Где-то в чаще.

Незнакомый парень вертит кожаную сумку Тэхёна на руке, глядя в глаза остолбеневшему лекарю, что повалился спиной на твёрдую землю, больно ударившись копчиком. Перед ним стояло существо, из головы которого росли среднего размера рога, обвиваемые дикими лозами, что спускались дальше, по всему телу. — Ох, прости, я не хотел тебя пугать! — парень уверенно подходит ближе, но Ким лишь отодвигается от него, так и не поднявшись с земли. В мыслях Тэхёна проносится только то, что это либо дикая шутка, либо он сошёл с ума. Склоняется он больше ко второму. — Это ты сделал с Мёрси? — Тэхён спрашивает первое, что приходит на ум. Его голос дрожит, но он даже не пытается скрыть этого. Ему действительно страшно. Страшно сидеть на какой-то поляне, что окружена деревьями и цветами, вдали от деревни и рядом с каким-то странным человеком. В голове пронеслись все мысли и каждая из них была о том, что сейчас Ким умрёт. — Ты про ту раненую женщину? — парень на земле лишь кротко кивает, — нет, не я, — говорил он решительно, явно не чувствовал опасности, в отличие от Тэхёна, который уже трижды побывал на том свете за этот трёхминутный разговор. Ким мысленно бьёт себя по щеке, ведь если бы его хотели убить, то, наверное, давно бы убили. Хотя он и сам в этом не уверен, просто палясь на человека напротив, думая, что бы такого нейтрального спросить. — Эм, а ты? — Тэхён делает паузу, но ему тут же отвечают, даже не дослушав вопрос. — Я Чонгук. Дух и хранитель этого леса. Он присаживается на корточки к Тэхёну и подносит руку к траве, что приятно щекочет кожу. Буквально через несколько секунд на этом месте вырастает маленькое деревцо. Ким лишь открывает рот в изумлении, ведь он окончательно запутался. — А кто тогда так сильно ранил Мёрси? — Дикие звери, разумеется, — Чонгук отвечает так просто, словно для него встретить человека в лесу, который вся деревня считает проклятым — обыденное дело. Дух понимает, что у парня напротив, что легонько поглаживает тонкий стебель и не решается говорить, слишком много вопросов, поэтому решается ответить на всё сразу, усаживаясь поудобнее, складывая ноги в позе лотоса. — Ну, лесные духи следят за лесом, его обитателями и в целом подпитывают его энергию и позволяют жить. Лес же отвечает тем же, награждая духа жизнью, — Чонгук сделал паузу, смотря на Кима, — Понял? — короткий кивок, — Не будет леса — не будет и духа, ведь они взаимосвязаны. — Это очень романтично.. — мямлит лекарь, поднимая голову к небу. — И трагично, — добавляет дух, — ведь множество лесов вырубают дровосеки или их попросту сжигают, — Чонгук накрыл когтистой лапой маленький цветок, словно сохраняя его ото всех бед. Тэхён переводит взгляд на парня. Сейчас он не кажется опасным, да и его наставник в детстве что-то говорил про лесных духов, но маленький Ким уже тогда был скептиком, поэтому интересовался только травами и действительно важными вещами, а не «глупыми сказочками». — А почему на меня дикие звери не нападали..? — решается спросить лекарь и Дух тут же наклоняется к нему, уперевшись руками о траву. Тэхён чуть отодвигается, ведь частичка сознания кричит, что его до сих пор могут сожрать. — Ты приходил сюда в детстве и никогда не боялся этого леса, несмотря на этот страшный внешний вид. Это мило. — Это не ответило на мой вопрос, — мямлит Тэхён, немного краснея. — Ну, и я оберегал тебя? Что непонятно? — Чонгук дует щёки, вставая с земли. Только сейчас Тэхён может заметить хвост на спине. Дух протягивает сумку, а лекарь осторожно берёт её. — А почему раньше не показывался? — у Кима любопытства выше крыши, но в то же время он понимает, что его ждёт Гиблорг. Он начинает идти к выходу из леса, а Чонгук за ним, рассказывая всё, что спрашивает парень, который держится от него на расстоянии метра. — Мне вообще показываться нельзя, — дух сделал паузу, — но ты показался мне хорошим.

