Потоп в пустоши

Скорее всего, он был бы в патруле - как всегда будет позно ночью - или почти всегда, а не посреди многолюдного бального зала в одном из самых гламурных отелей Готэма. Организатор этой вечеринки предложил ему, что было бы неплохо, если бы они могли провести мероприятие в Уэйн-Мэнор. В редких случаях, просто чтобы поддержать внешность, он соглашался, но в настоящий момент Брюс не может быть счастлив, потому что его просьба вежливо отклониется не сработает. Особенно учитывая тему разговора. Это был не факт, что он уехал из Готэма на месяц. Подобные вещи случались и раньше, и он всегда придумывал какую-то креативную историю о катании на лыжах в швейцарских горах или отдыхе в Дубае. Никто не казался ужасно удивленным, что Wayne Enterprises и все ее спутниковые компании работали без сбоев. Должно быть, они предположили, что Брюс на самом деле не имеет никакого отношения к управлению его компанией. Но это был бизнес. Деловой разговор, с которым он мог справиться. С чем у него были проблемы - хотя, конечно, он этого не показывал - это залпы вопросов о Джейсоне. Он уже неоднократно объяснял, что не может этого сделать, потому что он навещает Дика - ложь, но лучше сказать, что мальчик совершенно презирал этих людей в принципе , но это не остановило бы любопытную толпу. Некоторым он мог ответить более честно, чем другим. "Что заставило тебя снова усыновить, Брюс?" «Дик некоторое время отсутствовал из за колледжа, и в усадьбе чувствовалась немного опустошенность». Он признался. «Время было правильным, и я подумал, что могу дать больше, так что ...» "Это так мило с вашей стороны." Женщина, которая говорила, говорила так, будто он только что пожертвовал ЮНИСЕФ вместо того, чтобы стать ответственным за другую жизнь. «И взять на себя такого ... сложного ребенка. Я слышал, что он не будет посещать Готэмскую Академию». Он снова услышал вопрос в заявлении. Разве самая престижная частная школа города отказалась принять его нового приемного сына? «Он хотел пойти в государственную школу. Я не вижу в этом ничего плохого». «Конечно», - сказал мужчина с сигаретами в зубах с абсолютной уверенностью. «Учитывая его прошлое, это к лучшему». Я никогда не приведу Джейсона к этим людям , молча поклялся Брюс. Никогда не позволю вам стервятникам мучить его. Дик хорошо разбирался в этих вечеринках. Хотя он не особенно хорош во лжи - для него, по крайней мере - как опытного исполнителья, он может сыграть роль избалованного богатого мальчика, даже лучше, чем сам Брюс. У него было чувство, что если он навяжет это Джейсону, то последовавшая за этим катастрофа могла бы затмить каждый конфликт мирового масштаба. Не то чтобы Дик был упущен из виду в этой инквизиции ... "Ричард встретил его?" Человек примерно его возраста спросил. "Как он к этому относится?" «Он все еще в школе, поэтому для него это не большая перемена». Истина . «Он просто все время говорит, что я должен был сделать это, когда он еще жил в поместье, чтобы у него было больше шансов стать старшим братом». Ложь! Хотя Бог знает, я бы хотел, чтобы это было правдой. Пожилая женщина с заколотыми волосами "Ричард такой милый. Он все еще встречается с мисс Гордон? Если нет, я знаю несколько прекрасных ..." «Я считаю что необходимым не вмешиваться в его любовную жизнь», - быстро прервал Брюс. Дик поблагодарит его за это позже. Его аудитория усмехнулась. "А твоя собственная любовная жизнь, Брюс?" Еще одна блондинка игриво зацепила его руку своей. «Я надеюсь, что ты все еще находишь время, чтобы выйти и побаловать себя время от времени». Он подыгрывал и несколько преувеличенно вздыхал, как будто надеясь, что это так, но, увы ... «Я бы с удовольствием, но Джейсон должен быть моим главным приоритетом. Вы знаете, насколько требовательными могут быть дети». На самом деле эта особенность Джейсона но она этого не знала, что успешно заставило ее почувствовать себя достаточно смущенной, чтобы отпустить его руку. Он использовал это как возможность проверить свои часы. Одиннадцать часов. Он мог продолжить это, возможно, до половины второго ночи, а затем извинится и выскользнуть. Брюсу почти стало жалко всех преступников, с которыми столкнулся Бэтмен сегодня вечером. «Завещание