Мой персик

      Как говорится – утро начинается с кофе, но у Чимина оно начинается с разбитого будильника. Он не специально, просто неудачно замахнулся рукой, чтобы его выключить. Приподнимаясь на локтях, еле открывая один глаз, омега беглым взглядом обводит комнату и натыкается на вроде бы целый прибор. Пак смотрит в окно и понимает, что может ещё вздремнуть. Сегодня он снова на замене, но на этот раз не по своей воле – один из сотрудников приболел, а других Чимин напрягать не хочет.       Чонгук выходит из своей квартиры, закрывая ее на ключ. Не спеша спускаясь по лестнице, альфа ощущает себя полуживым – вчера было полнолуние. Как ни странно, проснулся он у себя в комнате, замотанный в теплое одеяло, как в коконе, из которого было видно только лицо. Квартира осталась целая и довольно чистая, что даже удивило его – обычно после таких ночей, когда он все же решает остаться дома, все его жилище перевернуто верх дном и оставляет желать лучшего. Интересно, что же в этот раз делал волк, что умудрился ничего не сломать. Как жаль, что Чон не помнит. Может это и к лучшему? Кто знает.       Выходя из дома, Чонгук направляется на работу, как вдруг он видит смутно знакомое розовое пятно вдалеке. Неужели это тот парень из кофейни. Какое совпадение – они оказывается живут не просто в одном районе, а в одной многоэтажке. Вся усталость улетает на последний план, в тот же момент, стоит лишь омеге начать отдаляться. Чон бежит со скоростью света и догоняет розововолосого за пару секунд. Резко хватает его за руку, тем самым сильно пугает незнакомца.       Чимин стоит, как в воду опущенный. Он с непониманием и открытым испугом смотрит на альфу. На него смотрели переполненные радостью глаза, весело блестя в лучах утреннего солнца. Это был тот красивый альфа, которого Пак видел неделю назад. Он стоял, все так же держа в своей руке ладонь омеги, ни на каплю не ослабляя хватку. Одет был в черный брючный костюм, поверх которого было накинуто темно-синее пальто. На голове все тот же легкий хаос. — Может, уже отпустите руку, — робко спрашивает Чимин, отводя взгляд в сторону. Ему очень интересно откуда взялся этот альфа и зачем подбежал к нему, хватая за руку и не отпуская. — Вы что-то хотели?       Первая просьба благополучно была проигнорирована. Чон так и остался стоять, крепко держась за запястье омеги. Он тонул в глазах парня напротив, не имея ни единого шанса вдохнуть ещё раз. Волк внутри чуть ли не замурлыкал, как объевшийся сметаны кот, от контакта с кожей милого омежки. Такое с Чоном было впервые: его второе "я" никогда так не отзывалось на других людей, предпочитая либо молчать, либо злобно скалиться, когда человек ему не нравился, всем видом показывая, что лучше держаться от него подальше. Омега слишком быстро расположил его к себе с хорошей стороны, хотя виделись они всего-то второй раз в жизни. — Проводить тебя до кофейни, — четко и даже как-то слишком резко вымолвил Чон. — Я тебя ждал.       Чимин застыл на месте, походу даже забывая как дышать. Он ещё сильнее вылупил глазенки, глупенько помаргивая, пытаясь прийти в себя. Этот альфа какой-то странный. Зачем ему это делать – неужели понравился. Да ну, не может быть такого! Пак всегда думал, и до сих пор думает, что не может никого привлечь своим видом. Его пухлые щечки и узенькие глазки скорее отталкивают, чем привлекают. А про фигуру он вообще молчит. Полненькие пальчики, объемные ляжки и мягонький животик, без какого-либо даже очертания пресса. Хотя выглядит он довольно стройно, но все равно считает себя не очень красивым. Чимин думает, что понравиться сможет только старым пердунам-извращенцам. Походу этот альфа решил жестоко пошутить над омежкой. — Зачем это вам? Поиздеваться надо мной решили?! — взгляд незнакомца сразу меняется. Весёлые и радостные искорки сразу пропадают, уступая место серьёзности и непониманию. Чон стоит в недоумении, смотря прямо на омегу. — Тебя кто-то обижает? — конечно, лезть не в свои дела некрасиво, но Чонгуку все равно. Если этого милого паренька обижают, то он не прочь и руки пораспускать. — Нет, но это не отменяет той части вопроса, зачем Вам провожать меня. Чон тушуется, не зная, что ответить. Если бы к нему так подошли, Гук отреагировал бы так же. Ну, конечно, какой-то странный тип подбежал к нему средь белого дня, хватая за руку, говоря что проведет до места работы. Чон скорее всего ещё бы по лицу заехал за такое. — Я о таком даже не думал. Хотел всего-то составить компанию, нам ведь все равно по пути.       