Why Should I Love You?

Записи эксперимента

(Энн Реддинг)

Из воспалённых узлов и опухолевидных образований начинают выступать подобия отростков и щупалец, имеющих изменённую структуру, включающую как человеческие, так и чужеродные клетки. Под кожей отмечается образование злокачественных тканей, не поддающихся нормальному сосудистому питанию, что приводит к некрозу старых тканей и, одновременно, к аномальному росту новых тканевых наростов. Некоторые из этих образований физиологически напоминают органоидные структуры или примитивные биомеханизмы. Возрастает интоксикация организма из-за неконтролируемого выделения токсинов и продуктов клеточного распада, активируется каскад воспалительных реакций. На уровне центральной нервной системы наблюдается прогрессирующая дисфункция нейронных связей, что приводит к потере самоконтроля и сознания. Организм подопытного становится системой, частично утрачивающей прежние физиологические параметры, что может привести к полной биомеханической метаморфозе, терминальной стадии, где традиционные биологические концепции уже неприменимы.

Итог

Подопытный испытывает глубокие изменения, при которых из-под кожи и внутри тканей начинает прорываться и прорастать чужеродный биоматериал, вызывающий поражения органов и систем. Этот неконтролируемый рост нарушает жизненно важные функции и грозит скорым срывом организма с переходом в неизученное, потенциально смертельное состояние. Продолжение эксперимента требует либо немедленной остановки, либо принятия перехода на следующий этап: непосредственное взаимодействие с «Изнанкой» через портал для исследования природы этих метаморфоз.

