Бет Нуар

      Когда наутро я проснулась, кровать была пуста: ни мамы, ни папы… ни чего-то другого.       Я села и оглядела родительскую спальню. В доме по-прежнему висела ненормальная тишина. В таком строении обязательно должно было бы что-то скрипеть, потрескивать — оседали старые балки, дождь стучал бы по крыше, в конце концов!       Но в ушах стояло все то же пронзительное безмолвие.       Я спустила ноги на пол — старые половицы скрипнули под моим весом — и, поморщившись от холода, невольно прислушалась. Я нутром чуяла, что вновь увижу призрака.       Но до меня не донеслось ни звука. Я пригляделась к застекленной двери: снаружи вправду лил дождь, хотя в спальне не слышалось шума капель — вообще ни черта.       Волосы на затылке встали дыбом — я задницей чувствовала, что-то снова не так. Это место проклято! Здесь обитают призраки, и один из них скрытно наблюдает за мной.       Сглотнув — в горле было сухо, как в пустыне — я решила вести себя как ни в чем не бывало. Будто в ответ на мои мысли о неестественной тишине, пол заскрипел под моими шагами.       Внизу никого не было, родители разъехались по делам. На кухонном столе меня ждала записка от мамы: у нее назначена встреча с подругой, и она задержится допоздна, но ведь я взрослая девочка и могу сама приготовить себе ужин?       Конечно, если долбаный призрак не убьет меня раньше!       У меня не было машины, поэтому свалить подальше от дома я не могла и продолжала притворяться, что у меня все о’кей. И все же, когда я решила вернуться наверх за скетчбуком, у меня затряслись руки — наверняка он хотел выманить меня из спальни. Чем больше я излучаю страха, тем сильнее он становится.       Дверь беззвучно открылась сама собой.       Сердце бешено заколотилось, когда я вошла внутрь — проведя взглядом по комнате, я уставилась в тот темный угол, откуда он появился прошлой ночью. Сквозь окно просачивался луч света, создавая тусклое сияние, но тьма не рассеивалась полностью. Она клубилась там, зловещая и угрожающая.       Я аккуратно подошла к своему столу, но стоило мне подобрать скетчбук, как дверь внезапно захлопнулась.       Я с криком бросилась к ней — молотила руками, дергала и выкручивала ручку! — но следом раздался скрежет закрывающегося окна — под шорох задернувшихся занавесок. Моя комната погрузилась во мрак.       Кто-то был прямо позади меня! Дыхание участилось, и я крепко зажмурилась.       — Почему ты убегаешь, дорогуша?       Его голос отдавался эхом, резонировал в ушах, глубокий и проникновенный, он играл на нервах. Я задрожала и выронила блокнот, отчаянно выворачивая ручку. Он был прямо за мной, давил своим холодом!       Раздался вздох. Холод обвился вокруг меня, от него перехватывало дыхание и электризовались волоски на руках.       — Я только хочу подружиться с тобой, — голос стал ниже и зазвучал прямо у меня над ухом: — Похоже, тебе не помешает друг.       — Я не хочу дружить, — прошептала я. — Мне не нужен друг.       Он тихо засмеялся, и меня пробрало холодом. Теперь я вообще не могла дышать.       — Одним обзавестись придется.       И он исчез. Просто взял и исчез. Дверь приоткрылась, как и окно, а занавески вернулись на место, впустив в комнату свет. Я бросилась наружу — на этот раз проклятая дверь бесшумно закрылась за моей спиной.       Я бежала к входной двери, но, едва я приблизилась, как засов молниеносно вдвинулся в пазы. Он не поддавался, и я метнулась к стеклянной двери кухни, пытаясь открыть хотя бы ее, но замок щелкнул и отказался поворачиваться. Объятая ужасом, я начала дергать оконные ручки в надежде на чудо.       А на дом тем временем опускалась тишина.       Только дождь барабанил по крыше. Я сползла на пол в углу, запустила руки в волосы и подтянула к себе колени. Ему до меня не добраться! Он — призрак! Он меня не достанет!       Когда стало очевидно, что затишье затянулось, я наскребла остатки смелости. Ползком, боясь вставать, я передвигалась по кухне, пытаясь найти свой телефон, чтобы позвонить маме.       — Она слишком занята, чтобы уделять тебе время, Рей.       Я стремительно обернулась и увидела в дверях его — большую черную фигуру, лишенную формы, но с широкой улыбкой. Она стала еще шире, когда я принялась отползать прочь.       — Убирайся! — прошипела я и упала, неудачно поставив руку. Тень заскользила по полу, а затем раздались тяжелые медленные шаги. — Не подходи… Не подходи ко мне!       — Куда ты собралась? Я всего лишь хочу подружиться.       Громадная фигура приближалась ко мне, и я заорала, перевернувшись на спину и закрыв лицо руками…       Вдруг что-то упало мне на живот.       Я скосила глаза и увидела свой скетчбук. Озадаченная, я схватила его и настороженно выпрямилась, прижимая блокнот к себе и оглядывая кухню. Призрак исчез.       — Что… Чего ты хочешь? — прохрипела я.       — Я же уже сказал тебе: я хочу дружить, Рей.       Свет погас. Я заморгала — на кухне потемнело от резко сгустившихся туч за окном и обрушившегося стеной ливня — и тогда увидела его рядом с холодильником.       Призрак улыбнулся. Его одежда была другой, он держал руки в карманах синего костюма с красным галстуком. Его глаза тоже горели красным, но он моргнул, и это прекратилось. Теперь он просто стоял там. И смотрел.       — Нет, не хочешь, — передернулась я.       — Да, хочу, — его фигура рассеялась и появилась снова возле раздвижной стеклянной двери, в нескольких шагах от меня, опять в костюме-тройке. — Мне нравятся твои рисунки. Ты очень талантливая девушка.       Прогремел гром. Он продолжал улыбаться, и я крепче прижала к груди свой драгоценный скетчбук.       — …Спасибо, — пробормотала я.       Его очертания растворились в полумраке и проплыли тенью по кухне, подкрадываясь ко мне. Я сжалась в комочек и с участившимся пульсом наблюдала, как расплывчатое темное пятно покачивается передо мной.       — Меня зовут Бен, — промурлыкало оно мягким мелодичным голосом. — Я знаю, что твое имя Рей. По-моему, очень красивое имя.       — …Спасибо.       — Всегда пожалуйста, Рей.       Холод полз по моим ногам, туман обвивался вокруг них, пока не добрался до груди. Я тряслась — блокнот вырвало из моих рук, он упал и раскрылся на полу. Страницы начали перелистываться, замелькали мои однотонные рисунки.       — Им не помешало бы добавить цвета, — обронил Бен. Вновь обретая смутные человеческие черты, он повернул голову к блокноту — черная дыра, поглощающая сумеречный свет от раздвижной двери. Бен сидел, скрестив ноги, примерно в двух футах от меня. — А ты как считаешь?       Я пожала плечами, не сводя с него глаз.       — Даже не знаю. Мне просто нравится рисовать карандашом.       Первой появилась его улыбка, а затем тени поползли вниз, открывая человеческое лицо под ними. Как паутинки, они сползали по его шее, одежде — Бен оказался одет почти как я, в обычные джинсы и футболку. Должно быть, ему было лет тридцать, когда он…       Бен подпер подбородок ладонью, его черные глаза блуждали по блокноту, по вновь зашевелившимся страницам.       — Мне нравятся эти пейзажи, — он наклонил голову, остановившись на рисунке с видом на деревья из моего окна. — Так подходит меланхоликам.       — Я не… я не меланхолик.       Его взгляд переместился на меня. В его глазах не было света, только бездонная чернота без зрачков. Я отшатнулась.       — Нет? — спросил он, саркастически вскинув брови.       — Нет. У меня есть друзья. Они были здесь вчера.       — Да, я их знаю, — Бен сжал челюсти, вдавив язык в щеку. — По Дэмерон любит швырять камни в мои окна.       — По не стал бы этого делать. Он неплохой парень.       Бен снова улыбнулся. Мельком, но я увидела острые клыки, такие длинные, сидящие плотным частоколом, как у Оно. Шестое чувство кричало мне бежать без оглядки, но страх не давал двинуться с места. Господи! Неужели передо мной действительно призрак? Или он демон?..       — Ты… — запнулась я. — Ты привидение?       Бен цокнул языком и выпрямился, отвлекаясь от моего скетчбука.       — Давай проверим.       Он взмахнул рукой, и из деревянной подставки у плиты вылетел нож. Он пронесся по комнате, и я в панике нырнула под стол — но лезвие просвистело мимо и с тошнотворным стуком вонзилось Бену прямо в лоб.       Я взвизгнула и в ужасе прижала ладони ко рту. Какого хера?!       Но кровь не хлынула бурным потоком. Бен моргнул и вздрогнул, черные глаза встретились с моими глазами, начисто игнорируя рукоятку ножа, торчащую из его гребаного лица. В ушах у меня зазвенело. Вот дерьмо! Казалось, меня сейчас вырубит, вырвет или то и другое одновременно.       Бен поднял руку и выдернул нож. Рана стала зарастать, как будто длинные тонкие корни растений сшивали заново его бледную кожу поверх черного… черного нечто под ней! Я никогда не слышала, чтобы такое делали призраки. Кем он был на самом деле?       Бен покрутил нож в длинных пальцах.       — Есть вероятность, что я все-таки призрак. Но мы можем копнуть глубже.       — О боже, нет! Не надо! — я потерла лоб и поняла, что вся вспотела. — Я сейчас в обморок упаду.       — Так скоро? Я только начал восхищаться твоими прелестными рисунками. К слову, я кое-что обнаружил в коробках, которые ты оставила на чердаке: кажется, некая маленькая почетная грамота?       Бен щелкнул пальцами, и со стороны гостиной прилетел свернутый желтый листок. Он схватил его и развернул, демонстрируя мне. У меня стеснилось в груди.       Грамота… та самая, которую, как я думала, потеряла мама. У меня пересохло во рту, и я взглянула в его глаза, в этот миг светло-карие и мягкие, как у папы.       — Ты такая талантливая, — прошептал Бен. Он отпустил листок, и тот, свернувшись, покатился по полу. Неотрывно глядя на меня, он подался вперед, оперся на ладони и облизал губы, больше не улыбаясь. — Но ни у кого нет на тебя времени, не так ли?       Я отшатнулась — и уперлась в кресло — и смотрела, как он медленно приближается ко мне. Холод давил, сворачиваясь на моей груди, дышать становилось все труднее, и…       И он в очередной раз исчез.       На кухне зажегся свет, ливень перешел в моросящий дождик, а я сидела в прострации, пока не нашла в себе силы вскочить и метнуться к входной двери. Надо выбираться из дома, пока есть шанс! На этот раз засов поддался.       Однако в дверях я столкнулась с мамой. Она ахнула и, устояв на ногах, обняла меня, а я безудержно разрыдалась. От нее попахивало алкоголем, а на локте висели многочисленные пакеты. Слава богу, она решила вернуться домой пораньше!       — Нужно валить отсюда! — взвыла я, покосившись за плечо на залитый обманчивым солнцем дом. — Тут водятся призраки! Этот жуткий тип…       — Рей. Веди себя как взрослая.       Закатив глаза, мама с тяжелым вздохом отодвинула меня в сторону. Мне оставалось лишь смотреть, как она заносит в дом с покупки и пинком закрывает за собой дверь.       Я стояла на крыльце, глядя ей вслед. Даже на улице тишина создавала странное и неестественное ощущение: ни насекомых, ни птиц. Дождь звучал приглушенно, как будто мы находились в пузыре, запечатанном снаружи. Судя по всему, так и было.       Я перевела взгляд на темную кромку леса вдоль участка — и сердце подскочило куда-то к горлу. Наша подъездная дорожка терялась между деревьями с густыми, высокими кронами — и я осознала, что мы действительно очутились в пузыре, пойманные стихией, под властью злобного призрака. Или демона.       Моргнув, я увидела и его самого на повороте дороги — громадную черную тень под дождем, с опущенными руками и плечами. Страх защекотал горло, примитивный, откровенный ужас перед чем-то неестественным и порочным.       Бен склонил голову набок, и широкая клыкастая улыбка расплылась по его затемненному лицу. Он поднял руку и помахал мне колыхающимися длинными пальцами. Просто помахал. Не шевелясь, не делая ни шага.       Я попятилась к дому и шмыгнула за дверь, захлопнув ее за собой. Снова сглотнув, я повернула замок, заперла засов и глянула сквозь занавеску, прикрывавшую ближайшее окошко — проверить, не исчез ли он.       Его кривая морда ухмыльнулась по ту сторону стекла, обнажая бесчисленные острые зубы. Крик застрял у меня в горле, и я, зажав рот, панически задышала.       Ладонь Бена с силой хлопнула по стеклу. Он оскалился.       — У меня уйма времени, Рей. У меня есть для тебя все время этого гребаного мира! — Когти заскребли по двери, он хохотнул — как-то истерично, неуравновешенно. — Тебе никогда не отгородиться от меня!       — Рей? Что происходит?       Мама коснулась моего плеча, и я, круто повернувшись, заорала не хуже баньши. Мама рассердилась, призвала меня держать себя в руках, и мне пришлось как следует отдышаться, чтобы перестать судорожно трястись.       Я посмотрела за плечо, но Бена уже не было.       — Я всего лишь хотела отдать тебе это, — раздраженно фыркнула мама. — Вчера наткнулась на нее на чердаке и хотела сделать сюрприз. Говорила же, я ничего не теряю!       Она вручила мне мою грамоту — свернутую и аккуратно перевязанную кусочками бечевки, с идеально выровненными бантиками. Меня заколотило так, что я чуть не выронила ее.       Мама возвела глаза к потолку и пошла на кухню, оставив меня одну в прихожей. Я коротко глянула на лестницу, ведущую наверх, и поспешила за мамой. Надо приготовить ланч. Отвлечься! Главное, не обращать внимания на Бена.       Но перед этим я выкинула грамоту.