Шифр Короля

По прибытии обратно во дворец наследный принц Имра первым делом был отправлен к седовласому лекарю, который, осмотрев ранение, убедительно оповестил всех о том, что жизни принца ничего не угрожает и даже шрама впоследствии не останется. Эта новость и так была осознаваема, однако Чимин успокоился исключительно после слов специалиста. В лечебнице он не остался, дабы не мешать своим присутствием, а потому в данный момент просто прогуливался по дворцу. Он старался привести мысли в порядок, а также надеялся на встречу с Ёной. Разговора с другим механиком он себе даже не представлял никогда. Ему хотелось узнать что-то новое о своей магии, но при этом парень не был уверен, что сможет спокойно смотреть в чужие глаза и не вспоминать о травмах Чонгука. Пусть их бой был честным, Ёна тоже получила ушибы, но эмоции никак не хотели утихать. — Чимин, могу ли присоединиться к вашим думам? Королева подошла столь тихо, что застала юношу врасплох. Он вздрогнул, оборачиваясь. Триф миролюбиво улыбалась. — Ваше Величество, — механик поклонился. — Конечно. Простите, что был так непочтителен и груб ранее. Я не должен был столь вульгарно вести себя с вами. — Я не держу на вас зла и понимаю ваши чувства, когда дорогие люди находятся в опасности, мы думаем лишь о них. — Взор женщины уловил едва заметную алость на кончиках чужих ушей, однако об этом она тактично промолчала. — За нас говорит не разум, а эмоции. Спорить со словами Королевы Чимин не стал, впрочем, как и выдерживать долгую паузу. Он ответил ей кивком головы, а после поинтересовался: — Могу ли я осмелиться задать вам вопрос, Ваше Величество? — Какой же? — Как вы думаете, Чонгук… он был бы хорошим королем? Триф не поменялась в лице, словно ожидая подобного. — Это трудный вопрос, чужая душа порой так изменчива и непредсказуема. Я не могу дать этому прогноз, но в состоянии описать свои собственные чувства. — Она повернулась к большому окну, рассматривая голубое небо. — Думаю, Его Высочество родился раньше своего времени. — Простите? Я не понимаю… — Король, действительно думающий о своем народе. Принц, готовый отдать трон другому из-за убеждений в том, что устоявшиеся догмы пестрят беспочвенной несправедливостью. Слышали ли вы о таких чудесах? — Она лукаво улыбнулась, бросив взгляд на механика. — Сын великого Королевства, способный одним лишь жестом уничтожить маленькую Сандонию за проявление моей гордости. Человек, получивший раны, но не оставивший их на чужом теле, как клеймо для потехи и горьких воспоминаний. Его Высочество мог с легкостью возразить мне, он имел на это полное право, но согласился принять себя в стенах этого дворца как человека ниже меня по статусу. Он не нанес Ёне последний удар, как делают многие ради мнимого самоудовлетворения и бахвальства. Пусть ее магия была лишь частичной причиной его травм, он мог так поступить, однако беспрекословно отпустил, даже не усомнившись в этом решении. Он человек слова и своих убеждений. Такие короли не существовали, поэтому мне так сложно ответить на ваш вопрос. Я сама полна гордыни, и мои ногти сточены от того, как сильно я держусь за свое место. Чимин опустил взгляд в пол. Слова Королевы подтверждали его собственные мысли. — Он не желает этого. Его убеждения слишком сильны. — Ветер тоже не подчиняется чужим законам, но порой и ему приходится менять направление. Чимин лишь на секунду встретился взглядом с Триф, но тут же его отвел, словно обжегшись. В ее словах было много метафор, но он уловил смысл. Мог ли он сравнить Чонгука с ветром? Тот слишком сильно напоминал непоколебимую скалу. — Вижу, вас уже подлатали. Произнесенные королевой слова предназначались не Чимину, а потому юноша поспешил посмотреть в сторону раздавшегося от неспешных шагов звука. — Да, Ваше Величество. — Чонгук вежливо поклонился, на что в ответ получил просьбу не утруждать себя подобными формальностями в таком состоянии. — Простите, что доставил хлопот вашему лекарю и отнял ваше личное время. — Ну что вы, пока вы в Сандонии, любые ваши радости и печали — моя забота. — Насчет этого, — Чонгук позволил Чимину вновь себя поддержать, опустив руку на его плечо. — Ваше Величество, могу ли я попросить вас об услуге? — Какого рода? — С самого начала наш путь лежал через Сандонию в Айравию. Помимо моего самовольного желания просить поддержки для брата, я нуждаюсь в вашей помощи, чтобы попасть в Небесное Королевство. Могу ли я просить у вас дирижабль? — Ох, — женщина вздохнула. — Поверьте, я не мешкая согласилась бы предоставить вам летательный аппарат, но в Сандонии таковых нет. — Нет? — в один голос озвучили свое разочарование гости солнечного королевства. — К сожалению, хоть Сандония и граничит с Айравией, за последние двадцать лет, после заключения договорного брака между нашими королевствами, никто не летал в Айравию. Такая надобность