Я тебя отвоюю...

*** Со злостью ударила по рулю. Машина не завелась, а она уже опаздывала. В единственный выходной запланировала кучу дел и, кажется, теперь никуда не успеет. Терпеть не могла, когда опаздывают другие и ненавидела опаздывать сама. Несколько минут сидела, опустив голову на руль, нужно было сосредоточиться и спокойно попробовать завести еще раз. Когда подняла голову, опешила от наглости водителя, который за считанные минуты умудрился встать поперек дороги, полностью преградив ей путь. Не дав себе ни секунды на размышления, выбралась из машины. Была настолько зла, что было абсолютно наплевать на то, что силы явно не равны и этот упырь на крутой тачке мог спокойно сделать с ней все, что угодно, такие сейчас времена. Предельно вежливо постучала в затонированное стекло. Нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. — Ты идиот?! — не вопрос, скорее утверждение. — Я как, блять, теперь выезжать должна, по воздуху?! — Не ори! — сухо, без тени эмоций. — Не умеешь парковаться, твои проблемы. — Это я не умею парковаться?! — Заткнись! — даже не посмотрел в ее сторону Набрала в грудь побольше воздуха, дабы высказать этому хаму все, что она о нем думает. Было уже все равно, она всюду опоздала, но не успела произнести и слова. — Не груби девушке, — знакомый голос раздался, кажется с заднего сиденья. — Простите их, Ира, никакого чувства такта, — в миг оказался перед ней с неизменной улыбкой и традиционным букетом роз в руках. — Разрешите мне проехать, из-за вашей машины я всюду опоздала, — сжала кулачки. Почему-то не хотелось с ним ссориться, но при этом не могла простить нагло сорванных планов. — Опоздали вы из-за своей машины, по этой колымаге давно плачет свалка, сомневаюсь, что она еще сможет завестись. Я хочу сделать вам подарок, — загадочно улыбнулся, вручил ей цветы, и направился к своей машине. Заметно напряглась, мысленно решив отказаться, что бы там ни было. — Вот! — победно улыбнулся, вертя на пальце правой руки брелок с ключами от новенькой БМВ, которая с самого утра была припаркована во дворе. — Не хочу, чтобы вы опаздывали или попали в аварию, не дай Бог. С трудом удержалась от фразы: «Не произноси имя Господа всуе», ведь он совсем не был похож на верующего человека. Хотя, пожалуй, она бы не удивилась, узнав, что по воскресеньям он ходит в церковь замаливать грехи. А они у него, несомненно, большие, практически не сомневалась в роде его занятий. — Спасибо, но я не приму! — Почему? — подался чуть вперед. — Не хочу быть никому обязанной. Не хочу быть чьей-то дорогой игрушкой. Ухмыльнулся, правильно поняв ее мысль. Ко всем своим многочисленным женщинам относился, как к вещи. Вырвавшись из бедной юности, в которой не было места любви и нежным чувствам, начал активно эту любовь покупать. Пусть всего на один день, час, но была иллюзия любви и счастья. Увидев Ее, услышав этот голос с хрипотцой, впервые за много лет осознал, что его душа жаждет настоящих эмоций, большого взаимного чувства. Не знал, почему именно эта женщина возбудила в нем такие эмоции, казалось, она не вполне в его вкусе (терпеть не мог блондинок), но вместе с этим она казалась такой родной и знакомой. — Эта машина вас ни к чему не обязывает, все документы оформлены на вас, вы можете делать с ней все, что вам угодно. Мне всего лишь хотелось сделать для вас что-то приятное... — Чтобы после затащить в свою постель? — сама не поняла, почему прервала его вполне искреннюю речь столь резким вопросом. — Нет, чтобы воспользоваться положением и пригласить вас в ресторан. Ни к чему не обязывающий вас ужин в любом заведении, на ваше