***

It's the eye of the tiger

It's the thrill of the fight

Risin'up to the challenge of our rival

And the last known survivor

Stalks his prey in the night

And he's watching us all

With the eye of the tiger

Дилан молчал, не задавал вопросов, ведь с каждым ответом от Стива или от Джессики все становилось еще более запутанным. Ну а вообще, ему пришлось заткнуться, так как Хендерсон пару раз пригрозила оружием. В любой другой ситуации он бы не поверил, что она выстрелит, но сейчас уже начинал сомневаться, потому что своими глазами видел, что вокруг них творится полная чертовщина, и он бы не удивился, если его подруга от такой обстановки совсем слетела с катушек, ведь он и сам едва оставался в здравом уме. На самом деле для Митчелла главным сейчас было спасти Райана, и он вдруг начал понимать, что это сделать куда труднее, чем он предполагал. Стив и Джессика ничего внятного не говорили, Митчелл просто сам догадался, что, кажется, еще два года назад, он был прав — здесь, в Хоукинсе, творится какая-то паранормальщина. И он обязательно припомнит Райану, как тот смеялся над ним и над его теориями заговорами, приговаривая: «Дилан Митчелл — человек науки, дитя логики и фактов — верит в призраков». И, может, приведений здесь и не было, но в этом лесу явно происходило что-то… ненормальное. Джессика перешагнула корни деревьев, посветила фонариком по сторонам и констатировала: — Здесь никого нет. — И слава богу, — Стив тоже обернулся вокруг себя, пытаясь разглядеть в темноте хоть что-то. — А кто здесь должен быть в такое то время? — неуверенно спросил Дилан, от страха и холода пряча руки в карманы. Но эти двое его будто даже не замечали. — Ни солдат, ничего, — повторила Джессика, обращаясь больше к Стиву. — Военные? — опять попытался Митчелл. — Это странно, в тот раз нас едва не подстрелили, а сейчас тут никого. — В тот раз? Подстрелили? Джессика со Стивом посмотрели на Дилана сочувствующим взглядом. Они были на его месте когда-то, ощущали такой же страх и эту панику от непонимания, что творится вокруг, и также задавались вопросом: как этот мир так быстро успел сойти с ума? А потом их затянуло во всю эту историю с Изнанкой, они погрязли в ней по уши, и сейчас были больше похожи на бойцов, смирившихся со своей участью. И Митчелла это пугало. Дилан перебирал всевозможные варианты происходящего. Он думал о том, знал ли Райан или Хизер об этом, или кто-то еще? Может, Стив затащил Джессику в секту? Это бы многое объяснило. И их странный союз, и то, что Джесс отдалилась от них, и их со Стивом бесконечно помятые лица с синяками. А может, Билли все знал? Или брат Джессики? Здесь был какой-то сатанинский культ или… Стив и Джессика оглянулись на Дилана, который медленно плелся сзади и выглядел как напуганный зверек. Его уже начало потряхивать от ужаса. Он думал о том, что лучше бы этим двоим вообще молчать, а то с каждым новым предложением он узнавал то, чего меньше всего хотел знать. — Я все объясню потом, — отмахнулась Джесс, как будто Дилан спросил у нее какую-то простую вещь, вроде «как погодка?». Словно это не они ночью вооружённые лазают по лесу, который кишит солдатами, в поисках своего друга. Точнее, уже не кишит. — Это русские? — несмело предположил Дилан, и дуэт «Харрингтон-Хендерсон» снова переглянулся. Они синхронно пожали плечами. Русские, лаборатория, тайный правительственный заговор — это все было неважно. Главное, что с последствиями почему-то всегда разбираются подростки и дети. Дилан решил, что обязательно докопается до правды. Сразу после того, как убедится, что Спенсер живой. Митчелл был в ужасе от всего. От неестественной тишины, от деревьев, которые словно уродливые монстры тянули к нему свои руки, от неизвестности впереди, и от того, что он не понимал, что произошло с Райаном. А еще от того, что ни Стив, ни Джессика не выглядели удивленными. Будто такие сумасшедшие прогулки были для них обыденностью, чем-то совершенно нормальным. Но это… — Безумие, безумие, безумие, — шептал Дилан себе под нос, надеясь, что все происходящее здесь было его сном. Хендерсон решительно устремилась вперед, чувствуя, что потихоньку начинает терять контроль. В сознании ее удерживала странная боль в плече, и Джесс в ужасе пыталась отогнать мысли о том, что там, под шрамом, что-то начинало шевелиться. Хендерсон списывала это на стресс и богатое воображение, но что-то действительно было не так с ее телом, а точнее, в нем. Утонув в бездне мыслей, она споткнулась об очередную корягу, но Стив успел подхватить Джесс за край куртки, и она, как тряпичная кукла, смешно дернулась в сторону. — Эй, не торопись так, — предупредил Стив, но Хендерсон опустила взгляд, и ее губы сжались в тонкую линию. — Я боюсь, что… — она сделала паузу, будто ей было страшно сказать что-то не то, — боюсь, что мы можем опоздать. — Но мы не ускоримся, если ты переломаешь себе ноги, — Стив мягко похлопал ее по плечу под странный подозрительный взгляд Митчелла. Джесс не возражала, только кивнула, как-то сдавленно прошептала: — Ты прав. В сознании Джессику удерживала не только это противное покалывание в плече, но еще и головная боль под названием «Стив Харрингтон». Она благодарила всех богов на свете (в чем вряд ли бы призналась) за то, что была сейчас не одна, иначе бы струсила, убежала отсюда вместе с Диланом, сверкая пятками. Стив же оставался ее «якорем» в этой пучине безумия, «островком нормальности», этаким образцом собранности и смелости. Ведь не каждый отважился бы на то, чтобы влипнуть с ней в очередную историю. А Стив даже не жаловался, наверно, потому что он вообще не был удивлен. Джессика и Дастин — ходячие магниты для проблем, и это не стало для него сюрпризом. Он смирился со своей участью в очередной раз, решив, что раз проклятье их семейки все же настигло его, то так тому и быть. Джессику успокаивало одно только его присутствие, и она начинала догадываться, что это не к добру. Они слишком часто вместе, стали слишком близки. Они оказались рядом друг с другом в нужное время, и Джессика думала, что если она вцепилась в Стива, как утопающий за спасательный круг, то он в ней совсем не нуждался и мог легко ее отпустить. Но он все равно оставался рядом, и Джессика не знала, было ли это по доброте душевной или им все же движет что-то другое. Стив Харрингтон — 1, Джессика Хендерсон — 0. Раньше Стив не мог избавиться от навязчивых мыслей о Нэнси, особенно после того, как они расстались. Она была везде, не только в школе, ее образ возвращался к нему даже в обычных вещах: то он наткнется на ее заметки в своей же тетради по литературе, то увидит кого-то в толпе с похожей прической, то буквы на банках с прилавка вдруг складываются в ее имя. Стив думал, что сходит с ума. Они больше не вместе, а отголоски прошлого все продолжают преследовать его, издеваться. Но постепенно боль затухала, и он почти перестал замечать даже надпись «Нэнси+Стив» на своей парте. Но дело было не только в том, что его внимание вдруг притупилось. Скорее, оно переключилось. Ведь в его жизнь с размаху, выбив дверь ногой, влетела Джессика Хендерсон. Кудрявая — такая же, как ее брат. Взбалмошная — как ее брат. Чудаковатая язва — как ее брат. Да они вообще были ужасно похожи, и Стив думал о том, что, стоя между двумя Хендерсонами, ему стоит загадывать желание. И это желание было простым: выбраться живым из их очередной авантюры. Хотя бы по частям. Джессика ворвалась внезапно, даже не постучавшись, сразу заявила: «Ты идиот, Стив Харрингтон. И забудь все, что ты знал о жизни до этого, потому что теперь она будет меняться с каждым днем». И жизнь Стива действительно стремительно менялась, но он даже не знал, в какую сторону. Он давно забыл, что такое «покой». Видимо, правильно люди говорят: «что-то теряем, что-то приобретаем». И Стив потерял привычное спокойствие и чувство одиночества, променял их на авантюры и ежедневные несерьезные перепалки о том, чья фамилия должна идти впереди в их своеобразном дуэте. До этого, чувство одиночества и ненужности пожирали Стива живьем, не оставляя от него ни кусочка. Люди обычно приходят домой с мыслью укрыться в нем от всех бед и забот. Стив же возвращался туда только с мыслями о том, как бы снова поскорее сбежать. Он с завистью вспоминал, как шумно было у Уиллеров, особенно по праздникам. У него ничего этого не было. Его дом стал клеткой, и в ней — молчали. Родители — если Стив вообще с ними пересекался — бросали дежурные фразы, а потом снова исчезали. Друзей у Харрингтона не было. Томми и Кэрол он выбросил из своей жизни еще очень давно и ни разу об этом не пожалел. Но рядом с ним не было никого, кому он мог доверить свои переживания, поделиться мыслями, хотя бы сходить в кино на выходных. Но все же иногда сердце Стива ныло и кровоточило при упоминании имени Нэнси Уиллер. Ему казалось, что таких девушек на свете больше не было, она была единственной, она была особенной. Но даже эта боль начала притупляться. Стив потихоньку вставал на ноги, заново учился ходить, и он думал о том, что, возможно, пришло время и ему двигаться дальше. Джессика Хендерсон медленно, но верно, почти с хирургической точностью, накладывала швы на его раны, склеивала кусок за кусочком его разбитое сердце, хотя он сам еще этого не осознавал. Она была рядом, иногда — тихая и далекая, было невозможно понять, что у нее на уме, иногда — шумная, заполняющая собой все пространство, она отвлекала и не оставляла одиночеству шансов. Стив Харрингтон — 1, Джессика Хендерсон — 1. И Стив начинал думать о том, что это все не к добру. Дилан, въедливо вглядывающийся в их силуэты, видел что что-то происходит не только в этом лесу, но и между этими двумя. — Знаешь, раньше я бы не поверила, что мы когда-нибудь вообще заговорим без оскорблений друг друга, а сейчас… Сейчас мы на пару обвешанные оружием хотим вместе залезть в Изнанку. Считай, вверяем друг другу свои жизни, — прошептала Хендерсон, чтобы Дилан, плетущийся позади, их не услышал. Стив улыбнулся, перевел взгляд на Джессику. — И что из этого самое странное? — Ты. Хендерсон даже не колебалась, и Стиву почему-то показалось это очень смешным. — А мне кажется, самое странное то, что это входит в привычку, — сказал Харрингтон. — Не думаю, что это полезная привычка, — ответила Джесс, пнув ногой ветку. — Нет, не полезная. Скорее опасная. Даже почти убийственная, — сказал Стив, а затем посмотрел Джессике в глаза и мягко добавил, — Но в такой компании все не так уж и плохо. Хендерсон хмыкнула, невесело покачала головой. — Как обнадеживающе. — Зато правда. Знаешь, я был придурком, но… Джессика тут же его перебила. — Я знаю эту историю, Харрингтон. Она стара как мир. — Она попыталась спародировать его голос, — «Я был придурком, а потом изменился, и вот, та-дам, я герой и нянька на полставки». — Да но… я имею ввиду, я никогда не думал о тебе… — Стив запнулся, незаметно бросил взгляд на Дилана через плечо, — Я ни о ком из вас не думал того, что говорил. — Я знаю. То есть, теперь знаю. Но это не слишком облегчало ношу школьных изгоев. Мы были фриками, аутсайдерами, а потом все как-то… знаешь, поменялось… Джессика видела, что Стива тяготит прошлое, так же, как и ее когда-то. Но сейчас ей казалось, что она, наконец, свободна от этих оков и может спокойно идти вперед с гордо поднятой головой и строить свою жизнь так, как захочет. Они, может, и не избавятся от груза прошлых ошибок, но этот опыт хотя бы позволит им не совершать новых. — Мне жаль, — искренне сказал Стив, и в его голосе слышалась такая горечь, что Джесс ощутила ее на языке, и ей стало не по себе, — Я просто… я цеплялся за своих дерьмовых друзей, потому что мне было важно чужое одобрение, я… боялся остаться один. Джессика молчала, потому что не была готова к такой спонтанной исповеди. Но она знала, что Стиву нужно было это, он должен был это произнести, поэтому она продолжала слушать то, о чем он ей хотел сказать еще очень давно. — А потом Нэнси меня бросила. И тогда я все-таки остался один и… — Почему один? — наигранно возмутилась Джессика, — У тебя целая орава доставучих детей. Стив тихо рассмеялся. — О, это да. Может, я и дерьмовый парень, но я отличная