просто отпала. Чимин с Чонгуком переглянулись, понимая друг друга без слов. Они проделал такой путь, а это оказалось… лишь тратой времени. Разочарование и растерянность отразились в их молчании. — Не нужно так печалиться, — поспешила облегчить чужие думы королева. — У вас ведь еще есть время до коронации. Отправляйтесь в Нитнайтию. Там вы, бесспорно, получите то, что ищете. — Нитнайтия? — переспросил Чонгук. — Почему? — Кажется, вы и правда не собирались становиться королем, если не знаете об этом Королевстве. — Триф скрыла улыбку за ладонью. — Нитнайтия — механическое королевство, и вы непременно найдете там то, что поможет вам подняться к небесам. — Это чудо какое-то! Я действительно не знал этого. — От радости Чонгук невольно прижал Чимина ближе к себе. Тот хотел было начать ругать парня за его пустую голову, но как-то сразу же стих. — Тогда нам стоит скорее выдвинуться в путь. — Вы собрались идти по пустыне пешком? — удивилась Королева. — Ваш энтузиазм не перестает поражать, однако позвольте мне лично убедиться, что вы доберетесь в целости и сохранности. — Замешательство гостей ее отчасти веселило. — Воспользуйтесь подземным поездом.

***

Выезжать из Королевства парни решили уже вечером. Чонгук, хоть и порывался скорее продолжить путь, был быстро осажден Чимином, заставившим его поесть и вздремнуть для восстановления сил. Возмущаться было себе дороже, так что принц послушался. Королева Триф, которая лично захотела проводить странников в путь, ждала их в пустыне после захода солнца. Ожидание ее было недолгим, так как вырвавшийся из-под опеки принц прибыл на место с последними лучами. За ним, естественно, последовал и Чимин. — Не выразить словами, как я благодарен вам за помощь, — вежливо склонился Чонгук перед повелительницей пустыни. — Надеюсь, сия наша встреча не была последней. — Вы уже отказали мне, принц, не обольщайтесь. — Триф подыграла официальным словам, вызвав у Чонгука улыбку. — Я прибуду на коронацию в Имр. Вашему брату, скорее всего, понадобится поддержка. — Так вы… — Я не делаю это ради вас, принц, вы ведь не стали выполнять условия сделки, однако поступлю так по своему личному желанию. — В глазах ее разыгрывалось лукавство. — Если вам удастся заручиться поддержкой других королевств, я не стану препятствовать и поддержу Его Высочество Хосока. — Моя Королева, — на этот раз Чонгук поклонился без капли игривости. Он был искренне благодарен. Триф лишь улыбнулась, а после попросила молодых людей отойти немного подальше. Впервые, как Чимин, так и Чонгук, лицезрели настоящую магию песка. Золотистые волны раскатывались в стороны, образуя длинный проход одним лишь велением чужой руки. Песчинки блестели в воздухе сверкающим дождем, а дрожь разверзающейся земли ощущалась во всем теле. Даже когда Триф опустила руку, а последние клубы пыли легли обратно на землю, не задев защищенных чужой магией людей, грохот не прекратился. Из широкой расщелины, созданной Королевой, выехал поезд. Он возник из-под земли и вызвал восхищенные вздохи. Кажется, даже стражники, охраняющие Ее Величество, не смогли сдержать своих удивленных голосов. — Он доставит вас к границе Нитнайтии, — оповестила Триф. — Поднимайтесь. Дверь поезда приглашающе распахнулась. — Чимин, пойдем, — произнес Чонгук. — Ваше Величество, пожалуйста, если вас не затруднит, передайте Ёне, что мое сердце не держит на нее зла и ей не нужно избегать меня. — Она знает, Ваше Высочество. Просто дайте ей время, как стражу с задетой гордостью. Королева дождалась, когда юноша скроется в салоне вагона, чтобы задержать окликом Чимина, что собирался уже схватиться за поручень и подняться следом. — Я посчитала нужным сообщить вам, что не стала бы заставлять жениться на себе принца Чонгука, даже согласись он на мое предложение. — В каком смысле, Ваше Величество?.. — В самом прямом. Моя проверка была не более чем игривым желанием выяснить, на что готов пойти Его Высочество ради брата. И хоть согласие пожертвовать личной жизнью не равноценно отчаянному кровавому сражению, исход был бы одинаков. К тому же, я не столь меркантильна и стервозна, чтобы забирать любимого человека у другого своей выгоды ради. Особенно у человека, готового столь рьяно спорить с Королевой. — Любимого?.. — Чимин невольно опустил взгляд. — Не понимаю, о чем вы. — Просто считайте, что я говорю это вам, дабы не слыть корыстной особой. Доброго вам пути. Чимин быстро сглотнул и поспешил подняться, напоследок не забыв вежливо поклониться. Поезд пришел в движение практически сразу же, как только за Чимином закрылась дверь. — Да выберут Боги достойнейшего Короля. Фраза, произнесенная столь тихо, была иллюзорна подобно миражу в пустыне. Ее забрал с собой ветер и похоронил в клубах пыли, поднятых колесами быстрого поезда, что удалялся все дальше и дальше от сердца Сандонии к новой неизведанности.

