Глава 3. Часть 1: Тьма лишь затаилась, чтобы вернуться.
16 июля 2025 г., 01:35
Kyle Dixon & Michael Stein — Breaking and Entering
Тело больше не слушалось Джессику, словно перестало ей принадлежать. Да и было ли у нее тело? Или правильнее сказать: было ли это тело — ее? Ее сковал страх, он проник внутрь, затуманил сознание и больно пульсировал где-то там. «Сил не хв…ает… нед…точно, ответн… …дар, после… врат» Проходит несколько секунд, а может минут или часов (Джесс было трудно понять, как здесь течет время), как возник закономерный вопрос: «Что это значит? Почему это… в моей голове?» Все, что Джесс могла ощутить сейчас — отвратительный запах гнили и вместе с этим… запах добычи. Ненависть, животное желание убивать и разрушать, они застилали разум, заставляли подчиняться инстинктам. Следуя чужой воле, ее тело (?) бросилось в сторону дороги. Нечеловеческий вопль вырвался из глотки, а пасть раскрылась, обнажая сотни острых зубов, что могут в один миг разорвать человеческую плоть. Фонари, освещающие дорогу вдруг начали мигать, а через секунду резко выключились. Джессика не понимала, что происходит. Она чувствовала, будто ее сознание оказалось в другом теле, будто ее ощущения смешались с чужими, словно она слилась с каким-то… другим существом. Однако телом она управлять не могла, поэтому все, что ей осталось — это безучастно наблюдать, не в силах что-либо сделать. Страх начинал отступать, он уступил каким-то другим чувствам, которые словно густой туман просачивались в самые укромные уголки разума. Он медленно проник внутрь, опутал мысли ледяными щупальцами. Сознание начало дрожать, как натянутая струна, и вот уже отвратительное животное чувство начало пожирать каждую клеточку, разрастаясь внутри, вытесняя любые проблески разума и воли. Монстр притаился среди деревьев, тихо утробно урча, однако завидев добычу, тут же взревел и выпрыгнул из своего укрытия. Девушка резко остановилась и вместе с велосипедом тут же упала на асфальт. Рот открылся в немом крике, тело все задрожало от ужаса. Она начала жадно глотать воздух, словно ей перекрыли кислород. Монстр не торопился, будто ждал чего-то, изучал, принюхивался и осторожно приближался, словно боясь спугнуть жертву. Вдруг тишину нарушил резкий чудовищный вопль, и девушка, с трудом вскочив на ноги, бросилась бежать. Монстр в один прыжок преодолел расстояние, что их разделяло, но девушка, вскрикнув, бросилась в сторону леса. Она неслась, не разбирая дороги, а монстр гнался за ней, издавая отвратительные гортанные звуки. Она бежала, бежала изо всех сил, сердце колотилось так громко, что казалось, оно готово вырваться из груди. Она чувствовала, будто ее ноги едва отрываются от земли, такими тяжелыми они стали, но она продолжала бежать, потому что знала: остановиться — значит умереть. За спиной раздавалось тяжелое дыхание монстра, его шаги звучали ближе и ближе. Темнота застилала глаза, невозможно было разобрать, куда двигаться, куда бежать дальше. Где искать спасение? Она бежала вдоль какого-то ограждения в лесу, не решаясь перепрыгнуть через него. Она мчалась дальше, надеясь спрятаться, затеряться где-то среди деревьев, как вдруг земля ушла из-под ног. Девушка споткнулась о корень, торчащий из земли, перевернулась несколько раз, зацепившись рыжими волосами о коряги, прокатилась по земле и резко врезалась спиной в дерево. Кожа тут же покрылась царапинами и ссадинами, которые начали кровоточить. Боль пронзила все ее тело, но это было не самое страшное сейчас. Главное — она больше не могла двигаться. Её тело отказывалось подчиняться, мышцы словно превратились в желе. Тихо взвыв, она пыталась отползти назад, сильнее вжалась в дерево, будто оно могло как-то спасти ее. Монстр приближался, но рассмотреть его в темноте было невозможно. Для нее он выглядел как отвратительное, огромное, зловещее нечто с огромной пастью, готовое в любой момент наброситься и разорвать ее на куски. Девушка пыталась подняться, но руки скользили по мокрой траве, а ноги отказывались держать вес тела. Слезы потекли по щекам, смешиваясь с грязью. Отчаяние захлестнуло её, животный страх сковал все