Часть 2
15 сентября 2019 г., 16:50
«Мы все находимся в долгом жизненном путешествии, и смысл этого путешествия — прощать и быть прощенным» Марта Килпатрик
— Ты что, ждешь приглашения? — спросил Сэм, ожидая, когда Калеб постучит в дверь Бобби. Он вытащил руки из карманов и подул на них, пытаясь согреть.
— По-твоему, мне стоит выбить дверь?
Калеб не был в хорошем расположении духа. На самом деле, Сэм не был уверен, что даже стоя на расстоянии вытянутой руки от экстрасенса, он был полной безопасности. Но это все же не остановило его от остроумного замечания:
— Я думаю, что было бы интересно на это посмотреть, учитывая твое состояние. Что бы ты ни решил сделать, делай это быстро. Я замерз.
Поездка нисколько не улучшила их настроения, и если уж на то пошло, то долгая поездка в Импале, когда между ними не было Дина, только усилила напряжение. Это было похоже на то, как будто инцидент у Джессапа вырвал давно забытый струп, и теперь рана
не прекращала кровоточить.
— В отличие от некоторых людей, у меня хорошие манеры.
— Выборочные, — пробормотал Сэм. Ответ Калеба прозвучал мстительно, а не саркастически, поэтому Сэм ответил тем же.
— Что?
Младший охотник покачал головой, не желая продолжать этот разговор и удивляясь, тому, что они снова начали спорить. Он никогда точно не знал, что может вывести Калеба из себя.
— Просто я помню время, когда ты без проблем вламывался в дверь и совал свой нос, куда не следует. Как там ты назвал меня? Ах, да… лицемером.
Калеб раздражено всплеснул руками.
— А теперь ты говоришь о Стэнфорде? Просто прекрасно. — Он рассмеялся. — Я так и знал, что это всего лишь вопрос времени.
— Ты первый начал, — это был лучший Сэма ответ из всего арсенала колкостей.
— А вот и нет.
— Как скажешь, придурок. — Сэм протянул руку, собираясь постучать в дверь, зная, что они не станут спорить в присутствии Бобби.
— Подожди. — Калеб оттолкнул его руку. — Может, ты и прав. Может быть, этот разговор давно назревал. Знаешь, я тоже кое-что помню о Стэнфорде.
***
Пало-Альто, Калифорния Ноябрь 2002 года Калеб почувствовал знакомое присутствие еще до того, как услышал голоса, доносившиеся из коридора. Он со вздохом закрыл свой сотовый телефон, на время отогнав беспокойство. Ему нужно было убедить Сэма пойти с ним, хотя проведя сорок минут в ожидании возвращения младшего Винчестера, он начал сомневаться в своем плане. У него было слишком много проклятого времени для размышления о том, что он не разговаривал с Сэмом с июля, если не считать многочисленные голосовые сообщения, на которые Сэм не ответил. Смех становился все ближе, позволяя Калебу разобрать громкий разговор в тихих коридорах. Это был вечер пятницы, большая часть кампуса была на том или ином мероприятии. Он откинулся на спинку кресла на колесиках, закинул ноги на до безумия аккуратный, письменный стол и приготовился к неизбежному винчестеровскому шторму. — Не могу поверить, что мы зря проехали весь путь до Лос-Анджелеса. — Ты забыл китайскую еду из Дзен, которую ты слопал? Голоса были мужские и женские, но ни один из них не принадлежал Сэму. Ривзу потребовалось лишь быстро пробежаться по их мыслям, чтобы опознать Питера и Ким. Итак, у Сэмми появились друзья. Почему-то это знание было одновременно успокаивающим и раздражающим. Калеб искренне хотел, чтобы ребенок был счастлив, но в то же время знал, через что прошел Дин из-за отъезда младшего брата. — Это едва ли помогло облегчить боль от стояния в очереди в течение часа, — сказал Питер. — Забавно, а я думала, что ты получаешь огромное удовольствие, разговаривая с двумя полураздетыми женщинами, что стояли перед нами, — ответила Ким едким голосом прямо за дверью. — Я был просто дружелюбным. — Ты вел себя как настоящий придурок. — Может, просто забудем про Лос-Анджелес? Послышался другой женский голос, и Калеб улыбнулся про себя, коснувшись разума девушки. Итак, он сейчас познакомится с таинственной Джессикой, о которой Сэм говорил Дину по телефону несколько дней назад. Двойка будет ревновать. — Я бы предпочла не вспоминать о своем невероятно наивном плане, — сказала Джессика. — Особенно после того, как он провалился. — Это не было наивно. Это было очень оптимистично. Сердце Калеба учащенно забилось, когда он услышал голос Сэма, и на поверхность всплыла мешанина старых эмоций. Замок повернулся, дверь скрипнула, и внезапно в комнате вспыхнул яркий флуоресцентный свет. — Сэм прав, Джесс. Кто бы мог подумать, что какая-то дурацкая художественная выставка парня, о котором никто не слышал, будет делом красной ковровой дорожки? Только по приглашениям, черт возьми. Если я могу войти и увидеть Моне, тогда я должен…— бормотание Питера резко прекратилось, когда он заметил незнакомого человека в своей комнате. Калеб остался сидеть, когда Питер испуганно вскрикнул и отшатнулся назад, едва не сбив свою хорошенькую подружку на пол. Питер был почти шести футов ростом, долговязый, с короткими темно-русыми волосами. Он был одет в коричневые брюки, рубашку поло и куртку, которая кричала «багач». — Какого черта? — огрызнулась Ким. — Если это еще одна мышь… Питер довольно быстро пришел в себя, и Калеб отдал ему должное за то, что парень протянул руку, не пуская Ким дальше в комнату. — Кто ты такой, черт возьми? Что ты делаешь в моей комнате? Экстрасенс улыбнулся и встал. — Я думал, это комната Сэма Винчестера. Сэм внезапно оказался рядом с друзьями, протиснулся мимо Ким, отбросив руку Питера в сторону. — Калеб? Сэм выглядел испуганным, очевидно предполагая, что Ривз принес плохие новости. Хотя какая-то часть экстрасенса считала, что Сэму сейчас самое время проявить хоть какую-то заботу о своей семье, Но Калеб не мог позволить ему думать самое худшее. Он покачал головой, хотя его улыбка стала еще шире. — Привет, Сэмми. Давно не виделись. Раздражение быстро превзошло беспокойство. — Что ты здесь делаешь? Калеб заметил, что обе девочки уже вошли в маленькую комнату и смотрят на него почти так же пристально, как и Сэм. Они были полными противоположностями. Темноволосая и пышная Ким носила короткую кожаную юбку, тяжелую черную подводку для глаз и щеголяла красной