мужскому характеру», - прозвучал слишком знакомый гладкий акцентированный голос. «Чтобы поставить своего ребенка выше всех». Никто в комнате не знал об этом, но Брюс чувствовал, будто его только что застрелили. Он медленно повернул голову, как будто это сделало бы ее кем-то другим, кем-то менее болезненным для встречи сейчас. Талия была такой же захватывающей дух, как и прежде, одетой в бордовое платье из дорогой ткани с открытыми рукавами, которые пересекались в центре ткани, создавая широкий эффект V-образного вырезания. Ее волосы распущены по плечам, и она улыбалась ему, как будто в комнате никого не было, но в этой улыбке все еще был намек на грусть. «Спасибо», - справился он. Брюс знал, что пялиться, но это соответствовало его персонажу плейбоя, поэтому он не стал исправлять это. Должен ли он притворяться, что не знал ее? Талия взяла выбор в свой руки. Одна изящная бровь поднялась, словно под вопросом. "Ты не собираешься представить меня своим друзьям, Брюс?" «Конечно», выпрямился он, быстро поправляясь. «Все, это Талия аль Гул». Он представил её небольшому кругу. Как всегда само приличие, женщина кивала, улыбалась и пожала руку каждому новому представлению. Весь процесс занял меньше минуты, но это была его минута размышления, в течение которой он мог подумать. Что она здесь делала? Два месяца с тех пор, как поражение Каина прошло без слов. Он подозревал, что это было по той же причине, по которой он тоже не обращался к ней, хотя порой это чувство почти подавляло его. "Откуда ты знаешь эту потрясающую молодую леди?" спросил человек, который спросил о Дике. Она моя жена. Эта мысль пришла к нему так внезапно и неожиданно, что заставила его вздрогнуть почти так же, как и ее прибытие. Почему он подумал об этом сейчас? Даже в течение короткого времени, когда они были вместе, и она настаивала на браке по законам своей страны, это никогда не казалось ему совершенно реальным. Он играл в это, потому что это делало ее счастливой, «О, я уверен, что мы все знаем, откуда он ее знает», - проговорил другой и подмигнул ему. Независимо от того, насколько хорошо он играл эту личность, которую он должен был надевать каждый раз, или даже правдивость этого утверждения, то, как это было сказано, зажгло в нем искру гнева. Талия, должно быть, заметила, но демонстративно проигнорировала это, решив вместо этого ответить на первоначальный вопрос вместо него. «Брюс работал с моим отцом в прошлом», объяснила она. «Они знакомы довольно давно, хотя недавно расстались. Позор». Да , подумал он. Между ним и Рас-аль-Гулом не было почти никакой потери, но их краткий союз был одним из редких случаев, когда Талия не разрывалась между ними. Она была рада за отсрочку, а он - за ее счастье. Но счастье было мимолетным. Женщина с заколотыми волосами ненадолго коснулась руки Талии, чтобы привлечь ее внимание. "Это такое интересное имя, моя дорогая. Повтори откуда ты?" «Немного отовсюду, хотя мой отец проводит большую часть своего времени на Ближнем Востоке. Я часто сопровождаю его, хотя я не притворяюсь, что знаю тонкости всех его дел». Все ее ответы были хорошими и расплывчатыми, и хотя Талия не разыгрывала игру наследницы с воздушной головой, она также не дала подсказки о том, насколько она подкована в бизнесе. Брюс знал по крайней мере о дюжине компании по всему миру, которыми руководит только она. Он хотел отвлечь ее от толпы, спросить ее, почему она пришла, но возможности еще не представилась. Разговоры раскололись. Талия небрежно разговаривала с пожилой женщиной о ее платье, и он наполовину слушал, что говорит мужчина с сигарой о потенциальном новом спутниковом офисе в Звездном городке. Через несколько секунд появился официант с подносом с бокалами шампанского. Все взяли по бокалу, но Талия была единственной, кто вежливо отказался. Женщина, с которой он вел беседу раньше, выглядела странно удивленной. "О, ты не пьешь? Это ... связано с религией?" Она сказала это так, как будто слова оставили неприятный вкус во рту. Брюс подумал, что это не из твоих чертовых дел . Оглядываясь назад, он хотел бы познакомить Талию с англиканизированной версией ее фамилии, чтобы спасти ее от этого взгляда, который неотрывно смотрел на