Давай сыграем?..

Разговор с Марселем не выходил у него из головы. Сейчас, правда, Руслан не мог точно вспомнить, что конкретно тогда говорил он брату, смущенному мальчику пытаясь объяснить, что делать столь однозначные и плачевные выводы так рано ему точно не стоит. Марсу было всего шестнадцать — впереди у него была вся жизнь. И, стараясь подобрать правильные слова, Руслан обещал ему, что в будущем он обязательно встретит своего человека, влюбится и построит с ним отношения, все прелести духовной и физической близости с любимым познавая. Кузнецов успокаивал Марса, но думал совсем о другом. По кругу гоняя в голове мысль о том, что именно он повинен в проблеме парня, Руслан судорожно искал выход, сбиваясь мыслями на угрызения совести и чувство вины. Ведь тогда, прижимая Марса к стене, Кузнецов явно ощутил коленом его возбуждение. И теперь, слыша от сводного брата пугающие слова об отсутствии какого-либо интереса (в том числе и сексуального) к своему или противоположному полу, Руслан думал о том, что именно его действия в тот вечер и стали этому причиной. Как будто Марсель, над которым так зло и жестоко смеялся тогда Руслан, теперь не мог или боялся возбудиться. Как будто Руслан навсегда тогда отбил у Марса желание близости. От этой мысли Кузнецов был готов провалиться сквозь землю. До дома в тот вечер братья доехали в повисшем между ними напряжении и к этому разговору больше не возвращались, мучающегося от чувства вины Руслана заставляя лишь сильнее переживать от того, что как-то исправить то, что натворил, он уже не мог. Не придумал еще никто машины, способной отправить на два с половиной года назад одного долбоеба. На протяжении нескольких недель Руслан себя изводил. Пару раз его «светлую» голову посещала мысль воспользоваться услугами профессионалок (-лов?), предлагая Марселю попробовать свои силы в постели с той (или тем?), кто не станет над мальчиком в случае неудачи смеяться. Но, вспоминая, как Марс реагировал тогда на домогающуюся его Кравцову, Руслан эти идиотские мысли от себя гнал, на лопоухого парня задумчиво поглядывая, когда тот не видел, искренне желая ему помочь. Вот только была одна маленькая проблема — Руслан понятия не имел, как это сделать. Продолжая общаться с братом, как будто того странного разговора в машине вовсе не было, Кузнецов искал выход из сложившейся ситуации, осторожно расспрашивая Марса во время просмотра какого-нибудь фильма или сериала о том, кого из актеров и актрис он считает привлекательными. Красоту людей, к радости Руслана, младший ценил. Руслан узнал у Марса, что ему нравятся девушки с острыми чертами лица и угловатой фигурой, высокие и худые — любимой актрисой Марселя была Кара Делевинь (что ж, губа у мальчишки, определенно, была не дура). А среди мужчин-актеров Марсу импонировали те, у кого были довольно смазливые и симпатичные лица, жилистые, но не перекаченные тела и, определенно, высокий рост. Марс и сам был довольно высоким (Руслану макушкой младший брат доставал уже до бровей), и, пытаясь составить образ возможного интереса Марселя, Кузнецов одним из важнейших пунктов своего списка выделял именно рост, среди знакомых Марса пытаясь выбрать кого-то подходящего по параметрам. В поисковых целях Руслан даже пару раз приезжал за братом в лицей, чтобы забрать того и, вместе пообедав, отвезти мальчика на тренировку, подруг и приятелей Марса из школы и бассейна внимательно разглядывая через лобовое стекло, сидя в машине, пытаясь найти ту или того, кто мелкому мог бы понравиться не только в качестве друга. Благодаря своему интересу Руслан и заметил кое-что странное. — А где твой дружбан, с которым вы раньше везде вместе ходили? — поинтересовался Кузнецов у брата, когда тот залез на пассажирское сидение его мерседеса в одну из весенних пятниц. — Леша, кажется? — попытался вспомнить он имя Марсового друга. Определенно, возглавляющего список под заголовком «М». Руслан заметил, как брат погрустнел. — Они с родителями переехали в Питер еще летом, — сообщил Марс, вздыхая, о тяжелом расставании с лучшим другом рассказывая Руслану, скрепя сердце. — Оу, — расстроился и сам Кузнецов. "Так, Алексея, значит, отметаем". — Ага, — кивнул Марсель, переводя взгляд на дорогу, Руслана, пожалевшего о том, что он про Лешу вообще спросил, заставляя срочно перевести тему в более благоприятное русло. Видеть Марса грустным Руслану почему-то было не по себе. — Ну, у тебя же еще много друзей? — спросил старший, вспоминая, что из лицея Марс обычно выходил в большой компании девчонок и парней. Со стороны казалось, что его младший брат — очень даже популярная персона. — Да не то, чтобы много, — вслух задумался Марсель. — Это, скорее, приятели, чем настоящие друзья, — поделился он с Русланом, поворачиваясь к брату лицом, теплыми карими глазами заглядывая в льдистые голубые. — Но с Настей с плавания, пожалуй, в последнее время мы общаемся довольно тесно. "Настя? Отлично. Действуй, Руслан!" — О, я ее помню, — улыбнулся Кузнецов. — Симпатичная девочка. Может, пригласим ее с нами пообедать? — предложил старший Марселю, осторожно поглядывая на него, чтобы оценить реакцию. Марсель не покраснел, смущаясь, как раньше, и не отвел в сторону взгляд. Продолжая смотреть в глаза брата смело и прямо, своим неожиданным ответом Руслана он удивил. — Понравилась? — поинтересовался Марс зло, кажется, даже немного ревнуя. Как будто Руслан вновь пытался влезть на его территорию. "Смешной". — Нет, — поспешил Кузнецов заверить мальчика в том, что в его подруге (и при удачном стечении обстоятельств будущей девушке) он совершенно не заинтересован. — Просто хотел предложить познакомиться и посидеть всем вместе в кафешке перед тренировкой, — торопливо объяснился Руслан, осторожно улыбаясь, чтобы немного смягчить колючий взгляд карих глаз. — Надоело, что даже по пятницам ты делаешь свои чертовы уроки, — рассмеялся он, призывая Марселя спрятать свои иголки. — А-а-а, — наконец улыбнулся и сам Марс. — Ну, давай я у нее спрошу, — прикусил он губу, доставая айфон из кармана, и, найдя в диалогах имя подруги, написал той СМС. Настя ответила, что на обед не успеет. — Предложи тогда после тренировки куда-нибудь сходить, — однако, Руслан не сдавался. Желая свести младшего брата с подругой, он был готов сегодня и дважды поесть в его компании. Марсель, подозрительно на него покосившись, переадресовал вопрос в чат. Настя согласилась. Довольный собой Руслан широко улыбнулся. — А ты сам разве вечером не собирался куда-то с Маратом? "Бля, а вот об этом я как-то забыл…"

***

Ну, что ж, как показало наблюдение, проблемы Марселя надуманными не были. Анастасия (высокая, стройная и привлекательная девушка, очень даже соответствующая вкусам Марса) в младшем брате Руслана, определенно, была заинтересована — Кузнецов просто не мог не заметить ее влюбленный взгляд в сторону рыжего во время их совместного ужина после тренировки. Однако, мелкий, казалось, симпатии со стороны девушки совершенно не замечал. И не разделял — это уж точно. Довольно странно реагируя на прикосновения мягкой ладони к руке, Марс тактильного контакта с Настей сторонился, отодвигаясь от девушки и краснея ушами, сидевшему напротив Руслану, обсуждающему учебу в университете с приглашенными за компанию в кафе приятелями Марса и Насти из бассейна, в голову вкладывая не самую радостную мысль: любой физический контакт с интимным подтекстом Марселю был неприятен. И что с этим делать, Руслан ума не прилагал. Посмотрев со стороны, но с достаточно близкого расстояния на то, как общается брат с друзьями, Кузнецов совсем опечалился, в своей причастности к тому, что мальчик был антитактильным, теперь будучи совершенно уверенным. "Ебнуть бы себе прошлому по голове!" Однако, сделанного было уже не вернуть, как бы Руслан ни хотел что-то исправить. Как сказал ему однажды