчитывая траекторию (благо мозг работает лучше любого компьютера). — Как бы мне вас не зашибить… Бой был окончен почти мгновенно — против трех объединенных режимов супер-чакры Минато и Кушина играть не могли. Я не стал их убивать и калечить, конечно нет — я просто вырубил их и оставил лежать в лесу у портала. Если честно, я не вижу большого смысла удерживать их силой. Если они хотят вернуться в деревню — флаг им в руки. Я больше не буду никого принуждать. — Тонери! — благодаря всей своей силе я мог без проблем связаться со слугой. — Мне нужна информация об одном человеке. Добудь ее. Путь Разрушения отправляется на Луну — управлять. Наши планы меняются совсем не-немного, но не беспокоимся — разрулим. Все ясно? — Предельно, Повелитель. Спешу заметить, что девушка спит. — Отнеси ее домой. Я приду поздно. — Да…

***

Сигареты в этом мире были паршивыми и дорогими, но я — обычный русский попаданец, видавший некоторое дерьмо и немного не понимающий, что происходит вокруг. Блин, я уже двадцать лет живу в этом мире, но так и не понял, зачем я тут нужен. И ведь не будет простых ответов — Сущности меня не направят. Благодаря Шизуне, сегодня я стал чуточку человечнее, а благодаря Минато и Кушине, канону стоит помахать рукой. Пожалуй (я затянулся) все не так и плохо. Я останусь в деревне, но… Может магазин открыть, как Яманака? Или лавку какую… А может быть!.. — Все как и много лет назад, господин Мудрец, — раздался старческий голос сзади. — Вы всегда были проницательны, господин Третий. Присаживайтесь. Сарутоби Хирузен, не таясь, вышел к реке и присел рядом со мной, не обращая внимания на грязь, обязательно прилипшую к его парадным одеждам Хокаге. Мой давний учитель внимательно рассмотрел узор в моих глазах и кивнул каким-то своим мыслям. Он догадывался, это очевидно… — Помню, в тот раз ты беспокоился об убийствах. О своем пути, — вздохнул Третий. — Тогда я видел мальчика, который боялся жить в мире шиноби. И вот теперь, пройдя через многое, ты вновь сидишь здесь и дышишь этой гадостью… — Учитель, — я бросил косой взгляд на его трубку. — Вы и сами табачком балуетесь. — Хо-хо… А ты попробуй! Я благодарно кивнул, принимая легендарную трубку из его рук. Затянулся… — Это действительно хороший табак, — я вернул трубку владельцу. — Удивительно. Контрабанда? — Есть немного, — рассмеялся Хокаге. — Не беспокойся, все почти легально, особенно когда его курю я. И все же… — он мгновенно стал серьезен. — Что тебя тревожит на этот раз? Я слышал о Хизаши, но… Не похоже, что тебя это хоть сколь-нибудь волновало. Слышал так же, что у вас небольшая ссора с Шизуне. — Она вскрыла себе горло, — я пожал плечами, и усмехнулся, глядя в непонимающие глаза Третьего, прекрасно понявшего, что я не вру. — Не волнуйтесь так — я ее возродил. Все же, я — Мудрец двух Путей. — Удивительно… Мне доложили, что на границе Страны недавно прошел тяжелый бой. И там даже чувствовали чакру Хвостатого. — Девятихвостый, — я похлопал себя по животу, вновь заставляя брови Хирузена ползти вверх. — И не стоит так удивляться — если я расскажу вам все, вы можете умереть от инфаркта. — Звучит о-о-очень интересно, — усмехнулся Хокаге. — Но все же… Я хотел тебе сказать, Иоши, что ты не должен все нести на себе, хорошо? На сегодняшнем совете ты сказал о независимости клана Хьюга, но я расслышал в твоих словах заботу о всей деревне. Тебе дорога в Хокаге, так я думаю. — Я действительно вам все расскажу, — я задумчиво глянул на Луну. — Только пообещайте, что не будете умирать и не попытаетесь меня убить, ладно? — Обещаю, — серьезно кивнул Третий. — Я даже найду тебе пожизненные запасы такого же табака, какой и у меня.