помадой Ferrari. Джессика выглядела типичной калифорнийской девушкой: светлые волосы, холодные голубые глаза и длинные ноги, подчеркнутые классическим маленьким черным платьем. — Ты знаешь этого парня? — спросил Питер, расслабившись. — Сэм? — Джессика шагнула вперед и положила руку на плечо парня. — Все в порядке, — сказал Сэм. — Это Калеб. Мой дядя. — Дядя? — спросила Ким. — С каких это пор у тебя есть семья? — Ким, — упрекнула подругу Джессика. — А что? Ты сама говорила, что он, возможно, сирота или что-то в этом роде. Калеб не удивился, что Сэм ничего не рассказал этим людям о своей семье. Старые привычки было трудно сломать. Он перевел взгляд на девушек и склонил голову на бок. — Дамы. — Как ты сюда попал? — Питер придвинулся ближе, немного осмелев. — Сэм ничего не говорил о том, что пригласил гостей. — Я представился вашему консьержу. Она впустила меня и сказала, что я могу подождать здесь. Ким фыркнула. — Это же Лиза. Она бы впустила банду головорезов с пистолетами, если бы они были одеты в обтягивающие штаны и убийственно улыбались. Калеб хмуро посмотрел на свои выцветшие джинсы и невинно пожал плечами. — А я-то думал, что именно моя обезоруживающая личность успокоила ее. Ким усмехнулась, накручивая на палец прядь своих длинных темных волос. — О, я думаю, твоя личность была последним, о чем она думала. — Эй. — Питер помахал рукой перед лицом девушки. — Твой парень. Стою прямо здесь. Калеб взглянул на Питера, оценивая его. — Прости, если напугал тебя, чувак. — Да ладно тебе. — Усмехнулся Питер. — Я вовсе не испугался. Просто удивился, вот и все. — Ты не один такой, — сказал Сэм, не сводя глаз с Калеба. — Я тебя не ждал. — Думаю, нет. — Улыбка Калеба поблекла. Он ожидал прохладного приема, но не совсем потерял надежду. — Ты уже некоторое время не выходишь на связь, а я был в городе по делам. — Что за дела? — спросила Джессика. Калеб встретил ее вызывающий взгляд. Она осторожничала с ним и не была впечатлена как ее подружка Ким. Ему показалось забавным, как она слегка подвинулась к Сэму. Хорошенькая, умная и заботливая. Сэмми даже не понимал, в какую беду он попал. — Архитектура. — У Калеба своя строительная фирма, — добавил Сэм. — Специализируется на больших зданиях? — спросила Ким многозначительно. — Ким. — Кашлянула Джессика, густо покраснев. Калеб перевел взгляд с Питера, который, как он чувствовал, с каждой минутой все больше недолюбливал его, на Ким. — А есть другие? — Могу я поговорить с тобой наедине? — спросил Сэм, потом схватил Калеба за руку, указывая на комнату справа от них. — Раз уж ты так любезно попросил. — Калеб отстранился, как только они остались одни. — Должен сказать, Сэмми, что пастор Джим не был бы слишком впечатлен твоей жалкой имитацией любезного хозяина. Ты же знаешь, что он гордится тем, что прививал нам манеры и все остальное дерьмо. — Я Сэм. — Младший Винчестер закрыл дверь. — И я тебя не приглашал. И явился без предупреждения. Так что это еще вопрос, у кого из нас проблемы с манерами. Калеб рухнул на кровать. — Если бы твои приглашения были похожи на телефонные звонки или письма домой, мне бы пришлось чертовски долго ждать. Сэм сложил руки на груди. — А что за бизнес у «Tri-Corp» в Пало-Альто? — Я не говорил, что это для «Tri-Corp», мне нужно было кое о чем позаботиться в Лос-Анджелесе. — Ну и что это? Сказал папе, что зайдешь и проверишь меня? — Джонни не знает, что я здесь. — И чего ты хочешь? — Сэм прищурился. — Ты действительно думаешь, что я куплюсь на этот светский визит? — Нет. С чего бы мне делать что-то безумное, например, попытаться поддерживать контакт? Мы же не родственники и все такое. — Послушай, приятель… — вздохнул Сэм. — Я пытаюсь сосредоточиться на учебе. Ты ведь знаешь, что это такое, да? Мне не нужны никакие осложнения. У меня достаточно жесткий график, и я работаю неполный рабочий день в библиотеке. Это… Калеб поднял руку, чтобы прервать объяснение. — Но у тебя есть время, чтобы потусоваться в Лос-Анджелесе на… О чем вы там говорили?.. Ах да, художественная выставка. — Меня пригласила Джессика. — Ага. Лицо Сэма побагровело. — А кто ты такой, чтобы вдруг явиться сюда и судить, как я провожу свое время и с кем я его провожу? Калеб встал. — Ты совершенно прав. Я здесь не для того, чтобы пересказывать старые аргументы. Я сказал свое слово в многочисленных посланиях, которые я оставил, и в одном поэтически написанном письме, которое я послал. — Тогда почему ты здесь? Значит, Сэм не собирался признавать ни одну из попыток контакта. — Можешь ли ты хоть на пять минут отбросить более святое отношение, Джон-младший? Я здесь не для того, чтобы разрушать сладкую обстановку, которую ты построил. Твоя девушка не узнает от меня ни одного из твоих грязных секретов. — Она не моя девушка, — возразил Сэм. — Мы просто тусовались вместе. И я не знаю, о каких грязных секретах ты говоришь. — Итак, ты рассказал своей «подружке» Джессике и лучшему другу Опти Питу о своем отце и Дине? Потому что они казались довольно удивленными, увидев меня. Такое чувство, что они были уверены, что аист просто бросил тебя в капусту. — Я сказал Питу, что мой отец осел, а мой брат бродяга. — Бродяга? — брови Калеба выгнулись дугой от уничижительного чувства, вызванного этим словом. — А что ты хочешь, чтобы я ему сказал? Что мой брат охотится на монстров и является членом бригады охотников за призраками? Калеб сжал кулаки. Сотни различных вещей, которые можно было бы сказать о Дине, пришли ему на ум, в которых не было бы упоминаний, что Двойка был частью такого почтенного учреждения, как Братство. — Ты и Джессику этим дерьмом накормил? — Эта тема никогда не всплывала между нами. — А как ты объяснил, что твоя семья никогда не приезжала? — Калеб знал, что это чушь собачья. Не было никакого способа, которым Сэм мог бы кормить своих друзей этой таинственной рутиной надолго. — Мы общаемся всего около месяца. — Если Джессика не спросила тебя где ты вырос и чем зарабатывают на жизнь твои родители, то скоро спросит. Это называется беседа в мире знакомств, как и вопрос, кем ты хочешь быть, когда вырастешь. — Тогда хорошо, что у меня было