Я не выбираю себя

      Льюис и Хейзер уставились на Эрика, чья голова сейчас находилась в дверном проеме.  — Ты чего рыдаешь? Случилось что? — спросил рыжик, заходя в дом. Черныш же просто молча подошел и обнял его. — Все в порядке?  — Все в порядке, он просто устал, — ответил Хейзер, улыбнувшись.       Мирай и Ланджи вышли из комнаты, услышав голос Эрика.  — О, Эрик, пришел, — улыбнулась Мирай. — Познакомься, это моя сестра, Ланджи.  — Здрасьте, — немного смутившись, сказал рыжик.  — Привет. Да ты прям вылитая мать, просто один в один, — Ланджи улыбнулась ему, а потом подошла и крепко крепко обняла.  — Ма, ты его сломаешь своими обнимашками, — усмехнулся Льюис.  — Ой, да ладно тебе, дай мне обнять племянника, — надулась женщина. «Она вообще не изменилась» — усмехнулась Мирай про себя.  — Так, отпусти моего ребенка с этими двумя, и пойдем, я много чего не успела еще обсудить. Кстати, Эрик, где те гаврики, которые с тобой пришли? — спросила рыжеволосая.  — Да, они ушли, несколько раз извинившись, — ответил он, когда его наконец-таки выпустили из объятий.       Парни ушли в другую комнату, а Ланджи, тихо сказав шепотом «Такой хрупкий», с Мирай удалились обратно в ту же комнату. Льюис раздал всем отвар, который перед тем как уйти в магазин оставила Абарта.  — Эти оболтусы больше ничего не натворили? — спросил Льюис, отхлебывая из кружки.  — Нет, ничего такого. А вы сами то как?  — С нами все отлично, — Хейзер улыбнулся, а потом добавил. — Я отлучусь ненадолго.  — Давай рассказывай, — с большим интересом в глазах сказал Эрик, как только Хез вышел из комнаты.  — Что мне тебе нужно рассказать? — начал было черныш, но его перебили.  — Чувак, засосы видно, — рыжик широко и гаденько так улыбнулся.  — Да ладно! Это у вас что, семейное? Ладно, проехали. Ну, было, — по-заговорчески ухмыльнулся Льюис.  — Правда? И как оно?  — Странно, твои мозги будто плавятся, словно там взрываются фейерверки, — восторженно описал он, а потом подумал «Зачем ты спрашиваешь? Хотя, наверное, по-другому себя чувствуешь, когда это по-обоютному согласию». Льюис снова взгрустнул.  — Что это ты резко печальным стал? — вернул его в реальность рыжик. — Болит что-нибудь?  — Нет, не волнуйся, все в порядке, просто кое-что вспомнил, — чернышу от слова совсем не хотелось напоминать об ЭТОМ Эрику, поэтому он снова приветливо улыбнулся.       Вскоре вернулся Хейзер, и они снова начали болтать о всяких пустяках. И вот на часах пробило одиннадцать вечера, и Мирай с Ланджи наконец-таки вышли. Все решили расходиться. Выйдя из дома Льюиса и махнув Хейзеру на прощание рукой, Эрик и Мирай двинулись в сторону дома. В голове женщины все звучали слова ее сестры «Да, может снаружи он и выглядит маленьким и хрупким, но внутри Эрик очень сильный. Вы оба сильные, он и правда весь в тебя, Мирай».  — Ну что? Вы все уладили? — все-таки спросил рыжик.  — Да, все наконец-то в порядке. Между нами все разрешилось, — Мирай блаженно улыбнулась.  — Я рад за тебя, — Эрик улыбнулся ей в ответ.       Настало утро, Эрик лениво потягивался в кровати. Желание вставать отсутствовало напрочь, особенно когда тебе с утра пораньше не светит в ебало это гребанное солнце. Но нужно подниматься, рыжик нехотя встал с кровати и, взглянув на часы, понял, что может не успеть в назначенное время к Льюису. Режим «турбо» включился, поэтому по-быстрому собравшись и умывшись, Эрик, сопровождаемый маминым «Эрик? Ты уже проснулся?», буквально вылетел из квартиры.  — Льюис, — крикнул он чернышу, который тут же обернулся на источник звука.  — О, ты че сюда, бежал что ли? Я тебя по-любому бы дождался.  — Невежливо же, — отдышавшись, ответил Эрик.  — Ути господи, — саркастически сказал Льюис. — Кстати, я на какой-нибудь перемене пойду Клаусу рожу бить, так что не ищи меня.  — Льюис, — упрекающим тоном сказал кудряшка.  — Ну ладно, может и не буду бить, но поговорить я с ним просто обязан. О, смотри, «везучий» холм. Попытаем счастье?  — Ты о чем? — не понял рыжик.  — С этого холма я катился кубарем раза два-три, так что, — Льюис встал на бордюр, который отделял холм от асфальта. Он раскинул руки в стороны и закрыл глаза. — Ну?  — Ты ради этого пораньше встал? — поднял брови абсолютно невыспавшийся Эрик.  — Мне было интересно.  — Свалился ж мне на голову этот горе-экспериментатор, — уставши промямлил рыжик. — И чего же ты ждешь?  — Не знаю, — Льюис пожал плечами, на что Эрик лишь глубоко и томно вздохнул. — Ладно, пошли, — сказав это, черныш начал было спускаться, но поскользнулся плюхнулся на задницу, начиная потихоньку съезжать вниз спиной назад. Кудряшка схватил Льюиса за руки, пытаясь удержать.  — Я тебя убью, Льюис, серьезно, — изо всех сил стараясь удержать друга, прохрипел Эрик. — Ты слишком тяжелый, я тебя не удержу, идиот, я слабый.  — Зато я смогу, — послышалось за спиной, и сильная рука вытянула Льюиса вновь на асфальт, а тело сзади не позволило кудряшке упасть.  — Рад тебя видеть, Хейзер, — улыбнулся черныш.  — Я тебя тоже, идиот, — ответил Хез.  — Может мы уже в школу пойдем? — уставшим голосом спросил рыжик, указывая в сторону их школы.  — Что-то ты прям какая-то бука с утра пораньше, — прищурился Льюис.  — Как ты думаешь, из-за кого это? — зло уставился на него кудряшка.  — Понял, принял, замолкаю.       Они наконец-то двинулись к школе, да, они были уставшими и потрепанными, но такими счастливыми и веселыми в душе. Ну что уж тут, они же все-таки победили. Зайдя в класс, Эрику помахала рукой Элис и пригласила сесть на место рядом с собой.  — А что-то случилось? — спросил рыжик, садясь.  — Нет, не волнуйся, я попросила свою соседку поменяться с тобой местами хотя бы на один день, — ответила девушка, улыбнулась.  — Зачем?  — Так будет лучше, хотя бы один день.  — Кстати, что там с Макро и остальными? — Эрик решил перевести тему.  — О, Макро, — Элис гаденько и довольно улыбнулась. — Макро лежит в больнице с сотрясением мозга и переломом ноги.  — Правда? Ничего себе. Клаус и правда настолько сильный?  — Да, — фыркнула розововолосая в ответ.       Через несколько минут в класс зашел Клаус и, увидев, что Эрик сидит с Элис, прошел к своему месту, что-то недовольно бурча себе под нос, и сел. Брюнет весь урок не отводил взгляда от спины рыжика, что даже девушка, сидящая рядом с ним сказала, мол «Ты что в нем дыру просверлить хочешь?», на что Клаус лишь цыкнул, и девушка сразу же замолчала. На перемене к Эрику подошел Джинджер и попросил его пойти поговорить. Рыжик, конечно же, согласился, и они направились в туалет.  — Слушай, мне правда очень жаль, прости меня, — начал Джи, когда кудряшка устроился на подоконнике в туалете. — Я как-то должным образом еще же до сих пор не извинился, так что, прости меня, пожалуйста, за все. Дерьмовый из меня друг получился.  — Не волнуйся, я тебя не виню за это и давно уже простил, — рыжик тепло улыбнулся, как всегда.  — Спасибо, надеюсь, что смогу остаться для тебя другом, — Джинджер улыбнулся в ответ.  — Ой, посмотрите, какие мы тут, — в углу стоял и ухмылялся Беннет, но вовсе не зло, скорее шуточно.  — Я вообще-то извиниться пытаюсь, — закатил глаза Джи. — Не мог бы ты ненадолго заткнуться?  — А ты попробуй заткни, — блондин вызывающе подошел к парню и выпятил грудь, при этом смотря немного вверх, из-за того, что был ниже Джинджера. Эрик же просто сидел и еле-еле сдерживал смех.  — Знаю я один действенный способ, — зло улыбнулся Джи, замышляя что-то недоброе, за долю секунды схватив Беннета за ворот, притянул к себе и поцеловал, прям в губы, Беннета. Ахуел как и сам блондин, так и рыжик, наблюдавший за этой картиной. Глаза обоих напоминали мячики для тенниса. Вскоре Джи отстранился, а между их ртами протянулась тонкая ниточка слюны. — Спасибо, что выслушал меня, Эрик. Ладно, бывайте, — сказал он и вышел, а блондин и рыжик уставились друг на друга ничего не понимающими взглядами.  — Э-это как? Э-это что? Это он меня? Что? А? Я э-это не таво, — попытался сказать хоть что-то Беннет, на что Эрик лишь пожал плечами. — Что это только что было? — наконец вымолвил он.  — Не имею ни малейшего понятия, — ответил кудряшка.  — Я это, пойду, наверное. Ты тоже не задерживайся, — блондин вышел из туалета.       «Уж чего чего, а этого я точно не ожидал увидеть, так вот этого. Ну дает Джинджер» — думал Эрик, идя в класс. Когда он зашел, увидел Элис, которая стояла за учительской кафедрой, и как только рыжик сел, она начала говорить.  — Так, все собрались, так что могу начинать. Так вот, так как сегодня в классах А10 и А11 очень много отсутствующих, да и уроки одни и те же, в общем, школьный совет решил сегодня нас переместить в один класс, чтобы не утруждать учителей. Цитирую: «Ученикам из 10 класса полезно будет узнать, что проходят в 11». Вопросы есть? — последовало молчание. — Отлично, тогда берите свои вещи и поднимайтесь наверх в аудиторию 4В. Я туда приду примерно через пять минут от начала урока, у меня все.       Ученики начали собираться и потихоньку направляться к той самой аудитории. Зайдя туда, Эрик увидел Хейзера и подсаживающегося к нему Льюиса. Рыжик прошел и сел за свободную парту за ними, в ту же секунду рядом с ним приземлился Клаус, которого тут же начал испепелять взглядом черныш. Хез ткнул его ручкой в бок и сквозь зубы сказал «Не пялься». Льюис перевел свой злобный взгляд на Хейзера и, быстро схватив свою ручку, ткнул его в отместку. Хез тоже не остался в стороне, и после минуты яростного перетыкивания Льюис столкнул Хейзера со стула на пол и засмеялся.  — Они так часто делают? — Эрик повернулся к человеку сзади него.  — Ага, каждый раз, поэтому их и рассаживают. Пригнись! — крикнул он.       Рыжик послушно пригнулся, а в лицо тому парню, с которым он только что разговаривал, прилетел ластик, отрикошетивший от книги, которую Хейзер поставил в защиту. «Ну всё!» — сказал парень и запульнул в Хеза учебником. Через несколько минут всем было насрать на звонок, по классу что только не летало: и учебники, и ластики, и линейки, и ручки с карандашами, в кого-то даже полетел циркуль, и вошедшая Элис вовремя успела пригнуться от летевшей в ее сторону книги.  — Так! — крикнула она и ударила по стене с такой силой, что портрет какого-то известного поэта упал, и рамка разбилась вдребезги, а в классе наступила такая тишина, что все отчетливо услышали тихое «Блять» от Элис. Вот так и начался второй урок.