***

Поезд двигался по заданному ему направлению, словно одинокий корабль в золотых водах пустыни. Слышался мерный стук колес, вызывающий одновременно умиротворение и любопытство. Не было рельсов, не было даже дороги. Поезд, движимый магией Ёны и подгоняемый песчаной магией Триф, направлялся по своему собственному пути. Чонгук с Чимином расположились в главном вагоне, сразу же отмечая сходство дизайна с замком Сандонии. Стены были отделаны деревом, а пол — мрамором. Через окошко можно было увидеть пустыню и звездное небо в данный момент. Были тут и кожные кресла и небольшие столики, даже пианино заняло свое собственное место в общем интерьере. Несколько ваз, чайный сервиз, а также отсчитывающие время часы пусть и были лишь маленькими элементами, но целостно завершали весь вид. Чонгук занял место у окна, предпочитая видеть, куда они двигаются, и контролировать процесс, пусть даже не принимая в нем участия. Чимин расположился напротив юноши, будучи до сих пор смущенным словами Королевы. Не то чтобы они не укладывались в его голове, скорее, он не мог их правильно трактовать. Без сомнения, Чонгук был ему симпатичен, но разве может такой человек быть в принципе кому-то противен? Он силен духом и телом; умен, но при этом не боится показать себя с нелепой стороны. Он добр, справедлив и честен. Предан и невероятно справедлив. Чимин читал о подобных принцу героях, но не мог и предположить, что встретит оного в своей жизни. Так что да, без сомнений, симпатия была, однако ее ли имела в виду Королева Песка? — Чимин, что-то случилось? Ты с начала пути молчишь, — поинтересовался заметивший чужую отстраненность огневик. — Я в порядке, — отмахнулся от мыслей Чимин. — У тебя рана заныла? Хочешь поесть? Отдохнуть? — Ты как нянька из дворца, что за мной всю жизнь приглядывала. — Парень рассмеялся. — Ничего я не хочу, просто немного поговорить, чтобы скоротать время. Чимин слегка улыбнулся, пожав плечами. Была в нем такая всеопекающая черта. — О чем же? — Ты не скучаешь по дому? — Неожиданный вопрос. — Механик сел поудобнее. — Однако не могу ответить тебе со стопроцентной уверенностью. Конечно, отчасти я чувствую желание вновь оказаться дома, но оно не настолько сильно, чтобы ностальгировать или хныкать о том, чтобы вернуться назад. Мне нравится путешествовать, я действительно это прочувствовал и не отказываюсь от своих слов. Эмоции, что я получаю, заряжают меня и не дают скучать по дому. Новые впечатления преобладают. — Ох, — Чонгук облегченно выдохнул. — Я так рад это слышать. Больше всего меня волновали твои чувства. — Мои чувства? — Конечно. С начала нашей встречи и до сих пор ты ни разу не упрекнул меня в том, что я буквально заставил тебя оставить дом. Ни разу не сказал мне о том, что тоскуешь. Меня это волновало, мне важно, чтобы ты честно говорил о своих переживаниях. — Меня все устраивает, Чонгук, правда. Это ты, скорее, полон мыслей и волнений. — Серьезно? — Не спрашивай, если и сам все понимаешь. — Чимин скрестил руки на груди. — Ты покинул дом, чтобы помочь своему брату. Ради него ты рискуешь и двигаешься вперед. Не знаешь, что тебя ждет, но все равно свято веришь в свои убеждения. Ты не сдаешься. Однако, одно дело рвать землю зубами ради себя самого, и совсем другое — ради кого-то. То, что чувствуешь ты — знаешь только ты, я могу лишь строить догадки и предполагать, что о доме ты думаешь поболе моего. Чонгук неловко улыбнулся, почесав кончик своего носа. — Не могу не думать. Коронация несведущим людям кажется праздником, веселой забавой и торжеством, на котором можно опрокинуть кружечку-другую, однако для народа Имра — это большая перемена. В Королевстве сейчас затаившиеся волнение и страх. За дежурными улыбками — беспокойство и нервозность. Люди будто сидят в пороховой бочке, а мой брат оказался на самой ее верхушке. Я знаю, что она не рванет, простой люд просто не осмелится выступить против королевской семьи, но это чувство беспокойства так легко не унять. Я будто бросил их в самый шаткий момент и могу лишь молиться, чтобы фитиль так и оставался не зажженным. — Ты чувствуешь ответственность. — Можно сказать и так. — Чонгук, ты… — Если ты сейчас скажешь, что я говорю как король, то, пожалуйста, не начинай. Это просто мои чувства, выраженные в словах. Чимин потупил взгляд. — Прости. Я