Марс, "что было — прошло". Коря себя за ошибки прошлого, Руслан искал любой другой выход из непростой ситуации, в компании сводного брата проводя все больше времени, лично исследуя и проверяя на прочность границы Марсовой зоны комфорта, к мальчику то и дело невзначай прикасаясь. Младший вздрагивал каждый раз, но от Руслана, как от остальных, не шарахался. Крохотная надежда на спасение мерцала во тьме. Наверное, Кузнецову стоило поговорить об этом с Венерой, или предложить самому Марсу с мамой свои проблемы обсудить. Но, взяв на себя обязанности старшего наставника и брата (как будто раньше ему одна мысль об этом не была только противна), Руслан пытался младшему помочь своими силами, приручая Марселя к рукам и объятиям, колючего ежика призывая спрятать свои иголки. Теперь, смотря вместе с братом по ночам сериалы, Кузнецов садился или ложился так, чтобы Марсу приходилось к нему хоть какой-то частью тела прикасаться, краснеющего лопоухими ушами мальчишку к присутствию в его зоне комфорта постороннего человека постепенно приучая. Приручая Марселя к себе. Сначала стараясь отодвинуться от Руслана как можно дальше или вообще сесть на полу, со временем Марс с непривычным положением их тел в пространстве смирился, садясь со старшим братом совсем рядом и изредка даже засыпая у того на плече, довольного своими успехами Руслана вынуждая потом его в комнату относить. Радуясь тому факту, что лед, наконец, тронулся, Кузнецов продолжил работу над своими прошлыми ошибками с удвоенным рвением. Прошло пару недель. Отписавшись Марату, что вчерашнего похода в клуб ему хватило на долгое время, Руслан решил субботний вечер провести дома, до десяти часов вечера развлекая Платона своей персоной, с младшим играя сначала на улице, а, когда стемнело, и дома. Такому развитию событий карапуз был только рад — к вернувшемуся из интерната почти год назад старшему брату Платон испытывал какую-то особенную любовь и привязанность. Марс написал, что вернется домой с Дня рождения одноклассника около одиннадцати, увлеченному игрой с братом Руслану позволяя вместе с мелким принять ванну (быть обрызганным плескающимся в воде Платоном) и, уложив того спать, приготовить закуски к намеченному на вечер киномарафону, в свою комнату принося большой поднос с чипсами, орешками и прочими снеками. Марсель, как и обещал, приехал домой ровно в одиннадцать ноль-ноль. Его пунктуальность Руслана иногда даже подбешивала. Но не сегодня. Сегодня своевременному возвращению брата Кузнецов, как никогда раньше, был рад. Ведь дожидаясь Марса, Руслан уже весь извелся, о новом фильме, вышедшем одновременно в прокат в России и в кинотеатрах, и в сети, успев поймать пару спойлеров в инстаграме, свой интерес к очередной работе Гая Ричи раскаляя добела. В коридоре раздались торопливые шаги. — Щас, я только быстро переоденусь, — просунулась в щель двери растрепанная рыжая макушка, отвлекая Руслана от телефона, чтобы сообщить тому о прибытии брата домой. — Давай пырей! — поторопил Кузнецов младшего, перемещаясь с кровати на их любимый диван, щелчком пульта разжигая экран большой плазмы, где уже полчаса на паузе первых кадров стояли «Джентльмены». Мелкий в пижамных штанах и растянутой футболке пришел на киносеанс через десять минут. С ногами забравшись на диван, братья сели по-турецки, между бедер устанавливая миски с попкорном и чипсами, под звуки первых диалогов синхронно двигая челюстями. От шоколадного молока Марсель отказался, сообщая Руслану о том, что на Дне рождения приятеля он выпил легкий коктейль и смешивать животный белок с алкоголем не хочет. Сам Руслан от привычки пить шоколадное молоко перед сном избавился, когда учился в интернате (там не было няни, чтобы парню каждый вечер его любимое лакомство готовить), и, запуская руку в контейнер со льдом, Кузнецов под «Джентльменов» поглощал совсем не джентльменский напиток. — Пиво будешь? — предложил