нее сейчас. Если бы это произошло в любой другой обстановке, возможно, были бы проблемы, но она знала, как вести себя не иначе как самым правильным образом. Талия прикоснулась кончиками пальцев к губам, делая вид, что смущена. «Вовсе нет. Я только что сошла с пятнадцатичасового полета, вы видите, и все еще немного с реактивной задержкой. И хотя я бы очень хотела насладиться ночью в полной мере, я боюсь, что мистеру Уэйну придется перенести меня обратно в мою комнату, если я выпью. " «Не то чтобы я возражал», - усмехнулся Брюс для публики и поднял стакан, который был для неё. «Но я все равно возьму это с твоих рук». Еще через пятнадцать минут все снова были заняты разговором. У Брюса остался стакан. Он сунул второй на проезжающую тележку, едва выпив глоток. Никто, кроме Талии, не заметил этого, и она улыбнулась ему. Он сделал преувеличенный зевок. «Я собираюсь подышать воздухом», - сказал он, но никто в толпе не услышал. Некоторые взглянули на него, и Брюс повернулся к открытым дверям балкона. Выражение его лица становилось все темнее и темнее, пока ночь его не поглотила. Его встретил прохладный ветерок, и он бесцеремонно бросил содержимое стакана на перила, а затем прислонился к перилам. Звук мягких шагов донесся за ним, но он не обернулся, пока легкое прикосновение не упало ему на плечо. "Спасибо, любимый." Ему потребовалась вся его дисциплина, чтобы не трястись при контакте, и нежный титул, который он давно принял за само собой разумеющееся. Это было неправильно, он знал. Она не назвала его так просто так; она имела в виду это. Но в данный момент он был слишком зол, чтобы анализировать это дальше. «Им действительно не нужно выявлять каждый стереотип« богатого американского сноба », - проворчал он больше себе, чем ей. «Это было очень необязательно». Улыбка Талии была нежной. «Но тогда вы бы упустили шанс защитить мою честь». Брюс усмехнулся. «Я ничего не делал». "Тем не менее, я могла видеть это в твоих глазах." Она подошла и повернулась спиной к перилам, чтобы они были почти лицом к лицу. Он все еще не мог смотреть на нее. «Гнев за плохо скрытые клеветы. Это всего лишь слова, возлюбленные. У меня все хорошо». "Ты?" Наконец он повернул голову, и она, казалось, напряглась. Здесь было мало света, но он мог поклясться, что она выглядела ... бледной. Талия наклонила голову в сторону, как будто обдумывая, как ему ответить. «Во плоти», наконец призналась она. «Хотя в душе боюсь меньше». Он смотрел на нее. Она по-прежнему была самой красивой женщиной, на которую он когда-либо смотрел, но нельзя было отрицать грусть и усталость, которые он видел в ее глазах. До этого Брюс не мог себе представить, что что-то может испугать ее дух, но потерять ребенка ... он надеялся, что это не полностью сокрушит ее. Но на данный момент он не мог сказать. "Прости, Талия." Это было все, что он мог сделать. «Я пришла не из-за твоей жалости, Брюс». Ох.. Значит, сейчас он «Брюс»? «Я пришла потому что ... потому что ты заслуживал лучшего, чем быть оттесненным в то невыразимо болезненное время. Я пришла ... Я хотела увидеть тебя, потому что думала, что это может дать нам обеим некоторую меру покоя». Прощание Она пришла простится и расстаться. Он не мог ей это запретить, не после всего, но почему-то просьба причиняла боль больше, чем если бы он узнал, что она была в городе от имени Раса. Брюс знал, что она не лгала о своем намерении, и это было так окончательно. Очень похоже на прощание. "Как долго вы собираетесь быть в Готэме?" Она немного пожала плечами, и он заметил ее ожерелье. Она была красива, но не та, которую он подсознательно надеялся увидеть. «Неделя. Возможно, две. После этого я должна вернуться». «Хорошо.» Он мог продолжить с этим. "Так что позавтракаешь со мной завтра. Помнишь то французское место, куда мы ходили раньше? Шоколадные блины?" Она по-настоящему улыбнулась и кивнула. «Я обожаю это место. Давайте сделаем это обедом. Я все еще устал от полета, и у вас также будет поздняя ночь, если есть какая-то причина того, как вы смотрели на часы раньше. Город зовет вас. Кто я? чтобы удержать тебя от твоей единственной настоящей любви? Черт. Было страшно от того, как легко она заставила его забыть некоторые вещи.