***

POV «от третьего лица» — Шестихвостый совсем недавно стал нукенином, так что это удобная возможность его захватить, — потирал руки Орочимару, прикрывающий свой Шаринган повязкой темного цвета. — К тому же, мне уже давно не терпится проверить свои возможности… — Лепить себе части тел других людей — неэстетично, — прогудел Сасори, находящийся внутри Хируко. — Но твоя сила велика, а цель — похвальна. — Бессмертие — ключ к настоящей жизни, — поддержал разговор змеиный Саннин. — Я стану величайшим шиноби в мире! — Поживем — увидим… Леса, через которые пробирались отступники, отличались редкой формой тумана — он был столь густ, что глушил даже самые громкие звуки. Орочимару не боялся заблудиться, используя какую-то сенсорную технику и контролируя все происходящее вокруг, но вот Сасори не покидала тревога… — Господа, я рад вас видеть, — из-за одного из деревьев вышел молодой высокий парень с цветами лотоса в глазах. — У меня к вам дело… — Иоши Хьюга?! — даже вечно спокойный Саннин опешил и отошел подальше. — Но откуда?! Ты же мертв уже несколько лет! И эти глаза… — Я бы сразился с вами прямо сейчас, господин Орочимару, но смысла это не имеет. Именно поэтому я прошу вас передать послание вашему главе — Пейну. — Ты информирован, — усмехнулся Саннин. — Да и чакра твоя уж больно знакомая. — Мне тоже кого-то напоминает, — согласился Сасори. — Приготовься к бою, Орочимару… Иоши легко пожал плечами и вытащил из-за пазухи хрустальную сферу, внутри которой клубилась зеленая чакра. У Орочимару аж слюнки потекли, когда он увидел незнакомый и очень удобный способ консервации чакры, но, увы, насладиться зрелищем он не успел… — Выполняю данное обещание… — выдохнул Иоши и бросил шар в Сасори! Конечно, Хируко с легкостью отбил подачу, но мерзкая игрушка просто-напросто разлетелась вдребезги, а чакра из нее облепила всю куклу, просачиваясь внутрь. Саннин ошарашенно смотрел, как его напарник затих, а после… Щелкнули зажимы, корпус Хируко развалился, а там… — Иоши-ку-у-у-ун! — ничуть не изменившийся внешне парень сумел удивить даже невозмутимого (и, как он думал, готового ко всему) Иоши, прыгнув с сидячего положения так далеко. — Ты вспомнил обо мне! Неужели ты думал обо мне все это время?! — Мне нужна твоя помощь, — поморщился «враг». — Но для начала — нужно избавиться от лишних ушей. — А я тут вон чего сделал! — глотая окончания, вещал Сасори. — Смотри! Хоп! И рука отсоединяется! Я все тело заменил! Теперь я — кукла! Но благодаря технологиям Луны, я могу чувствовать… все! Все что угодно! Касания, например! — Отвали от меня, чертов извращенец! — наконец взорвался Иоши, когда Сасори полез ему под футболку. — Я тебе сейчас снова мозги вправлю! — Правда?! — Акасуна отскочил на пару метров. — Хренавда… — буркнул Хьюга. — Невозможно это… Орочимару благоразумно сбежал по-тихому, что не могло не радовать, а вот Сасори… — Тогда я теперь от тебя никогда не отвяжусь! — «Может быть мне стоило повременить с этим?» — кисло подумал Иоши. — «Теперь терпеть его… всю жизнь… Я же мог выкрасть Гаару и сам. Ладно, Шизуне меня защитит!» Иоши улыбнулся своим наивным и глупым мыслям, а Акасуна уже во всю раскурочивал Хируко, поражаясь тому, какую же хрень стремную он сделал. — Совсем на тебя не похоже! — вопил он.