Улыбка, ярче летнего солнца и чудесный розовый закат, что просвечивается сквозь кроны деревьев. Тепло. Тэхён чувствует себя дома

***

— Вам уже легче? — Тэхён смотрит на лежащего мужчину, что пару часов назад выпил настойку, приготовленную лекарем из трав, — уже должно начаться действие… Мужчина лишь улыбается, притягивая хрупкого парня за плечи и обнимает его, — сколько с меня? — Пятьдесят золотых и договорились, — они оба хохочут, но как только Мёрси начала двигаться на соседней кровати, то Тэхён вышел из палаты, оставив их одних. Ким не ходил в лес уже около трёх дней, хотя времени было достаточно. Ему нужно было всё обдумать, ведь такая информация не каждый день на голову сваливается. А ещё ему на голову свалился кулак Чимина, который узнал о похождениях лекаря в лес в поисках сумки. Даже его друг поддался этому гипнозу со стороны жителей деревни. Ещё Ким точно знал, что вернётся в лес, ведь позадавать вопросы лесному духу очень хочется! Но сейчас он сидит за книгами при свете фонаря, изучая целебные свойства растений. Стук в дверь отвлекает его и Тэхён, полуживой и уставший плетётся ко входу. Мешки под глазами и растрёпанные волосы — вот что видит Чимин, когда ему наконец открывают. — Опять учишь? — получает лишь молчаливый кивок, — ты не зашёл сегодня, поэтому я решил принести тебе сам, — Пак протягивает пару батонов хлеба, чем вызывает у Тэхёна небольшую улыбку, ведь каждому будет приятна забота со стороны дорогого человека. Тэхён даёт пару золотых монет, спрашивает, как прошёл день, а после приглашает выпить чаю, ведь он как раз собирал свежую мяту. — Нет-нет, — Чимин мотает головой в разные стороны, отчего волосы попадают ему в глаза, — меня ждут. Тэхён докапываться не стал. Ждут и ждут, ему нет до этого дела, поэтому он распрощался с другом, после чего завалился на твёрдую кровать. Сна не было ни в одном глазу, даже после одиночного чаепития. Веки не казались такими тяжёлыми, а ноги не подкашивались как пару минут назад. Лекарь выругивается, надевает какой-то подряпаный свитер, ибо ночью в деревне прохладно, и выходит из дома. Над головой простирается синее небо, украшенное россыпью звёзд. Тэхён вышагивает по каменной дорожке, вслушиваясь в тишину, которую прерывал только звон ручья и насекомые. В лес хотелось, но ночью он туда ходить не будет, поэтому усаживается на уже полюбившийся камень и смотрит на водную гладь, в которой отражается собственное отражение. Высокие кусты и трава полностью закрывают его, поэтому он опускает босые ноги в воду, ёжась от её температуры. — Ты же заболеешь. Тэхён даже подскочил от голоса за спиной и чуть не взвизгнул. Перед ним стоял Дух леса собственной персоной. У Кима даже рот открылся от удивления. — Чонгук? — Чонгук. Тэхён хмурится, вытаскивает озябшие ноги из воды и задаёт вопрос, почему же Дух леса разгуливает по деревне. Тот молчит с секунду, чешет подбородок и подсаживается на траву возле валуна, где сидел лекарь. — Ты не приходил три дня, — Чонгук бросает маленький камушек в воду когтистой лапой, а потом смотрит снизу вверх на Кима, что сидел, обняв свои ноги руками и внимательно слушал, — такого раньше не было, вот я и решил убедиться, всё ли хорошо, — Чонгук краснеет, а Тэхён сквозь землю провалиться хочет. Они сидят молча, смотря на бегущую воду, слушая её плеск и песнь ночи, что дарит им спокойствие, умиротворение. Они не говорят, просто сидят в тишине. — Прости, — нарушает идиллию Тэхён, ловя на себе взгляд чёрных глаз, в которых звёзды отражаются, — я должен был всё обдумать, да и работы у лекаря деревни немало… Чонгук понимающе кивает, а после ложится на траву полностью, чувствуя оголёнными участками спины её прохладу. Она словно обнимает парня, заволакивает. Ким краем глаза замечает, а у самого спина ноет от сидячего положения. Решение в голову пришло быстро. Сполз по камню и примостился в паре метров от духа, сложив руки над головой. — Чонгук, — даже не смотрит в сторону парня, устало прикрывая глаза, — а ты меня не съешь? Дух приподнимается на локтях, смотрит на глупо-улыбающегося юношу, который лежит под открытым небом. Смотрит на того, кого ещё в детстве в лесу видел, но не мог подружиться. Смотрит на того, за кем наблюдал и кого охранял. Чонгук не отвечает, а просто закрывает глаза, отдаваясь этой прохладной, но в то же время самой тёплой ночи в его жизни.