так много лет практики, как избегать таких вопросов. Папа был прав. Хитрость — мой друг. — Ложь всегда возвращается, чтобы укусить тебя за задницу, Коротышка. — Значит, ты рассказал Лосю и другим своим приятелям о Братстве, о своей охотничьей жизни? Калеб рассказал свою версию правды. Но его жизнь была более «презентабельной», чем та, что досталась Сэму и Дину. — Я не рассчитывал на моногамные отношения с Лосем. — Я же сказал тебе, что Джесс всего лишь подруга. — Конечно, она подруга. Сэм сжал кулаки. — Ты все еще не сказал мне, почему ты здесь. Калеб глубоко вздохнул, вновь сосредоточившись на цели своего прихода. Дело было не в Сэме. — Мне нужна твоя помощь. — Помочь тебе с делом в Лос-Анджелесе? — Сэм нахмурился еще сильнее. — Не думаю. Дин всегда был твоим фанатом. Почему бы не завербовать его? Калеб упер руки в бока, чтобы не вцепиться Сэму в горло. Враждебность была ощутимой, и хотя часть его понимала, что это был остаточный гнев после недавней войны с Джоном, Калебу было трудно отмахнуться от него. — А что случилось с тем парнем, который всегда так стремился стать моим партнером во всех этих проектах с моделью моста? — Он вырос и уехал в колледж, чтобы жить своей собственной жизнью. — Да. Теперь я вспомнил. — Калеб сделал шаг к Сэму, не сводя с него глаз. — Но мне не нужно, чтобы ты был моим помощником архитектора. Мне нужно, чтобы ты сделал то, чему тебя учили, то, что ты обязан сделать ради кольца, которое тебе дали. Мне нужна помощь с охотой в Нью-Мексико. На лице Сэма появилось недоверчивое выражение. Он рассмеялся, но в его смехе не было ни капли типичной для Сэмми теплоты. — Ты что, издеваешься надо мной? Какую часть «нормального» ты не понимаешь? — Пошла нахрен твоя нормальность, — прорычал Калеб. Он каким-то образом нашел в себе силы говорить тихо. — Это ненормальная ситуация. — Нет. — Младший Винчестер решительно покачал головой и сделал шаг назад. — Если ты еще не заметил, я не ношу это кольцо. Я больше не охочусь и ни за что на свете не поеду с тобой в Нью-Мексико. У тебя был свой шанс в реальном мире. Теперь моя очередь. — Я все еще охотился по выходным. Я проводил каникулы, делая то же самое. Можно делать и то, и другое. — Взгляд Калеба стал жестче. — И независимо от того, носишь ты кольцо или нет, оно привязывает тебя к нам, к нашему миру. — Я не выбирал быть охотником. Папа сделал выбор за меня. И в его глазах делать и работу, и колледж это не вариант… Калеб почувствовал, что последние остатки терпения покидают его. Ему нужен был Сэм, чтобы сделать дело. — Джон не участвует в этой охоте. Поехали со мной в Нью-Мексико и я верну тебя до твоего первого урока в понедельник. Калеб наблюдал, как лицо Сэма затуманилось, буря поднялась очень близко к поверхности. — Погоди, разве Дин не говорил о том, чтобы собирался охотиться с тобой в Нью-Мексико? Это что, какая-то его уловка, чтобы затащить меня обратно? Потому что если это так, то ничего не получится. Я только что выбрался из этого ада. Никто и ничто не сможет засосать меня обратно. — Он провел рукой по волосам и начал быстро расхаживать по комнате. Как обычно, гнев Винчестера заглушил все разумное, что пытался сказать Калеб. — Проклятие. Мне вообще не следовало звонить ему, — продолжал Сэм. — Я знал, что все это дерьмо начнется снова и… — Не льсти себе, мать твою. — Калеб протянул руку и схватил его за локоть, эффектно остановив марш по комнате. — Дин не знает, что я пришел к тебе, и уж точно он не посылал меня. Но именно из-за него я здесь. Я думаю, что он в беде и мне нужна твоя чертова помощь, чтобы вытащить его оттуда. Калеб испытал минутное удовлетворение, наблюдая, как гнев Сэма исчезает перед лицом страха за брата. Молодой человек побледнел. — Но ты же сказал, что они с папой в порядке. На самом деле Калеб ничего подобного не говорил. — Он не мертв. Я бы знал, если бы он умер. — Почему же ты не сказал мне об этом с самого начала? — Ты хотел, чтобы я проболтался перед твоими новыми друзьями? — Нет. — Сэм прикусил нижнюю губу. — А почему ты думаешь, что у него неприятности? Что ты мне не договариваешь? Калеб покрутил свое серебряное кольцо на правой руке. — Мы должны были встретиться сегодня утром в одном из моих контактных пунктов, но меня задержали в Лос-Анджелесе. — И Калеб не мог себя простить, если Двойка не вышел из этого дела целым и невредимым. — Я пытался дозвониться до него, чтобы сказать, что опаздываю, но он не отвечает, и со вчерашнего дня его никто не видел. — Может быть, он тоже опаздывает или просто занят. Калеб закатил глаза. — Это не похоже на Дина, и ты это знаешь. Он единственный Винчестер, который отвечает на чертов телефон или, по крайней мере, отвечает на сообщения. Я послал их около дюжины. — У тебя было видение? Теперь настала очередь Калеба побледнеть. — Нет, и это меня успокаивает. Но я действительно кое-что почувствовал. — Ну и что же? — Сэм придвинулся ближе. — Что ты видел? Калеб провел рукой по губам. — Я ничего не видел. Я что-то почувствовал… услышал. — Услышал что? Калеб не знал, как объяснить случившееся. Он был в самой гуще толпы — не самая лучшая ситуация, когда его голова начала болеть, как от видения, но никаких образов не возникло. Он почувствовал прилив энергии, когда таинственный звук заполнил его голову. Он все еще не мог полностью осознать этот опыт. — Какое-то жужжание. — Жужжание? — Да, Сэм! — Калеб сжал губы, подражая рокочущему звуку, который услышал. — Именно так это звучит. — Ладно, значит, ты слышал жужжание. Что ты чувствовал? — Не знаю, черт возьми. Это не было похоже ни на что, с чем я сталкивался раньше… какая-то сила. — Какая сила? Калеб одарил Сэма взглядом, который, как он надеялся, означал «пошел ты», и парень отступил. — Окей. Это было уникальное событие, и ты думаешь, что это как-то связано с Дином? — Я думаю, это как-то связано с охотой, над которой мы собирались работать. И у меня такое чувство, что Двойка попал в беду. А ты теперь занимайся математикой, студент. В нашей работе не бывает совпадений. — Интуиция не совсем научна, — сказал Сэм. — Расскажи мне об охоте. Калеб кивнул, с некоторым облегчением