Давай сыграем?..

Время стремительно неслось вперед. До выпускных экзаменов Марселя оставалось около месяца. У Руслана в его секретном кошельке собралось несколько сотен тысяч. Желая в короткие сроки увеличить финансовый приток, Кузнецов работал как вол и днем и ночью, полностью забивая на университет и другие заботы, взваливая на себя непосильную ношу и трудясь без выходных. Как понял Руслан, суббота и воскресенье приносили с собой самые жирные чаевые, и, пользуясь случаем, пока его сменщик болел, Кузнецов брал на себя дополнительные смены в выходные, работая с вечера пятницы по вечер воскресенья с редкими перерывами на перекус и сон в одном из служебных номеров. Со своим парнем Руслан теперь почти не виделся. Но Марсель, будучи самым чутким и понимающим человеком на Земле, на старшего брата не обижался и не злился, по возможности самостоятельно приезжая в отель, чтобы Руслана навестить. Сидя в лобби с учебником или книжкой, он наблюдал за облаченным в форменный пиджак братом, приветливо улыбающимся гостям из-за высокой стойки регистрации, на ставшего таким деловым и серьезным Руслана смотря с восхищением и любовью в карих глазах. Марсель понимал, что Кузнецов так старается ради них, строя фундамент их совместного будущего, и, безоговорочно поддерживая Руслана в этом стремлении, своим присутствием брата на подвиги вдохновлял, нежной улыбкой расслабляя напряженное лицо Руслана после не самого приятного разговора с каким-нибудь хабалистым гостем. Марселя, несомненно, удивлял тот факт, что за столь короткое время вспыльчивый и самомнительный парень так сильно преобразился, превращаясь в безропотного и услужливого администратора, способного найти выход даже из самой сложной ситуации, сглаживая любой конфликт. Видя, как, встав за стойку, Руслан резко и кардинально менялся, Марсель открывал для себя брата с другой стороны, в своих фантазиях не раз рисуя сюжеты ролевых игр, намереваясь как-нибудь на досуге попросить Кузнецова его самого в качестве "важного гостя" как следует "обслужить". А еще Марсу доставляло какое-то неописуемое удовольствие наблюдать за тем, как его красивый, горячий и сексуальный парень отбивается от внимания чересчур настырных девиц. Пару раз Марсель видел, как тот закипал внутри и едва сдерживал себя от крика, пытаясь объяснить постоялицам, что в перечень услуг, предоставляемых отелем, не входит секс с привлекательными администратором прямо за стойкой ресепшена или в его дорогих номерах. Марс счастливо и хитро улыбался, смотря на то, как Руслан без оскорблений, но довольно твердо говорил девушкам "нет", протянутые ему в руки визитки и запасные карточки от номеров складывая в небольшую коробку с макулатурой, после очередного отказа от дополнительного чая бросая быстрый взгляд на сидевшего в кресле недалеко от него Марса. — А когда меня здесь нет, ты так же категоричен? — не смог удержаться и все же подразнил Руслана Марсель, когда в очередную рабочую субботу Кузнецова они обедали в ресторанчике отеля. Сотрудников тут кормили бесплатно, а Марсель за последние несколько недель уже настолько примелькался персоналу, что ни один официант не смел приносить к столу Руслана пре-счет, его младшего брата угощая ужином или обедом как своего. — В смысле? — не понял вопроса рыжего Руслан. Он так устал за эти две с лишним недели, что мозг его работал едва ли на двадцать процентов. — Ну, — хитро улыбнулся Марс, кончиком вилки гоняя небольшой кусочек палтуса в терпком соусе, подаваемом вместе с рыбой. — Та мадам перед тобой на стойку грудь выкатила, как арбузы на развале, а ты ее так бесцеремонно послал, — напомнил он брату, стреляя глазами, жующего свою порцию обеда Кузнецова заставляя им едва ли не подавиться. У Руслана защекотало в яичках: неужели Марсель его ревновал? — А чё она? — с трудом проглотив, ответил Руслан. — Анька только стол отполировала, а эта курица его весь своими пальцами заляпала, бля, — недовольно фыркнул он, подцепляя на вилку очередной кусочек рыбы, с раздражением отправляя тот в рот. — Ну-ну, — улыбнулся Марсель. — И вообще, у меня уже перерыв начался, а эта "мадам", как ты выразился, не хотела уходить, — пожаловался брату Кузнецов, вспоминая недовольное лицо с перекачанными и перекошенными