нянька. — Этого не отнять, — просто согласилась Джесс, затем поспешно добавила, — Я про последнюю часть. — И в общем, — Стив перевел взгляд куда-то в сторону, словно ему было тяжело смотреть ей в глаза, — я хочу сказать, что… несмотря на то, что ты заноза в заднице, Джессика Хендерсон, — она тут же ткнула его в бок, — Ауч. Ладно, это было заслуженно, признаю. Я просто хотел сказать, что я рад, что мы… что мы теперь друзья. Джессика тут же опустила фонарь ниже, почти себе под ноги, чтобы Стив вдруг не увидел ее дурацкую улыбку, которую она не могла никак скрыть, но он сам сделал то же самое, будто ему было неловко, и встречаться с ее насмешливым взглядом в такой момент ему совсем не хотелось. — Слушай, — начала Джесс, пытаясь побороть внезапно возникшее волнение, — приходи на мое выступление. — Хендерсон вдруг затараторила, — Я про мюзикл. И если Кевин, конечно, меня еще не выгнал. Я не знаю, понравится ли тебе или нет, но можешь кого-нибудь позвать, если хочешь, и Дастин, кстати, тоже придёт, то есть, наверно придет, я не знаю, я его еще не приглашала, и вообще придет не только он, еще и… — Хендерсон, — позвал ее Стив, только чтобы перебить весь этот нескончаемый поток ее мыслей. — Да? Джесс с надеждой подняла на него взгляд, и Стив твердо ответил: — Я приду. Джессика расплылась в улыбке, неловко опустила взгляд, пытаясь сдержать свою радость и чувство облегчения. Но тут Харрингтон вдруг произнес: — При одном условии. Стив насмешливо улыбнулся на то, как Джессика тут же нахмурилась. — Серьезно? — Давай сходим в кино как-нибудь? — Стив расправил плечи, будто пытался придать уверенности самому себе, голос его был спокойным, твердым, но то, что он говорил, с головой выдавало его, — Я имею ввиду, ты тоже можешь позвать своих друзей, это не… не только ты и я, можно с Дастином или… — Я плохо на тебя влияю. — Возможно. — согласился Стив, затем с надеждой спросил, — Так что? — Я даже не зна-а-аю, — издевательски протянула Джессика, затем припомнила ему его же слова, — ты хочешь на свидание со мной? — Ты же первая меня позвала. — Это другое. Мне просто нужна дружеская поддержка, ясно? — О, ну конечно. Тогда мне тоже нужна дружеская поддержка. По поеданию попкорна. Дилан вдруг влез между ними, когда ему надоело тащиться сзади и слушать их воркование. — Простите. Стив с Джессикой переглянулись, но ничего не сказали, тут же развернулись в разные стороны, как будто их поймали на чем-то постыдном. А Митчелл вел себя так, словно ничего не произошло. — Просто ваши разговоры… знаете, я думал такое только в фильмах, сначала герои раскрывают друг другу души, а потом кто-то умирает, понимаете, о чем я? Давайте не нагнетать. Может, сосредоточимся на том, чтобы найти Райана? Или это уже неважно? Дилан знал, что говорил. И делал это специально. Стив нахмурился, а Джессика сильнее вцепилась в фонарик. Митчелл быстро вернул их в реальность, и они снова, к его облегчению, как по команде, вернулись к миссии. Уже через пару минут все трое почувствовали, что с каждым шагом дышать становится все тяжелее: то ли от накатившего волнения и напряжения, которые сковали разом все тело, то ли потому что воздух действительно становился другим: сырым, удушливым, будто в нем были какие-то частички пыли или споры, такие же, с которыми Джессика и Стив столкнулись в тоннелях осенью. Они начали периодически заходиться в кашле, поэтому им пришлось надеть платки, чтобы хоть как-то оградиться не только от гадкого воздуха, но еще и от странного запаха гнилого мяса. Джессике становилось все хуже с каждым шагом, который они делали в темноту. Теперь не только она была их «навигатором», все вокруг и так кричало, что они на правильном пути. Рация начинала трещать, свет от фонариков периодически подрагивал, и где-то там вдалеке замерцал тусклый багровый огонек. Ей казалось, что она медленно сходит с ума. Голова начинала кружиться, сознание обволакивало странной пеленой, а в ушах все продолжали звенеть голоса, которые как один повторяли «твоя вина», «не спасти», «сгниешь вместе с ними». И этот звук становился еще отчетливее, по мере того, как они продвигались вперед. Наконец, деревья перед ними начали медленно расступаться, словно прокладывали путь к чему-то еще более жуткому. — Это оно, — едва слышно произнесла Хендерсон, чувствуя, как ее всю парализовал ужас, — место из моего сна… То самое место, что преследовало ее в кошмарах и видениях. И в реальности оно казалось еще ужаснее. Вокруг царил настоящий хаос: на земле валялись чьи-то вещи, обрывки одежды, датчики, приборы, бумаги, словно кто-то в спешке или в панике все бросил. По земле растекались лужи крови, вперемешку с чем-то похожим на фарш из костей и плоти. Здесь повисла жуткая вонь гнилого мяса, Дилан сделал шаг назад и приложил рукав ко рту, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Этот запах — противный, густой — он прилипал к коже, проникал внутрь. У Митчелла заслезились глаза. — Простите, — пробормотал он, и его тут же стошнило. Стив выругался, осмотрев местность, покрепче сжал биту и тут же снова закашлялся. Джессика чувствовала, что шрам начинает покалывать. Она сделала неуверенный шаг вперед, сняв с плеча ружье. Но вдруг все трое пораженно замерли, глядя на что-то похожее на портал. Это нечто мерцало тусклым красным светом и пульсировало словно живое существо. Проход был большим, в человеческий рост, а его поверхность была покрыта вязкой слизью и мутной пленкой. — Что это за хрень? — прошептал Дилан, но в очередной раз столкнулся с молчанием. В этот момент Джессика и Стив поняли, что граница между мирами стерта окончательно, и войти сюда — значит, столкнуться с чем-то гораздо опаснее, чем они могли себе представить. — Вы слышите меня? Что за хрень здесь творится? Митчелл перешел на крик, в ужасе глядя по сторонам. Он не понимал, на что именно они натолкнулись, и страх неизвестности затуманивал его разум. Рядом с порталом на земле сидел кто-то с опущенной головой — фигура, погружённая в глубочайшую безысходность. — Кто это? Джесс хотела броситься на помощь, но Стив ее остановил, предупреждающе выставив перед ней биту, и мотнул головой. Они не знали, кто перед ними, ведь этот человек (если это еще он) мог быть кем угодно: врагом, союзником. Ну, или просто трупом. Стив сделал шаг вперед, чтобы Дилан и Джессика оказались позади него, и медленно начал приближаться к фигуре. Сквозь тишину пробился слабый женский голос: — Надо продолжать… нельзя останавливаться… открытие…будущего… Дуглас… Все трое одновременно выдохнули: она была жива. Они бросились ближе, и Хендерсон опустилась на колени, попыталась привести женщину в чувство, но та больше не приходила в сознание. Джесс тут же бросила Дилану рацию, и он едва успел схватить ее. — Попытайся связаться хоть с кем-то. Митчелл дрожащими руками принялся что-то крутить, нажимать кнопки, начал ходить туда-сюда, пытаясь найти сигнал, пока все его тело трясло как в лихорадке. Он случайно вмазался ботинком прямо в липкое месиво, которое громко хлюпнуло у него под ногой. Дилан затрясся и застонал, едва удерживая равновесие. — О боже, о боже, о боже… Эй, кто-нибудь меня слышит? Рация трещала, но на его мольбы о помощи и спасении никто не отзывался. Тем временем Джесс со Стивом пытались перевязать раны женщины, хотя бы остановить кровь, которая залила все ее лицо и медицинский халат. Ее руки были покрыты багровыми пятнами, а ноги были вывернуты в неестественном положении, словно она переломала кости, падая с большой высоты. В руках женщина сжимала что-то похожее на шприц. Разглядеть было тяжело, фонарики вдруг взбесились: начали хаотично мигать и мерцать. Хендерсон вдруг зацепилась взглядом за бейджик на ее груди, который был заляпан кровью. Она, под непонимающий взгляд Стива, провела по пластинке рукавом и посветила фонариком на надпись. — Эй, не время для знакомств, Хендерсон, — позвал ее Стив, но Джессика его не услышала. Она уставилась на имя. Энн Реддинг. Перед Джессикой мелькали картинки, будто она смотрела фильм на бешеной скорости. Она видела, как из пульсирующего портала медленно вылезло нечто отдалённо напоминающее человека. И эта тварь безжалостно убивала всё, до чего могла дотянуться. Он уничтожил всех, кто был здесь. Всех, кроме… Монстр вдруг схватил женщину щупальцами, поднял в воздух, и её крики разорвали ночную тишину: — Нет, Дуглас, это я — Энн! Слышишь? Отпусти! Приди в себя, Дуглас! И после этих слов существо внезапно отступило, схватилось за голову, словно испытывая невыносимую боль, и вскоре исчезло в Изнанке. — Эй-эй, Хендерсон, давай без своих фокусов, — сказал Стив, приводя Джессику в чувство. — Эй, меня кто-нибудь слышит? Там кто-нибудь есть? Ало? Прием! — продолжал голосить Дилан, расхаживая туда-сюда, пытаясь понять, куда ему деть взгляд, чтобы не натыкаться на лужи крови и странное пульсирующее нечто посреди леса. — Митчелл! — подозвал его Стив, и Дилан, сглотнув, подошел к нему на негнущихся ногах, — слушай внимательно. Попытайся достучаться до кого-то по рации, позови на помощь. — Я это и делаю, мать твою! — сорвался Митчелл, — Никого там нет, никто не отвечает! — Если заметишь, что ситуация выходит из-под контроля… — Она уже вышла из-под контроля! Что здесь творится? Нет, это бред, это бред, это бред… — И если, например, здесь появятся… — продолжила Джессика, — ну, знаешь, что-то похожее на монстра, то сразу беги. — Похожее на монстра? Это шутка такая? Стив добавил: — Если что-то пойдет не так, то тоже беги. — Что происходит? — Если нас не будет дольше десяти… — начала Джессика, но Стив ее перебил: — Пяти. — Ладно, пяти минут. — согласилась она, — Убегай, не оглядываясь. Выберешься — звони шерифу Хопперу. Дилан сглотнул, посмотрел сначала на Хендерсон, затем на Стива. В его голову начинали закрадываться сомнения и определённые догадки. И они ему не нравились. — А вы? — Митчелл еле произнес это, — Какой план для вас? Джессика со Стивом переглянулись и одновременно обернулись к порталу. Глаза Митчелла в ужасе округлились, он ткнул пальцем в сторону красного света, и едва ворочая языком, спросил: — Вы полезете… туда? — Придется, — ответила Джессика. Дилан перевел взгляд на Энн. — А она? С ней что делать? Джессика дотронулась до руки Дилана, и он вздрогнул. Если еще секунду назад он мог списать все происходящее на сон или воображение, то теперь уже нет. Хендерсон слишком явно касалась его своими ледяными руками. Она посмотрела ему прямо в глаза и серьезно произнесла: — Дилан. Если все пойдет наперекосяк — уходи. Стив хмыкнул себе под нос, думая о том, что все уже пошло наперекосяк. Причем очень давно. — Он там? — Митчелл неуверенно кивнул в сторону портала. Он, очевидно, имел ввиду Райана. — Скорее всего, — ответила Хендерсон, нахмурившись. — Это тебе, — Стив кинул Дилану рюкзак, в котором что-то задребезжало и загремело, — Надеюсь, не пригодится. — Ты все понял? — спросила Хендерсон. — Да-да, пять минут и я сваливаю, — сдерживая истерический смешок, ответил Дилан. — Именно. Джессика медленно подошла к порталу, и Стив двинулся за ней. — Эй, вы это серьезно? — крикнул им вслед Дилан, будто не верил в происходящее, но они ему не ответили. Джессика протянула руку к порталу, но Стив снова ее остановил. — Не торопись. Он вышел вперед, затем жестом показал ей отойти, Джесс сделала пару шагов назад. Стив замахнулся и резко ударил битой прямо по порталу, и слизистая пленка тут же разошлась. Они переглянулись, затаили дыхание, ощущая какое-то странное чувство неизбежности. Джессика дрожала, до боли сжав кулаки. — Я пойду первым, — твердо сказал Харрингтон. Стив чувствовал, как от напряжения по лицу скатывается пот. Он подошел ближе, неуверенно засунул одну руку внутрь портала, потом вторую, а затем сделал шаг вперед, а следом за ним шагнула и Джессика. Дилан видел, как их фигуры медленно исчезают в портале. Он обошел дерево с другой стороны, но там ничего не было, никакого прохода. Митчелл решил, что он окончательно свихнулся. Он поджал губы, быстро проверил пульс Энн, чтобы убедиться, что та еще жива, и, вскочив на ноги, снова начал истошно кричать в рацию, надеясь, что его услышит хоть кто-то.