наблюдая, как логичный Сэмми берет верх над рассерженным Сэмом. — Мы собирались в маленькое местечко под названием Таос. Он расположен в предгорьях горного хребта Сангре-де-Кристо. На щеке Сэма появилась ямочка. — На минуту я испугался, что ты скажешь мне, что вы вдвоем направляетесь в Розуэлл в каком-то странном поиске инопланетянина. — Нет. — Калеб улыбнулся. — Таос — это художественное сообщество, больше детей цветов, чем инопланетян. — Так что там, в Таосе, кроме группы ненормальных артистов? Я никогда о нем не слышал. Калеб снова уселся на кровать. — Это будет звучать безумно, но мы изучали Гул Таосов. — Что? — Сэм выгнул бровь. — Таосский Гул? Как тот шум, который ты слышал в своем видении? Что-то вроде жужжания? — Да. — Ты сейчас охотишься на Гул? Калебу не понравился его снисходительный тон. Он попытался вспомнить, каково это — быть девятнадцатилетним и думать, что ты знаешь все. — Это не типичная для меня работа, а скорее одолжение для старого друга. — И Калеб думал, что это будет хорошим развлечением для Дина. — Дай угадаю, старый друг — это женщина? — Да, Селеста — женщина. Сэм фыркнул. — Как обычно, вы двое переспали. — Она не из таких девушек. Она была подругой моей мамы. — О. — Сэм присел на кровать рядом с Калебом. — Прости. Калеб провел рукой по волосам. — Она художница, владеет маленькой гостиницей в Таосе под названием «Ловец снов». Берд все еще поддерживает с ней контакт, и когда она услышала, что у Селесты были какие проблемы, подключила нас. — И ее беда — это жужжащий звук? — сомнения вернулись, но Калеб был уверен, что уловил намек на прежнее любопытство Сэмми. — Только некоторые люди, которые приезжают в Таос, могут слышать этот гул, или так гласит легенда. Селеста вдруг стала одной из тех, кто может это слышать. По-видимому, это не такой классный подарок как видения смерти, хотя некоторые симптомы похожи. Мигрень, кровотечение из носа, тошнота. Это влияет на ее бизнес. — Итак, вы с Дином решили, что можете найти источник этой великой тайны. — Что-то типа того. Мы собирались провести предварительное расследование, а потом, возможно, позволим пастору Джиму взглянуть на это. — И ты думаешь, что жужжание, которое ты слышал в своем видении, или что бы это ни было, может быть тем же самым жужжанием, которое якобы слышит группа людей в Таосе? Калеб потер затылок. — Я не знаю, что думать. Просто знаю, что должен был встретиться с Дином в «Ловце снов», а потом мы собирались пойти к Такеру, но я задержался в Лос-Анджелесе, и теперь Дина пропал, и я понятия не имею, что происходит или где он находится. — А кто такой Такер? Он тоже художник? — Нет. — Калеб не мог сдержать улыбки при мысли о большом чернокожем человеке, сидящем за гончарным кругом или работающем над печью для обжига. — Я познакомился с «отцом» Такером несколько лет назад, когда проверял группу спиритуалистов, которой он руководит около Таоса, в маленьком городке под названием Тринити. В то время я думал, что они могут иметь некоторые культовые связи, но оказалось, что они были законными. Такер просто благодетель, пытающийся распространить свое послание всего этого дерьма о мире, любви и гармонии. Сэм хлопнул его по плечу. — Я уверен, что ты был разочарован. Я знаю, как ты любишь хорошую трепку культистов. Калеб ухмыльнулся, обнаружив, что его расслабляет знакомый момент дружбы. — Нет ничего лучше, чем нанести удар плохим парням. — Он посмотрел на Сэма. — Так ты пойдешь со мной? Сэм выглядел растерянным, и это разрушило спокойствие между ними. Калеб знал, что Сэм собирается сказать, прежде чем слова слетели с его губ. — Я не могу, Калеб. У меня тест и крупная работа, которую нужно сделать до Дня Благодарения, а затем экзамены. Почему бы тебе не позвонить Бобби или еще лучше, папе? — Я пытался дозвониться до твоего отца. — Калеб встал с кровати, решив, что будет безопаснее, если он отойдет на некоторое расстояние от младшего Винчестера. — Он не отвечает на звонки, а Бобби сейчас в Кентукки с Джимом. Они слишком далеко отсюда. Ты самый близкий контакт во многих отношениях. — Выбор Сэмми в помощь был двойным планом. Он не лгал, когда говорил, что младший Винчестер был самым близким членом Братства в этом районе, но он также знал, что если Дин попал в беду, то у Сэма будет больше шансов найти его. — Это как в тот раз с ровхедом, когда ты сказал, что я могу найти Дина быстрее, чем ты? Сэм был очень умен. — Да. Ты можешь подхватить что-то, что я могу пропустить. — Я не экстрасенс, Калеб. — Но ты его брат. — Я знаю это и люблю его. Но ты знаешь Дина так же хорошо, как и я, он может постоять за себя. Он не позволит вывести себя из строя каким-то таинственным пением в какой-то искусной туристической ловушке. — Я действительно знаю Дина. — Калеб шагнул вперед. Дин был способным, но он не был непобедим, как Сэм предпочитал думать в удобное для него время. — Я знаю, что он без колебаний бросил бы все, как бы это ни было важно, если бы у него было хоть малейшее подозрение, что ты в беде. Черт возьми, Сэм. Он заботился о тебе всю свою жизнь. Ты можешь хоть раз отплатить ему той же сраной услугой?! — Сэм? — раздался тихий стук в дверь и послышался голос Джессики: — Все в порядке? Калеб скрестил руки на груди и пристально посмотрел на Сэма, не чувствуя ни капли вины за свой громкий тон. Младший Винчестер встал и откашлялся. — Все нормально. Я выйду через минуту. — Он повернулся к Калебу, его тон изменился, упав до жесткого, резкого шепота. — Я никогда не просил Дина чем-то жертвовать ради меня. Ты не имеешь права бросать его выбор мне в лицо. — И ты не имеешь права отказываться от его жертвоприношений только потому, что придумал себе новую жизнь. Ты же не можешь притворяться, что за последние девятнадцать лет ничего не произошло. Они уставились друг на друга, не желая отступать. Наконец, Сэм моргнул. — Я даю тебе два дня. — Я возьму их. — Калеб вытащил из кармана конверт и протянул его Сэму. — Мы вылетаем из Лос-Анджелеса рано утром. Сэм взял конверт и заглянул внутрь. — Вылетаем? Калеб пожал плечами. — Два дня не дают нам времени на то, чтобы валять дурака, и чем скорее мы найдем Двойку, тем лучше я себя буду чувствовать. — Я попрошу Пита или Джесс подбросить меня до аэропорта. — Сделай это. — Ривз двинулся было к выходу, но остановился и снова повернулся к Сэму. — И чтобы сразу все прояснить, Коротышка… Твой брат прекрасно обходился без тебя.***