Пак задумался, черты его лица смягчились, испуг сошел на нет, давая место задумчивости. Значит альфа работает в районе кофейни, и они скорее всего будут часто пересекаться. Так почему же им не сблизиться? Было бы круто иногда ходить рядом с таким альфой. Омежка аж сам себе завидовать начал. — Ну тогда хоть имя свое назови. Меня, кстати, Пак Чимин зовут, — Розововолосый представился, протягивая свою маленькую ладошку, которую не так давно выпустил из своей руки альфа. И правда, они же даже не знают имен друг друга. — Чон Чонгук, – парень заключает трогательно милую ручку омеги в своей, невольно сравнивая и подмечая, что они идеально гармонируют. — Твоя работа где-то рядом? — неловко спрашивает Чим, продолжая свой путь. Всё -таки приятно, что его кто-то заметил. Рядом с Чоном должен идти подходящий ему омега – высокий, стройный, красивый и умный, а не маленький Пак – чуть выше его плеча, пухленький и ничуть не красивый. Но похоже так думал только он. Чонгук тем временем, шагая в ногу с омегой, не сводил с него взгляда. Чон уже придумывал несколько сотен сюжетов их совместного проживания. Он уже понял, что волк выбрал себе пару. Гук был и не против. Хотелось прижать Чимина к себе, спрятав за своей спиной от всего мира. Задушить в объятиях, поцеловать, облизать и пометить. Что-то его не в ту степь понесло. Надо сначала убедиться в омежке, довериться и никогда больше не отпускать. Интересно, что испытывает Пак к нему. Конечно рано еще о таком говорить, но хотя бы знать, вызывает ли Чон симпатию или доверие, или может быть чувство защищённости. Так много вопросов, но так мало ответов. — Напротив твоей, — отвечает, не сводя глаз с омеги. Чимин приятно удивлён – не думал, что настолько близко. — А я все никак не могу понять твой график. Заглядывал на обеденных перерывах, но тебя не было.       Пак удивлён. Сильно удивлён. Мало того, что альфа искал его, так он ещё и пытался понять его график. Чимин в недоумении таращится на Гука, широко распахнув свои глазенки. Чон мимолетно посмотрел на омежку, замечая изумление в хрусталиках глаз напротив, и быстро проговаривает: — Я не знаю, что ты там себе надумал, но я просто хотел тебя увидеть, и может быть пригласить на прогулку после твоей смены. Во сколько ты заканчиваешь сегодня? — Гук впервые в жизни так боится услышать отрицательный ответ. В старшей школе и универе, когда он приглашал омежек на свиданку, Чонгук был уверен на все сто из десяти, что они согласны. За ним бегали почти все омеги, да и не только они. Ему это льстило и поэтому он был очень самоуверенный в этом вопросе. Но сейчас перед ним стоит его истинный, поэтому он должен выглядеть уверенно и спокойно, но на деле у него ещё чуть-чуть и вспотеют ладошки. Чон смотрит в глаза Паку и ждёт ответа. Омежка, в свою очередь, чуть краснеет, отворачивается и начинает переходить дорогу. Под пристальным взглядом Чимин ломается. — Ну, у меня по разному получается, как с документами разберусь, так сразу ухожу, но сегодня я заменяю работника, поэтому пока что не знаю... — он смотрит себе под ноги и ждёт, что же ему скажет альфа. — Так ты не бариста? А, если не секрет, кем работаешь? — Чону стало интересно, ведь обычному рабочему в кофейне не приходится копаться в документации. Значит Пак из администрации. — Я генеральный директор. А ты думал, что я бариста? Хотя можешь не отвечать – я бы скорее всего тоже бы так подумал. — Ты сам становишься на замену персонала. Это очень благородно с твоей стороны, никто бы так не сделал. Обычно напрягают кого-то другого, но главное чтобы не себя. Тебе не тяжело? — теперь