её тело в тиски, когда она увидела зубастую пасть. Жизнь для неё тут же остановилась. Монстр рванул вперёд с неожиданной стремительностью, она дернулась в сторону, но когти чудовища скользнули по ноге, по коже пробежала острая, жгучая боль. Кровь выступила тонкой полоской, девушка взвыла, размахивая руками, словно защищаясь. Монстр снова взревел. Готовясь умереть прямо сейчас, девушка зажмурилась, увидев напоследок только яркий ослепляющий свет перед глазами. Секунда. Две. Три. Пять. Ничего не произошло. Все стихло. Она широко распахнула глаза. Кто-то светил ей в лицо фонариком, очевидно что-то крича, но она не могла разобрать ни слова. Она медленно сползла вниз и тут же провалилась в небытие. Монстра здесь уже не было.***
Джессика резко открыла глаза и непроизвольно задержала дыхание. Она боялась пошевелиться, ей было страшно даже вздохнуть. Взгляд уперся в стену, руки безумно дрожали, Джесс чувствовала, что по ее лицу скатывается холодный пот. Она не могла повернуться, сделать хоть одно лишнее движение. Она боялась вместо своей комнаты увидеть мерзкий лес, который ей снится в кошмарах каждую ночь, боялась дотронуться до шрама, боялась, что он отзовется болью, ведь это значит, что все, что было там, окажется правдой, боялась, что… боялась, боялась, боялась Джессике до безумия было страшно увидеть что-то, что напомнило бы ей об Изнанке. Хоть какую-то мелочь, которая бы ясно дала понять, что кошмар не закончился, что врата все-таки не закрылись, что зло все еще в Хоукинсе и что новый день для них может больше никогда не наступить. Стук. Джессика была готова поклясться, что ее сердце пропустило несколько ударов. Стук. К горлу подкатил ком, а шею будто обвили веревки. Стук. Стук. Стук. Стук. Стало тяжело дышать. Хендерсон чувствовала будто время замедлилось. Секунды превращались в минуты, минуты в часы, а часы в… Стук. Нет, так больше не может продолжаться. Сознание наконец-то начало возвращаться к Джессике. Она моргнула несколько раз. Медленно огляделась: вот пожелтевшие от старости обои прямо перед носом, чуть подальше — выцветшие плакаты, а вот одеяло, от которого пахло стиральным порошком… Боль в ладони. «Что? С чего бы это?» Джесс внезапно осознала, что она так сильно вцепилась в кулон, что ногти впились в кожу, оставив красные следы. Она, словно ошпарившись, резко отдёрнула руку. Стук продолжился, а затем кто-то воскликнул: — Да она издевается! Звук был тихим, каким-то нечетким, словно из-под толщи воды, поэтому кому он принадлежал было сразу и не разобрать. Джесс приподнялась на кровати и медленно встала на ноги, опираясь на тумбочку, будто только училась ходить. Она заметила тень за шторкой. «Грабитель?» Джесс как-то нервно хмыкнула, решив, что красть у нее совсем нечего, если только вор не помешанный на подростковых радостях гик. Почему-то эта мысль ее развеселила, но она тут же нахмурилась и прикусила губу. Не время для веселья! Мало ли кто (или что) там мог быть, по ту сторону. Джессика начала медленно подходить к окну, вооружившись тяжелой книгой. На всякий случай. Она очень тихо подобралась ближе и начала считать: — Три… Сильнее вцепилась в твердую обложку. — Два… Сердце бешено застучало, будто было готово пробить ребра, и Джесс от волнения задержала дыхание. — Один. В этот же момент кто-то по ту сторону окна истошно заорал: — Джессика Хендерсон! Джессика дернула занавеску в сторону и резко замахнулась книгой. Громкий вскрик резанул по ушам. Неудавшийся грабитель вцепился пальцами в подоконник так сильно, что у него побелели костяшки, корпус отклонился назад, и он едва удержался, чтобы не упасть. В глазах читался немой ужас, а вот движения губ как раз очень явно говорили о том, что он использует весь свой запас ненормативной лексики и ругательств. Джессика прикрыла рот рукой и тут же уронила книгу, потом резким движением открыла окно. — Что ты здесь делаешь? В комнату тут же забрался свежий воздух, и Джесс чуть вздрогнула, отступив назад. — Ты издеваешься, Хендерсон? Что это, черт возьми, было? — Я… Да я просто… Эй, ты чего делаешь? Ты куда полез? Нарушитель спокойствия наглым образом