Сотница или Восток - дело тонкое

            Всё начинается       После тяжёлой ночи, девушка встала рано утром и гуляла по саду, забывая ночной кошмар. Парни-дворецкие занимались обрезкой кустов, женщина же тенью шла за госпожой. Тишина и пение птиц расслабляли и успокаивали. Роса, сбиваемая сапогом девушки, застывала на обуви и сверкала, как жидкое серебро. Аромат роз пленял своей нежностью и многогранностью ароматов. Безоблачное небо и яркое солнце отражались в каждой капле росы. Трудяги-пчёлы с громким жужжанием усердно летали над цветами, собирая нектар. — Арина, сегодня последний день моего спокойствия, — задумчиво произнесла девушка, глядя на дворецкую. — Сегодня вечером приготовьте мясные блюда из свинины. Нужно встретить дорогих гостей! — произнеся последние слова, госпожа улыбнулась, как демон. — Да, панночка! — женщина заметно оживилась и, поклонившись, добавила: — Я сейчас займусь этим вопросом, моя донна! — широкая кривая улыбка, появившаяся на лице Арины, свидетельствовала о том, что приём будет знатный. Время неумолимо шло к веселью, а дворецкая исчезла исполнять приказ. — Да, скоро будет весело! — проговорила девушка и от души расхохоталась на весь сад, неспешно шагая по садовой дорожке.       Смех панночки эхом рокотал по саду, заставив содрогнуться дворецких, которые обрезали кусты роз, от ужаса. — Готовимся к вечеру, — в унисон произнесли парни, придя в себя, и продолжили работать. — Дамир, ты так смотришь на панночку! — хитро улыбнувшись и не отвлекаясь от работы, произнёс светловолосый Самуил. — Самуил, ты действительно смутьян! Ты и сам на госпожу смотришь, глаз не отводишь! Да ты сам мечтаешь о ней! А те цветы, которые я нахожу под дверью? Красные и розовые розы! — надменным тоном, язвительно произнёс парень, на мгновение оторвавшись от обрезки розового куста. — Проклятый чернокнижник! — выругался Самуил и, сложив розы и лишние побеги в разные кучи, переместился на другой ряд розовых кустов — продолжил работу. — Что вы здесь устроили? Тоже мне, дворецкие! — Арина появилась из глубины сада и роз, глядя на ставших в линию парней надменным, ледяным взглядом. — Надейтесь, чтобы панночка не поймала вас на этом, иначе!.. В худшем случае вы должны помнить и не забывать!       Арина отвесила обоим дворецким пощёчины такой силы, что те пролетели несколько розовых рядов и приземлились у одной из яблонь. Дворецкие ловко встали на ноги и, поклонившись, выстроились в шеренгу. — Продолжить работу с розами, немедленно! — всё так же холодно, с некоторой злостью, громко произнесла дворецкая и, резко развернувшись, исчезла в глубине сада, как и появилась. Дамир и Самуил переглянулись и, отряхнув с себя листья и шипы цветов, продолжили работать.       Девушка растворилась в саду. Возле самой старой яблони она остановилась и провела рукой по шершавому стволу дерева. Воспоминания, дремавшие в самой глубине души, вспыхнули огнём. Девушка легла на траву и, закрыв глаза, позволила воспоминаниям окутать себя. Ни солнце, ни пение птиц в этот момент обладательнице длинных волос не было интересно. Воспоминания сменяли друг друга, как день сменяет ночь: вот хороводы девушек и парней, а вот девушки спускают венки на воду…       Словно течением реки времени, девушку уносило в прошлое, там, где она была счастлива и была семья, там, где было так тихо и хорошо. Слезы стекали ручьями из закрытых глаз панночки: всё, что было так дорого она потеряла в детстве. Не слышать ей больше родных песен и не водить хороводов.       Время пролетело незаметно, вечер окутал нежным бархатом сад. Кровавый закат освещал небосвод. Девушка так и лежала в раздумьях под яблоней. — Панночка! Панночка! — из омута воспоминаний девушку вернул крик женщины, которая трясла госпожу за плечи. — Очнитесь, панночка! — Арина, — медленно произнесла девушка, открывая глаза и поднимаясь с земли, держась за руку дворецкой. — Не кричи так, я не умерла! — Вот, — Арина вынула из нагрудного кармана фрака платок и аккуратно вытерла засохшие слёзы госпожи.       Поднявшись с земли с помощью дворецкой, девушка неспешно пошла к замку. — Панна, вы так тоскуете, что это может плохо сказаться на вашем здоровье и внешности, — осторожно произнесла дворецкая, поддерживая госпожу под руку и глядя ей в глаза. — Арина, тебе это будет трудно понять. Эти хороводы девушек, венки на воде со свечами. Пары, перепрыгивающие через костёр, — задумчиво произнесла панна, внимательно осматривая дворецкую. От воспоминаний у госпожи на лице появилась сияющая улыбка. — Вы правы, донна. — Арина отвела взгляд от госпожи. Казалось, что воспоминания панны что-то тронули в холодном сердце женщины.

