Сквозь разбитое стекло

Что? Каким-каким мне быть? БЛАГОРАЗУМНЫМ?! Да я, Мерлин бы всех их побрал, все это время благоразумен настолько, что от самого себя тошно! Я — чертов гриффиндорец, на какое благоразумие рассчитывает Дамблдор? О чем вообще может идти речь? Я что, действительно должен сидеть до конца августа и ничего не предпринимать? Сидеть в полнейшей изоляции? Я?! Серьезно?! Ну уж нет. Я сидеть просто так не буду. Спасибо, месяца хватило. Если мне ничего не хотят сообщать, если мне не хотят помогать, если даже не удосужились выслушать… что ж. Хорошо. Я сделаю все сам. Я докажу, что не младенец, которого нужно опекать и оберегать. Но сначала нужно понять, что делать. Домовик? Добби на службе у директора… Надо же. А я думал, что свобода — это его мечта. — Добби, — позвал я домовика. Ну должен же он откликнуться, верно? Они же не хотят в действительности закрыть меня в доме до конца августа? Нет, думаю, меня решили лишь напугать. Да и не может Добби закрыть дом на такой срок. Так что это просто показательное выступление… — Добби! Ты мне срочно нужен. Моя тетя в опасности! Ни звука. Ни шороха. Ничего. Никакого отклика. Значит так, да? Ла-а-адно. Хорошо. Прекрасно, просто прекрасно. Значит, домовик мне помочь не может. Хотя почему нет? Только нужно позвать не Добби. — Винки! — позвал я бывшего домового эльфа Краучей. Тишина. Не услышала с первого раза? Или в дом невозможно попасть? — Винки! Резкий хлопок звучит слишком неожиданно. — Винки пришла, хозяин. Ах, ты — не хозяин, — невнятно бормочет домовик. — Винки, ты можешь мне помочь? — с сомнением в голосе спрашиваю я. — Зачем мне помогать другу Добби? Я знаю, Добби был здесь. Добби неуч, не может установить даже слабую защиту. Винки никогда не падет так низко. Винки не хочет помогать другу Добби. — Добби теперь служит Дамблдору, — говорю я ей, после чего, немного подумав, неожиданно добавляю, — а я могу взять на службу тебя. — Правда? На службу? Меня, не Добби? — оживает она. — Правда. — Но Винки не будет брать деньги за работу. И свободной не будет. Винки очень-очень стыдно быть свободной. — Конечно, Винки. Только я не знаю, как именно берут на службу домовика. Клятва? Или еще что-то? Винки неодобрительно покачала головой, после чего сказала: — Будущему хозяину Винки нужно больше знать. Хозяин Винки не должен быть глупым. Винки позаботится об этом. Чтобы взять домовика на службу, Хозяин должен взять клятву и дать эльфу каплю крови. Тогда Винки сможет служить роду Хозяина. Даже сомнения в правильности моих действий не могли меня остановить. Да, возможно, я пожалею об этом. Но это меня никогда не останавливало. Забавно, но ритуал прошел совершенно обыденно. Не то, чтобы я ожидал вспышку молнии или чего-то похожего, но все же как-то слишком все было тихо и спокойно. Я бы даже начал сомневаться в том, что все прошло удачно, если бы не Винки, которая убедила меня в том, что все прошло так, как нужно и что теперь она принадлежит мне и моему Роду. — Винки, ты сможешь снять защиту, которую установил Добби? — спросил я. — Винки все уже сняла. Добби неуч. Добби плохо поставил защиту. Она сама спала бы через пару минут. Что-то в этом роде я и предполагал. Слышал еще от Гермионы, что домовики не могут быть сильны на чужой территории. Так что действия Добби были… странными? Хотя, от него и не того можно ожидать. — Хорошо. Скажи, ты сможешь найти мою тетю? Проверить, все ли с ней хорошо? — Винки сможет, — немного подумав, уверенно сказала она и в следующую секунду исчезла. Не прошло и минуты, как появилась Винки. — С вашей тетей все хорошо. Она спит в небольшой комнате в месте, где останавливаются маги, когда путешествуют. — В отеле? Это точно? Ее не могли подменить, похитить? — Да, Хозяин Гарри. Это точно ваша тетя, в ней часть вашей крови. Никаких магических вмешательств на нее оказано не было. Это было неожиданно. Я уже был готов рваться вперед, чтобы спасти родственников, а оказалось, что спасать никого и не нужно. Находясь в растерянности, я практически рухнул в кресло и потянулся к листочку, где были написаны задания от Дурслей. — Стойте, Хозяин. Осторожно! — Что такое, Винки? — я замер от крика, так и не донеся руку до списка. — На этой бумаге чары. — Что? Чары? — отдернув руку, я посмотрел на список как на ядовитую змею. Впрочем, даже со змеей можно договориться, в отличие от чар. Но откуда? — Но я совсем недавно прикасался к списку и ничего не почувствовал. Хотя, — нахмурившись, я вспомнил тот странный приступ ночью, — что это за чары, Винки? Что-то вроде проклятья? Сглаза? Порчи? — Нет, хозяин. Это чары внушения. И они активировались только что. — Внушения? А ты не могла бы сказать, что именно за внушение? Винки немного помолчала, пристально глядя на список. А затем, вздохнув, грустно сказала: — Винки не может. Но Винки может снять с Хозяина внушение. Хозяину нужно лишь дотронуться до списка, и он поймет, что ему хотели внушить. Думаете, я согласился? Конечно… да. Гриффиндорец, что еще сказать. Это спустя некоторое время я осознал, как глупо тогда поступил. Я ведь не до конца был уверен, что Винки теперь принадлежит мне, но все равно согласился. Что ж, одно могу сказать точно — удача любит меня. Я осторожно взял лист со списком и… ничего особо не почувствовал. Я просто спокойно прочитал список, кивнул, и, вернув листок обратно на стол, встал и пошел к лестнице. Когда я пришел в себя, я уже находился на втором этаже, у лестнице, что вела на чердак. — Хозяин? Простите, Винки не сразу смогла снять внушение, оно было слишком сильным, — виновато произнесла она. — Да. Спасибо, Винки. Не переживай, ты справилась. Ты молодец, спасибо, — пробормотал я, задумчиво глядя на вход на чердак. Зачем кому-то понадобилось, чтобы я убрался на чердаке?

