Насмешки судьбы

Эпоха пустоты. Правление Нольгатора. 0234 Пустоземье (Деревня Дагота)

      - ААААРРррррр!!! – зарычал один из полуорков и устремил кончик своего кривого меча в сторону дряблой деревушки, которая наверняка не выдержит этот натиск и развалится ещё до того, как до неё доберутся захватчики, ибо их гулкий топот больших ног, облачённых в железные доспехи, заставлял содрогаться землю, а что можно было говорить про полу сгнившие доски старых изб. Это поистине смешная картина. Когда ты прибегаешь весь такой боевой и злобный, в намерениях разрушить всё, что видишь, но оно развалилось раньше, чем ты прибежал и такой «Это не я!» Но кто тебе поверит?       Поистине большая группа полуорков, примерно из двадцати особей, побежала по направлению к деревне, издавая различного рода крики, рычания, реплики на своём орочем, которые понятны только им и кто знает, что они означают. Язык орков был известен только одному человеку, который жил в их краях и не трудно догадаться, что именно он их создал. Каким именно способом, никто так понять и не может, как не могут и их язык, слова которого даже разобрать было невозможно. Попробуй, разбери хоть букву в нескончаемом потоке рычаний и слюней, которые летели в разные стороны будто в бешеном припадке. Это как разговаривать с тигром, который то и делает, что только рычит и скалит зубы – никакого взаимопонимания. Вы конечно можете, подойдите к какому-нибудь полуорку и поинтересоваться «как у тебя дела?» в попытке найти общий язык, но не ручаюсь, что вас примут с любовью и нежностью. Не рекомендую этого делать. Если что, земля вам пухом.       Полуорки ворвались в деревню, размахивая мечами, копьями, вилами, булавами и всем тем, что попадалось под руки во время предыдущих набегов на жилища людей. Народ, живший там, не отличался численным преимуществом или какой либо физической силой, так как большинство были старики, меньшее количество молодых людей и ещё меньшее их дети, потому многие повыскакивали из своих дряблых изб в попытке выжить, скрыться, не умереть этим днём. Но пролилась первая кровь, и просторы наполнились криками боли, запахом крови и чудовищным страхом, который сковывал сердца людей, не давая даже вздохнуть одного маленького спасительно глотка воздуха.       Один из отродья поджег свой факел и бросил в сторону скромной конюшни из четырёх голов, состоящие всего- то из трёх беспородных тяжеловозов для работы в полях и одной более- менее ценной, на которой учились верховой езде деревенские дети. Будучи довольно молодой и норовистой лошадью, учёба на ней давалась детям довольно тяжкой и отделывались они многочисленными синяками, но как говориться «не научишься ездить, пока не упадёшь». Суровость всей жизни деревенские дети познавали с самого детства, тем самым, можно сказать, готовились к взрослой жизни, которая сулила никаких поблажек и синяки это меньшее, что их ожидало. А предстоящее готовилось подарить им смерть.       Цель полуорков в таком поступке была совершенно отрезать путь людям в бегстве, а своими двумя они далеко не убегут. Полуорки никогда не оставляли после себя никого в живых и на этот раз не намеревались отдалиться от собственных правил.       - Убить их всех!!! – взревел одни из них, по виду напоминающий их вожака. Его толстенные железные доспехи покрывали всё его тело, не оставляя пробелов, куда можно было нанести критический удар и мигом убить. Обезображенное лицо покрывал шлем, а в руках крепко сжимал боевой топор, чья железная часть была размером с его голову – этакий молот. Рост вожака очень сильно превышал остальных особей почти на половину их тела, с учётом их роста в два метра. Он позволял ему глядеть на всех сверху вниз, нагоняя холодящий душу ужас и сковывающий движение страх.       – Никого не оставлять в живых!!       Человек за человеком падали сражённые на землю в грязь, захлёбываясь в собственной крови, многих догоняли мечи и топоры в спину, пробивая острой частью хрупкие кости. Полуорки наслаждались каждым моментом убийства, и это было понятно по чувству удовольствия, отражающегося на их физиономии и в подобии улыбки, которую они пытались из себя выдавить, насколько это было возможно. Какая чудовищная сила могла сотворить такое в подобии орков? Но герои нашего начала были полуорки, значительно отличающие от самих орков, как телосложением, так и на лицо, если это вообще можно было назвать лицом. Они были отпрысками слияния орка и человека. Каким образом это происходило, известно только Богам и то не факт, что им было любопытно наблюдать за этим, ибо зрелище это наверняка не из приятных.       Забегая в каждую избу, полуорк обязательно подпаливал её, не оставляя ничего на этот месте, и таким образом почти вся деревня пылала диким огнём, трещали доски, падающие вниз, а параллельно с этими каждый отпрыск выкрикивал одну и ту же фразу, поднимая мечи над головами:       - Лок’тар! Лок’тар! Лок’тар! – что на орочем означало «победа», но ничего славного в этой победе не было. Каждая изба вместе с конюшней полыхали в огне, каждый житель этой деревни так больше и не увидит рассвета нового дня, лежа мёртвые в грязи или в своём собственном доме, прижимая к себе окровавленных детей. Лошади жалобно и дико ржали, бешено стуча копытами по оградам в попытке пробить себе свободу наружу подальше от надвигающейся опасности, но у них ничего не получалось. Что двигало полуорками – неизвестно, но они не решили проникнуть в конюшню и добить лошадей, думая и надеясь, что огонь это сделает быстрее и не хуже. Знали бы они, как ошибаются.       - Уходим!! – и они ушли. Оставив за своими спинами только огонь, угольки и смерть.       Будущее навсегда покинуло эту деревню.       Как и надежда.       И только маленькие глаза, полные слёз, смотрели в след удалявшихся полуорков.