***

      Девушка спала, но шум за окном заставил дворецких тенями проскользнуть в её комнату. Распахнув окно, они спустились на широкий выступ этажа. Заметив тени турецких следопытов и шпионов, дворецкие бесшумно спрыгнули на землю. — Мы же просили не нарушать тишину сада и сна! — в унисон произнесли слуги панночки, обращаясь к ночным гостям. — Кто они такие? — опешили лазутчики. Они даже не успели достать оружие, как были схвачены троицей.

***

      Утро наступило, и панночка проснулась. Стук в дверь немного озадачил девушку, которая уже оделась и заплетала себе косу. — Да, Арина, входи, — обернувшись на дверь, произнесла девушка, не отвлекаясь от работы с волосами. — Да, панночка, — её весёлый, но холодный тон успокоил госпожу. Дверь открылась и в комнату, толкая впереди себя пленника, вошла женщина. — Доброе утро, панночка! — дворецкая поклонилась ей, продолжая удерживать одной рукой пленного. — Так-так! Раз лазутчики здесь, значит Осман скоро будет тут! Так вот, что за кошки мне спать мешали! — зловещим холодным тоном произнесла девушка, глядя в глаза пленнику. — Где шехзаде́? — подойдя и наклонившись к мужчине, спросила госпожа, прожигая взглядом и внимательно всматриваясь в мимику его лица. — Откуда мне знать! — ехидно улыбнувшись и отводя глаза, ответил мужчина, стараясь не встречаться с хозяйкой замка взглядом.       Синие глаза-озёра девушки внимательно изучали длинный кафтан с широкими рукавами из однотонной муслиновой ткани, застёгнутый на пуговицы, полы которого были собраны сзади в широкие складки. Рубашку, феску, штаны и полусапоги. Кожаный пояс, окованный металлом, сверкал в лучах солнца. — Янычар! Как ты смеешь так разговаривать со мной? Ты лжёшь! — ледяным тоном произнесла девушка, в глазах которой плясал огонь ненависти и гнева. — Уведите его, немедленно! Держите турецких ищеек пока в подвале!       Арина и парни-дворецкие поклонились госпоже и исчезли вместе с пленником в коридорах замка. Девушка развернулась и подошла к окну. Распахнув его, она прислушалась к доносившимся из сада звукам. Лёгкий ветерок, играя портьерами, влетел в комнату, лаская длинные волосы хозяйки замка.       Девушка провела рукой по волосам и стала заплетать в одну косу. Подобрав волосы с пола и положив их на подоконник, продолжая плести косу, девушка, глядя вдаль, запела песню: — В чистом поле умирал, молодой казак, Шашкой был в бою сражен, прямо на скаку, Кровь рекою разлилась, на густой траве, Он победу подарил, своему врагу. Нет держаться больше сил, да смысла нет, Только жалость на душе, что так мало жил, Дома ждёт его жена, да старушка мать, Эх, напрасно ты казак, голову сложил. Никому теперь твоя, удаль не нужна, Кто ж теперь тебя запомнит, не один такой, Панихиду над тобой здесь не пропоют, Обвенчаешься сейчас, ты с сырой землёй. Тело превратится в прах, ветром разнесёт, И на прахе, на твоём, травы прорастут, Так закончился твой путь, не вернёшь назад, И цветы, там, где ты умер, вскоре зацветут…       Песня разлетелась по округе в звенящей тишине, дворецкие на мгновение оторвались от работы. Арина на минуту перестала готовить блюда и, внимательно вслушавшись в чарующее пение, услышала безграничную тоску и боль души панночки по родным краям. — Ничего, панночка, скоро всё образуется, — произнесла дворецкая и продолжила готовить. Далеко и глубоко в холодном сердце женщины, капая ядом, тепло топило лёд. Боль, смешанная с ядом тепла былых, давно забытых чувств, растекалась по крови.

***

      Первый этаж замка был разделён на две части, соединённый со вторым этажом одной широкой лестницей. В левом крыле замка были расположены кухня, подвал, чулан, душевая комната, мужская и женская уборная. В правом крыле замка было всего три комнаты: гостиная, рядом с которой расположилась не менее просторная бальная комната, комната отдыха для гостей разделила соседство с бальным залом и гостиной, которая объединяла два крыла и широкую лестницу, что вела на второй этаж к огромной прихожей, украшенной огромными картинами и зеркалами на стенах.       Просторная кухня со множеством шкафчиков, наполненных запасами, а также столовыми приборами и прочим, была обставлена столами с дверцами. У одной из стен была плита и рядом духовка, а в центре кухни стоял большой деревянный стол. На столе уже стояли всевозможные блюда, аккуратно сервированные и выложенные на тарелки. Свет освещал кухню из окна среднего размера, находившегося напротив большого стола, но не согревал ледяной деревянный пол. Кухня находилась в левом крыле на первом этаже замка.       Да, здесь господствовала Арина и парни-дворецкие. Но даже если мужчины готовили, то женщина не спускала с них глаз, напоминая о том, что кухня — это святая святых, а не лаборатория.       Надетый длинный фартук прекрасно спасал дворецкую от лишней работы. Женщина, засучив рукава, замешивала тесто для пирога.       На плите в небольшой кастрюле кипели груши, которые томились уже сутки на слабом огне. Иногда женщина оставляла тесто на доске с мукой и подходила к кастрюле, чтобы помешать золотисто-янтарного цвета дольки груш.