— Ты никогда не позволишь мне забыть об этом. — Сэм недоверчиво покачал головой. — Я всегда буду плохим парнем в сценарии, независимо от того, что я говорю или делаю. Когда ты оглядываешься назад, ты видишь только Дина. — Ветер усиливался, последние лучи солнца исчезали, и Калебу, казалось, было наплевать, что Сэм несчастен или что они теряют время, время, которого у Дина не было. — Зачем вообще об этом говорить? Это не поможет Дину. — Меня радует, что Двойка теперь твоя главная забота. — В чем твоя гребаная проблема, Ривз? — зарычал Сэм, досадуя на Калеба за то, что тот усомнился в его верности и снова вернулся к старому спору. Ему снова захотелось ударить старшего охотника. — Мы не можем изменить прошлое. Спасение Дина сейчас мой единственный приоритет. Я думал, что ясно дал это понять во Флориде. Все это демоническое дерьмо серьезно повлияло на тебя? Калеб продолжал смотреть на него с нескрываемым презрением. — Это не имеет никакого отношения к демонам. — Ты уверен? — Сэм ткнул пальцем в сторону Калеба. — Даже в личном плане? Калеб оттолкнул его руку. — Не начинай снова это дерьмо. — А мне и не нужно. Ты всегда нес это как свой крест. Ты же не можешь сказать мне, что Дин не был главной причиной твоего недовольства, когда я уехал в колледж. Ты даже не подумал, что это могло бы быть лучшим для меня. Ты хотел, чтобы я вернулся, просто чтобы сделать его счастливым. Добрый старый Дэмиен пришел на помощь, всегда готовый взять на себя ту слабину, в которой я потерпел неудачу. Где папа потерпел неудачу. Разве не так? Калеб толкнул его. — Заткни свой поганый рот. Сэм толкнул его обратно. — Что ты там мне сказал раньше? Правда ранит? Правда в том, что ты заснул на работе в прошлый раз, а на этот раз ты был слишком отвлечен, и именно поэтому Дин пропал. — Сэм был доволен тем, что свалил вину на Калеба. Большую часть времени Сэм чувствовал, что вина ложится на его плечи, но не в этот раз. Он смотрел, как Ривз сжал руки в кулаки и приготовился ко второму раунду, наслаждаясь еще одной возможностью облегчить свое собственное накопившееся разочарование. Но дверь позади них внезапно открылась, и на крыльцо вышел Бобби. — Какого черта вы, ребята, все еще здесь делаете? Я слышал, что вы подъехали больше двадцати минут назад. Сэм подождал, пока Калеб разжал кулак и повернулся лицом к Бобби, и только тогда расслабился. Он засунул руки обратно в карманы и смущенно посмотрел на механика. — Мы ждали твоего приглашения. — Вы теперь двое вампиров? — Бобби воспользовался моментом, чтобы изучить молодых охотников. — Если подумать, то вы вроде как похожи на живых мертвецов. Калеб прошел мимо него. — И это говорит такой тщеславный парень как ты, и это действительно больно, Бобби. — Следи за своим острым языком, малыш, или у меня не будет проблем поставить тебе другой фонарь. — Мы подрались, — сказал Сэм, проходя мимо Сингера в дом. — Ничего страшного. Бобби закрыл дверь, почесывая бороду. — Чертовски подходящее время, чтобы искать неприятности в баре, не так ли? Сэм перевел свой пристальный взгляд на Калеба, не уверенный, как много он должен сказать. — Мы еще не пили. Калеб, казалось, не испытывал такого же замешательства. — И эта драка не требовала третьей стороны. Бобби качнулся назад на каблуках. — Дин уехал меньше двух дней назад, а вы уже колотили друг друга? — к удивлению Сэма, механик расхохотался, а затем радостно вскинул руку вверх. — Кажется, я выиграл это пари, Винчестер. — Он снова посмотрел на Сэма. — Очень жаль, что твой жалкий папаша сбежал от нас прежде, чем я успел собрать свою сотню баксов. — О чем ты говоришь? — спросил Сэм. Сингер повернулся к ним спиной и направился в гостиную. — Если вы вытащите альфа-самца из стаи, то обязательно вскоре услышите скрежет зубов и прольется кровь, мальчики. — Альфа-самца? — Сэм нашел значительное утешение в том, как с лица Калеба исчезла самодовольная ухмылка. Старший экстрасенс практически бегом кинулся догонять механика. — Двойка не альфа-самец. Бобби фыркнул. — Продолжай убеждать себя в этом, малыш. Сэм присоединился к ним, стараясь не торопиться и высказывая гораздо более сдержанное возражение. — Мы не собираемся бороться из-за какой-то позиции власти. — Он не совсем понимал, что они с Калебом делают, но это не имело никакого отношения к тому, кто был лидером. Сэму было все равно, если Калеб считает себя главным. — А кто сказал, что это имеет какое-то отношение к власти? — Бобби присел на краешек кресла. — Волки и собаки сражаются не только за господство. Они так же борются и за благосклонность. — Еще какие-нибудь мудрые слова, Великий Собачий Шептун? — прорычал Калеб. — Может быть, на этот раз что-нибудь полезное? Например, скажешь местонахождение Дина? Бобби, казалось, ничуть не огорчился, и указал на стопку книг и бумаг, разложенных на кофейном столике. — Я работаю над этим уже два дня. — Он приподнял бровь. — А где тебя черти носили? От Сэма не ускользнуло то, как Калеб слегка съежился под пристальным взглядом механика. Несмотря на их предыдущую конфронтацию, он был удивлен, что решил встать на защиту Ривза. — Он был вне зоны действия сети, как я и предполагал. Калеб бросил на него быстрый благодарный взгляд, прежде чем кивнуть. — Я работал в Южной Флориде. Элементаль. — Ты позволил этой твари надрать тебе зад? Ты выглядишь дерьмово. — Это почти все моя работа, — сказал Сэм. Злой взгляд, который бросил на него Калеб, был бесценен. — Итак, что-нибудь слышно о Двойке? Бобби вздохнул. — У меня тут кое-что наклевывается. Пока ничего многообещающего, но я все еще держу пальцы скрещенными. — У нас нет времени на принятие желаемого за действительное, — отрезал Калеб. — Нам нужно быть там. — А где именно? — выстрелил в ответ Бобби. — Ты утаиваешь от нас что-то? Потому что в последний раз когда я проверял, мы неслись в слепую погоню за