Аве, Цезарь!

- Не тяни, - поторопил Рамос, сосредоточив все внимание на мальчишке. - На границе моего края и пустых земель есть с виду самый обычный лес, но издавна считалось, что там живут духи, которые защищают вход в царство богов. Это запретный лес, и туда нельзя ходить, чтобы не разгневать бессмертных существ, а кто осмелится потревожить их покой, никогда не вернется назад. Лишь самоубийцы идут туда, а потом их тела находят на опушке жрецы, отправляющиеся туда раз в пару месяцев, собрать трупы, дабы они не оскверняли священное место... - Чем-то напоминает печально знаменитый лес самоубийц в Японии, - вставил Домагой. - Странно, что зверье не подъедает. - Там нет ни зверей, ни птиц. Этот лес пуст, в нем нет места живым существам, лишь бесплотные духи и призраки. Но изредка выходят из него те, кто туда не входил. Те, кому по каким-то неведомым причинам боги и духи позволили миновать врата их царства, оставив жизнь. Это и есть пришельцы из других миров. Их можно узнать по необычной одежде и странным вещам. Мой дед видел нескольких таких людей, а отец двоих. У нас не существует рабства, мы никого не удерживаем насильно и помогаем нуждающимся, поэтому чужакам ничего не грозит, и они свободны в своем выборе. Почти все из них ушли обратно в запретный лес и уже не вернулись. Никому не ведома дальнейшая судьба пришельцев, но тел их на опушке не было. Однако не все покидали наш край, надеясь на возвращение. Говорят, что некоторые оставались, решив жить среди нас. Один из таких людей даже жил у нас во дворце. Мой дед подружился с ним и предложил должность счетовода и казначея, так как тот мужчина изумительно складывал даже большие цифры, мы раньше так не умели... - Ты застал его? - опять перебил Вида. - Да, но он был старше деда и скончался, когда мне было лет пять. Я плохо его помню. - А как его звали? - подал голос Серхио. - Русо, но это имя дали ему здесь. Прежнее я не знаю. - А о чем он рассказывал, не помнишь? - хорват взял один из камешков и начал мусолить его в пальцах, буквально изнывая от нетерпения и волнения, опасаясь, что их могут прервать в любой момент. - Почти ничего. Я же совсем маленьким был. Мне тогда побегать с друзьями хотелось, а не истории слушать, - виновато произнес Родриго. - Он меня понемногу считать учил, а рассказы... я запомнил только о лодках, которые могут и летать и перемещаться под землей. - Какая-то карьерная и горнопроходческая техника что ли? - предположил блондин. - Но она же не летает. Поезда тоже не летают. А самолеты, вертолеты и шатлы не перемещаются под землей. Что это за лодки такие? Или это отдельно: одни летают, а другие копают? Или не копают, а ездят по подземным тоннелям? - Я не знаю, - пожал плечами юноша, - кажется, все одновременно. - А зачем нам эти лодки? - не сразу сообразил испанец. - Хочу понять хотя бы примерно из какого пространства и времени был тот мужик! - всплеснул руками гладиатор, чем даже немного напугал сидящего рядом мальчишку. - Лодки какие-то... У нас конкретики по-прежнему ноль. Все только непонятнее становится! А почему вообще лодки? Как они выглядели? - Ну, я их всегда представлял обычными лодками, которые плавают по озеру и реке, но те, кажется, плавать не умели. Простите, я понимаю, как это важно для вас, но ничего не могу добавить, да и сложно мне было представлять то, чего я никогда не видел, - совсем сник Родриго. - Да мы все понимаем, - вздохнул Серхио, положив руку ему на плечо. - Я думаю, мой отец знает гораздо больше, но... теперь мы никак не сможем его расспросить. - Чехо, а никак нельзя уговорить Цезаря туда съездить, м? - выжидающе посмотрел на него Вида. - Может ты... так сказать... расстараешься? - В ближайшее время точно не получится, - покачал головой Рамос. - Сейчас они с Артэ будут со всем остальным разбираться, а потом уже товарищеские игры... Так, стоп. Какие нахер лодки, мы о главном не подумали. - В смысле? - Вот где этот запретный лес территориально? - На границе... - начал было юноша, но осекся. - Мне бы карту, я бы вам все показал. Так-то сложно объяснить, вы ни местность, ни расположение государств не знаете. - Я не совсем об этом, - отмахнулся испанец. - Вот сколько отсюда добираться до твоего родного края? - Пару недель, как минимум. Если налегке и лошадь хорошая. - Вот! А я вышел из леса в четырех днях пути отсюда! Это не тот лес! - на эмоциях выдал Серхио. - Вида, а тебя где поймали? - Да вообще недалеко, даже не ночевали, - протянул