пришла очередь Гуку удивительно вскидывать брови. — Ведь у тебя и так, должно быть, много работы кроме этого... — Справляюсь. Мне на самом деле очень нравится заменять работников. Перед глазами лица людей, каждое из которых выражает свою эмоцию, а не какие-то бумаги с кучей циферок и набором слов. Мне нравится работать с людьми, читать их как раскрытые книги. Это очень интересно, и дарить им улыбки тоже приятно. Знаешь, иногда надоедает сидеть одному в отдельном кабинете, зная что на первом этаже кипит жизнь. Даже временами завидую людям, что работают на меня, им не скучно, время для них не стоит на месте, они полностью в работе забываются, ведут непринужденные беседы, заваривая кофе и улыбаются посетителям, — что-то Чимин разоткровенничался, высказывая все что думает почти незнакомому человеку. С этим альфой было как-то легко. Чон все время шел и вникал в то, что говорил Пак, ловя каждое слово и наслаждался голосом и манерой речи омеги. Он был таким сладким и мелодичным, что хотелось слушать его бесконечно. При разговоре у парня мило выделялись пухлые губы, и со стороны он был похож на уточку. Они были розовые и блестящие, то ли от увлажняющего бальзама, то ли от частого облизывания. Чонгук пытался не пялиться, но как только он смотрел на омегу, взор сразу переходил с носа-кнопки на уста. Весело переговариваясь, они дошли до здания, где работал Чимин, смущённо отводя глаза, они обменялись номерами и договорились написать друг другу. — Ну, до встречи, — Чон помахал рукой, следя за тем, как парень заходит внутрь, уже собираясь уходить, как услышал : — До вечера. Сказать, что альфа был счастлив, ничего не сказать. Окрыленный этим светлым чувством, он потопал на работу, даже не пытаясь удержать свою улыбку.

***

      Как только за Паком закрывается дверь кабинета, он вытаскивает телефон из кармана, опускает свой зад на кресло, попутно набирая уже давно выученный номер. Руки его дрожат, а сам он пытается не запищать от радости. Его пригласили на прогулку, да и не какой-то приятель, а очень привлекательный альфа. — Да, говорите. Я вас слушаю... — на том конце слышится шелест постели, и невнятный голос подтверждает, что его обладатель до этого момента нежился в кровати. — Тэ, это я, — ну, конечно, кто же ещё может звонить в такую рань, даже не позаботясь посмотреть на время. — Ты не поверишь. Меня пригласили на свидание! — Ким тут же оживился, прося рассказать все поподробнее. Они болтают минут двадцать, ну то есть Чимин пересказывает все, что с ним случилось, а Тэхен на другом конце внимательно слушает. — Так значит он тебя искал, потом проводил до работы и позвал на прогулку. Ты просто обязан пойти – такие альфы на дороге не валяются, — Ким в конце своей реплики громко зевнул, жмурясь и прикрывая рот ладошкой. Старший, конечно не против, но помня про прошлые попытки начать отношения ему страшно. Альфы уходили от него, как только узнавали его секрет – дело в том, что у Чимина почти отсутствует обоняние и очень слабый запах, отчетливо который можно услышать только при течке. Этот недуг передается по наследству всем омегам в его роду. Сначала Пак несильно волновался по этому поводу, ведь какая разница, как он пахнет, если любишь, то должно быть не важно. Но по истечению нескольких неудавшихся отношений, омега понял, что все очень зациклены на этом. Люди пытаются найти себе партнера по запаху, а так как у Чимина его почти нет, всем не важно какой он человек. Так что Пака можно считать невинным цветочком. Он перестал верить людям и пытался не открываться им, но на самом деле так хочется любви и ласки. — Ну, не знаю, Тэ. Вдруг он такой же, как и все остальные. Он скорее всего тоже исчезнет из моей жизни, как только узнает, что у меня нет запаха. — Во-первых, он у тебя есть, во-вторых, сначала надо узнать его получше, вдруг он окажется тем самым, которого ты так долго ждал, поэтому я тебя прошу присмотрись к нему получше, — младший, на самом деле, очень волнуется за хена, втайне присматривает за ним и следит, чтобы ему не принесли ещё больше боли.