гусем. — А что ты уже знаешь, Бобби? — спросил Сэм. Ему нужно было разрядить ситуацию, прежде чем Бобби и Калеб поцапаются. — Я знаю, что Гриффин тут ни при чем. Калеб нахмурился. — Откуда ты знаешь? — Я попросил Итана и Илайджу проверить эту версию. Они знают этого человека лучше, чем кто-либо другой. Итан позвонил незадолго до того, как вы оба появились. Он говорит, что Портер удалился в свою хижину в Северной Каролине, зализывать раны после похорон Гидеона. Пока нет никаких признаков, что он что-то замышлял. — Это не совсем так. — Сэм перевел взгляд на Калеба, а затем снова посмотрел на Бобби. — Мы думаем, что он имеет какое-то отношение к Агате Хеннингс. Возможно, именно он стоял за ее планом использовать Калеба в своем заклинании. Но сейчас он вряд ли замешан. — Похищение — это как раз по его части, Сэмми. В прошлом у него не было с этим проблем. — Заметил Калеб. — То была часть более масштабной программы, — заметил Сэм. — Он хотел убить тебя, и опозорить Мака перед Ковеном. Убить Рыцаря. Он должен был кое-что получить — преданность шабаша ведьм. Так что если теперь он забрал Дина, то с какой целью? Мы знаем, что ковены теперь более или менее с нами. — Тогда кто? Другие охотники? Жулики вроде Гордона, которые хотят еще больше расшатать цепочку командования. Бобби прочистил горло. — Я тоже об этом думал и попросил Эллен проверить все ее старые контакты. Она подавала виски чертовски многим охотникам на протяжении этих лет. — А как же Бун? — спросил Калеб. — Возможно, он что-то слышал. — Бун держит глаза и уши открытыми. Мы будем первыми, кто узнает, если что-то случится с его стороны. Калеб провел рукой по волосам. — Ты звонил папе? Потому что я пытался, но мне чертовски не везло. — Я еще не говорил с ним лично, но Кэролин уверяет меня, что она работает над тем, чтобы передать ему сообщение, пока мы болтаем. — Где же он, черт возьми? — Дела Триады. — А ты пробовал позвонить Эсме? — спросил Сэм. — Она может что-то знать. Калеб покачал головой. — Я не хочу больше ставить ее или Джоша в неловкое положение, если только не будет серьезной ситуации. Сэм знал, что Калеб чувствовал себя виноватым за недавний компромисс, который семья Сойеров сделала, чтобы спасти его жизнь. Поэтому Ривз пытался выполнить просьбу Джошуа не звонить ему. — Ты совершенно прав. Мы оставим их на крайний случай. — Ну и кто же остается? — Это может быть из-за сделки Дина. — В этом нет никакого смысла. У Двойки осталось полгода. Если сделка железобетонная с его стороны, то также закована в железо на их стороне. — Калеб ухмыльнулся. — И ты уничтожил демона перекрестка, так что я предполагаю, что сука не имеет к этому никакого отношения. — Только не эта сука… — разум Сэма ухватился за ужасную идею в тот же самый момент, когда он увидел, как лицо Калеба омрачилось, и старший охотник пришел к тому же выводу. — Но сука и похуже, — добавил Калеб. — Кто? — спросил Бобби. Сэм посмотрел на Ривза, и его собственный страх отразился в золотистых глазах другого охотника. — Роуз.***
Его тело слегка покачивалось, теплые солнечные лучи на лице и руках убаюкивали. Вдали щебетали птицы, их пение смешивалось с мягким плеском воды. Легкий ветерок донес слабое звяканье колокольчиков на ветру. Он испытывал искушение остаться там, дрейфуя в полусне, если бы не проклятый свист знакомой мелодии, тянущей за собой давние воспоминания. Дин Винчестер приоткрыл один глаз, затем другой и шум прекратился. Он поднял руку, чтобы прикрыть глаза от яркого солнечного света. Потом моргнул и увидел темную фигуру, нависшую над ним. — Самое время тебе присоединиться ко мне, мой мальчик. — Пастор Джим Мерфи рассмеялся. — Я никогда не любил рыбачить в одиночку. Застигнутый где-то между сном и явью, Дин рывком сел и от этого внезапного движения закачался еще больше. Он потянулся вперед и нащупал шершавые металлические бока. Он сидел в выцветшей синей алюминиевой рыбацкой лодке пастора Джима. — Черт побери. — Спокойно, — сказал Джим. Он наклонился вперед с того места, где сидел на длинной скамье в задней части лодки, протянул руку, чтобы помочь Дину подняться.— Сегодня никаких опрокидываний. — Джим? — Дин с подозрением посмотрел на протянутую руку, потом на человека, сидящего перед ним. Те же серебристые волосы, те же голубые глаза и выцветший комбинезон, который он знал почти всю свою жизнь. — Что… где мы? — В безопасном месте. — Улыбнулся пастор и подмигнул, указывая на пруд, по которому они плыли, обширные зеленые поля и огромные дубы. — Мы дома, мой мальчик. Теплая мозолистая рука Джима крепко сжала запястье Дина, и младший охотник поднялся со дна лодки. Потом передвинулся на дрожащих ногах и уселся на другую скамью лицом к пастору. — Неужели на этот раз я мертв? Дин вспомнил свою последнюю встречу с бывшим Стражем. Это произошло в то время как он был в коме, в больнице после аварии с полуприцепом. Джим был там, чтобы заверить его, что все будет хорошо, и напомнить Дину, почему он должен вернуться. — Нет. — Джим отпустил его руку и похлопал по колену. — Ты не умер. Просто отдыхаешь, мой мальчик. — Отдыхаю? — Дин нахмурился. — У меня нет времени на отдых. — Но ведь сегодня воскресенье. — Джим потянулся за удочкой, лежащей возле него.