***

Личные заметки

(доктор Дуглас Харпер)

бЕЗ зНАниЯ. нЕТ буудуще (неразборчиво). бу-д.- ущ е. без знани — без-на-ния. бу-ще. (неразборчиво) есл. (неразборчиво) н… будУщее. (неразборчиво) нЕ-знан. будущего нет (неразборчиво) б-зна-будущ. (неразборчиво) (неразборчиво) … (неразборчиво) без знания нет будущего. нет (неразборчиво) нет (неразборчиво) будущего. (неразборчиво) знан (неразборчиво) без… (неразборчиво) я (неразборчиво) (неразборчиво) (неразборчиво) нет (неразборчиво) бу. (неразборчиво) он. (неразборчиво) они (неразборчиво) меня (неразборчиво) Без Знания — Нет Будущего. (неразборчиво) нет будущего (неразборчиво) без знания (неразборчиво) знания (неразборчиво) не знан. (неразборчиво) Я. (неразборчиво) (неразборчиво) бездна (неразборчиво) (неразборчиво) будущего (неразборчиво) нет (неразборчиво) без знания (неразборчиво) знания (неразборчиво) нет Нет будущего.нетбудущего.нетбудущего.нетбунетбудущего.

***

Они стояли перед ядром, к которому были прикованы люди. Чьи-то тела уже стали его частью, они были словно высушены, обезображены, вжаты прямо внутрь. Они были покрыты липкой слизью, полупрозрачной пленкой. Лозы скручивали их конечности и тела, душили, выворачивали в неестественные позы, словно сама Изнанка заключила их в страшные оковы, из которых не было спасения. И страшнее всего здесь было увидеть тех, кого Джессика видела в своих кошмарах. Среди них был и тот, на кого Джессика так и не смогла поднять глаза. «Прости меня» Хендерсон стиснула зубы, уткнулась себе под ноги, с трудом справляясь с нахлынувшими эмоциями. Внутри что-то треснуло — это рассыпались в пыль ее надежды на то, что он еще жив. По щекам потекли слезы, но она тут же утерла их рукавом. Сейчас нужно было действовать. Спасать того, кого еще можно было спасти. Они со Стивом начали осторожно вытаскивать Райана из плена лоз. Его лицо было искажено болью, ноги вывернуты под странным углом. Щупальца сдавливали его тело, не желая отпускать. Стив, преодолевая собственную боль, крепче схватился за биту и решительным движением разрубил лозы, освобождая Райана. Джессика едва успела подхватить его под руки. Она опустилась на землю, проверила пульс. — Живой. — прошептала она, затем подняла на Стива глаза, полные слез и облегчения, — Господи, живой. Мы успели, Стив. Успели! Стив и сам готов был упасть от облегчения, но вместо этого он опасливо осмотрелся по сторонам. Им нужно выбираться как можно быстрее, пока у них еще есть силы. И возможность. — Уходим, — скомандовал он, и аккуратно взял тело Райана на руки, стараясь не навредить ему еще больше. Вот только сам стиснул зубы, потому что запястье адски ныло от боли. Джессика шла следом, оглядываясь по сторонам, прикрывая спину Стива. Она вцепилась в ружье, ускорила шаг, чувствуя, как сердце начинает бешено колотить по ребрам, крича о том, что им нужно бежать отсюда как можно быстрее. Все шло слишком гладко и легко. И это было странно. Очень странно. Джесс ежилась от холода, но казалось, что температура здесь мало чем отличается от той, что была снаружи. Либо Хендерсон уже не ощущала разницы, ведь ее начало знобить еще когда они только подошли к порталу.

«Он любит холод»

— Проваливай из моей головы, — тихо прошептала Хендерсон, чтобы Стив ее не услышал. Шрам нещадно жгло, и Джесс приложила к нему ледяную ладонь, но, нащупав что-то похожее на опухоль, тут же одернула руку. Теперь ей еще отчетливее казалось, что внутри ее тела что-то шевелится. Буквально. И это был даже не страх, это было что-то живое. Из-за деревьев вдруг послышался странный скулеж. Стив резко остановился, и Джесс едва не врезалась в его спину. К ним что-то приближалось. — Если скажу «беги», ты — побежишь, — прошептал Стив, затем предусмотрительно добавил, — И это не просьба. Джесс посмотрела на Харрингтона, затем в лес. Она тихо сняла ружье с плеча и направила в сторону звука. А через секунду они дернулись вперед и понеслись назад к порталу. Оставалось еще немного. Вот только из леса вдруг вышло какое-то животное, похожее на демопса. Оно жалобно скулило, медленно двигалось, словно старалось не напугать. Но когда оно приблизилось, стало ясно, что это лишь потому, что зверь едва может ходить. — Это… Бруно… — вдруг произнесла Джессика, будто не верила в то, что видела. Она опустила ружье дрожащими руками. Они были уже у портала, и Бруно приближался к ним, но Стив вдруг начал поторапливать Хендерсон. Им нельзя было задерживаться, а пес мог быть заражен и в любой момент напасть на них. Но Бруно не двигался, только печально смотрел на то, как они уходят. Они бросают, оставляют его здесь. Внезапно тишину разрезал оглушительный рев, он слышался где-то вдалеке, и Джессика со Стивом быстро переглянувшись, бросились в портал. Харрингтон первый пролез вперед, Джессика сразу за ним. Он подал ей руку, и когда она готова была коснуться его, что-то вдруг схватило ее за ноги и затащило обратно. — СТИВ! — истошно закричала она, но лозы отчаянно тянули ее к ядру. Пригвоздив к нему, они, словно хищные змеи, начали обвиваться вокруг ее лодыжек, сдавливая их с нечеловеческой силой. Джесс тихо взвыла и попыталась разорвать их руками, сбросить с себя, но они только сильнее начали сжимать ее тело. Джессика чувствовала, как силы покидали ее, но она не прекращала бороться. Джессика дергалась, извивалась всем телом, но лозы вдруг обвили ее шею. Прерывистое дыхание превратилось в облачко пара, которое сразу же исчезло в воздухе. Портал вдруг начал зарастать.