губами, с которым удалялась гостья от ресепшена, предварительно кинув Руслану в лицо свое "хам". Ну, предложил Кузнецов вызвать портье, чтобы тот девушке помог чересчур большую грудь до выхода донести, раз она не справлялась. И что с того? В открытую же он никого не оскорблял! Однако, на дополнительные чаевые от двести пятого номера Кузнецову теперь рассчитывать вряд ли приходилось. — И часто к тебе вот так на работе подкатывают? — поинтересовался Марс, продолжая заинтересовавшую его тему, усердно жующего Руслана внимательно сканируя своими цепкими карими глазами. Только за сегодняшнее утро Марсель трижды наблюдал за тем, как кто-то клеится к его брату, и предполагал, что в его отсутствие таких попыток совершается уж точно не меньше. Если не больше. — Я не считал, — честно признался Кузнецов, пожимая плечами. — А что? Ты ревнуешь? — спросил, смело встретив его подозрительный взгляд, заставляя уши Марса тут же покраснеть, а самого мальчика опустить глаза в тарелку. — Не доверяешь мне, да? Не то чтобы Руслана задел вопрос Марса, но крохотная доля обиды от того, что его любимый парень в нем сомневается, все же присутствовала. — Нет, — поспешил отнекаться Марс. — Просто интересно... — Ну-ну, — передразнил брата Кузнецов. Улыбнулся, облизнув свою вилку, и, потянувшись к Марселю рукой, тихо проговорил: — Марс, клянусь тебе своим бейджиком, сколько бы их ни было, для каждой у меня один ответ. "Нет" — прочитал рыжий в его глазах. — Бейджиком? — нервно рассмеялся Марсель. — Рус, ты работаешь здесь второй месяц, с каких пор твой бейджик стал твоим главным сокровищем? — пытаясь перевести разговор в шутку, поинтересовался Марсель, от брата скрывая проснувшееся где-то глубоко внутри волнение. Да, он ревновал, но честно признаваться в этом Руслану не собирался. — Мое главное сокровище — ты, — накрыв его руку ладонью, прошептал Кузнецов, и так уже довольно сильно взволнованного мальчика заставляя дрожать. — Но клясться тобой я никогда не стану. В животе у Марселя защекотало — он уставился на Руслана, приоткрыв в удивлении рот. Понимая, что сказал лишнего, Кузнецов поспешил одернуть руку. — Давай доедай быстрее, у меня еще сорок пять минут до конца перерыва осталось, и карточка от служебного номера в кармане, — переводя тему, подмигнул брату Руслан, внутри себя в очередной раз на себя же ругаясь за то, что сказать Марсу это чертово "люблю" он, трус, до сих пор не осмелился. Может, скажи он это, у мелкого и подозрений в его адрес больше бы не возникало? — А я уже наелся, — тут же отложил вилку Марсель, под насмешливым, но крайне довольным взглядом Кузнецова торопливо поднимаясь из-за стола. — И я, — улыбнулся Руслан, обернувшись через плечо, чтобы сообщить официанту, что они с братом уходят. Вместе Кузнецовы покинули ресторан. Пересекли холл и вызвали лифт, в нетерпении покачиваясь на пятках, стоя рядом, чувствуя приятного рода холодок на спине и собирающиеся в районе крестца мурашки. Пока братья ехали на пятый этаж, отведенный под технические помещения и номера для отдыха персонала, они не сводили друг с друга глаз, хитро переглядываясь через зеркальные лифтовые стены, в присутствии швейцара из последних сил сдерживая себя, чтобы не наброситься друг на друга и прямо тут не начать целоваться. До номера они с горем пополам добрались. И уже там, подставляясь Руслану, резко вколачивающемуся в него со спины, Марсель позволил себе забыть и о сисястых девицах, подкатывающих к брату, и о своих идиотских сомнениях, в руках любимого человека от возбуждения и удовольствия изнывая, позволяя Руслану в очередной раз доказать ему, что никто ему больше не нужен, кроме его любимого рыжего инопланетянина. Осознание того факта, что Марсель его ревнует, в этот раз добавило чуточку остроты в их и так довольно страстный и горячий секс для Кузнецова. Кончая на спину брата (после того случая они сообща решили исключить резинки из уравнения), Руслан счастливо и довольно улыбался. Жаль, только вернуться на рабочее место с обеда парень вовремя не успел — Руслана за опоздание оштрафовали. Впрочем, потеря нескольких тысяч рублей стоила того, чтобы с Марселем после секса принять вместе душ и еще несколько долгих минут с любимым братом поцеловаться.