тоже сужу по тому, что вижу, а передо мной сейчас ты. — Все в порядке. — Чонгук спокойно качнул головой. — Постепенно люди привыкнут к моему брату так же, как ты ко мне. — Да… наверное. — Чимин задумчиво прикусил себе губу. Продолжать диалог принц не стал, из-за чего в вагоне вновь повисла тишина. Не напрягающая, но заставляющая механика все больше желать произнести то, о чем он думал уже какое-то время. В голове это звучало просто, но язык будто прирос к нёбу, не позволяя вынести слова на свет. — Чонгук… — позвал Чимин так тихо, что первым окликом даже не смог привлечь чужое внимание. — Чонгук. — М? — Я хотел спросить. — Что такое, Чимин? Ты шепчешь, я плохо тебя слышу. Механик опустил голову, из-за чего уловить суть вопроса Чонгуку стало еще сложнее. Парень поднялся со своего места и присел на корточки перед говорящим, положив ладони на подлокотники его кресла. — Из-за стука колес я совсем не могу тебя расслышать. — Он улыбнулся, поднимая взгляд вверх. — Говори. Смущенный Чимин нахмурился, но повторил: — Предложение Королевы, почему ты от него отказался? — Ты о женитьбе на ней? — Да. — Так я же ответил, когда отказал ей. Лишать человека возможности любить из-за выгодного политического союза… не считаю это правильным. — Даже ради брата? — Чимин поджал губы. — Ты же на всё ради него готов был пойти, а тут отступил и мог лишиться поддержки одного из королевств. — Ты мне пытаешься намекнуть, что мне нужно было согласиться? — Чонгук непонимающе изогнул бровь. — Или просто саркастично подчеркиваешь мое уважение к старшему брату? — Чимин промолчал, однако ответа принц не требовал. — Поверь мне, я знаю, что делаю. Я не бездумно следую каким-то своим изощренным желаниям. С точки зрения Королевы, да, ей этот союз был бы очень выгоден, но что насчет меня самого? Я люблю народ Имра, я верю в своего брата, но готов ли я пожертвовать собственным счастьем в ситуации, не требующей столь кардинальных решений? — Ладонь Чонгука аккуратно накрыла ладонь Чимина. — Понимаешь меня? — А если бы такая ситуация наступила? Если бы судьба твоего брата зависела именно от этого решения? — От моей женитьбы? — Гук рассмеялся, но Чимин выжидающе продолжал смотреть на него, поэтому парень вынужденно пожал плечами. — Затрудняюсь ответить. — Чонгук… ты пытаешься сделать своего брата королем, так, может быть, это ему нужно думать о таком? — Чимин? — Ты хочешь, чтобы справедливость восторжествовала, и твоего брата судили по способностям, соответствующим королю, а не по крови. Ради этого ты идешь на край света, ради этого проливаешь свою кровь. Говоришь, что думаешь о собственном счастье, но не можешь уверенно заявить, что сохранил бы его в ситуации, требующей от тебя радикальных мер. — Чимин убрал чужую руку от себя. — Почему о таких вещах думаешь ты, а не твой брат? Он вообще знает, на что ты идешь ради его места под солнцем? Почему его не страшит то, что он может не стать Королем? Ему все равно, или он просто знает, что ты принесешь ему все на серебряном блюдечке? Несмотря на то, что Чимин старался говорить спокойно, вены на его лбу заметно вздулись. Чонгук мог на это лишь вздохнуть. — Чимин, ты так разгорячился из-за темы женитьбы и моего счастья? Я ведь просил тебя… — Мне надоело слышать одно и то же. — Пак поднялся чересчур резко, заставив этим отпрянуть Гука в сторону. — Ты просил меня говорить тебе о своих чувствах. Просил делиться, вот я и высказываю свое мнение. Думаю, периодически твои мозги стоит встряхивать, пока ради брата, который наверняка спокойно попивает во дворце чаек, ты не отдал их кому-то еще. — Чимин прошел к двери, ведущей к другому вагону, но напоследок обернулся. — Заступаясь за чужую гордость, старайся не забывать о своей собственной. Дверь неспешно отъехала в сторону, чтобы после с грохотом захлопнуться, будто показательно продемонстрировав тем самым всё бушующее внутри механика недовольство. — Что же, это было поучительно, — произнес Чонгук, уперевшись локтем в сидение Чиминовского кресла. — Отчего-то хочется верить, что так он печется обо мне, а не политической стороне Имра. Поднявшись на ноги, молодой человек подошел к окну. За ним уже светлело, и песочное море окрашивалось в золото. — Лучше бы ты просто ревновал, — выдох отразился на окне мутным пятном. — Я не был бы против.