Руслан, протягивая брату покрытую конденсатом бутылку. — Нет, спасибо, мне оно не очень нравится, — ожидаемо отказался Марс. Как успел заметить Руслан, младший для своего возраста был довольно приличным малым и, в отличие от самого Руса в прошлом, к алкоголю, наркотикам и шумным тусовкам был практически равнодушен. — Как хочешь, — улыбнулся старший Кузнецов, к горлышку предложенной Марселю бутылки присасываясь своими губами, завершая непродолжительный диалог, чтобы от сюжета фильма больше не отвлекаться. Критики не обманули — киношка оказалась что надо! В полном молчании братья досмотрели фильм до конца, за пару часов, что шло кино, несколько раз меняя положение тел в пространстве, чувствуя, как от долгого сидения в одной позе затекают то спина, то руки, то ноги. — Бомба, — восторженно выдохнул Рус, привалившегося к нему с боку Марса приобнимая за острое плечо. — Да, крутой сюжет, — согласился Марсель, поворачиваясь головой к брату, подбородок смотревшего на него сверху вниз Руслана щекоча своей рыжей челкой. — А тренер… Сука, — усмехнулся старший, растрепанные волосы Марса приглаживая свободной рукой. — Теперь он мой кумир, однозначно. — Ага, — довольно жмурясь от прикосновения пальцев к своей голове, рыжий кивнул, соглашаясь. Титры ползли по экрану, ребята продолжали сидеть рядом. Пожалуй, даже чересчур близко, но Кузнецов в этот момент думал совсем о другом. Обнимая Марселя рукой, он размышлял о том, почему других мальчик продолжает упрямо сторониться, в свое личное пространство впуская Руслана, но не кого-то еще. Старшему казалось, что он не видел раньше, чтобы Марс когда-нибудь обнимался даже с собственной матерью. "Странно все это…" — думал Руслан. Не то, чтобы этим вечером Кузнецов много выпил. Он чувствовал себя абсолютно трезвым. Но почему-то сдержать внутри странного и смущающего вопроса Руслан не смог, расслабившегося в его руках Марса осторожно позвав, привлекая его внимание тихим голосом. — Марсель, — уткнувшись взглядом в рыжую макушку, произнес имя брата Кузнецов, крутившиеся в голове мысли пытаясь сформулировать таким образом, чтобы мелкого своим вопросом не обидеть и одновременно с этим ответ от него все же получить. Задрав голову, Марс посмотрел на Руслана, взгляд льдистых голубых глаз встречая теплотой и мягкостью карих. — Прости, если я сейчас скажу какую-то херню, но мне интересно, — заранее извинился Кузнецов, чуть напрягшегося мальчишку осторожно к себе прижимая. — Тебе неприятны прикосновения других людей? — спросил Руслан, как есть, и задержал дыхание, ответа младшего брата ожидая с волнением, до конца, правда, так и не понимая природу своего любопытства. Вроде и спрашивал Кузнецов Марса за тем, чтобы понять, насколько мальчик был безнадежен. А вроде и для личного интереса этот момент уточнял. Марсель молчал — смотря брату в глаза, он долго думал над ответом, пожевывая свою нижнюю губу — Скорее, да, чем нет, — придя к окончательному решению, наконец произнес Марсель. — Мне не очень нравится, когда меня трогают чужие. — Но мне ты позволяешь?.. — зачем-то решил уточнить Руслан. — К тебе я, типа, привык уже, — пожал плечами Марс. Кузнецов и сам видел, что брат, сидя рядом с ним, не испытывал дискомфорта. Скорее, даже наоборот. В его компании он чувствовал себя довольно расслабленно и спокойно, со временем привыкнув и к неожиданным прикосновениям Руслана, и к его недавно приобретенной привычке постоянно тискать Марса, обнимая мальчика, сидя на общем диване. По крайней мере, попыток отпрянуть или отстраниться со стороны брата Кузнецов давно уже не замечал. — А с другими? — продолжил допытываться до младшего Руслан, в карие глаза заглядывая с вопросом. — С другими не так, — ответил Марс. Руслан на секунду задумался о том, чтобы остановиться. Завершить этот странный разговор, пока он не стал слишком уж странным. Но родившийся в груди интерес продолжил говорить за него: — И ты никогда