***

Но не только Марсель ревновал. Кузнецов и сам готов был полезть в драку, когда, приехав за братом на вечеринку по случаю дня рождения его одноклассницы, возле ворот, ведущих на участок с огромным домом, где кутила этим вечером молодежь, он застал не самую приятную глазу картину — какой-то незнакомый перец стоял рядом с Марсом и, наклонившись к нему слишком близко, что-то мальчику усердно втирал. "Какого хуя?" — зарычал дикий зверь внутри Кузнецова. Громко просигналив, заставляя двух парней вздрогнуть, Руслан ударил по тормозам, останавливаясь рядом с мило щебечущей парочкой, едва не переехав одного из них (ну, того, кто нависал над его рыжим инопланетянином и тянул к Марсу свои культи). Выскочив из машины, Кузнецов широким шагом направился к прощающимся парням, тихо рыча про себя и скрипя зубами на протянутую Марселю руку. — Привет, — улыбнулся брату младший, пожимая ладонь незнакомца на прощание. — Ну, привет, — злее, чем стоило, поздоровался Руслан, останавливаясь по левое плечо от брата, недовольным взглядом окидывая подозрительного белобрысого хлыща. Кулаки Кузнецова просто нестерпимо чесались, и, если бы рядом не стоял Марс, Руслан, скорее всего, не сдержался бы и впечатал один из них в нос этого подозрительного парня, посмевшего покуситься на его рыже-конопатое сокровище. — Руслан, знакомься, это Антон, — представил Марсель своего нового "друга". "Гондон", — про себя срифмовал Кузнецов. — Ага, — но вслух сказал не то, что подумал, протянутую ему для знакомства ладонь незнакомца с самым популярным для детских дразнилок именем упрямо игнорируя. — Ты уже закончил? — вместо ответного жеста вежливости поинтересовался он у Марселя. — Поехали, — и, не дождавшись от рыжего ответа, потянул того к своему авто, под заинтересованным взглядом "Гондона" младшего брата заталкивая на пассажирское сиденье, чтобы того поскорее отсюда увезти. Очень уж ему не понравилось то, насколько близко этот Антон стоял к его парню и, стараясь действовать как можно более незаметно, пытался его полапать. — Что это за хер? — прорычал Кузнецов, переводя коробку передач в режим заднего хода, со скрипом шин по асфальту трогаясь с места, недобрым взглядом на прощание окидывая фигуру незнакомца, оставшегося стоять в свете фар. — Я же сказал, Антон, — ответил Марс, пристегиваясь и переводя взгляд на почему-то сильно раздраженного брата. — Это я понял, — фыркнул Руслан. — Я спрашиваю, кто такой этот Гондон? — не смог сдержаться и все-таки срифмовал вслух Кузнецов. — Староват он чё-то для твоего одноклассника, — высказал, доехав до перекрестка и разворачивая авто. Одного мимолетного взгляда хватило Руслану, чтобы понять, что этому белобрысому перцу было не меньше двадцати. Второго — чтобы сделать вывод о том, что этот мудак был бы рад, если бы Кузнецов еще немного задержался. А еще лучше, чтобы вообще не приезжал. Руслан, уходя, заметил его разочарованный взгляд, брошенный в спину Марселя, подозрительно скользнувший чуть ниже, когда Марс обернулся, стоя у открытой двери мерса, чтобы со своим новым знакомым попрощаться взмахом руки. "Может, все же вернуться и в рожу ему дать?" — Это старший брат Лены. Ну, у которой сегодня день рождения, — ответил Марсель на вопрос брата спокойным и ровным тоном, не понимая, почему Кузнецов так странно себя ведет — не поздоровался даже с хозяином дома и Марса почти грубо к машине уволок. — Ее родители попросили его присмотреть за вечеринкой, чтобы гости не разгромили дом, — пояснил Марс, поворачиваясь к Руслану лицом, разглядывая того в тусклом свете приборной панели, пытаясь понять, почему Кузнецов приехал за ним злым как черт. — Он вышел со мной, чтобы убедиться, что за мной и правда приедут, — продолжил объясняться Марсель, но Руслан его уже не слушал. Слухом Кузнецов зацепился за то, что заставило зверя внутри зарычать, царапая острыми когтями ребра, и так довольно шаткие нервишки Руслана, успевшего пособачиться на парковке с каким-то неадекватным типом, перекрывшим выезд, окончательно и бесповоротно разбалтывая. — Старший брат? — проскрипел Кузнецов сквозь зубы, крепко сжимая обод руля побелевшими от злости пальцами, на сидевшего