***

Записи эксперимента

(Энн Реддинг)

Подопытный: Дуглас Харпер Год рождения: 1941 Рост: 182 см (визуально кажется ниже из-за сутулости и мышечной атрофии) Вес: 70 кг (значительная потеря массы тела) Цель: фиксация критического состояния подопытного после инъекций сыворотки Изнанки перед отправкой в портал.

Текущие показатели и наблюдаемые изменения:

Температура тела: 32.5°С (критическое снижение, соответствует состоянию глубокой гипотермии) Артериальное давление: резко упало, 80/50 мм рт. ст. Частота сердечных сокращений (ЧСС): 45 уд/мин (брадикардия) Частота дыхания: 8 вдохов/мин (резкое угнетение дыхания) Уровень кислорода в крови (SpO2): 78% (тяжёлая гипоксия) Насыщение глюкозой крови: 2.1 ммоль/л (выраженная гипогликемия) Общее состояние: субъект апатичен, но периодически проявляет вспышки немотивированной агрессии. Контакт с реальностью нарушен. Речь: крайне неразборчива, состоит из отдельных слогов, обрывков фраз и бессвязного бормотания. Коммуникация практически невозможна. Зрение: резко снижено. Зрачки расширены, реакция на свет отсутствует. Субъект не реагирует на визуальные раздражители. Поверхность тела: язвы углубились, некоторые «опухоли» вскрылись, обнажая чужеродные органические структуры, которые медленно пульсируют. Кровь, если проступает, имеет темный цвет. Вены на поверхности кожи набухшие, почти чёрные. Физиологические функции: нарушение моторики, тремор конечностей, неконтролируемые мышечные спазмы. Признаки отказа внутренних органов нарастают.

Заключение и дальнейшие действия:

Состояние Дугласа Харпера достигло критической точки, несовместимой с дальнейшим существованием вне Изнанки. Учитывая необратимые изменения и агрессивное поведение, представляющее угрозу для окружающих, принято решение о его немедленной отправке в портал. Подопытный остаётся ценным источником данных до последнего момента, и его перемещение в портал является единственным способом получить дальнейшую информацию о взаимодействии организма человека с аномальными факторами Изнанки. Отправка в портал является крайней мерой исследования, открывающей новые возможности, но сопряжённой с высокой степенью риска и отсутствием гарантии сохранения жизни и сознания пациента. Данные продолжают собираться с помощью автономных биометрических датчиков, закреплённых на подопытном.

***

Стив вылез из портала, медленно опустил тело Райана на землю. К Спенсеру тут же подлетел Дилан, дотронулся рукой до запястья. — Живой, живой, живой, — шептал он. Дилан боялся даже коснуться его, ведь все тело Райана было ужасно изуродовано, и Митчеллу казалось, что он может и вовсе рассыпаться в его руках. Дилан видел, как Стив протянул руку Джессике, и тут же выдохнул. Наконец-то все закончилось! И едва Джессика коснулась ладони Стива, что-то утащило ее назад, и ее крик тут же растворился в тишине. Дилан подскочил на месте, затем дернулся в сторону Стива. — Что происходит? — закричал он, глядя на то, как портал начал зарастать. Красный свет угасал, лозы скрывали его под собой. — Нет, нет, нет! Мать твою! — Стив бил по ним со всей силы, но они все не расступались. Дилан судорожно смотрел по сторонам, пытаясь найти что-угодно, что могло бы им помочь. — Что делать? Что мне делать? — вопил он. — Что еще мы знаем? — Джессика повернулась к Стиву, прикусив кончик ручки. Харрингтон задумался на секунду, прокручивая в голове события прошлых лет и не только. Он серьезно посмотрел на Джессику. — Кажется, «изнаночные» отродья любят холод и боятся огня. Стив начал стучать по карманам джинс, куртки, но никак не мог нащупать зажигалку. Он испугался, что мог случайно оставить ее в машине или бросить куда-то на дно рюкзака. — Где она? Где… Он развернулся к Митчеллу. — Зажигалка есть? Или спички, что угодно. Огонь! Нам нужен огонь! — со сбитым дыханием прокричал он. — Нет, у меня ничего… — Дилан запнулся, затем повернулся к Райану. Митчелл вдруг кинулся в его сторону, нащупал у него в карманах пачку сигарет и зажигалку. — Засранец так и не бросил курить. Дилан тут же бросил зажигалку в руки Харрингтону. Стив резким движением открыл рюкзак, достал оттуда бутыль с непонятным содержимым. Дилан тут же оторвал рукав своей рубашки, и Стив залил ее бензином, обвязал вокруг биты и поджег.

***

Личные заметки

(Энн Реддинг)

Я наблюдала, как Дуглас меняется на глазах, как его тело и разум постепенно утрачивали прежнюю форму и целостность. Я не была против этого безумного эксперимента, ведь знала, что для него наука была единственным смыслом жизни. Я переступила границы морали и человеческой жалости. Я могла бы остановить его, попытаться отговорить, отвести от этого пути — но не сделала этого. Я, наоборот, подтолкнула. Потому что в глубине души понимала: этот выбор — не прихоть или каприз. Это его долг. Он стал жертвой ради великой цели. И если для него это означает посвятить себя науке как в переносном, так и в буквальном смысле, я не могу отвернуться. Пусть даже это значит причинять боль и видеть, как человек, с которым мы столько лет работали бок о бок, медленно растворяется, разрушается. Таков мой крест и моя миссия. И я сделаю всё, чтобы сохранить свое наследие, чтобы его жертва не была напрасной. Без знания — нет будущего.

***

— Рухлядь, опять ничерта не работает! — Дэвид несколько раз ударил по телевизору, но помехи не исчезали, — за что только деньги платим, ни электричества, ни… Одиннадцать прошла дальше. — Хватит уже, противно смотреть! — воскликнул Майк, глядя на то, как Макс и Лукас влюбленно воркуют друг с другом. — А что, завидно? — поддразнила его Мэйфилд. — Будто вы с Оди не ведете себя также, — сказал Дастин, тыкая в Майка пальцем. — Но не на людях же! — возразил он. — Да, потому что Хоппер ее не выпускает из дома, — ответил ему Синклер. — Только это нас и спасает, — невесело произнес Уилл. Внезапно лампочка в подвале Уиллеров заморгала. — Опять это! — Майк закатил глаза. Он хотел было снова пожаловаться на проводку, но Дастин воскликнул: — Опять? Это какой раз за неделю? У нас такая же фигня. Все замолчали, но Лукас вдруг произнес: — Вам это ничего не напоминает? — У тебя паранойя. — Это не паранойя, это забота о собственной безопасности! — Дастин! Достань рацию! — Сейчас! — Давай быстрее! — Да подождите вы! Джейн двинулась вперед, пробираясь через стены сознания. Ей нужно было найти ее. Под ногами хлюпала вода, казалось, что вокруг царила темнота, но Одиннадцать будто видела перед собой свет и упорно шла на него. — Думаете, с Фредом все будет нормально? — прошептала Хизер, глядя куда-то перед собой. — Не нагнетай, принцесса, — парень плюхнулся на ступеньки, — все будет в порядке. На его лице скакали красно-синие блики. — Вы что, знакомы? — Чарли недовольно посмотрел на парня, и Хизер тоже перевела на него свой взгляд, словно только заметила его присутствие. — А, вы типа вместе и все такое, прошу прощения, как я сразу не понял, — он поднял руки в сдающемся жесте. — Нет, мы не вместе, — резко ответила Холлуэй. — О, тогда, — он вдруг резво вскочил и протянул ей свою ладонь, — Эдди. Эдди Мансон. Чарли нахмурился еще сильнее. Одиннадцать сделала еще один шаг вперед, и, сглотнув подкативший комок страха, произнесла: — Мертвы. Они все мертвы. — Кто? — голос Хоппера звучал откуда-то далеко из реальности и здесь отдавался эхом. — Хоукинс… — несмело начала Джейн, пытаясь прочесть надпись на табличке, — Хоукинс Хилл. — Ты нашла ее? — Нет, ее здесь нет. Мне нужно… еще немного времени. Джейн вдруг увидела Стива. — Что происходит? — Нет, нет, нет! Мать твою! — Эй, зажигалка есть? Спички, зажигалка, что угодно. Огонь! Нам нужен огонь! Одиннадцать оглянулась. — Он здесь. Стив. Портал закрылся. Стив не один. Друг. И женщина. Она из лаборатории. Но Джессики здесь уже нет. Джейн сделала шаг в портал, и она, вдруг потеряв опору под ногами, словно пропустила ступеньку, упала вниз. Хоппер произнес что-то непонятное, но Одиннадцать не ответила. Она вдруг оказалась прямо перед Джессикой, которая сидела на коленях. — Я нашла ее.