***

Поезд продолжал безостановочно везти своих пассажиров до пункта назначения. Пейзаж не менялся, разве что солнце уже пекло в зените. Чонгук не беспокоил Чимина, который после их небольшой стычки заснул в другом вагоне, более того, сам механик не стал играть в обиженку и появился перед Чонгуком в тот момент, когда поезд стал заметно снижать скорость, а граница между королевствами осталась позади. Зрительно она никак не выделялась, да и пустыня продолжала окружать со всех сторон, однако кое-что все-таки стало ощущаться по-другому. Воздух. Чем ближе поезд подъезжал к Нитнайтии, тем сильнее улавливались маслянистые запахи. Первым это отчетливо почуял Чимин. — Я чувствую металл, — произнес он, когда они с Чонгуком вышли наружу, чтобы увидеть вдалеке новое для них Королевство. — Масло и дым. Ни с чем не перепутаю эти запахи. — Хочешь сказать, их там настолько много, что они доносятся даже до нас? — Да. Не знаю, что из себя представляет Нитнайтия, но если судить по запаху, то там должно быть очень и очень много механики. Было трудно определить, сколько еще времени понадобится для прибытия в Королевство, поэтому молодые люди заранее позавтракали и успели переодеться в приготовленную одежду, распоряжение о которой отдала сама Королева Триф еще в Сандонии. Без сомнения, вкус у Ее Величества был искусный, однако выбор теплого одеяния удивил обоих. По расположению Нитнайтия была защищена горами с одной стороны, но большая часть площади всё равно оставалась жаркой пустыней, а потому плотная ткань вместо легкой вызвала недоумение. Чимин получил фиолетового цвета костюм в мелкую крапинку и белую рубашку. К рукавам пиджака был пришит искусственный мех, из-за чего и без того небольшие ладони механика буквально исчезали из виду, стоило ему лишь слегка поджать пальцы. Чонгук отделался обычным строгим черным костюмом и галстуком-бабочкой с длинными концами ленты. Звуки, настигшие их в момент изучения карты, четко оповестили о том, что они практически на месте. Поезд стал ощутимее снижать скорость, а любопытствующие путешественники поспешили выглянуть из окон. — Ничего себе… — вырвалось из Чимина. — Если бы только мы знали… — Мне действительно стоило лучше изучать историю близлежащих королевств, — несколько виновато отозвался Чонгук. Нитнайтия отличалась от всех королевств. Даже не зная, что ждет в Айравии, оба парня были уверены, что Нитнайтия — это совершенно отдельный кусочек, не схожий ни с каким другим. Привыкшие к природным королевствам, странники никак не ожидали увидеть… подобного. Уже издалека было видно, что Нитнайтия полностью состоит из абсолютно сюрреалистичных домов, целиком сделанных из металла. Из многих валил дым, густыми облаками взмываясь в воздух, но не рассеиваясь по сторонам, а бесследно исчезая каким-то необъяснимым образом. Чимин, откровенно пораженный этим, засуетился, поспешно проверяя сумку со сферами, боясь забыть что-то важное в вагоне. Видеть его настолько оживленным было приятно, однако, в отличие от взбудораженного механика, Чонгук уловил внутри себя необъяснимую тревогу. Не сказать, что парень так уж сильно верил в «шестое чувство», однако другого объяснения своему дискомфорту не находил. Искренне хотелось оградить Чимина от этого Королевства и придумать какой-то другой способ, чтобы попасть в Айравию, но… наверное, глупо делать такие необоснованные предположения из ничего, так что посвящать Чимина в свои мысли Чонгук не стал.