залез через окно внутрь комнаты, скользнул по тумбочке и ловко встал на ноги прямо перед Джессикой. — Что ты творишь, Харрингтон! Стив только оценивающе взглянул на Джессику сверху вниз и хмыкнул. — Милая пижама. Джесс перевела взгляд на себя и тут же развела руками. — И это все, что ты скажешь? «Милая пижама»? Ты ворвался в мой дом и после этого ты… Эй, ты меня слушаешь? Стив плюхнулся на кровать под недовольный возглас Джессики, а затем резко дернулся в сторону от мягкой игрушки, которую она в него запустила. — И вообще, чтобы зайти в дом, обычно используют двери, если ты не в курсе. — Я звонил в звонок, никто не открыл, — просто признался Стив, — решил воспользоваться старым проверенным методом. К тому же… мы договаривались, что встретимся ровно в час, а время уже почти два… Ты всегда так долго спишь? — Что… В смысле встретимся в час? Мы куда-то собир… Джесс резко замолчала, а затем ее осенило. — Оу… — Ага, — Стив улыбнулся и вскинул брови, — Оу. — Прости. Я… совсем забыла, — Джесс тут же неловко запустила руки в волосы и потянула их в разные стороны. — Боже… Джессика вдохнула и выдохнула несколько раз, закрыла лицо руками, а потом сложила их в умоляющем жесте. — Прости. — Слушай, после этого… — Харрингтон указал на окно, не зная какое слово нужно было подобрать, поэтому просто пожал плечами, — я уже даже не злюсь. Рад, что хотя бы живой. Джесс выдохнула. Стив выглядел слишком радостно для того, кто полчаса пытался добудиться Джессики, а потом чуть не слетел со второго этажа. Она спрашивать ничего не стала, решив, что у каждого свои тараканы. Стив, казалось, сам не замечал, что ему как-то очень уж весело и что он будто бы ждал этой встречи. Однако Джессике было вообще не до веселья. Стив подумал, что это слегка странно: время почти два часа дня, Хендерсон вроде бы в пижаме, а выглядит так, будто и не спала вовсе, да и вся она была какой-то… нервной. Он задал закономерный вопрос: — Что с тобой? — А что со мной? — Выглядишь… — Стив задумался на секунду, пытаясь подобрать слова таким образом, чтобы не задеть Джессику или не вызвать у нее желание дать очередной саркастический язвительный комментарий, — выглядишь будто призрака увидела. Плохой сон? Джессика поморщилась от воспоминаний, мысленно поставив галочку, что Стив был прав. В какие-то моменты он был особенно проницателен. — Не обращай внимания. Просто дурацкий кошмар. Стиву конечно снились кошмары, особенно после того, что они пережили, да и всем остальным наверняка тоже. Вот только постепенно страх и напряжение ушли, страшные сны забылись, остались где-то в прошлом. Или он себя в этом убеждал. В любом случае, это было совсем не то, на чем он хотел бы зацикливаться, все-таки на первый план теперь вышли ужасы реальной подростковой жизни: ежедневные ссоры родителей, неопределённое будущее, которое зависит только от тебя, приближающиеся экзамены, самобичевание и ненависть к себе. Стив поморщился как только подумал об этом. Теперь он даже не знал, что хуже: реальная жизнь или монстр из другой вселенной? Что бы он выбрал: не оправдать ожидания семьи или быть съеденным демогоргоном? Стив уже знал ответ. Определенно демогоргон. И самое обидное было то, что никто даже не знал, от какой опасности они спасли мир! Стив, Джессика и все остальные! Чего им это стоило! А люди в Хоукинсе продолжали жить, как ни в чем не бывало, даже не зная, что творится у них за спиной. И никто не знал, что герои этого мира ездят на простом школьном автобусе, обедают в столовой вместе с остальными, иногда печатают статьи в школьную газету и играют в команде по баскетболу. Какая несправедливость. «Интересно, задумывалась ли Джессика когда-нибудь об этом?» Джессика, конечно, задумывалась о несправедливости жизни, о сегодняшнем кошмаре, а еще о том, как ей расчесать эти запутавшиеся кудри, черт бы их побрал. Джессика, стоя у зеркала, отчаянно пыталась вытащить расческу из волос, попутно ругаясь себе под нос и делая вид, что все нормально и все так и должно быть, чтобы Харрингтон вдруг не решил вмешаться. Пускай думает, что все идёт как надо, а ей его помощь***
За час до этого.
