sparks

Юнхо не знает куда себя деть. Не таким он представлял себе ад. Тут не было…жарко. Люди придумали выражение «жарко как в преисподней», думая, что в аду для них уготовлены страшные муки и кипящие в огне котлы. Но на деле в преисподней просто противно. Душно и запах гнили шлейфом по коридорам. Пролетающие мимо мошки и мухи, редкая плесень по стенам там, где ее касались руками низшие демоны. Если углубляться в матчасть, это и не ад толком. Так – подземная канцелярия. Мучаются тут только последователи Сатаны от рук себе подобных. Но с другой стороны. - Знаешь, на месте людей я бы тоже сюда не хотел. - Не обязательно быть человеком, чтобы не хотеть тут появляться ближайшее тысячелетие. Стук чужих каблуков прыгает по стенам и потолку. Сан среди всего этого мрака и безвкусицы смотрится как граф на месте посудомойщика. Красные пряди его волос выделяются ярким пятном на фоне тусклых подобно мазку яркой насыщенной краски в окружении грязи. Хотелось скорее домой, в свой уютный и местами пыльный книжный на углу (потому что где книги, там и пыль). И Сана хотелось прихватить из этого гадюшника (потому что где Юнхо, там и Сан). Обычно Юнхо старается не думать о том, что Сан – демон. Падший ангел. Так правильнее. Хотя бы потому, что неправильность происходящего немного притупляется. Совсем немного. Совершенно не притупляется. - Кстати, напомни мне. Что мы здесь забыли? - Мне надо, чтобы ты забрал отсюда святую воду. - И все?! - А ну цыц, - шипит Сан. - Как я по-твоему должен сам ее выносить? - Ради всего святого, Сан, а руки тебе на что? - Вот ‘ради всего святого’ и забери ее. Юнхо не должен клясться отомстить. Юнхо не должен мстить. Он же ангел, дитя божие, безгреховное и глубоко духовное. Общение с демоном плохо на него влияет. С падшим ангелом, поправляет он себя. - Если мы после этого не пойдем в Мендон, клянусь Богом, эта святая вода окажется на твоей макушке. Сан только криво ухмыляется и щурит желтые глаза. Юнхо заходит домой и тяжело вздыхает. Походы в штаб небесной канцелярии это всегда напоминающее клоунаду мероприятие. Походы в подземку – сродни луже грязи. Если оставить там святую воду на неделю, она превратится в ту самую, что течет под асфальтом по канализациям. Все это время он мечтал скинуть с себя грязную, пропитавшуюся смрадом одежду. Ощущение будто к нему прилип слой пыли, и окружили все самые тяжелые грехи человечества. Ангелы не должны удовлетворять потребности физического тела по одной простой причине – им это не надо. Не надо есть, не надо пить. Они не люди – человеческое тело просто сосуд. Но за тысячелетия жизни на Земле это стало привычками. Впрочем, очень приятными. Устоять перед раменом и горячей ванной Юнхо не в силах. Еще перед сосисками. - Хочешь, спинку потру? Устоять перед Саном Юнхо тоже не в силах. Он не пугается только потому, что привык. Уж за сотни веков можно. - Я решил, что зачем нам идти в ресторан, если ресторан может прийти к нам, - скалится Сан и достает из-под пиджака бутылку красного. – Позвольте вас соблазнить. - С момента сотворения мира ты, кажется, только этим и занимаешься. - Я не виноват, что ты так легко соблазняешься. Юнхо оскорбляется (нет) до глубины души, но не может сделать вид, что не рад. Он же ангел, он же не обманывает. Желтые глаза Сана лукаво поблескивают в свете лампы. Юнхо пропал, определенно. И уже очень-очень давно.