— И ты знаешь, что я всегда говорю о воскресеньях. Дин кивнул. — Никакой работы, если только ваш бык не лежит в канаве. — Он покачал головой. — Но у тебя никогда не было быка. — Вот именно. — Джим поднял металлическое ведро с густой почвой и поставил его на сиденье рядом с собой. — Ты же знаешь, Иисус был рыбаком. Он наверняка оценил бы мастерство, которое требуется, чтобы поймать один из этих юрких карпов. Это было то же самое оправдание, которое Джим использовал каждое воскресенье, чтобы оправдать свое отсутствие на любых церковных мероприятиях, кроме обязательных служб. Рыбалка была важна. — Единственное, что ты когда-либо ловил в этом пруду — это дурная привычка и случайные рыбешки. Пастор рассмеялся. — Теперь ты говоришь совсем как твой отец. При упоминании Джона ухмылка Дина померкла. Он облизнул пересохшие губы. — Ты его видел? Джим встретился с ним взглядом. — Я здесь не для того, чтобы говорить о Джоне. — Тогда почему ты здесь? — Дин огляделся вокруг. — Кстати, почему я здесь? — Ты нуждался во мне. — У меня неприятности, не так ли? — Не больше, чем обычно. — Джим улыбнулся, но Дин заметил, что улыбка не коснулась его глаз. — Боюсь, ты попал в руки наших противников. Старший Винчестер застонал, когда волна воспоминаний заполнила пробелы. — Ты хочешь сказать, что я сплю с врагом. Джим провел двумя пальцами по усам. — Да. И как именно ты однажды сказал мне… Ты танцевал, как дикий шимпанзе. — Мы танцевали как сумасшедшие обезьяны, — поправил Дин с некоторым огорчением. Один раз Джим спас Дина от его либидо во время охоты в Бока-Ратоне, когда прекрасная сирена привела его в смертельную ловушку. Но сейчас все было еще хуже— Черт. — Он вспомнил очень горячую цыпочку из бара. Женщина, которая отвлекала его текилой и руками, как у осьминога, которая позже оказалась одержима не кем иным, как демоном, ранее известным как Мэг. — Роуз. — Зарычал он. — Как я мог быть таким глупым? — Ты не первый и не последний мужчина, который влюбится в красивое лицо. Это случалось и с более опытными людьми, даже с несколькими членами бывшей Триады. — Но не с тобой? — Нет, нет и нет. — Джим положил удочку себе на колени. — Меня покорила только одна женщина, и у нее было ангельское сердце. — Мисс Эмма. — Она спасла меня от многих ловушек человеческих пороков. — Джим сунул руку в ведро и вытащил из черной грязи извивающегося червяка. Он наживил крючок, глядя на Дина. — Но однажды я действительно оказался в тылу врага. — Во время войны? — спросил Дин. Джим не говорил о том времени, когда он был солдатом, но мальчики нашли медали на чердаке. Среди них были Пурпурное сердце и Бронзовая звезда. Не было нужды вдаваться в подробности, Джим уже был героем в их глазах. Пастор забросил леску, смотав ее в сторону. — Это была ситуация, с которой я больше никогда не сталкивался. Даже со всеми ужасами, которые я видел на охоте. — Он покачал головой и прислонил удочку к борту лодки. — Даже перед лицом кончины моей милой Эммы я не испытывал таких страданий. Дин с трудом сглотнул, не в силах отвести взгляд от Джима. — А что случилось? Джим наклонился вперед, упершись локтями в колени. — Я был военнопленным, мой мальчик. В такие моменты все правила выбрасываются в окно. Мои тюремщики жаждали мести и почитания. Они надеялись сломить меня. Это был единственный раз, когда я почувствовал себя совсем одиноким и покинутым. Мне не стыдно признаться тебе, что перед лицом такой тьмы я боялся потерять ту часть себя, которая делала меня человеком. У Дина пересохло во рту, а ладони вспотели. — Ты ведь знаешь о моей сделке, не так ли? — Я знаю, что тяготит твое сердце. — Джим протянул руки и накрыл ладони Дина своими. — Я всегда это знал. Дин попытался изобразить улыбку. — Чего стоит быть мудрым стариком в детской, полной идиотов? — Это плата за то, что я сильно люблю вас. — Джим еще крепче сжал его руку. — Эту ношу я бы не променял ни за что в жизни. — Даже после всего этого? — Дин отстранился. — Гидеон мертв. Я отправляюсь в ад. И нет никого, кто может стать Стражем. Я испортил все твои планы. Джим отрицательно покачал головой. — Планы могут разворачиваться такими путями, о которых мы и не подозревали, мой мальчик. Это все равно, что бросить горсть семян дикого цветка на ветер, имея достаточно веры, чтобы ждать и видеть, что он вырастет и расцветет. — Ты, по крайней мере, ожидаешь увидеть цветы, а не пучок сорняков. Пастор склонил голову набок. — Разве не ты говорил мне однажды, что твоя мать любила маргаритки? Дин заколебался, не понимая, о чем идет речь. — Да. Я обычно собирал их для нее на нашем заднем дворе. — Это бурьян. — Джим усмехнулся. — Красивые, дикие, но все равно сорняки. Дин фыркнул. — Я когда-нибудь выиграю у тебя спор? — Только не прибегая к ошибочной логике, особенно если это унижает одного из лучших людей, которых я знаю. — А что, если я больше не тот человек которого ты знал? — это было то, чего Дин боялся больше, чем боли, больше, чем физических страданий. — А что, если я попаду в ад, и они превратят меня во что-то ужасное, что-то, что они могут использовать, чтобы причинить боль людям, которых мы любим? — Дин, если бы это было возможно, тебя бы сейчас здесь не было. — На лице Джима появилось страдальческое выражение печали. — Даже когда они обладают властью над твоим телом, они не могут приблизиться к твоему духу. — Так вот почему я здесь? Потому что Роуз и ее приятели мучают меня? — Ты искал безопасное убежище, прячась на виду, как Нефритовый дракон. — Джим махнул рукой. — Макленд назвал бы это своего рода техникой самосохранения. Это почти та же ситуация, как тогда, когда ты молчал несколько месяцев после смерти матери. Дин огляделся вокруг, опустил руку за борт лодки и позволил своим пальцам скользнуть в прохладную воду. Он вспомнил то тихое время, когда взрослые ничего не понимали, и ему было легче кивать «Да» и качать головой «Нет» на вопросы. Малыш Сэмми понял, что Дину просто нужно найти свое новое место без мамы. Когда Дин был готов, он снова начал использовать слова. — В этом есть какой-то безумный смысл, я полагаю. Реальный мир всегда казался таким далеким, когда я был здесь. Как будто я был неприкасаемым. Джим похлопал ладонью по борту лодки, как будто это было живое существо. — Насколько я помню, ты действительно проводил здесь изрядную долю времени, бесцельно дрейфуя в этой старушке. Дин протянул руку и плеснул лишнюю воду на Джима. — Если я правильно помню, именно ты посоветовал мне это сделать. — Джим все еще делал ему подарки. — Я часто чувствовал бессилие, когда не мог помочь тебе. Это была битва, к которой я никогда не был готов должным образом. — Ты сделал больше, чем думаешь. — Макленд говорил о своих недостатках, когда дело касалось Дина. Эти люди ошибались, они помогали Дину так как он не мог выразить словами. — Больше, чем я когда-либо смогу тебе отплатить. Джим прочистил горло. — Если бы я мог сохранить тебе жизнь, лишить тебя хотя бы одной унции страданий, я сделал бы это без всякой мысли о последствиях. Дин