рядом Марселя бросая раздраженный взгляд. — А у тебя что, фетиш на это дело? — спросил прежде, чем подумал об этом, Руслан. — В смысле? — нахмурился Марс. — Ну, тебе своего "старшего брата" мало, решил еще и Лениного... — Чего? — договорить свою глупость Марсель ему не позволил — перебил, дернувшись под ремнем, садясь боком, чтобы видеть Руслана, на несшего какую-то несусветную дичь парня смотря и ничего не понимая. — Да ничего, — рыкнул в ответ Кузнецов. — Стояли там, шушукались, как... — Замолчи! — не выдержал и психанул Марс. — Я тебе сказал уже, что он просто вышел убедиться, что за мной приедут и я буду в порядке, — более раздраженно и громче, чем в первый раз, повторил Марсель. — А лапал он тебя, чтобы проверить, крепко ли ты стоишь на ногах? — Кузнецова несло в неведомую даль. От ревности внутри все клокотало. — Он меня не трогал! — возмутился Марсель. — Я не знаю, что ты там увидел, но, наверное, тебе следует сходить к окулисту, чтобы проверить зрение, — фыркнул он, садясь прямо и собирая руки на груди. — Мы просто стояли и разговаривали, — в последний раз повторил он и замолчал, раздраженно смотря через лобовое стекло на мелькающий за окном ночной пейзаж. Марсель не понимал, с чего вдруг Кузнецов так распсиховался. Ну, поболтали они с Антоном пару минут, пока тот подъезжал. И что с того? Старший брат Лены, как хозяин дома, просто проводил гостя до ворот. Ничего из того, что Руслан сказал, он точно не делал, и обвинять Марселя в том, в чем парень уж точно не был виноват, у Кузнецова не было никакого права. — Ага, — однако, объяснения Марса не удовлетворили Руслана. Разгоняя авто, он мчался вперед в редком потоке, резко выкручивая руль то влево, то вправо, постоянно перестраиваясь и перескакивая с полосы в полосу, начинающего закипать от такого его поведения Марса своей неожиданной истерикой и недоверием еще сильнее раздражая. Мальчишка, крепко сжав зубы, терпел из последних сил. — Но я... — решил было продолжить спорить Руслан. — Лучше замолчи, пока не сказал еще какой-нибудь херни, — предвосхитил его попытку Марсель, к заведенному брату на секунду поворачиваясь лицом, чтобы строгостью взгляда и голоса того осадить. — Мы просто говорили. Все, — продолжать этот бессмысленный разговор дальше Марсель не собирался. — Если хочешь попсиховать и поорать на кого-то, найди себе кого-то еще, а меня высади на остановке. Я поеду домой, — фыркнул он, вперившись взглядом в окно, в мерцании уличных фонарей, подсвечивающих дорогу, ища для себя успокоение. Нет, Марселю, конечно, обычно было приятно, когда Руслан его ревновал. Но выслушивать от брата обвинения в том, чего он уж точно не совершал, младший Кузнецов сегодня не собирался. Надувшись, Марс сидел молча большую часть дороги, слушая частое дыхание Руслана и скрип его зубов, не решившемуся продолжить ссору брату позволяя чуть остыть и прийти в себя, пока они ехали домой. А Кузнецов все никак не мог успокоиться — молча бесился и злился внутри. Ему и так было непросто наблюдать за тем, что на его красивого и эффектного мальчика кто-то смотрит и голодно облизывается. Видеть, как с ним в открытую кто-то флиртует и заигрывает, Руслан просто не мог. А в том, что этот чертов Антон был заинтересован в его младшем брате, Кузнецов был на сто процентов уверен. Ну, не просто же так этот хлыщ пошел его "провожать"?! Руслан сильно ревновал. Пару раз он уже ловил себя на этом раньше, когда, танцуя с Марселем в клубах, куда они ездили вместе отдыхать, пока Кузнецов не устроился на работу, он замечал, как Марса, раскрепощающегося в танце, облизывают сальными взглядами незнакомки и незнакомцы, заставляя Руслана от ревности волком рычать. Что-то внутри Кузнецова в тот момент больно царапало ребра, вынуждая старшего брата необоснованно агриться на весь честной мир и, пока не становилось слишком поздно, сворачивать их с Марсом танцы, увозя рыжего парня домой, чтобы своего любимого мальчика ото всех спрятать там и никому его не отдавать. "Мое" — рычал дикий зверь внутри Руслана. — Прости, — тихо прошептал вслух Кузнецов. Он понимал, что только что наговорил лишнего и обидел своим недоверием Марса, но