***

Поезд остановился прямо у главных ворот в Королевство, доставив пассажиров в полной безопасности, а стоило им только спуститься и пройти немного вперед, как колеса вновь тронулись, и поезд магическим велением своего механика отправился в обратный путь. Перед двумя странниками раскрылся новый, невиданный доселе мир, словно перевернутый с ног на голову для привыкших к исконно природным богатствам. В Нитайтии не было ни капли зелени, вообще ни одного дерева или даже маленького затхлого кустика. Все дороги были сделаны из камня, являющимся, наверное, единственным природным материалом во всем Королевстве. Большие железные трубы, металлические витиеватые лестницы, длинные цилиндрической формы дома с непонятными шарообразными верхушками, являющимися чем-то вроде крыши и обзорного этажа одновременно. Некоторые дома были настолько высокими, что мосты, служащие в Нитнайтии различными путями и «дорогами» к другим строениям, располагались на разных уровнях высоты. Вопрос об одежде также отпал, стоило только Чимину с Чонгуком очутиться среди всего этого механического водоворота. В Нитнайтии было холодно. Действительно очень холодно. Высокие дома, расположенные плотно друг к другу, практически закрывали собой небо, лишая солнечных лучей. В самом низу, на «первом» ярусе, было холоднее всего из-за теней, что полностью укрывали собой улицы, будто непробиваемым куполом. Лампы с зеленоватым светом работали без перерыва, не позволяя погрузиться городу в темноту, но от их вида становилось лишь холоднее. Из многих труб, в том числе и домов, валил густой дым, однако он не был тяжелым и, скорее, походил на пар, не причиняющий вреда и позволяющий спокойно дышать. Жизнь в Нитнайтии кипела и бурлила, звенела и трещала, двигалась зацикленной шестеренкой. На первый взгляд Королевство действительно выглядело холодным и мрачным, но стоило лишь приглядеться — и можно было заметить красоту в этом механическом царстве. Люди не были лишены солнца, большая часть жилых домов располагалась на верхних ярусах, к которым спокойно можно было попасть на лифтах или мостах. Дым не забивал легкие, воздух оставался чистым, пусть и наполненным нотками металла. И везде, абсолютно везде, были роботы. Маленькие и большие, разных форм и размеров, с разными предназначениями и задачами. От всего этого вида у Чимина закружилась голова, из-за чего парню пришлось сжать пальцами плотную ткань пиджака Чонгука. Это действие моментально заставило принца остановиться и взволновано спросить: — Чимин, тебе нехорошо? Присядем? — Нет-нет, я в порядке. — Он сглотнул. — Просто поражен… этим. Над их головами пролетели большие механические птицы, заставив механика в очередной раз выдохнуть. — Я впервые в своей жизни вижу такое количество управляемой кем-то механики. Чонгук, это без сомнения магия, но я просто не представляю, столько людей должно стоять за всем этим, чтобы поддерживать жизнь целого Королевства. — Хочешь, узнаем? — Как? Чонгук указал в сторону стоящего на посту патрульного. Тот не обращал внимания на выделяющихся в толпе странников до того момента, пока они сами к нему не подошли. — Доброго дня, — вежливо поздоровался Чонгук. — И вам доброго, господин. — Простите, что отвлекаем от работы, но любопытство нас просто съедает. Можем ли мы задать вопрос о вашем Королевстве? — Чонгук выждал паузу и продолжил, когда патрульный кивнул. — Верно ли мое предположение, что в вашем Королевстве есть механики? — Вы прибыли недавно? — поинтересовался мужчина, и на лице его появилась понимающая улыбка. — Ваше любопытство естественно. Не многие посещают Нитнайтию, но те, кто тут бывает, не могут не задаваться вопросами. Отвечая на ваш, что же, вы отчасти правы. Только в Королевстве лишь один механик — наш Король. — Король? — Чимин шагнул вперед, его ладони заметно дрожали. Внутри него сейчас бушевали эмоции. — Вы хотите сказать, что все… все здесь — это его магия? Его одного? — Совершенно верно. Весь город держится на силе Его Величества Юнги. — Невероятно… Чимин опустил взгляд вниз, затем поднял его вновь и принялся осматриваться по сторонам, будто бы в чем-то удостоверяясь. Чонгук, нахмуренно наблюдающий за ним, коротко поблагодарил вежливого патрульного, после чего аккуратно подтолкнул механика в спину, заставив двигаться дальше. Какое-то время Чимин молчал, однако надолго его не хватило, и он откровенно поделился распирающими его эмоциями: — Мне хочется встретиться с Королем Нитнайтии. — Он тебя заметно впечатлил. — А как иначе? Я так и не сумел поговорить с Ёной, думал, что упустил единственный шанс, но оказалось, что все к лучшему, и на моем пути появилась возможность поговорить с настоящим