***

      Чон нервно дергал ногой, бегал глазами по помещению и считал секунды до долгожданного перерыва. Оставалось минут пять, но он не выдержал и захватив с собой пиджак, направился на выход. Быстро перебежав через дорогу, Гук вошел в кофейню, уже заранее зная, что за стойкой стоит тот, кого он искал целую неделю, приходил и ждал, как верный песик. Как иронично. На кассе не было очереди, поэтому, подойдя ближе, он легонько ударил по звоночку стоявшему на столе. Омега, услышав шум, повернулся лицом к пришедшему, дежурно улыбаясь. — Привет еще раз, — на Пака смотрели два почти черных глаза, в которых мерцал огонек. — Что будешь? — Полностью полагаюсь на твой вкус, — Чонгук подмигнул омеге, чем вызвал покраснение на его щеках. — Ты так и не написал мне во сколько заканчиваешь. Чим подзавис. И точно, он обещал оповестить об этом Гука, но забыл, сильно увлекаясь работой. Стало чуть стыдно. Как он мог забыть? — Извини, замотался. Моя смена заканчивается в три, но потом мне надо будет уладить одно дельце. Так что примерно к шести часам я буду свободен. — Прекрасно! Я к этому времени, как раз заканчиваю. Буду ждать тебя перед входом, — за то время омежка успел сварить кофе и достать угощение. Все как и в прошлый раз. Чоновы брови удивленно поплыли вверх. Посмотрев на Пака, он увидел на его лице немой вопрос. Поблагодарив, альфа расплатился за все и сел за самый ближний столик, украдкой наблюдая за работой парня. Он легко передвигался по помещению, словно перышко, скользил меж людей и столиков, аккуратно лавируя с подносом в руках. Как бы Гуку не было хорошо тут сидеть и любоваться Паком, но через пять минут ему уже надо сидеть за рабочим местом. Выходя, Чонгук напоследок помахал омеге. Эх, а ему ещё сидеть после работы около часа, дожидаясь Чимина.       Розововолосый закончил свои дела как раз к шести. Потихоньку засобирался, попрощался с бетой, который являлся работником, сменившим его в обед, и вышел из кофейни. На лавочке около входа уже сидел альфа. В темно-синем костюме двойке и с черным галстуком на шее, он выглядел довольно мужественно. — Давно ждешь? — Чон перевел взгляд на омегу, широко улыбнувшись. — Нет. Только сел, — ну не будет же говорить, что уже минут двадцать пять, как сидит и ждет пока выйдет Пак. Рабочий день у Чонгука заканчивается в пять, но он немного задержался, доделывая отчет за неделю. Чон уже решил, что любыми способами должен добиться Чимина. Даже как-то странно, что он так вцепился в этого омегу, хотя толком и не знает, что он из себя представляет. Может парень самовлюбленный богатенький отпрыск, у которого одни гули в голове, или зазнавшийся папенькин сынок, сидящий у родителей на шее. Хотя он же работает. Значит второй пункт исключен, но это не отменяет того, что вариантов с не очень приятным содержанием занебесное количество. С другой стороны Чон же его совсем не знает, что в скором времени хочет исправить. — Ну, что ж, куда пойдем? Давай пройдемся по парку, а потом я провожу тебя до дома.       Чимин молча согласился, кивнув головой. Они шли вдоль дороги, а вокруг витала давящая на уши тишина. Каждый хотел что-то спросить, но достаточно смелости никто не набрался. Все-таки первый не выдержал альфа, разрушая повисшую между ними неловкость. — Все хотел у тебя спросить. Ты так молодо выглядишь, сколько тебе? Если бы я встретил тебя где-нибудь на улице, я бы подумал, что ты студент и тебе не больше двадцати, — не очень удачный вопрос, но с чего-то же надо было начинать. — Вообще-то, неприлично такое спрашивать у омег, но я тебе отвечу, если уж так интересно. Мне двадцать четыре, — Пак вздернул носик к небу. С одной стороны ему сейчас сделали комплимент – не каждый день услышишь, что ты так молодо выглядишь. — Ну раз я открыл тебе тайну мирового масштаба, то и ты говори. — Хах... Называй меня хен, мелочь! Я старше тебя на два года, — омега