Звон колокольчиков оповестил о новом потенциальном покупателе, и Райан остановился пересчитывать деньги в кассе, одним движением захлопнув ее. — Добрый де… — Спенсер быстро бросил пачку сигарет куда-то под стол, — а, это ты, Ди. Привет, — Райан улыбнулся и тут же оперся локтем о стойку, подперев щеку ладонью. Парень в зелёном джемпере слегка поморщился, когда в нос ударил запах сигарет. — Что за адская вонь здесь? Ты куришь? — прямо спросил Дилан, утыкаясь носом в рукав рубашки. — Я? — Райан наигранно удивился, — Ни в коем случае. Спенсер продолжил кокетливо улыбаться как ни в чем не бывало, но Митчелл на это не повёлся. — Ты же никогда не курил, — тихо сказал Дилан, как-то грустно опуская взгляд себе под ноги. Райан слегка удивился, ведь решил, что друг начнёт ругать его, но этого не произошло. Честно говоря, это разочарование, которое читалось на лице Митчелла, задело Райана куда сильнее. Спенсер находил это, пожалуй, слегка неприятным, будто его пытались пристыдить, как маленького ребенка. А чувство стыда Спенсеру совсем не свойственно. Возможно, он и понятия не имеет, что это значит. Тогда откуда это гаденькое чувство, что тихонько царапало изнутри? Может быть, совесть? Спенсер поморщился. Ну и мерзость! — Пришёл меня отчитать? — будто защищаясь, Райан задал ему вопрос, решив напасть первым. Для храбрости он даже скрестил руки на груди. — Не совсем, — Митчелл помотал головой и хмыкнул, — просто хотел узнать, как дела. Оба парня чувствовали себя растерянно, будто до этого никогда не разговаривали. Дилан закусил губу, ковыряя ногти, а Райан смотрел куда-то в сторону, избегая встречаться с другом взглядами. Райан казался уставшим. Уставшим от работы, от жизни и от проблем в семье, что свалились на него. Вместе с этим он выглядел беззащитным и таким близким, совсем не так, как когда он плевался во всех своей язвительностью, сарказмом и напускным пафосом. Они с Джессикой были в этом похожи, она срывалась на всех, а он ото всех скрывался. — Я… — Райан помедлил с ответом, будто задумался о чем-то или пытался подобрать слова, — я в норме. Насколько это возможно. Дилан не собирался отчитывать Райана за его пагубные привычки. Но это только пока что. Должен же позаботиться о Райане хоть кто-то. И этим кем-то вызвался быть Дилан, ведь именно это и значит быть другом. Эта мысль как-то неприятно кольнула Митчелла. «Быть другом» Он знал, что как бы Райан не вёл себя, сколько бы ни говорил, что ему не нужна помощь, сколько бы не отгораживался и не выпендривался, Спенсер нуждался в поддержке и в понимании. Райан не хотел признавать этого, ощущать себя слабым, но Дилан не видел в этом ничего постыдного и уж точно не собирался упрекать своего друга в этом. Тем более в такой момент. — А Джесс не придёт? — с надеждой в голосе спросил Райан, но тут же закашлялся, поспешив её спрятать. Ему ничьи подачки не нужны. Дилан только пожал плечами и снова поджал губы. Друзья сходились в том, что чувствовали некую злость и обиду. Причина была в Джессике. В их «подруге», что не удосужилась прийти проведать Райана, узнать как дела у Дилана или чем занимается Хизер, а ведь можно было бы хотя бы позвонить. И Спенсер предполагал, почему она не делает этого. И ему это совсем не нравилось. Райан чувствовал накатывающее раздражение, едва думал об этом. «Променять клуб неудачников на долбанного Стива Харрингтона!» Райан был по настоящему возмущён этим, но все же даже в своих мыслях пытался оправдать подругу, убеждая себя в том, что это все из-за влияния Харрингтона. И его причёски. Его образ застилает глаза всем наивным девчонкам! Очевидно же. Вот только Джессика такой не была. Не была же? Она была умной, ответственной, осторожной, даже избирательной… и бог знает какой еще! Но мозгов не попасться на уловки