рассмеялся, и этот звук был больше походил на всхлип. — Именно такое мышление и привело нас к этому моменту, старина. — Он всего лишь хотел спасти своего младшего брата. В то время это казалось единственным выходом. — Это прозвучало как немного мудрости Хранителя, — улыбнулся Джим. — Кстати об этом. — Брови Дина сошлись на переносице, и он пошевелил безымянным пальцем, позволив серебру поймать солнечный свет. — Тебе о многом бы следовало мне рассказать. Посылать меня в тихие путешествия вокруг пруда было настолько неопределенно, насколько это вообще возможно. Отец выкрикивал Калебу команды в течение двадцати лет. У Сэма есть Мак. И хотя я ценю сюрреалистичность так же, как и любой другой парень, твоя «Леди» не очень-то разговорчивая. — У меня единственное жалкое оправдание. — Джим тяжело вздохнул. — Будучи человеком, я считал само собой разумеющимся что у меня будет много времени. Мы все думаем, что будем жить вечно, даже зная что это не так. — Так что, возможно, хорошо знать конечный срок своей жизни. — Дин не мог по-настоящему злиться на своего предшественника. Это было все равно, что пытаться злиться на любящего дедушку. — По крайней мере, я не принимаю некоторые вещи как должное. Джим почесал подбородок. — Я помню, как Джулиан однажды сказал мне, что единственное благословение, которое принес ему рак — это возможность попрощаться. Дин почувствовал, как у него защипало в глазах. — Я не могу себе представить, как попрощаюсь с ними… Боюсь увидеть, что из этого выйдет. — Рассказать Сэму, а потом Калебу о сделке, которую он заключил, было двумя самыми трудными разговорами в его жизни. — Я думаю, Джулиан нашел некоторое утешение в том, что Максим умер первым, избавив его от самой неприятной обязанности прощаться со своим вечно бдительным покровителем. Дин провел рукой по лицу, стирая слезы, которые скатывались с его ресниц. — Если Джулиан был чем-то похож на Калеба, то я могу его понять. — У Калеба добрые намерения, и ты это понимаешь. Никто не хочет столкнуться лицом к лицу со своими самыми большими страхами, особенно те немногие, которые считают себя способными сдерживать наводнения. — Иногда я понимаю, почему папа пошел на эту сделку и быстро с ней покончил. Джим протянул руку, его грубые пальцы обхватили запястье Дина. — Ты всегда был сильнее своего отца. Дин был застигнут врасплох этими словами, искренним извиняющимся взглядом, который увидел в глазах Джима. — Я любил его, как сына, но он не мог найти способа преодолеть свою собственную боль. Он никогда не мог найти безопасную гавань от своих страданий, даже когда это было предложено ему снова и снова тобой и твоим братом. — Джим снова указал на пруд, на ферму. — Джон так и не нашел дорогу домой. — А сейчас он дома? — Не бойся, мой мальчик, — слабая улыбка озарила лицо Джима. Он протянул руку и нежно погладил Дина по щеке. — Он сейчас с твоей матерью. — Я их больше никогда не увижу. — Смерть не принесет Дину возвращения домой. — Я больше никогда никого из вас не увижу. — Иногда то, что кажется концом — это только возможность для нового начала. Из пепла может возникнуть что-то более яркое, лучшее. Дин отрицательно покачал головой. Было легко понять, откуда Калеб черпал свои идеалистические идеи. — Как у феникса? Улыбка Джима стала шире, и он похлопал Дина по щеке, прежде чем убрать свою руку. — Вот именно. Могучий нефритовый феникс. Надежда — это вещь с крыльями. На этот раз смех Дина был искренним. — Только ты можешь попытаться подбодрить меня разговором о том, что я отправлюсь в ад. Пастор усмехнулся. — У меня было много практики, учитывая то, о чем я проповедовал. Твой отец и Бобби были первыми в этом списке. Младший охотник вздохнул. — Мы скучаем по тебе, Мерлин. — Я все еще с тобой, с Калебом и Сэмюэлем. — Они пытаются спасти меня. Джим кивнул. — Они скоро тебя найдут. — Я беспокоюсь о них… После того как я умру… — Да. — Джим встретился с ним взглядом. — Им придется найти свой путь, новую общую почву, так сказать. Дин нахмурился. — У них есть общая почва, они одна семья. — Да, но именно ты являешься для них общей почвой. И препятствием, которое они должны преодолеть. — Не понимаю. Как я могу быть и тем и другим? — Потому что тебя они видят с совершенно разных сторон. — Я просто хочу, чтобы они оба были в безопасности… И знаю, что они сделают все, чтобы спасти меня. — Я не сомневаюсь, что со временем они все поймут. Дин говорил о сделке, но понял, что Джим говорит о его текущей ситуации. Это не принесло особого утешения. — Обещай мне, что ты будешь присматривать за ними, если я не смогу. — Я уже это делаю, мой мальчик, — заверил его Джим. — Неужели? — Дин нахмурился, он никогда особо не верил в совпадения. — Держу пари, ты не очень удивился, узнав, что они привели домой бездомную дворняжку по имени Бу Рэдли. — И не говори. — Джим кивнул. — Это очень почтенное имя. Я всегда боялся, что это будет довольно запутанно, пока я был рядом, но я очень любил Джема. И конечно же, там еще был Укроп. — Ты меняешь тему разговора. — Разве я это делаю? Я думал, мы обсуждаем собак. Кстати, Аттикус и Скаут хотели сегодня присоединиться к нам, но ты же знаешь, как они ведут себя в лодке. Дин закатил глаза, удивляясь отсутствию хитрости у Джима. — Ты уже упоминал о опрокидывании. — Это и еще отпугивание рыбы. — Рассмеялся Джим. — Разве в этом пруду есть рыба? — Ты бросаешь мне вызов, мой мальчик? Может быть, дружеское пари? — Джим поднял свою удочку. — Потому что я верю, что в этом пруду водится пятифунтовый окунь. — Да неужели? — ухмыльнулся Дин. Похоже, ему больше нечего было делать. Провести солнечный день на рыбалке с Джимом было чертовски лучше, чем альтернатива. — Если только мы не вытащим кита Джонаса или не подцепим какую-нибудь чокнутую русалку, о которой ты забыл упомянуть. — Ничего такого захватывающего. — Джим поднял указательный палец. — Хотя мне все-таки удалось принести эту корзинку с лакомствами. Дин впервые заметил знакомую корзинку для пикника, стоявшую у ног Джима. — Скажи мне, что там есть печенье с арахисовым маслом. — Подгоревшее по краям, как раз так, как ты любишь. — Подмигнул Джим.