даже не пробовал... ну, типа... — путаясь в словах, спросил Кузнецов, не зная, зачем он вообще об этом спрашивает. — Нет, — качнул головой Марсель, догадываясь, о чем говорит сводный брат. — А целоваться? — посмотрев на пухлые губы Марса, поинтересовался Руслан осторожно. — Тоже нет? Кузнецов предполагал, что получит отрицательный ответ. — Ну, кроме того случая с твоей подругой, нет, — подтвердил опасения старшего рыжий. "Блять!" — Если честно, мне тогда совсем не понравилось, — вспомнил вслух Марсель свои ощущения от поцелуя с обдолбанной девушкой, заставляя ладони Руслана вспотеть, а самого Кузнецова — в очередной раз горько пожалеть о своем гнилом поступке в прошлом. — Это было... противно. "Вот ведь мудак!" — Руслану хотелось убиться об стену. "Что же я натворил?.." Судорожно соображая, что сделать или сказать дальше, Руслан по лицу младшего брата бегал виновато-растерянным взглядом, не зная, как перед тем загладить вину. Извиняться пустыми и ничего не значащими словами было уже поздно и совершенно бесполезно — Кузнецов прекрасно это понимал. Он уже сделал это один раз и кроме очистки своей собственной совести, как оказалось, ничего не добился. Марсель ту ситуацию не забыл и не отпустил. — Слушай, — собрав свои яйца в кулак, Кузнецов попытался перед Марсом извиниться по-другому, от сидевшего рядом мальчика отодвигаясь и разворачиваясь к нему лицом, между ними на диване располагая согнутое колено. — Не стоит делать выводы по одному только разу. Руслан глубоко вдохнул, подбирая слова. — На самом деле поцелуи — вещь очень даже приятная, — рассказал он Марселю, смотревшего на него во все глаза брата пытаясь убедить в том, что его первый опыт просто был неудачным. Что будет гораздо лучше и приятнее в другой раз. — Если ты доверяешь своему партнеру и ваши желания взаимны... "ВЗАИМНЫ, долбаеб! Тебе это слово о чем-то вообще говорит?" Кузнецов едва не подавился вдохом, сбиваясь речью и понимая, что сейчас он сидит и объясняет Марсу то, что объясняет, когда сам два с половиной года назад на эту чертову "взаимность" положил большой болт, подсылая к брату шалаву-Кравцову. Марсель ждал продолжения от Руслана, внимательно слушая того, чуть приоткрыв рот. Кузнецов залип взглядом на его губах. "Нецелованных, сука!" — Поцелуй с человеком, который тебе по-настоящему нравится, может быть очень даже приятным, — не совсем понимая, что делает, продолжил Руслан, интерес Марселя удовлетворяя и желая убедить мальчика в том, что он должен дать себе еще один шанс и попробовать с кем-нибудь поцеловаться снова. — А если твой партнер еще и целуется хорошо... — тяжело сглотнул он, делая паузу. От пухлых розовых губ младшего брата Кузнецов, как ни старался, а глаз отвести не мог. Кадык на шее Марса дернулся — Руслан это заметил. Марсель, казалось, очень заинтересовался поднятой темой. Кузнецов не совсем отдавал себе отчета в том, зачем вообще продолжает этот разговор. — Хороший поцелуй иногда может быть даже лучше секса, — кажется, и вовсе перестав следить за тем, что говорит, закончил свою мысль Руслан, на внимательно слушающего его мальчика, сидевшего так близко, смотря и ничего кроме его губ не видя. У Руслана не было ни сил, ни желания отвести взгляд. "Да блять! С такими охуенными губами, и ни разу не целоваться? Ебануться можно..." Кузнецов не был пьян, но мысли его сейчас были далеки от адеквата. Этот разговор просто взял и отключил его больной мозг. Марсель облизнулся. Руслан, видя это, окончательно поплыл. Думая о том, что первый поцелуй Марса случился по его вине не вовремя, неправильно и совсем не с тем человеком, вызывая стойкое отвращение и отбивая желание целоваться с кем-то еще, Кузнецов наклонился вперед, к лицу сводного брата медленно приближаясь, на шею мальчика опуская руку и притягивая того к себе. На своих губах чувствуя испуганно-удивленный вздох Марса перед тем, как Руслан его поцеловал.

Tbc…