усмотрение. — Спасибо за цветы, но мне нужно идти, — старательно избегала его взгляда. Так хотелось ему поверить, но ошибки прошлого неустанно повторяли, что в сказки в ее возрасте верить уже поздновато. — Вы забыли ключи, — произнес вслед. Не обернулась, медленно шагая к подъездной двери, словно ждала, что он остановит. Напрягала слух, силясь услышать шум колес, отъезжающей машины. Не выдержала. Резко обернулась на звук хлопнувшей двери. — Подождите! Мне нужно сходить переодеться. Расплылся в улыбке, как ей показалось неподдельно искренней. *** Пила шестой по счету бокал и болтала без умолку. Отпустила себя в этот вечер, наплевав на все и вся. Внимательно слушал, к алкоголю практически не притрагивался, но, как и в вечер их первой встречи много курил. — Мне почему-то твой голос кажется знакомым, — задумчиво произнес, впервые за этот вечер позволив себе перебить ее. — Почти три года я пела в одном коллективе, у нас даже были гастроли, — ухмыльнулась при воспоминании о тех сараях и мало отапливаемых амбарах, в которых приходилось выступать. — Может ты слышал нас в каком-нибудь захолустье. — Почему ушла из коллектива, в ресторане лучше? — Муж мечтал сделать из меня хорошую жену, которая будет сидеть дома, варить борщи, нянчить детей. В общем, он мечтал о нормальной человеческой семье. А я мечтала о большой сцене, белом рояле, за которым будет сидеть композитор, который пишет музыку специально для меня, о восторженных взглядах зрителей. А потом наш гитарист предложил заменить певицу на пару вечеров, так получилось, что вечера затянулись на пару лет, — грустно улыбнулась, подперев голову рукой. — У тебя все еще впереди! *** Зашел в тихий, и казалось, пустой дом. Знал, что впечатление обманчиво. Отчетливо слышался запах алкоголя, а значит, Анька снова напилась. Сказал сегодня Ирине, что разводится. Сказал просто так, чтобы ее не напрягал штамп в его паспорте, но сейчас задумался всерьез. Вышел на балкон в одной рубашке, не боясь простудиться. В кармане позвякивали ключи от машины, которые она так и не взяла. Завтра Ира найдет эти ключи в своем почтовом ящике, и обязательно рассердится, почему-то он был в этом уверен. Благодаря своему авторитету и большим деньгам многое о ней знал, правильнее было бы даже сказать, что знал все. Все, кроме ее души, дверь в которую она сегодня для него приоткрыла. Больше не сомневался в своих чувствах — он влюбился! — О, муж пришел, — пьяный взгляд с трудом сфокусировался на его лице. — Спать иди! — А чего ты один? Твоя певичка тебе отказала? И правильно сделала, — рассмеялась. — Гришенька, ты нас познакомь, я ей расскажу, какая ты мразь, — хотела облокотиться на дверной косяк, но промахнулась и чуть не упала. Дернул за руку, расплескав содержимое бокала себе на рубашку. Резко прижал к стене, несильно ударив затылком. Рука с силой сжалась на тонкой шее. — Скажешь ей хоть слово, убью! Поняла меня? — отпустил лишь, когда попыталась кивнуть. Закашлявшись, опустилась на пол, обхватив ладонями шею, на которой теперь явно останутся синяки. — Пошла вон! Еще раз пьяной увижу, пеняй на себя. Быстро собрала осколки разбившегося бокала и поспешила скрыться. Знала, что его угрозы — это не просто слова. Однажды стала случайным свидетелем убийства человека, который попытался пролезть к ним в дом. Сначала незадачливого вора долго пытали его «цепные псы», будучи уверенными, что парень пришел по душу их хозяина. Не получив сведений о заказчике, избили до полусмерти и отдали собакам на растерзание. А ведь это был простой дачный воришка. С той страшной ночи не могла спать, не влив в себя пару-тройку бутылок алкоголя.