***

Джессика сидела в полной темноте, вокруг — безграничная пустота, словно сознание заковало её здесь. Мрачное пространство вокруг сдавливало, душило отчаянием. По ее щекам медленно стекали слезы. Пальцы дрожали, и Джесс уставилась на свои ладони. Ее руки были по локоть залиты густой, тёмной кровью. Она была холодной и липкой. В груди у неё будто зияла бездонная дыра. И Джессика не чувствовала ничего, кроме невыносимой тяжести и пустоты. В темноте раздался знакомый, холодный голос: — Это из-за тебя. Я умер из-за тебя. Все мы умерли из-за тебя… Голоса множились, превращаясь в зловещий хор, заполняющий пространство и сдавливавший грудь. Она медленно подняла голову. Перед ней стояли обезображенные люди из самых страшных ее кошмаров. И среди них был Питер, он тыкал в неё пальцем, и шептал: — Моя кровь на твоих руках. Ужас захлестнул Джессику с головой. Сердце бешено колотилось, а боль и вина смешались с безысходностью. Они сжимали ее своими холодными когтями, и Джесс чувствовала, как страх ледяными иглами вонзается в ее тело. — Ты должна сгнить вместе с нами! Ты этого заслужила! — Ты должна умереть! Иначе ты всех погубишь! Джессика резко закрыла уши руками и закричала. — Нет! Нет! Нет! Это всё не по-настоящему! Её голос прорезал тьму, эхом отдаваясь в пустоте её сознания. Она почувствовала, как от криков горели легкие и связки, но она продолжала рвать глотку, ощущая, как из-за слёз горло начинает жутко саднить, но она не останавливалась. — Это все неправда, это все только в моей голове, это неправда! Но вдруг ее кто-то погладил по волосам. Это было мягкое, успокаивающее прикосновение. Джессика медленно открыла глаза и тут же задержала дыхание. Перед ней сидела её мать. Анна смотрела на дочь с такой нежностью, излучая спокойствие и тепло, будто была светом среди этого мрака. Она скрывала собой фигуры, которые стояли за ее спиной. Джессика опасливо протянула к ней ладонь и с мольбой посмотрела в её глаза. — Мама? Мама, это ты? Но Анна вдруг тихо, почти убаюкивающе произнесла: — Ты так радуешься… Но это ведь ты хотела, чтобы я умерла. Джесс отпрянула, едва проглотив крик. Рядом с матерью вдруг возник образ отца. — Всё вокруг тебя умирает. Ты губишь их. Ты яд. В этой мгле, среди призраков вины и отчаяния, Джессика была пленницей собственного страха. Она была заперта здесь. Перед глазами Джессики появился Райан. Все его тело было покрыто пятнами, на нем были следы разложения. — Все из-за тебя. Вокруг сгущалась тьма, а людей вокруг становилось все больше. Они начали медленно собираться вокруг неё, сжимаясь плотным кольцом, окружали ее, пытались загнать в ловушку. Их лица были искажены болью и гневом. Безумные туманные взгляды, пустые глаза. Джессика умоляла о пощаде, кричала и тряслась от боли, которую он причинял ей, уничтожая ее не физически, а морально. Шаг за шагом тьма захватывала всё её существо, и голос монстра звучал голосами тех, кто был ей дорог. — Ты эгоистка, Джесс. Тебе плевать на нас, на всех, кто пытался тебе помочь. — не своим голосом произнес Дилан, — Мы все умерли из-за твоей жадности жить только для себя. — Нет, это все не… — Ты просто трусиха, которая боится остаться одна. Джессику будто ударили по лицу. — Из-за огня в твоем сердце горят жизни других… Хизер смотрела на нее презрительным взглядом. — Мы погибли, потому что ты боялась признать свои ошибки. Ты эгоистка, и именно это уничтожило нас. Слова близких людей пронзали ее словно раскаленные ножи. — Ты притворяешься спасительницей. Но ты никого не спасла, кроме себя самой. — Ты так боялась остаться одна, что переступила через всех, кто тебя любил. Ты должна отправиться вслед за Питером! Джессике было противно признавать, но ее страхи и гордость были ей важнее. Важнее команды, важнее судьбы города, да хоть целого мира. Пусть все горит адским пламенем, но не дай бог кто-то узнал бы, что она слаба, что снова не справилась, или что она сошла с ума. Но было ли это важнее друзей? Важнее семьи, важнее отца, важнее Дастина, важнее… Из тени вышел Дастин, его голос дрожал от горечи или… злости. — Я думал, ты меня любишь… Мы же семья. Ты же обещала… Макс смотрела на Джессику из-за спины Билли. — Ты не защитила меня… Ты просто смотрела… Билли вдруг схватил Джессику за руки так сильно, что его пальцы впились в кожу, оставляя на ней следы, и Хендерсон взвыла от боли. Его голос был хриплым, полным злобы и ненависти. — Ты — лгунья. Всегда убегаешь, как трусиха. Ты сказала, что я монстр… Но это ты все разрушила. Ты — чудовище. Джессика закричала, голос дрожал. — Хватит! Прекратите! Это всё неправда! В отчаянной попытке вырваться она толкнула Билли и бросилась бежать прочь. Грудь жгло нестерпимой болью, но её душа была изранена еще сильнее. Изнанка издевалась над ней, выворачивала ее собственные страхи, обращала их против нее. Джессика бежала, не останавливаясь, потому что ей казалось, что жуткие образы за ее спиной все тянут к ней свои руки, пытаются схватить и раздавить. Всё, что она могла видеть — лишь отдаляющиеся силуэты людей, исчезающие где-то за горизонтом. Не разбирая дороги, она неслась вперед, не глядя даже себе под ноги, она падала и поднималась. Снова, и снова, и снова. Воздуха не хватало, и Джессика задыхалась, ощущая дикую боль в лёгких. Она в последний раз оглянулась и тут же врезалась в кого-то. Сердце подскочило в груди, и в страхе она отползла назад. Она с трудом подняла взгляд и прошептала: — Стив? Это ты? Она боялась, что он причинит ей ещё больше боли. Ее тело дрожало, а взгляд метался туда-сюда, но Стив вдруг опустился на корточки, с волнением в глазах осмотрел ее. — Ширли Темпл, ты чего? Что с тобой? Ты в порядке? — спрашивал он, и его голос дрожал от тревоги. Стив встал и протянул ей руку. Джесс в ужасе смотрела на нее, но с опаской вложила в неё свою, боясь довериться. Его ладонь была ледяной. Он одним движением поднял ее, но не убрал руку. Внезапно он вцепился в нее с такой силой, что казалось, вот-вот сломает кости. Боль резко пронзила тело, и Джесс наклонилась, схватила его за запястье, сквозь зубы выдохнула: — Стив… отпусти… мне больно. Стив сжал её еще крепче. Он вдруг произнес: — Вокруг тебя все умирают. Я не хочу быть следующим. — Мне больно, Стив! Отпусти! — Думаешь, что стерла свое прошлое? Нет, Джессика. Ты навсегда останешься ничтожеством. За его спиной появились Томми и Кэрол. Их улыбки были зверски искажены, но выглядели они также, как и несколько лет назад. — Лучше бы тебе просто сдохнуть, — прошептала Кэрол. Ее глаза блистали безумной злостью. — Баранья голова, — добавил Томми с презрением. — Твоя гордость важнее жизней тех, кто рядом с тобой. — Ты разрушила всё, до чего смогла дотянуться. Ты не способна остановиться. — Это еще не конец. Джессика вдруг подняла голову. Она узнала этот голос. — Нельзя сдаваться. Это обман. Джессика… здесь всё фальшивка. Всё — ложь. — Джейн? Едва Джессика произнесла это, ее что-то вытолкнуло наружу.