смутился – он думал они одногодки. — Чонгук-хен... — проговорил Пак, как-бы пробуя на вкус. Было стыдно называть так старшего, но почему сам не понимал. А Чон, тем временем, чуть не словил сердечный приступ. Если омега ещё раз его так назовет, то там не то что приступ будет – Гук позорно спустит в штаны, прям как конченный извращенец. От их знакомства не прошло и суток, а Чимина уже хочется запереть в высотке на последнем этаже, и не выпускать, чтобы никто на него не смотрел, и, не дай боже, отобрал у альфы. Перегрызет всем глотки. — О, смотри, там фургончик с мороженым! Интересно, почему он до сих пор работает? Холодает, а они мороженое продают. Ну да ладно, я как раз давно уже хотел его покушать, — Пак совсем не смущался своего детского поведения. Да, какое там смущение, когда перед его глазами такая вкусняшка. Легонько подпихнув старшего, поспешил к фургону. Тут была куча всего: посыпки, добавки, сиропы, разные виды вафелек. Просто все, что душе захочется. Постояв и рассмотрев все меню, Чимин выбрал мятное мороженое с посыпкой из белого шоколада и рожок из мягкой вафли. Чонгук застыл на месте, наблюдая за омегой. Вроде уже взрослый, а ведёт себя, как ребенок. Это даже мило. — Эй! Ну чего ты там застрял? Ты мороженое будешь? — Нет, я не хочу, — уже подходя ближе, говорит альфа. Пак бурчит себе под нос "как хочешь" и отворачивается, становясь спиной. Старший ловит момент и тянется носом чуть ближе к шее, вдыхая полной грудью воздух. Почти ничем не пахнет, лишь легкий шлейф чего-то сладкого, но слишком мало чтобы понять что это. Чон хмурится, возвращаясь в прежнее положение. Пьет таблетки, но зачем? А ведь если не волчья сущность, он бы может даже и не понял бы, что они пара. Гук не желает, чтобы его омега травил себя этими химикатами – они слишком сильно влияют на здоровье. Причем не в положительную сторону. Ладно, он поговорит об этом чуть позже, когда они сблизятся, а сейчас он несильно бьет Чимина по руке и, доставая кошелек из внутреннего кармана пиджака, расплачивается за покупку. — Зачем ты это сделал? — взвизгивает Пак в то время, как альфа берет его под руку и уводит в сторону скамейки. — Что тут такого. Я повел тебя на свидание, а ты сам будешь расплачиваться?       О боги. Он только что сказал, что это свидание?! У Чимина покраснели уши. Не он один посчитал эту прогулку свиданием. Чонгук уставился на розоватое лицо омеги, которое он чуть отвернул и прикрыл свободной рукой. В другой до сих пор было не тронутое мороженое. — У тебя сейчас по руке потечет. Кушай давай, — улыбнувшись, предупредил Гук. Было смешно наблюдать за покрасневшим Паком. Они так и продолжили сидеть на том месте, рассказывая про себя. В общем они уже знали друг друга. —Хочешь попробовать? Ну, конечно, если не брезгливый, — омега протягивает рожок с вкуснятиной. Чон перехватил ладонь Чима, пробуя мороженое. Оно было приятно мятного вкуса и чуть холодило язык. — Тебе нравится мята? — отпуская руку. спрашивает. — Это мой любимый вкус. Я вообще в целом люблю ее. Особенно зеленый чай с мятой – готов пить его всегда, — мечтательно прикрывая глаза, мямлит Чимин. Чонгуку же стало приятно. Омегу на подсознательном уровне тянет к запаху истинного. Стало интересно, знает ли Пак, как пахнет парень. — Ясно. Кстати, ты принимаешь блокаторы? От тебя почти не пахнет. Я слышу только очень легкий аромат чего-то сладкого, но не понимаю что это, или ты пользуешься духами? — альфа с любопытством смотрел на парня, ожидая что ему ответят. Чимин подавился воздухом. Он заглянул в глаза напротив, решив довериться им. — У меня врожденное генетическое заболевание, при котором мой запах почти отсутствует, и только в критические дни он ко мне возвращается вместе с обонянием. Ты, кстати, первый из всех людей, кто в первое же, так сказать, свидание осмелился задать этот вопрос. Да, и странно, что ты вообще что-то чувствуешь, — сердце часто билось в груди, уже ожидая, что альфа бросит его после того, как он все выложил. Кому нужен такой, как Пак. Даже запаха нет. — Оу, прости. Это был слишком личный вопрос, я даже как-то не подумал. Извини, если сделал тебе больно, — не ожидал Чонгук, что этим вопросом может задеть за живое. Облокотившись спиной на спинку лавочки, он замолчал . Чуть погодя, поднял взор на небо и снова заговорил. — Ну, с другой стороны хорошо, на тебя засматриваться не будут.       