***

— Ты уверен, что все прошло, как нужно? — Да. Все в порядке, мальчишка ничего не должен заподозрить. — Хорошо. Ты знаешь, что с нами будет, если вдруг все это станет известно. — Не стоит, я прекрасно осознаю, что если все это всплывет на свет, ни я, ни ты, ни остальные не проживут и дня. Слишком многое поставлено на кон. — Хорошо, что ты это понимаешь… Только прошу, не натвори глупостей как в прошлый раз. Слишком дорого нам стоил твой провал. — Знаю. Именно поэтому сейчас я уверен в том, что все пройдет так, как нам нужно. — Прекрасно. Хорошо, что ты так уверен в этом. Только учти, если ты ошибся, тебе лучше самому пустить себе Аваду в лоб…

***

Чердак меня манил. Я несколько раз просил Винки перепроверить меня, чтобы точно убедиться в том, что я не нахожусь под внушением. Но, несмотря на заверения домового эльфа о том, что я не нахожусь под внушением, мне казалось, что этот список как-то воздействует на меня. Как-то мне и не приходило в голову то, что все это объясняется легко — мне было просто любопытно. До сведенных пальцев было интересно узнать, зачем же кому-то было нужно, чтобы я поднялся на этот чердак. Я не мог ни о чем другом думать. Мне нужно было знать, зачем это кому-то понадобилось. Останавливало меня только одно — нежелание вновь нарваться на чары. Уж больно мне не понравилось находиться под чьим-то внушением и даже не осознавать этого. В итоге я уговорил Винки мне помочь. Нет, конечно, я мог ей и приказать и тогда бы она беспрекословно выполнила все мои просьбы и приказы. Но вот именно приказывать мне не хотелось. И Винки не хотелось подвергать меня опасности — мало ли что там меня может ожидать. В общем, после нескольких часов уговоров, Винки согласилась помочь мне проверить чердак. Точнее, она должна была первая подняться туда и тут же аппарировать в случае опасности.

***

Мне казалось, что я был готов ко всему — от встречи с боггартом до маггловской бомбы. Практически ко всему, но явно не к этому. На чердаке не было ничего магического. На первый взгляд. Никаких чар, никаких проклятий, вообще ничего. Лишь сломанные вещи, какой-то непонятный мусор, старые газеты и какие-то древние даже на вид сундуки. Вот на сундуках меня и ждал сюрприз. От одного из них шло слабое, едва уловимое, магическое излучение. Настолько слабое, что при осмотре и не заметишь. А в самом сундуке… В самом сундуке хранились некоторые вещи, что принадлежали Лили Эванс. Моей матери. Зачем? Зачем кому-то нужно было, чтобы я нашел этот сундук? До этого я был практически уверен в том, что чары на списке — дело рук Пожирателей. Я, конечно, никак не мог понять, каким образом им удалось незаметно проникнуть в дом и наложить чары, но я был уверен, что это они. Серьезно, ну кому еще это могло понадобиться? Да и это, как мне казалось, именно их метод работы. Почему же я тогда не отправил Винки с письмом для Дамблдора или для кого-нибудь из друзей? А зачем? Смысл? Они и до этого не волновались обо мне. Им и до этого было все равно, жив ли я, не случилось ли со мной что-нибудь. Поэтому я не думаю, что они вдруг решили бы прийти… Да и, если уж быть совсем откровенным, мне не хотелось ни показывать Винки, ни рассказывать о произошедшем. Глупо? Не спорю. Вот только когда обида захлестывает с головой, о глупости своих поступков чаще всего и не задумываешься. Так вот, возвращаясь к сундуку… Зачем Пожирателям это нужно? Смысл? Нет, конечно, я бы не удивился, окажись на сундуке какие-нибудь чары. Но нет, ничего не было. Были лишь старые книги, конспекты, да и несколько записных книжек, что-то вроде личных дневников. Правда, были еще две мантии. Но на этом все. У меня в голове крутилось два вопроса. Кому понадобилось зачаровывать список, чтобы я пошел на чердак и нашел этот сундук? Отчего-то я был уверен в том, что именно к сундуку меня и вели. И как сундук с вещами моей матери вообще оказался в дому Дурслей, которые, на минуточку, ненавидят все, что связано с магией?