мастером своего дела. Гук на это тихо фыркнул, пожав плечами. Чимина, впрочем, было не остановить. — Я не понимаю, почему об этом месте так мало информации. Просто не могу поверить в это, разве то, что Король Нитнайтии — механик, уже не делает его невероятным человеком в глазах других Королевств? — Отчасти ты прав, но также и ошибаешься. Как я и говорил тебе раньше, сам я плохо изучал историю, оставляя политику и основы других государств брату, однако не все уроки прошли мимо меня. До сих пор я не имел представления о том, кто является здесь руководствующим звеном, но даже после выяснения этого понимаю, что это ни на что не влияет, и Нитнайтия все так же остается малозначимым Королевством. — Почему?.. Чонгук задумчиво проскользил взглядом по окружающей обстановке. — Нитнайтия придерживается нейтралитета и молчит о себе, несмотря на то, что находится под руководством механического мага. Рассказать о себе было бы выгодно такому Королю, но он почему-то этого не делает, и этому явно есть причина. Скорее всего, думаю, он истощен подпиткой целого Королевства, а потому вмешиваться в политические игры за главенствующие роли среди королевств не собирается, оставаясь в тени нейтралитета. Проще говоря, есть Нитнайтия или нет, это никак не влияет на Королевство вроде Имра. — М-м-м, — задумчиво протянул Чимин после речи своего спутника. — Так значит, если нет волнений, то и опасаться нечего? — Я не это имел в виду, каждая ситуация рассматривается под разными углами. Я просто объяснил, почему информация о Нитнайтии крайне поверхностна. — Он щелкнул пальцами. — Точно, именно так. Чонгук остановился, и Чимину тоже пришлось замереть на месте. — Что такое? — Мы здесь исключительно ради дирижабля. Нам даже в замок не нужно, я уверен, что в таком Королевстве летальные аппараты продаются, как буханка хлеба, и мы без проблем его приобретем. — Подожди, ты не хочешь поговорить с Королем? — не понял механик. — Это же шанс для укрепления позиции твоего брата. — Нет-нет, — Гук отмахнулся. — Это не обязательно, совершенно. Голос Короля Нитнайтии вообще никак не повлияет на ситуацию, самое важное — это Айравия. — Почему мне кажется, что ты негативно настроен? — Чимин скрестил руки на груди, непонимающе склоняя голову набок. — Король есть Король, пусть и маленького государства. Откуда вдруг предвзятость в твоих словах? — Все не так. — Принц неловко провел ладонью себе по шее, дипломатично попытавшись перейти на другую тему. — Кстати, еще раз, молчи о своих способностях. Ты не должен раскрывать, кто ты. — Мне не кажется это возможным в городе, где абсолютно все построено на механике. — Пока ты не проявляешь магию, все остается под контролем, поэтому, пожалуйста, будь предельно аккуратен. — Как скажешь. Чимин послушно опустил руки. Сумка и передатчик все равно были у Чонгука, так что он ничего толком не смог бы сделать, даже сильно того захотев. За разговорами парни дошли до центра города, где народу стало еще больше, причем как людей, так и роботов. И чем больше на глаза Чимину попадалось механических созданий, тем сильнее он хмурился и задумывался. Его что-то заметно смущало, но что именно, он пока описать не мог. — Чимин, тут продуктовый магазин, — произнес Чонгук, задерживая Чимина касанием к его плечу. — Подождешь меня, пожалуйста, я сбегаю и куплю что-нибудь нам на обед. — Мне пойти с тобой? — Не нужно, я быстро. Просто не уходи далеко. — Ладно. Чонгук действительно сразу же направился быстрым шагом в сторону магазина, чтобы сократить время ожидания Чимина до минимума, а тот в свою очередь прислонился спиной к стене здания, наблюдая за играющими лучами солнца где-то там далеко-далеко наверху. Чимину действительно хотелось попасть на верхние ярусы, чтобы оглядеть Нитнайтию с высоты птичьего полета. Наверняка там очень красиво, и эти сюрреалистичные дома будут смотреться иначе в ярком свете под чистым голубым небом. А еще ему хотелось увидеть замок, потому что отсюда его не разглядеть. Наверняка он такой же интересный и необычный, как все вокруг. — И чего это с ним?.. — тихо буркнул механик себе под нос, кидая взгляд в ту сторону, в которой скрылся принц. — Словно его в шею кто-то гонит. Чимин невольно вздохнул, однако его печальные думы быстро сошли на нет из-за чужого плача, раздавшегося совсем рядом. Вперемешку со всхлипами он звучал тихо, поэтому спешащие по делам люди его не слышали. Механик отстранился от стены и прислушался внимательнее. Звук шел сбоку, из-за металлической трубы, что уходила под землю, а начиналась где-то далеко за пределами поля зрения. Именно к ней Чимин и поспешил. В своих предположениях парень не ошибся и уже вскоре убедился в