Стива Харрингтона ей уж должно хватить. Так ведь? Едва Райан думал об этом, он начинал злиться еще сильнее, потому предпочитал не слишком часто упоминать об этом у себя в голове. Внезапно наступила тишина, которую нарушало только дребезжание холодильника с мороженым и полуфабрикатами. Дилан неловко почесал шею и аккуратно спросил: — Как брат? Райан слегка нахмурился и уставился куда-то. — Фред не очень, но… — парень запнулся, почувствовав влагу на ресницах от подступающих слез, и тут же часто заморгал, отвернувшись. — Но скоро все будет в порядке. Дилан сказал это так уверенно, будто по-другому и быть не могло. Митчелл чувствовал ответственность за свои слова, будто он пообещал Райану, что у них все точно будет хорошо. — Операция уже назначена, так что да, — Спенсер кивнул и улыбнулся краешками губ. — Ты прав, все будет хорошо. Раз Дилан так сказал, значит, так и должно быть. Он же умный. Умнее всех в их команде. И Райан доверял ему беспрекословно. У него теперь была надежда. — А мистер Спе… — едва начал Дилан, но Райан тут же прервал его. — Не знаю. Летом отправлю старика в клинику, если он не исправится, заберу Фреда, и мы свалим нахрен из этого вонючего города. Каждое слово было наполнено злостью к своему отцу, к этому городу и к этой жизни. Райан действительно вымотался. Он поспешил оправдаться, не хотел, чтоб это выглядело будто он выливает весь негатив на Дилана. — Прости, не хочу об этом. Спенсер махнул рукой, а Дилан кивнул ему, ответив простое «как скажешь». — Как дела в школе? — Райан резко поднялся и потянулся, разминая плечи. — Сплетни всегда отвлекают. Особенно, когда у кого-то дела хуже, чем у тебя. Дилан кисло улыбнулся. — Хочешь узнать что-то конкретное? — Ну-у-у… — Нет, Стиву Харрингтону не «набили морду». — Ужасно. — Харгроуву тоже нет. — Так жаль! — Робин все ещё не «подкатила» к Тэмми Томпсон. — Кошмар, она что, ждёт до выпуска? — Кажется, Мансон пару дней назад с кем-то подрался. — Ну, Эдди со своими тараканами. — Спенсер покрутил пальцем у виска, — Но он хороший парень. Кстати, ты это запоминаешь или где-то записываешь? — У меня хорошая память. — Я заметил, — Райан оперся руками о стол, немного подаваясь вперед, и слегка приблизился к Дилану. — Ты со мной флиртуешь? — Митчелл нервно хмыкнул и тут же скрестил руки на груди будто в защитном жесте, отзеркаливая повадки друга. — О, у тебя не только хорошая память. Ты еще очень наблюдателен, — Райан расплылся в хитрой улыбке. Дилан тут же попытался перевести тему, чувствуя как в нем нарастает смущение и напряжение. — Кстати, скоро будет матч по футболу, и я подумал, может… — Пойдёшь со мной? Дилана будто током ударило. Райан хитро улыбнулся и подмигнул. Митчелл сделал неловкое движение рукой, будто собирался поправить очки, но их на нем не было, и он тут же сделал вид, что он поправляет волосы и резко выпалил: — Обязательно. — Не смущайся, Динь-Динь. — Райан улыбался словно хитрый лис, — Я не буду к тебе приставать. Наверное. «Чертов плут!» Дилан почувствовал, что его уши предательски краснеют, он отвел взгляд и продолжил менять темы, будто это могло спасти его, но Райан позволил ему это. Спенсеру показалось это очень забавным и даже… милым. — Джессика, кстати, вроде решила поучаствовать в мюзикле Кевина, — Дилан нервно начал теребить рукав рубашки, пытаясь оторвать вылезшую непонятно откуда ниточку. — Оу… рад за неё. Был бы рад ещё больше, если бы она уделяла своим друзьям хоть немного больше времени! — Да уж, пожалуй. Друзья замолчали и переглянулись. Дилан не знал, что ещё рассказать, но Спенсер быстро продолжил разговор, взяв на себя инициативу. — Так, значит, без меня там скука смертная. Кстати, как дела с твоей командой? Скоро же будут эти, как их там… твои викторины. Райан сам не знал, зачем делал