***

Чимин хватается за голову, как только заходит в пекарню. Уже со входа несёт горелым запахом хлеба, что врезается и неприятно щиплет нос, а над деревянным потолком стоит лёгкий слой дыма. — Мин Юнги, — строго произносит он и из-за небольшой стойки показывается виноватая тёмная макушка. Пак выжидающе смотрит, а мальчик мямлит тихое «прости». Чимин не ругается, ведь этому мальчишке трудно привыкнуть и научиться печь хлеб за каких-то пару дней, поэтому они вместе убирают весь этот бардак до открытия. В пыльные окна пробиваются первые лучики солнца, которые мозолят глаза, но в то же время хочется подставить под них лицо, чтобы они согрели холодную кожу. Чимин приметается, а Юнги протирает пыль на полках, ни одного лишнего звука или брошенного слова. Кажется, они оба хотят насладиться этим утром. — Сейчас придёт мой друг, — Чимин открывает защёлку на двери, — я вас и познакомлю, — Юнги не дослушивает и буквально вешается на шею старшему. — Тот, что в лес ходит? — в глазах блистает огонёк, — лекарь, да? Я слышал о нём! — мальчика будто подменили. От того тихого и скованного и следа не осталось, — пусть он возьмёт меня с собой. — Не возьмёт. — Посмотрим. — Посмотрим, — передразнивает мальчика Чимин, даже не отвлекаясь от уборки помещения. Дверь открывается с противным скрипом, а на пороге появляется взлохмаченный Тэхён с сумкой через правое плечо. Он здоровается с Чимином, а тот представляет ему Юнги, который стоит за стойкой. — Ты куда собрался? — Пак подходит к Киму, поправляя ворот белоснежной рубашки и треплет и без того взъерошенные волосы. Ким лишь сводит брови к переносице, ведь если скажет пекарю, что идёт в лес, то тот ему голову свернёт. Чимин, как и все в этой деревне, считал лес проклятым и не хотел, чтобы Тэхён ходил туда. Темноволосый молчал, чем заставлял парня напротив немного раздражаться и сложить руки перед собой. — Ты не пойдёшь в лес, — выделяя каждое слово шипит Чимин, тыкая пальцем в грудь лекарю. Тот лишь отпихивает от себя руку друга, ведь кто он такой, чтобы указывать ему? Тэхён больше ни слова не говорит, зло захлопывая за собой дверь. На улице ещё раннее утро, лучи солнца пробиваются сквозь макушки деревьев, а тёплый ветер заставляет прикрывать глаза. Ким злобно пинает камушек, здоровается с парой ребят, что снова увязались за ним хвостом до самого входа в лес. Вот только попасть им туда не суждено, поэтому они так и остаются перед этими великанами, глядя в спину уходящего парня. Тэхён идёт медленно, наслаждаясь тишиной и полным отсутствием людей. Вышагивает по вытоптанной им самим же тропинке, поднимает голову и жмурится от пробивающихся лучей солнца. Уйдя достаточно глубоко он садится под крону столетнего дерева и закрывает глаза, вслушиваясь в звуки природы. Пение птиц, звон воды у ручья. Всё это создаёт приятную мелодию для ушей. Чонгук одиноко бродит где-то неподалёку, но как только видит знакомую макушку у дерева, то лицо украшает широкая улыбка. Он скучал по Тэхёну, но знал, что он вернётся. Знал и ждал, словно верный пёс. И вот, Тэхён лежит под деревом, поэтому Дух решает подойти к нему, но, завидев прикрытые глаза, решает не будить лекаря, а лишь присаживается рядом, уронив голову на его плечо. Тэхён спал, а значит не чувствовал опасности в этом месте, что непременно Чонгуку льстило. Дух не спал, а лишь лежал рядом, охраняя Тэхёна и его сон. Он не помнил сколько минут, а может и часов прошло, но время пролетело очень быстро. Ким разлепил глаза, осмотрелся и увидел лежащего духа на своём плече. — Привет, Чонгук, — Тэхён улыбается, пока Дух подскакивает с его плеча и мотает головой в разные стороны, чтобы прогнать наступающий сон. — Привет, — отвечает парень, пока лекарь потягивается и зевает. Чонгук знал. Знал, что он придёт. Взгляд Тэхёна смотрит в самую душу и мгновенно мрачнеет, чем заставляет Чонгука напрячься всем телом, нервно сжимая зелёную траву когтистой лапой. Он выжидающе ждёт, пока Ким начнёт говорить, но этот момент кажется вечностью, если не больше. — В деревне, — лекарь делает паузу, проглатывая вязкую слюну, а в горле словно ком стоит, — в деревне все жители считают это место проклятым, — шепчет Тэхён, смотря на синюю бабочку, — я переживаю, что их терпенье может кончиться. Чонгук понимает, к чему клонит парень, но предпочитает молчать. Задумался. — Ты же помнишь, — Ким поднимает глаза на духа, разворачивая его лицо прямо к своему, держа щёки руками, — что лес и дух.. — Я помню, — перебивает Чонгук, прижимая парня к себе, пытаясь не поцарапать его длинными когтями. Зарывается в его волосы носом, вдыхая запах, и держит крепко, что Тэхён, кажется, задыхаться начинает. Чонгук пах лесом.