этом. — Привет, — дружелюбно произнес механик, касаясь ладонью трубы в месте ее изгиба и слегка наклоняясь. — Почему ты плачешь здесь в одиночестве? Юноша говорил спокойно и мягко, стараясь не напугать и без того расстроенного ребенка. Если говорить точнее, то девочку лет восьми, не больше. Ее длинные волосы были красиво причесаны, а опрятная зеленая кофточка и теплое пальто давали понять, что малышка, к счастью, растет в любящей семье. — Кто вы?.. — раздался ее дрожащий голосок, она шмыгнула. — Меня зовут Чимин, я услышал, что ты плачешь. Ты можешь рассказать, почему? Или это твой секрет? Девочка покачала головой и слегка поменяла позу, позволяя Чимину увидеть на ее коленях робота-щенка. — О… он сломался. Мой Тани с… с… сломался. Девочка быстро смахнула ладошкой слезы, видимо, боясь, что капли попадут на щенка и еще больше его поломают. Механик присел, посмотрев на маленькое механическое создание. Глазки щенка были темными, а тело — обездвиженным, однако тот был не сломан. Неоднократно уже Чимин видел такое и мог безошибочно определить, насколько серьезна поломка. — Я могу починить его, — произнес он, заставив ребенка тут же посмотреть на него. — Вы… можете? — Если ты не против мне его доверить. — Ничуть! Пожалуйста, только спасите Тани! Чимин кивнул, доставая из кармана брюк запасной передатчик, который использовал во время боя с Ёной, подсказывая Чонгуку. В такой ситуации его мощности было вполне достаточно. Ну не мог парень бросить ребенка в беде. Не могла эта нежная любовь не тронуть сердце Чимина. — Пясевапястре, — прозвучало из его уст совсем тихо. Девочка с нескрываемым удивлением смотрела на взрослого незнакомца, но отвлеклась сразу же, как только почувствовала ерзание на своих коленях. — Тани! Маленький щеночек, целый и невредимый, радостно размахивал своим хвостиком и приветливо шевелил ушами. — Ну, вот и замечательно, — облегченно улыбнулся Чимин, поднимаясь на ноги. — Мистер! Мистер, подождите! — спохватилась малышка. — Вы механик, да? Как наш уважаемый Король? — Я… Смысла врать не было, поэтому парень кивнул, на что получил крепкое благодарное объятие от ребенка, глаза которого вспыхнули восхищением. Спасенный щеночек крутился вокруг. — В следующий раз, если такое вновь случится, не расстраивайся, — решил предупредить Чимин, касаясь ладонью чужой макушки. — Просто произнеси «пясевапястре» — и твой щенок вернется к тебе. В нем закончилась поддерживающая его магия, а она нужна роботам, как людям — пища. — Хорошо! — радостно произнесла девчушка. — Когда мы покупали щенка, дядечка что-то говорил-говорил и говорил, но я плохо поняла, а теперь все-все запомнила, честно. — Вот и славно. Девочка отстранилась от механика и поспешила взять своего щенка на руки. Она помахала Чимину на прощание, а после скрылась в толпе. — Так, теперь Чонгук… — Что Чонгук? — Ох, святые короли! — Чимин подпрыгнул на месте, невольно взмахнув руками. Чонгук, пронаблюдавший сей кульбит, лишь скептично выгнул бровь. — Как давно ты тут? — кашлянул зарумянившийся парень. — Достаточно, чтобы быть в курсе того, как легко ты можешь ослушаться. — Чонгук, я не мог иначе. — Знаю. Принц улыбнулся и слегка кивнул, подходя ближе. — Я бы удивился, если бы ты наоборот не помог. Ты же по натуре своей сострадательный и не можешь проигнорировать чужое горе. Ты так с нашей первой встречи поступаешь. Просто искренне желаешь помочь, не думая о последствиях, что могут ждать тебя самого. — Забавно слышать это от человека, который первым на рожон лезет ради кого-то. Чимин отвел взгляд, чем и воспользовался Чонгук. Он аккуратно коснулся ладонью чужой щеки, возвращая себе внимание механика. — Что… что такое? — дрогнувший голос прозвучал до неправильного испуганно. — Ничего, — покачал головой Гук. — Я проголодался, давай пообедаем. Идем. Он обошел Чимина и уверенной поступью направился на поиски пригодного для короткого отдыха места. Механик в свою очередь проводил юношу взглядом и прикоснулся к щеке, ощущая исходящий от нее жар, обжигающий в месте прикосновения. Заходящееся сердце ныло, пропуская в себя новое чувство — тоску. Ту самую тоску, которая заставляла желать большего, нуждаться сильнее, требовать еще. Ту самую, завязывающую на сердце узлы до боли. «Мало». «Еще раз». «Пожалуйста, коснись еще раз. Дольше». «Мне вовсе не неприятно. Пожалуйста». Прямая спина маячила впереди, но неумолимо удалялась, из-за чего Чимин, словно опомнившись, поспешно сорвался с места, нагоняя уходящего. Его старательная попытка проигнорировать собственные чувства не избавила от покалывания в сердце и жара на щеке. А также не даровала способность понять, как сильно в этот момент горели кончики чужих пальцев.