***

Джессика очнулась слишком резко, будто кто-то ударил ее и вышвырнул обратно в реальность. Она судорожно глотала ртом воздух, пытаясь освободиться из плена Изнанки. Но лозы не поддавались, сжимая ее сильнее. Ей бы продержаться в сознании еще немного, дотянуться рукой до зажигалки Билли в кармане, еще чуть-чуть… Вдруг лозы ослабили свою хватку, Джесс, задыхаясь, посмотрела вниз. Они отступили на время только потому, что в них вцепился Бруно. Он вгрызался в них зубами, утробно рычал, разрывая их. «Он пытается… спасти меня?» Хендерсон мысленно благодарила его. Джессика кое-как выдернула запястье из склизких щупалец, дотянулась до кармана, одним движением вытащила что-то оттуда. Лозы вдруг обвили тело Бруно и откинули в сторону. Пес сдавленно заскулил и тут же затих. — Нет, нет, нет! — выкрикнула она, и тут же вцепилась в зажигалку. Она должна была ему помочь, ведь он дал ей шанс выбраться отсюда живой. — Бруно, продержись еще немного, — она начала щелкать зажигалкой, и та заискрила, — Боже, храни Билли и его никотиновую зависимость. Но ничего не произошло. Джессика судорожно щёлкала зажигалкой снова и снова, мелькали искры, но огня не было. Джесс с ужасом поняла, что в ней не было топлива. Она не будет гореть. — Нет, нет, нет! Пошел ты к черту, Билли Харгроув! Пошел ты к черту! — в истерике закричала Хендерсон. Джессика чувствовала, что лозы снова сжали ее горло, перед глазами возникла пелена, и Джесс начала терять сознание от нехватки кислорода. — Я не… Я не умру… здесь. Она была окружена трупами других людей, безжизненными телами, и Джесс ощущала, как ее начинало тошнить от отвращения. Она находилась слишком близко к Питеру. В груди бушевала буря из страха и чувства вины за то, что не смогла защитить его и всех остальных. Но одновременно с этим в ней росла решимость. Она должна выжить, должна была выбраться отсюда любой ценой. Ради себя и ради них. Переведя взгляд на Питера, она внезапно заметила ножны, висевшие на его ремне. — Прости… прости меня, — Джессика, глотая слезы, потянулась рукой к нему. Она осторожно подхватила нож двумя пальцами и почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Это был её очередной шанс. И его подарил Питер.