сделать с собой ничего не мог. Увидев, как Марсель в разговоре этому чертовому Антону вежливо улыбается, уже заведенный стычкой на парковке Кузнецов просто потерял над собой контроль. — Марс, извини, — повторил Руслан, не получив от рыжего никакого ответа, чуть притормаживая и отпуская руль, одну руку перекладывая на колено своего любимого брата, чтобы за свое идиотское поведение перед тем извиниться. Марсель посмотрел на него. — Я не знаю, что на меня нашло, — попытался оправдаться Руслан. — Когда я увидел, что этот перец стоит с тобой рядом, у меня внутри как будто что-то замкнуло, — честно признался он. Руслан редко говорил вслух о своих чувствах, но сейчас объясниться перед Марсом он был просто обязан — Кузнецов понимал, что этот вопрос в подвисшем состоянии оставлять уж точно не стоит. Промолчит — сделает только хуже. Сам будет злиться и Марса своим недоверием обидит. В глубине души Руслан понимал, что был стопроцентно неправ. За все время их отношений Марсель не давал даже малейшего повода Руслану в нем усомниться, не замечал никого вокруг и не обращал внимания на все эти взгляды в свой адрес, перед собой видя только лишь одного Руслана. А Кузнецов, как последний еблан, его ревновал. Просто Руслан впервые влюбился и не хотел этим рыжим инопланетянином с кем-то делиться, свою неуверенность выплескивая на голову Марса сейчас в виде необоснованных претензий и обвинений в его адрес. — Мне не нравится, когда кто-то другой стоит с тобой рядом, когда ты с кем-то разговариваешь и улыбаешься кому-то, кроме меня, — честно признался Руслан, переводя взгляд с дороги на младшего брата, удивившемуся его откровению Марсу вываливая все как на духу. — Я ревную, Марс. Очень сильно ревную. Прости. Марсель улыбнулся. — Я понимаю, Рус, — положил он свою ладошку поверх руки старшего брата. — И мне, правда, это приятно, — погладил кончиками пальцев напряженную ладонь на своем колене Марсель. — Но одно дело, когда ты злишься на кого-то, кто по твоему мнению со мной заигрывает, а другое, когда ты обвиняешь в этом меня. Очень уж не понравилось Марсу высказывание Кузнецова на тему "старших братьев". — Прости, я понимаю, что был неправ, — потупив взгляд, признал свою ошибку Руслан. Посмотрел в карие глаза Марса, еще раз молчаливо перед тем извинившись, и перевел взгляд на дорогу, ведя машину чуть более спокойно, чем несколько минут назад, чувствуя, как зверь внутри протестующе рычит, вновь возвращаясь в свою клетку. Ревность внутри еще клокотала, но Руслан усилием воли ее подавлял, оставшееся время пути до родительского дома тратя на то, чтобы окончательно успокоиться и подержать своего любимого мальчика за руку, отпуская Марселя домой, еще раз перед тем извинившись за свое поведение и на прощание его нежно поцеловав. Вернувшись к себе, правда, Руслан еще долго не мог уснуть, вспоминая их с братом разговор в машине и причину этой ненужной никому ссоры, долго анализируя свои чувства и ощущения, приходя к выводу, что он так по-идиотски ревнует Марселя, потому что боится его потерять. Последние полтора месяца выжали из Кузнецова все соки и силы, уверенного в себе и своем будущем парня заставляя в себе сомневаться. Он не мог в короткие сроки заработать денег на их с Марсом безбедное существование. Он все чаще задумывался о том, что заставляя брата остаться с собой, он тянет того на дно, лишая Марса возможности в этой жизни чего-то добиться, отказывающегося от шанса, выпадающего одному на миллионы, мальчика привязывая к себе этими странными отношениями. Он даже не мог никому представить Марса своим парнем! Марату и тому Руслан признался спустя год отношений. А что будет, когда отец и Венера о них узнают, Кузнецов себе даже не представлял. Все это навалилось на голову Руслана как снежная лавина, уверенность Кузнецова погребая под собой, заставляя Руслана ревновать Марса к каждому встречному, боясь того, что сам он этого прекрасного парня просто не достоин. И что с этим делать, Руслан не знал. Он любил Марса и хотел для него самого лучшего. Но в том, был ли Руслан для Марселя этим самым лучшим, с каждым днем Кузнецов начинал сомневаться все больше и больше.

Tbc...