хорват, поняв, о чем говорит наложник. - Нам бы все координаты узнать. Может это хоть как-то поможет. - А как? Я на войско Кейлора тогда выскочил! А к нему я точно не могу подойти и спросить! Он меня даже слушать не будет, не то что отвечать! - Чуть потише, - как можно спокойнее произнес Домагой, - а то сюда весь гарем сбежится. А Артэ или Цезарь? Может у них спросить, когда все устаканится? А я у Карима спрошу, вдруг он запомнил. Нам бы карту, конечно. Было бы намного удобнее. Охренеть, куда ни плюнь, везде аномальная зона. - Филиалы запретного леса, - усмехнулся испанец. - Я попробую достать карту. Во дворце за мной особо не следят, я даже в кабинет могу заходить, когда Цезарь просит принести бумагу и перо. - Серхио, только осторожнее, - почти прошептал Вида, прекрасно осознавая, какими неприятностями все может обернуться, если Рамоса поймают. - А они этой карты не хватятся? - Там их огромное количество, а с присоединением новых провинций появляются новые. Главное стянуть и спрятать. - Хорошо, а что потом? Отметим мы все эти точки, а дальше? Уже и так понятно, что мы с тобой появились в разных местах и явно не в запретном лесу Родриго, а очень далеко от него, - Домагой швырнул камешек в кусты и опять посмотрел на товарища. - Да и Карим говорил, что в их краях тоже появляются пришельцы, но никто из них не возвращается назад. Значит, точек выхода очень много. - Но работают они только в одну сторону, - продолжил Серхио, - а запретный лес, похоже, в обе. - Скорее всего, - согласился хорват, - но даже если мы каким-то чудом окажемся в южной провинции и доберемся до этого аномального леса... Что будет, когда мы войдем туда? Где мы окажемся? В какой стране и времени? А в каком мире? А если закинет в какую-нибудь очередную параллельную вселенную с рептилойдами или на другую планету, где нет атмосферы? Подожди, да с чего мы вообще решили, что там портал работает в обе стороны? С того, что никто оттуда не возвращался? Может они выходили в с другой стороны и пробовали пройти через пустые земли... Кстати, что это за земли такие? - Земли, где никто не живет, - совершенно не информативно пояснил юноша. - На всех картах они обозначены как необитаемые. К сожалению, больше я о них ничего не знаю. - А как они выглядят? - подключился Серхио. - Пустыня, болота, поля... - Я не знаю, - понуро повторил Родриго. - Мой народ всегда жил оседло, уважал запретный лес и никогда бы не посмел нарушать покой духов, пытаясь ступить на их территорию. - Ничего не понятно, - подытожил Вида и в который уже раз огляделся по сторонам, желая убедиться, что их не подслушивают. - Может на этих землях выход какого-нибудь ядовитого газа? Поэтому они пустые и зверья особо в лесу нет? - Не слишком ли простое объяснение, учитывая всю ситуацию в целом? - даже рассмеялся испанец. - А трупы на опушке ты как объяснишь? Родриго, откуда в вашей замечательной стране вообще самоубийцы? - Может это на самом деле заговор жрецов? - неожиданно предположил блондин. - Для поддержания слухов об аномальной зоне и веры в богов? Жрецы время от времени там сами кого-то убивают, а выдают за проделки духов и... - Да как ты смеешь?! - почти вскрикнул Родриго, вскакивая на ноги. - Служители культа никогда бы не опустились до подобной мерзости! - Ладно, извиняюсь. Был не прав, - Домагой сразу же поднял ладони в примирительном жесте. - Просто предположил. Не хотел оскорблять твои чувства. Просто информации предельно мало, и приходится собирать ее по крупицам. Кстати, попробую потом у Даниэля узнать, где именно они нашли Марсело. Вдруг это тоже поможет. Да и насчет карты, стоит ли так рисковать? - Не знаю, посмотрю. Да успокойся уже, садись, - испанец тоже поднялся на ноги и потянул юношу у скамье. - Меня другой риск волнует гораздо сильнее. Ты прав. Какова вероятность на благополучный исход и возвращение домой? Даже если мы доберемся до этого леса, что потом? Путь в никуда? Как-то страшновато, если честно, потому что назад дороги уже не будет. - Да у меня и впереди не особо радужно, - иронично заметил Вида. - Ты наложник, тебя Цезарь как трахал, так и будет трахать, а я гладиатор! Для мне все и так может закончится в обозримом будущем на песке арены! - Зато с честью, - непонятно зачем вставил Родриго. - Ой, знаешь, мне от этого сразу намного легче стало! - съехидничал блондин. - Так, все, пойдемте-ка отсюда, - устало вздохнул Серхио. - А то как бы не хватились нас и не подумали, что