Чонгук пах домом.

Они так и сидят на траве под деревом, не говоря ни слова больше. Да и не хотелось ничего говорить. Ким первый отлепляется от обиженного духа, объясняясь тем, что за травами пришёл. Врёт. Начинает продвигаться в чащу леса, постепенно набивая всю свою сумку до краёв целебными травами. Чонгук тоже хотел поучаствовать, поэтому принёс ветку крапивы, а Тэхён, не глядя, схватил ту прямо за стебель. Дух тогда ещё долго извинялся, а Ким лишь шипел от боли и бросил эту же крапиву Чонгуку в лицо, чтобы неповадно было. Так они проходили по лесу чуть ли не до самого вечера. Они смеялись, сидели под деревьями и искали травы. А ещё Чонгук захотел себе венок, но сплести его себе не мог из-за длинных когтей. Тогда Тэхён послал его искать одуванчики, и дух ползал по траве, аккуратно их срывая. — Мне идёт? — Чонгук сидит в позе лотоса, а лекарь лишь кивает, удовлетворённо рассматривая свою работу. Красивый венок из ярко-жёлтых одуванчиков отлично подходил такому духу с солнечным характером и всегда с улыбкой на лице. — Очень. С Чонгуком легко и спокойно, но сердце всё равно ноет, когда Тэхён выходит из леса, махая духу рукой. Идёт в тишине по сонной деревне и решает зайти в таверну, где как всегда стоит шум и гам, пьяные рабочие и восседающий над всеми Гиблорг. — Какие люди! — вскрикивают мужчины, как только лекарь появляется на пороге здания. Он смущённо улыбается и здоровается с каждым, направляясь прямиком за стойку, где был Гиблорг. Тот лишь обнимает парня, похлопывает по спине и, кажется, ломает все кости. Ким хрипло смеётся, ведь этот большой и грозный на вид мужчина и мухи не обидит. — Давно тебя не видел, — выпивает стакан пива, пачкая бороду и усы, — заходи почаще, — Тэхён кивает, обещая заходить чуть ли не каждый вечер. Мысли заняты не тем. Мысли заняты Чонгуком. Только образ в голове всплывает, так сразу щёки начинают гореть ярким пламенем. Это без внимания старика не остаётся и тот опускает тупую шутку про женщину и семерых детей. Проходит ещё минут двадцать и Ким всё же отправляется домой, ведь за день достаточно вымотался, а ему ещё нужно рассортировать собранные сегодня и ранее травы. Он покидает таверну, а к Гиблоргу подходит Пак, за которым хвостиком плетётся Юнги. — Ты же ничего ему не сказал? — Чимин смотрит исподлобья, оценивающе. — Хотелось, конечно, но я выдержал, — говорит мужчина, заглядывая за спину пекарю, — а это что, твой сын? — он усмехается, а Мин незаметно для него берёт Чимина за руку. Так спокойнее. — Гиблорг, у меня даже жены нет, — он улыбается и крепче сжимает ладонь. Они разговаривают так ещё около пяти минут, а после расходятся, как в море корабли.