вид, что не помнит об этих викторинах. «Как их там, «викторины», что я несу?» Мысленно он ударил себя по лицу. Что они оба делают? Что он сам делает? Ведет себя как идиот, сближается, отдаляется, открывается, закрывается и так по новой, будто играет с чужими чувствами. Он же не только помнил про эти дурацкие викторины, он прекрасно знал, как это важно для Дилана. Но Митчелл будто ничего и не заметил и тут же начал причитать: — Это не команда, а абсолютно тупиковая ветвь эволюции! У нас нет шансов выиграть кубок в этом году. — Вы и в прошлом году его не выиграли, — Райан хмыкнул и продолжил сыпать соль на рану, — Да и в позапрошлом, кажется, тоже. — Ой, я же тебе говорил, это все тот придурок Джонсон. Вот как можно не отличить гравитационное поле от электромагнитного? — Ох, даже не знаю, — подыграл Райан, попутно пытаясь вспомнить, в чем же все-таки их отличие. — Или, например, как можно перепутать энтропию с энергией? — Ты совершенно прав! Как это возможно? — продолжил ёрничать Райан, но заметив обиженное лицо друга, тут же добавил, — Прости-прости. Просто не понимаю, восхищаюсь ли я тобой или чувствую себя униженным. — О чем ты? — Чувак, ты слишком умный. Это «чувак» резанул Дилану уши, но он все же промолчал, решив, что раз уж так Райан чувствует себя круче, то пусть так и будет. Спенсер же задумался, зачем он вообще это ляпнул и, чтобы избежать неловкой паузы, затараторил: — Знаешь, я думаю, ты себя накручиваешь. — То есть? — Подумаешь плохая команда. Главное не победа, а… — Нет, — Дилан резко его перебил, — это мой последний год, мы обязаны победить, понимаешь? Райан не понимал. Но Дилан упрямо продолжал: — Может, подойти к этому математически? Найти по одному ученику, кто хорош в отдельных предметах, вычислить вероятность или… — А почему ты просто нас не попросишь? — наивно спросил Спенсер, но тут же поправил себя, глядя на то, как поднялись брови Дилана, — Я имею ввиду, ладно я, я не из тех, кто блещет умом, признаю. Но! У меня много других талантов! Например… — Остановись, я понял. — Нет, ты послушай… — Райан! — Я… — Да не хочу я в сотый раз слушать, что ты умеешь языком завязывать стебель вишни в узел. — Да ладно тебе, полезный навык! — Остановись, — Митчелл закатил глаза. — А еще я харизматичный, веселый… — Самодовольный. — Красив, хорош собою… — Невероятно скромен. — А еще… — Хватит, прошу, — взмолился Дилан. — Ты меня совершенно не любишь, — Спенсер наигранно разочарованно вздохнул. — Это не… — Дилан осекся, подавился слюной и тут же закашлялся. — Воды? — обеспокоенно спросил Райан, но Дилан помотал головой. Лицо его было красным то ли от кашля, то ли от смущения. Спенсер не упустил возможности поиздеваться, — все же любишь? — Ох, замолчи, ты действуешь мне на нервы, — отпирался Митчелл. Райана такой ответ не устроил, но он поспешил скрыть свое разочарование. — Возвращаясь к теме… Попроси Хизер и Джессику помочь, — предложил Спенсер как ни в чем не бывало, хотя в голове у него начали роиться разные мысли. — Ты смеешься? Не хочу тебя расстраивать, но оценки у Джессики ничуть не лучше твоих. У нее по биологии за последний тест «неуд». Как можно перепутать ДНК и РНК? — Действительно, — подтвердил Райан с серьёзным видом, кивая, — Там же разные буквы. Дилан нахмурился и подозрительно покосился на друга. Спенсер поднял руки и рассмеялся. — Шучу-шучу. Он не шутил. — А Хизер вечно занята, — Дилан задумался на секунду, — Хотя у нее хорошие отметки… Внезапно они услышали звон колокольчиков. Значит, очередной покупатель здесь. Райан присвистнул, глядя на дверь. На пороге магазина стоял Стив Харрингтон. Он неловко кивнул в их сторону в знак приветствия и тут же скрылся за полками. Дилан и Райан переглянулись и молча сошлись на том, что их разговор окончен. — Передавай