мы что-то затеваем. К фонтану они вернулись втроем, и настроение у каждого никак нельзя было назвать приподнятым. Весело болтающие стайки наложников при их появлении сразу затихли, а потом начали перешептываться, часто поглядывая на гладиатора. Казалось, что все они очень заинтересовались новым лицом, но подойти и познакомиться так никто и не решился. Да и сам Вида уже не хотел ни с кем общаться, и обитатели гарема перестали привлекать его внимание. На первый план опять вышла проблема возвращения в свой мир, и блондин неожиданно поймал себя на мысли, что даже произошедшее у него на глазах убийство сенатора почти перестало волновать и вызывать хоть какие-то эмоции. Наверное, это было не слишком хорошим знаком, и окружающая действительность все сильнее накладывала свой отпечаток, делая его более расчетливым и черствым, чего раньше мужчина за собой не замечал. Но переживать по этому поводу и снова обдумывать неприятную ситуацию не было ни сил, ни желания, ни времени, ведь к ним уже спешил император, который явно находился в прекрасном расположении духа. Отбросив почти все величие и церемониальность, Лука уселся на бортик фонтана и подозвал к себе еще нескольких наложников, которые опустились прямо на траву перед своим повелителем. Владыка задавал им простые, ничего не значащие вопросы о родных краях и прежних занятиях, комментировал ответы и часто шутил, создавая довольно легкую и непринужденную атмосферу. Домагой, Серхио и даже Родриго сами не заметили, как втянулись в эту странную игру с перекрестными вопросами и уже вовсю болтали с другими обитателями гарема. Время от времени император самолично делал вылазки вглубь сада и приводил новых собеседников, чтобы разнообразить странные посиделки. Вини, почти всегда следовавший за господином как тень, тоже был здесь и с легкой полуулыбкой следил за происходящим. В какой-то момент Лука перестал участвовать в разговоре и теперь только наблюдал за своими наложниками и гладиатором, как они общаются, улыбаются и смеются. Конечно, рабы ни на минуту не забыли о том, кто находится рядом с ними и, несмотря на добродушный настрой повелителя, его все равно вполне ожидаемо боялись, что сам Модрич считал абсолютно естественным. Обычно он не устраивал подобные собрания, но сейчас ему хотелось дать Чехо и Домагою возможность отвлечься от недавнего потрясения, хотя, надо признать, оба отреагировали на тяжелую сцену весьма достойно, и Цезарю это понравилось. Прошло около полутора часов, и император окончательно убедился, что блондину здесь не место. Впрочем, как и Серхио, который тоже резко выделялся на фоне изнеженных и не особо умных молодых наложников, составлявших основу придворного гарема и в большинстве своем не вызывавших никакого желания. Домагоя хотелось видеть именно гладиатором, профессиональным убийцей и чемпионом арены, но в то же время Лука прекрасно понимал, что жизнь бойца этому человеку тоже не подойдет. Вряд ли пришелец из другого мира сможет одержать множество побед и утвердить свое положение в амфитеатре. Прежде всего не хватит опыта и привычки убивать, не задумываясь. Всего одна секунда сомнения и промедления будет стоить ему жизни. Так ничего и не решив, Цезарь поднялся с широкого каменного бортика и поманил за собой блондина и Серхио, оставляя всех остальных в саду. Домагоя пора было возвращать в школу, а ему самому предстояло встретиться с Артэ и выслушать доклад по ''делу сенатора'', как они с полководцем назвали последний раскрытый заговор. Рамос вызвался проводить гладиатора до дверей вместо стражников, и Лука милостиво разрешил, позволяя ребятам пообщаться лишние несколько минут. - Привык я все-таки к тебе уже, - усмехнулся испанец, сопровождая товарища в лабиринте дворца. - А раньше, если честно, считал тебя страшным. И бровей у тебя нет. - У меня есть брови, просто они светлые. А ты на многих фотках губы складываешь как баба, - не остался в долгу Вида, впрочем, совершенно не желая обидеть, а просто шутя. - Ну, да, - не стал отрицать Серхио, - есть такое. Как же я скучаю по тем временам. - Я тоже. У парадного входа дворца уже ждала карета и несколько солдат, и хорват, попрощавшись с Чехо, уже привычно забрался в неудобный жесткий ''салон''. Этот день прошел до предела странно, но довольно продуктивно по сравнению с остальными, хотя полученная информация сама по себе мало что давала, а как ее можно было использовать на практике, Домагой просто не представлял.