Всё равно конец будет счастливым

      – Не страшно тебе ходить в лес по замёрзшему озеру, а потом ещё и тащить по нему ёлку? – Джей с наслаждением вдыхал аромат потрескивающих в камине брёвен и золотистых волос, в тёплом домике лесничего не нуждавшихся в шерстяном платке.       – Нет, вы же знаете, какие у нас зимы. Озеро ни за что не проломится, – Золушка весело отвечала, наскоро убирая чайник и ворочая кочергой в камине.       – Прошу, обращайся ко мне на ты. Мы же всё уже выяснили, – герцог подошёл к девушке и выжидающе посмотрел ей в глаза. Какие же они красивые! Казалось, целый мир, гораздо бо́льший их королевства, был заключён в них. И теперь этот мир – его. – Ну что?       – Хорошо... Джей.       Мир в глазах заблестел, губы девушки растянулись в улыбке. Юноша не сдержался и поцеловал её.       Когда он тащил огромную ёлку по озеру, из-за горизонта показались две фигуры: всадника и невысокого старика в шляпе странной формы, но никто из них никого не заметил.       За неделю до Рождественского бала, а значит, и до самого Рождества, принц вернулся во дворец. Девушки, по понятным и не очень причинам приглашённые на бал, всячески старались переплюнуть красоту тех нарядов, что они видели в прошлый раз. Отношения Золушки с мачехой немного улучшились, вероятней всего, из-за Флаурины, которая не спешила покинуть дом, хотя Фиона с нетерпением этого ждала, вопреки их договору поехать вместе на бал. Когда они все вместе наряжали ёлку, Фиона даже повесила пару шаров. Несмотря на всю ситуацию, Люсьена и Антуанетта всё же умудрились заставить Золушку сшить им платья. Ну как заставить, они просто попросили. А по ночам в своей комнате она шила платье, в котором ей самой предстояло танцевать с Джеем. О своих отношениях они решили пока не распространяться. В основном, из-за принца. На удивление, ни король, ни королева не стали ничего ему говорить. Впрочем, они знали, что их сын живёт у лесничего, благодаря Джею, который часто гулял там с Золушкой и даже однажды беседовал с Ве́ттаком. Правда своего друга лично не встречал. Отношения между ними так и не были выяснены, и в день бала герцог Альсданский решил, что время для этого разговора пришло.       Глубоко вздохнув, уже без прежнего панибратства Джей постучал в покои принца. Лишь после ответа он зашёл.       Эль лежал на застеленной кровати, уставившись в потолок. На манекене висела его одежда для бала, но принц явно не собирался никуда идти. Даже вид посетителя его не смутил, хотя по обычному стуку в дверь было не ясно, кто пришёл.       – А, это ты. Давно не виделись, – принц не встал с кровати, но улыбнулся.       – Ага. Рад вас видеть, – только и смог ответить Джей. Ему не пришлось ничего особо выдумывать, потому что Эль заговорил сам.       – Знаешь, я прожил всё это время у Ве́ттака, лесничего Южного округа. Он говорил мне, что виделся с тобой.       – Да, было один раз. Я тогда убедился, что с тобой всё в порядке, и донёс эти известия до их величеств.       – Так вот почему они не стали промывать мне мозги. Ясно теперь. Кстати, чего ты там стоишь? Садись.       Джей сел на стул у окна и немного успокоился, но мысль о том, что разговор о Золушке только впереди, не позволяла ему расслабиться. Принц же никак его не заводил – он говорил о новой лошади отца, о возможной предстоящей войне и о чём угодно, только не о том, что интересовало их обоих – поэтому Джей сделал это сам.       – Мне кажется, – осторожно начал герцог, – нам нужно кое-что обсудить.       Эль сел в кровати и с интересом, хотя и догадываясь, о чём пойдёт речь, посмотрел на друга. Но в эту минуту в комнату вошёл слуга.       – Ваше высочество, бал вот-вот начнётся. Его величество велел доложить, что перед балом состоится срочный военный совет.       Когда слуга удалился, Эль встал, подошёл к другу и, похлопав его по плечу, сказал:       – Поговорим об этом в другой раз. Хорошо?       – Конечно, – натянуто улыбнулся Джей и с тяжёлым сердцем вышел из покоев.