Фреду привет. Райан кивнул и ободряюще улыбнулся. Дилан притормозил перед дверью, будто не хотел уходить, и бросил последний взгляд на своего друга, который тут же выкинул пачку сигарет в мусорку и поднял руки в сдающемся жесте. Митчелл хмыкнул и вышел, бросив мягкое «пока». На улице он почему-то снова остановился, когда в его голову внезапно забралась странная мысль о том, что Райан, держащий сигарету в своих тонких пальцах с кучей колец, выглядел бы, пожалуй, привлекательным. Даже очень. Стив подошел к кассе, едва удерживая покупки в руках. Он выложил все продукты на ленту. Один шоколадный батончик все же выскользнул, но Стив мастерски перехватил его прямо в воздухе. Райан следил за этим молча, как за представлением, с абсолютно непробиваемым выражением лица. Стив же отметил про себя схожесть Джессики и Райана, и если б он их не знал, то решил, что они брат и сестра. Интересно, одинаково презрительно-саркастическое выражение лица передается по наследству? Спенсер будто готов был закатывать глаза на любое движение Харрингтона, на каждый его вдох и выдох, но пока что держал себя в руках. Он и сам удивлялся, как ему это удавалось. На ленте оказывается несколько банок пива (все разных видов), Райан хмурится, несколько пачек чипсов (все разных видов), Райан задумывается, несколько банок газировки (тоже все разные)... то ли Стив устраивает вечеринку, то ли не может определиться, что он любит больше: пепси, колу или «доктор Пеппер». Но когда в руках Спенсера оказываются шоколадные батончики «Три мушкетёра», все становится на свои места, и Райан победно ухмыляется: никто в Хоукинсе (да и во всем мире наверняка тоже) не ест эти чертовы конфеты! Никто. Никто кроме Джессики и ее братца (и вряд ли Стив купил столько банок пива ему). Райан даже думал, что продажи этих батончиков поддерживаются только семейкой Хендерсонов. Это был в какой-то степени хорошо известный факт в узких кругах ограниченных лиц. В его голове сложился пазл. А еще появилась идея. — 2.90. Это все? — Да-да, — Стив достал бумажник, который был (по замечанию Райана) неестественно полон для школьника. «Чертовы мажоры» — Может возьмёшь презервативы? — подсказал Спенсер. Стив уставился на него, словно не понимая, что тот только что сказал. — Нет. Что? Нет, боже. Мы же не… — поспешил оправдаться Харрингтон. Ему почему-то стало слегка неловко, хотя Райан даже не сказал, о ком речь, Стив выдал все сам своим выражением лица. — О, конечно, — Райан лучезарно улыбнулся, — Кстати, она любит чипсы с луком. Ложь. — А вот эти, — он ткнул пальцем в другую пачку, — она ненавидит. Очередная ложь. Улыбка Райана стала еще шире. — О, и еще мятные конфеты! Она их обожает. И еще одна маленькая ложь. — О… — Стив слегка настороженно посмотрел на Райна, у которого казалось сейчас треснет лицо, но послушно поменял продукты и добавил к ним мятных конфет, а затем быстро расплатился, оставив сдачу Спенсеру. Тот хмыкнул себе под нос что-то вроде «как благородно», но Стив пропустил это мимо ушей. Харрингтон уже собрался уходить, но Райан внезапно остановил его. — Вот же дерьмо! Слушай, я уже не могу прикидываться! Я сдаюсь! — воскликнул Райан, ударив по стойке руками, — Что у вас с ней? — О чем ты? — Ой, не прикидывайся. Думаешь, извинился, значит, искупил вину, типа «да, я был мудаком, но я же попросил прощения»? — Какого… Но Райан не дал ему продолжить. — Может ты одурачил Дилана, Нэнси, всех остальных, но не меня, ясно? И как, черт возьми, это прокатило с Джессикой? Ума не приложу. Она ведет себя странно, с тех пор как связалась с тобой, здесь здоровый шрам, — он ткнул себя в плечо. Джессика, конечно, носила кофты только с длинными рукавами после того случая, но друзья все равно узнали о шраме, после того как Райан бросился к подруге, чтобы
