sparks

мир хенджина окрашивается в два цвета: неоновый и грязный. конечно, это сложно назвать цветами, но он перестает различать неоновый синий, неоновый красный или неоновый желтый, например - они сливаются в один яркий и режущий взгляд, а к нему добавляется грязь под ногами и прилипшая к волосам пыль. вся эта пыль и грязь ненастоящие - волосы у него на самом деле чистые, раскиданные по подушке и примятые ободком vr очков, а ноги мерзнут без носков на сквозняке и упираются в конец кровати. и даже пришел он сюда не сам - его буквально за руку притащил чанбин, мол, пошли вместе играть, мне там одному скучно. как чанбину могло быть скучно в обществе джисона и енбока хенджин не очень понимал, но пошел. даже очки купил на последние карманные. в первый же день игры он узнает, что слово 'реал' здесь страшное и запретное. табу. никто им не раскидывается и не упоминает. скажешь - так и по губам отхватить можно. спустя несколько месяцев хенджин и сам перестает его даже вспоминать. не хотелось думать про школу, про родителей, что ему нужно есть и пить, куда-то ходить и что-то делать кроме прокачки навыков и покупки нового оружия. что там он унылый школьник, как и все вокруг, а чанбин живет на другом конце сеула. сынмин на это все только укоризненно головой качает и нарекает страшным словом 'эскаписты'. хенджину, в общем-то, все равно, кто там что думает и говорит, но сынмина расстраивать не очень хочется, поэтому про игру он теперь говорит только в самой игре. хенджин резко открывает глаза с мыслью, что у него в холодильнике лежит прокисшее молоко, которое притащил сынмин на прошлой неделе. все вокруг рябит как в каком-нибудь андерграундном клубе с херовым освещением. на самом деле это просто сигнал тревоги, который, вообще-то, не должен был включаться ни по какому из планов, которые они начинали выстраивать еще за две недели до. да и по клубам хенджин никогда не таскался, но ассоциация приходит только такая. в голове пусто - хенджин помнит, как отвлекся на лежащего лицом в пол чанбина, а потом сам получил чем-то очень твердым по затылку и упал наверняка некрасивым грузным мешком. странно, что здоровье не ушло в ноль. конечно, сам виноват - на чанбина не надо было пялиться даже если очень сильно хотелось, даже если волновался за его шкуру больше, чем за свою. даже если обычно ни за кого кроме себя не волнуешься. хенджин медленно моргает и понимает, что ничего не слышит и не может поднять тяжелую свинцовую голову. спустя секунду резко возвращается боль - все тело ломит и болит, звуки стрельбы медленно прорываются сквозь плотные глухие барабанные перепонки. зрачки сходят с ума от ярких вспышек света. хенджин аккуратно поворачивает голову, чувствуя затылком мокрое и теплое, и видит, как чанбин ошалело смотрит в потолок и почти не дышит. очнулся, уже хорошо. удивительно, как прокачали эти всякие японские игрушки, что вместо светящейся сетки на месте повреждений у тебя вытекает кровь, вполне похожая на реальную, а боль ощущается прямо как настоящая - как будто тебе все кости переломали. если вырубили - не сможешь выйти из игры пока не очнешься. у хенджина есть подозрения, что это все не очень хорошо сказывается на цнс, психике и еще бог знает чем, но кому какая разница, если все хотят полное погружение и максимальную оторванность от того, что вне игры. - хенджин. - м, - хенджин чанбина почти не слышит. - почему мы лежим на полу? он разлепляет губы и непослушным ртом пытается говорить. - ты вырубился, и я решил, что все подумают, что мы просто отдыхаем, если я прилягу рядом. чанбин моргает пару раз - очень медленно и все так же ошалело. - ты что, тупой? - хенджин все еще нихрена не слышит. пульсация отдает прямо в лоб, глазные яблоки горят. - хенджин, МЫ ПОСРЕДИ ЗАЧИСТКИ КАКОЕ НАХРЕН ОТДЫХАЕМ. откуда у чанбина резко появились силы перекричать ревущую сирену - хенджин не знает, потому что слышит вдруг последнюю фразу так четко, как будто ему орут во всю глотку прямо в лицо. как они остались живы тоже понятно не очень. кругом хаос и топающие у лица ноги в тяжелых ботинках, лазеры и свистящие из огнестрелов пули. по всем законам жанра кто-нибудь из них двоих уже давно должен был вылететь из игры, рассыпавшись в воздухе как светящаяся пыльца. но они почему-то до сих пор здесь, пусть и здоровье на критической отметке. хенджин слышит приглушенный крик чана и визг чжихе - становится немного спокойнее. уровень тревоги теперь всего лишь 99 из 10 по какой-нибудь всратой шкале, название которой еще вряд ли придумали. только потом до него доходит, что чжихе, вообще-то, снайпер, и что ее визг над ухом он слышать не должен. пора бы уже наверное к провалам привыкнуть, но это сложнее, чем может показаться. никто не говорил, что будет легко. никто не говорил, что получится с первого раза. но раз уже далеко не первый, да и проебываться им по уставу запрещено. на возмущение хенджина, кто этот бесполезный устав придумал, чан говорит авторитеное "я" и как-то возражать не особо хочется, зная, что за его спиной стоят сонджин с джебомом. с джебомом спорить себе дороже, а чану он вроде как доверяет, просто вредничает (выебывается, кивает чанбин). это всего лишь игра, каждый раз хочет сказать хенджин. успокоить себя, наверное. но сам же с каждым разом начинает воспринимать все серьезнее, как будто его жизнь действительно находится под угрозой, как будто пока он не прокачает силу как у чана с чанбином, а ловкость как у йеджи - сдохнет. сдохнет по-настоящему, а не лишится аватара в крутой игрушке с возможностью восстановления. где-то сбоку проносится совершенно нечеловеческий рев наен. чанбин тащит хенджина за плечо, поднимая с пола, достает из инвентаря пистолет - последнее, что у него осталось из оружия - и несется в толпу. хенджину больше ничего не остается, кроме как прикрыть его спину со своим бесполезным бластером. сука, лучше бы в фэнтези пошел. чан бы по макушке долбанул. а вот енбок бы по-любому потащился вместе с ним.