You can stand me up at the gates of hell

But I won't back down

No I'll stand my ground, won't be turned around

And I'll keep this world from draggin me down

Gonna stand my ground

… and I won't back down…

— Питер, прости… прости меня, прости — бездумно повторяла она. Джессика вдруг закричала, вонзила нож прямо в лозы и начала кромсать их. В безумном приступе ярости Джессика сжимала рукоять так крепко, что пальцы посинели от напряжения. Она сопротивлялась как зверь, её сердце бешено колотилось, а кровь кипела, наполняя тело невероятной силой и решимостью. — Если ты думаешь, что можешь меня сломать… то… ты ошибаешься. Лозы сжимались и будто шипели под ударами, но постепенно ослабляли хватку, словно отступая перед её яростью. Стиснув зубы, Джесс снова и снова вонзала в них нож, пока они брызгали ей в лицо черной жижей. Джессика была сгустком ярости, существом, готовым рвать всё на своём пути ради спасения. И тут ее плечо вдруг пронзила боль. Джессика вскрикнула, едва не выпустив оружие из рук. — Джессика! А затем она подняла взгляд. Тьму Изнанки тут же разорвал огонь. — Стив… — Джессика чувствовала, как по ее щекам потекли слезы облегчения. Стив сдержал обещание. Он подбежал к ней, тут же поджег лозы, которые все еще продолжали удерживать Джессику. Наконец они отступили, и она рухнула прямо в его объятия. — Стив… ты вернулся… Джессика мгновенно почувствовала, как будто весь груз её страхов и боли отступил. В присутствии Стива время замедлилось. И она вцепилась в него, словно была утопающим в бушующем море, и только Стив не позволял ей снова оказаться в бездне отчаяния. — Я же сказал: я тебя не брошу, — выдохнул он, сильнее сжав ее в своих руках. Её пальцы сжимали его куртку, сердце бешено колотилось, а дыхание, тяжёлое и прерывистое, начало постепенно успокаиваться. Стив обнимал ее, крепко прижимал к себе, и его руки были тёплыми и надёжными, совсем не такими как в кошмаре. В этот момент она осознала: он был здесь, рядом с ней, настоящий, а не призрак или образ из того адского безумия. Но вдруг они снова услышали нечеловеческий вопль. Но в этот раз он раздался совсем рядом, заставляя кровь стыть в жилах. — Уходим! Стив схватил Джессику за руку и потащил её к порталу, но она едва могла переставлять ноги от боли. Быстрым движением она подобрала валявшееся на земле ружьё, и они понеслись к выходу, оставляя позади и Бруно, и Питера. Шёпот Джессики прозвучал почти как мольба: — Простите, простите, простите… Ее душили слезы, но она продолжала бежать вперед. Они должны были спастись. И тут из тени выскочило существо. Его тело было покрыто гниющей кожей с глубокими трещинами, по которой стекала слизь, вместо глаз зияли пустые дыры, на изувеченном теле висели куски ткани. Это существо было когда-то человеком, но теперь от него осталась лишь жуткая тень прежнего облика. За спиной у него торчали длинные щупальца: длинные толстые отростки, они хаотично шевелились, будто пытались до чего-то дотянуться. Из пасти монстра вырывался зловещий рык, и существо бешено устремилось к ним, готовое уничтожить всё на своём пути, излучая абсолютную ярость. Стив вышел вперед, встал между Джессикой и монстром, закрывая её своим телом, давая ей возможность уйти. Существо приближалось, и его губы шептали странные слова, будто закодированное послание: — Бу-д.-уще. без знани — без-на-ния.бу-ще. — Давай быстрее, Хендерсон! Портал! — крикнул Стив, но Джессика дрожащими руками вдруг схватилась за ружье и выстрелила в монстра. Промах. Джесс сдавленно взвыла, снова выстрелила. Снова мимо. Она грязно выругалась и бросилась к порталу, оставив свои жалкие попытки помочь. В этот момент длинные щупальца чудовища стремительно потянулись к ним, сбив Стива с ног. Джессика ринулась к нему, пытаясь поднять. Монстр потянул Стива к себе, но вдруг, взревев, отпустил. На существо что-то напало. Бруно вцепился в тварь, и это заставило монстра захрипеть и замедлиться. Стив и Джессика, не теряя времени, вырвались через портал, возвращаясь в свой мир. Но как только Джессика выбралась наружу, она рухнула на землю, схватившись за плечо. Дилан тут же бросился к ней и увидел, как из шрама пыталось вырваться наружу что-то жуткое. Какая-то дрянь внутри ее тела извивалась, пыталась прорваться, разорвать кожу. Джессика завопила. Боль была нестерпимой, резкой, адски жгучей. Из ее глаз не переставая текли слезы. Каждая секунда была для нее пыткой. — Там что-то… что-то есть, — просипел Стив, склонившись над ее телом. — Я вижу, мать твою! — в ужасе крикнул Дилан. Джессику колотило в припадке, и она бросила в их сторону нож. — Вытащите эту хрень из меня! Стив схватил нож, но его руки дрожали, он бегал взглядом с Джессики на Дилана и обратно. — Давай, Харрингтон, какого хрена ты ждешь? — завопил Митчелл, и вдруг выхватил у него нож, — Держи ее, — скомандовал он. Стив притянул Джессику к себе, крепко обнимая ее со спины, он вцепился в плечо Хендерсон по двум сторонам от шрама. — Все хорошо, все будет хорошо, — шептал Стив, пытаясь придать своему голосу как можно больше уверенности, пока Джессика дергалась в его руках. — Быстрее! — кричала Хендерсон, едва оставаясь в сознании. Ее голос дрожал от боли и слабости. — Прости, прости, уже почти всё, — тихо и нежно пытался успокоить ее Стив, глядя прямо в её измученное лицо. — Уже ведь почти всё? — он грозно посмотрел на Дилана, который с ужасом сжимал нож, ещё не осмеливаясь прикоснуться к шраму. — Дерьмо, дерьмо, дерьмо, — прокричал Дилан и резко провёл ножом по коже. Джессика истошно закричала, ее пронзила адская боль и перед глазами возникла пелена. Она вцепилась в Стива, и тот едва сдержал выкрик. Из раны брызнула кровь, заливая одежду. Оттуда вылезло нечто — маленькое, темное, похожее на паразита или часть Истязателя. Дилан схватил это существо и одним резким движением пригвоздил к земле. Оно дергалось еще пару секунд, а затем застыло. — Черт возьми, черт возьми, черт возьми, — крикнул Дилан, затем бросился к рюкзаку, который валялся на земле. Стив сжал Джесс в объятиях. Её лицо исказилось от муки, по щекам текли слезы, смешивались с кровью и грязью. Джессика выла от боли, голос её рвался, но Стив шептал ей: — Всё хорошо, всё хорошо, Джесс, всё закончилось. Он потянулся к рюкзаку, который принес Дилан, и начал рыться в нём — нужно было найти бинты или что-то, что поможет остановить кровь, каждая секунда была на счету. Стив с Диланом дрожащими руками аккуратно перевязывали рану Джессики, стараясь не причинить ей ещё больше боли. Джессика лежала, глухо стонала, уткнувшись носом Харрингтону в плечо, чувствуя во рту гадкий металлический привкус. Она пыталась дышать ровно, но каждое движение причиняло ей боль, каждая секунда казалась бесконечной. Стив шептал ей что-то успокаивающее, но она его не слышала. Вокруг стоял резкий, пронзительный запах железа, который плотно заполнял всё пространство вокруг Джессики. Ее замутило. Хендерсон держалась на грани, удерживалась в реальности только благодаря теплу Стива. Пелена постепенно рассеивалась, и она возвращалась в реальность, а вслед за этим вернулись и звуки. — Эй, эй, эй! — вдруг заорал Митчелл, — Почему портал не зарастает? Харрингтон, почему… — Я не… — начал Стив, в ужасе осознавая, что еще ничего не закончилось, — я не знаю! — Что значит ты не знаешь! Давай подожжем тут все нахрен! Но прежде чем он это сказал, из портала уже начало что-то вылезать. — Он вернулся… — тихо произнесла Энн, которая пришла в сознание. — Кто, мать твою, вернулся? Из портала вырвался монстр. Стив без слов кинул ружьё Дилану и вытащил из рюкзака ту самую самодельную «взрывчатку». Стив уже сомневался, что они уйдут отсюда живыми. Но одно он знал наверняка — он сделает всё, чтобы защитить их. Месиво в лужах крови вокруг них вдруг словно ожило, живая масса начала двигаться, устремляясь к монстру. Казалось, он управлял этой кровавой вязкой субстанцией, которая медленно превращалась в его щупальца, сливаясь с его телом. Теперь это существо превратилось в нечто страшное. Это был монстр из чужой плоти и крови. Из его тела вырвался оглушительный рев, пронизанный отчаянием и злобой. Монстр потянулся к телу Райана, намереваясь поглотить его, но Дилан вдруг выстрелил, сделал несколько метких попаданий. — Прости, что считал тебя ботаном! — вдруг выкрикнул Харрингтон, и Митчелл невесело хмыкнул. Монстр взревел, метнулся к Дилану, намереваясь разорвать его на части, но в этот момент Энн бросилась в его сторону, и воткнула шприц прямо в одну из конечностей чудовища. Где-то там, под слоем чужой плоти, все еще был человек. Существо вдруг замедлилось, его движения стали менее уверенными. Месиво вокруг шприца забурлило, и монстр потянулся к Стиву, но тот успел увернуться. Однако через секунду чудовище сбило его с ног и тут же схватило своими щупальцами. Оно потянула его к себе, пока Дилан неустанно стрелял, но патроны закончились, и монстр схватил и Митчелла. В этот миг все человеческое отступило на второй план. Осталось лишь первобытное, животное желание — выжить любой ценой. Оно вспыхнуло в груди яростным пламенем, затмевая все остальные чувства. Страха больше не было. Джесс, охваченная неведомой яростью, едва разлепив веки, подползла к рюкзаку, сплевывая кровь на землю. Сознание хоть и покрывалось дымкой, но Джесс чувствовала, что никогда раньше не видела мир вокруг так четко, словно ярость вдруг отрезвила ее. Она больше не позволит никаким долбаным монстрам из Изнанки издеваться над собой, и она ни за что не позволит отнять самое дорогое, что у нее есть. Джесс подняла зажигалку, а затем и бутылку с зажигательной смесью, но монстр вдруг схватил Хендерсон и поднял над землей. Они трое бились в мучительной агонии, их тела дергались в воздухе в попытке вырваться. Митчелл чувствовал, как трещат его кости, а Стив начинал задыхаться. — Серьезно? Это вообще безопасно? Она в руках не взорвется? — По идее, она должна взорваться в его пасти, а не у тебя в руках. — В моих? Хендерсон в ужасе подняла брови. Она не собиралась касаться этой самодельной бомбы. И уж тем более своими руками пихать ее в пасть монстру. В мгновение, когда казалось, что им пришел конец, Джессика щёлкнула зажигалкой. Пламя тут же вспыхнуло, и она бросила бутылку в монстра. Смесь взорвалась мгновенно, охватив его тело огнём. Существо издало дикий рев, отчаянно пытаясь избавиться от пламени, и отпустило их. Дилан хватался за живот, думая о том, что монстр раздавил все его внутренности, Стив заходился в кашле, а Джессика от резкого удара рухнула без сознания. Монстр задрожал, его щупальца задергались, и он издал истошный, безумный крик. Он в предсмертной агонии бросился убивать всё, до чего мог дотянуться — ломал деревья, вгрызался в землю, разрушал всё вокруг. Но вдруг его тело поднялось в воздух. Монстр застыл. Голова чудовища неестественно вывернулась, а затем что-то хрустнуло, и тело Дугласа Харпера безжизненно рухнуло вниз. Одиннадцать утерла кровь рукавом.

***

Стив неподвижно сидел на полу, опираясь спиной о ледяной кафель. Перебинтованные руки были запущены в волосы, а голова опущена вниз, то ли от усталости и боли, то ли от чувства стыда. Напротив него сидели Дастин со своей мамой и отец Джессики, который едва не убил Стива, как только увидел в коридоре. Благо доктор Оуэнс и Хоппер успели его оттащить. Хотя, если бы Дэвид Хендерсон набил ему морду, Стив бы посчитал это вполне справедливым. В коридоре больницы всё было ослепительно-белым: халаты, стены, даже свет. Он бил в глаза так ярко, что Стив прикрыл лицо рукой, щурясь. Его тело ныло от изнурительной усталости, каждая мышца словно пульсировала болью, но даже это не заглушало его мыслей. Ему казалось, что все его сознание было сосредоточено на Джессике Хендерсон и на страхе потерять её. В голове у Стива отдавались эхом одни и те же слова: — Пульс падает, давление снижается! — Состояние критическое. — Готовьте операционную! И среди этих голосов в ушах звучали ее последние слова. — Знаешь… «Хендерсон-Харрингтон» всё-таки звучит лучше.