Что это? Он услышал ревнивые нотки в голосе? Пак чуть заторможено повернул голову к альфе, вопросительно смотря на профиль парня. Он выглядит довольно серьезно, переводя свой взгляд на Чима. Чон наклоняется ближе к лицу младшего, тянется к нему ладонью. Омежка сильнее покраснел, лихорадочно забегал глазами по пространству, прижимая к груди руки. — Ч-что ты д-делаешь... — пропищал Пак, переводя взгляд от большой ладони до лица. — Как так можно кушать? У тебя весь нос в мороженом, — отчитывает его старший, вытирая большим пальцем кончик носа. — Ты чего так покраснел, замерз что ли? Пойдем я провожу тебя.       Чон вскочил на ноги, протягивая руку Чимину, чтобы помочь встать. Уже молча они пошли в сторону дома, не решаясь больше продолжать разговор. Паку впервые стало интересно чем же пахнет альфа, а вот Чонгук думал куда позвать в следующий раз омежку, если тот вообще согласится. Подойдя к подъезду, в котором живет Чимин, они встали друг напротив друга. Пак опустил голову и смотрел на носочки ног, а Гук на розовую макушку. — До встречи, — Чонгук чуть поколебался, но все-же решился. Подойдя ближе к омежке, он взял его за лицо и, раздвинув волосы, чмокнул в лоб. Быстро отстранившись, попрощался ещё раз и пошел к себе. Пак ещё долго стоял на месте, даже не моргая. Он приложил пальцы к горящему месту, который раз краснея. Закрыл рот ладонью, присел на корточки и запищал. Но он вспомнил, что как-никак все ещё на улице, и поэтому быстро убежал в квартиру, снимая верхнюю одежду и обувь, заваливаясь лицом на подушку, продолжил пищать при этом дрыгая ногами. Успокоившись, Чимин перевернулся на спину, полежал ещё чуть-чуть и вырубился, думая про то, что завтра обязательно должен поделиться всем с Тэхеном.       Чонгук зашел к себе домой, закрывая дверь на замок и прижимаясь к ней спиной, сполз на паркет. Взъерошил руками волосы, тяжело вздохнув. Что он натворил? Зачем это сделал!? Чимин наверное подумал, что он точно какой-то чокнутый. Чон сполз ещё дальше, ложась спиной. Вдруг Пак перестанет с ним общаться и не захочет больше его видеть. Боже, он просто сейчас себя накручивает, походя поведением на смазливую омежку. Походу ещё чуть-чуть и расплачется. Так, все – надо брать себя в руки. Вставая с пола, Чонгук разулся и потопал в спальню. Там он до конца разделся, оставаясь только в боксерах, решив принять душ перед тем, как завалиться спать в чистую постель. Волк внутри ликовал от радости, счастливо виляя хвостом, не давая спокойствия человеку. Конечно, на протяжении нескольких часов быть рядом со своей парой, а после ещё и поцеловать его. Хотя это вряд ли можно назвать поцелуем – просто чмок, так ещё и не в щеку, а в лоб. Какой позор. До чего докатился. Он переживает насчет легкого поцелуйчика в лоб. Пора пить успокоительное. Приняв душ и умывшись, Чон лег в холодную кровать, уже мечтая, что вскоре ее будет греть милый розоволосый омега, обнимая руками и ногами Гука и целуя его в губы. Ему уже никто не нужен, лишь бы маленький Чимини был рядом, ярко улыбаясь и крепко держа Чона за руку. Так хочется вдохнуть всей грудью запах этого лучика солнышка. Альфа поможет Чиму с его проблемами. И после сегодняшнего, старший убедился – Пак от него уже не отвертится. Чон его никуда не отпустит. Ну, а сейчас он удобней замотался в одеяло и раздумывает, куда бы пригласить красивого омежку в следующий раз.