***

 — Пойдем выйдем, — Льюис кивнул в сторону выхода из класса, обращаясь к Клаусу. Перемена только началась, но Элис уже успела утащить с собой куда-то Эрика. Урок же, на удивление, прошел сравнительно спокойно. Брюнет молча встал и пошел вслед за чернышом. И вот они снова оказались где? Правильно, в туалете. — Короче, во-первых, — Льюис ударил Клауса по ноге.  — Эй, — возмутился брюнет, потирая ногу.  — Мне запретили тебя бить, да и к тому же ты побил того, кого я ненавидел больше всех. А во-вторых, я хочу, нет, я требую! — черныш не сильно ударил кулаком по окну. — Чтобы ты как следует извиниться! Сам знаешь за что. Я сегодня не буду провожать Эрика, так что вперед, вот он твой шанс. Не сделаешь, глаза на жопу натяну, — погрозил кулаком Льюис.  — Хорошо, спасибо, — брюнет еле-заметно улыбнулся.  — Смотри у меня, — сщурил глаза черныш и вышел из туалета. Клаус проводил его с все той же улыбкой на лице.

***

 — Слушай, Ри. Ты же не против, если я тебя так называть буду? — Элис придвинулась ближе к Эрику. Они сидели в столовой и ели, розововолосая буквально насильно купила рыжику обед, мотивируя это тем, что «Тебя скоро на уроках биологии можно будет изучать, как пример скелета».  — Называй как хочешь, мне как-то все равно.  — Просто Эрик, даже никак поласковее не назовешь. Меня в детстве родители называли Эли, а Льюиса, кстати, называли Люи.  — Серьезно? Да ладно? — кудряшка усмехнулся. «Если подумать, то в детстве мое имя всегда только выкрикивали, так что», — задумался он.  — Да, он сам нам об этом рассказывал. Так вот, я хотела спросить, почему ты всегда улыбаешься и всех прощаешь? Какое бы зло тебе этот человек не сделал.  — Не знаю, я просто не умею хранить злобу или обиду, а на счет улыбки, я просто привык улыбаться, даже когда очень больно и кажется, будто сердце сейчас разлетится на мелкие кусочки. Если я буду показывать, что сломлен и подавлен, этим могут воспользоваться. Можно плакать, смеяться, улыбаться и орать, но никогда нельзя показывать то, что тебя удалось сломать. Я могу быть слабым физически, но морально я хочу быть сильным, до самого конца, — Эрик посмотрел на Элис, девушка сидела с немного приоткрытым ртом от удивления, а потом просто обняла его, без каких-либо лишних слов.  — Не думаю, что когда-либо смогу достигнуть такой моральной силы. Не знаю, что с тобой происходило, но теперь я хочу позаботиться о том, чтобы в твоей жизни наступила чертова белая полоса, — улыбнулась розововолосая, чуть ли не плача.  — Спасибо тебе, Элис, ты лучшая, — неожиданно прогремел гром, и свет в столовой замерцал.  — Они серьезно не сменили генератор? Эх, я пойду разберусь с этими, а ты пока иди в класс, — сказала девушка и ушла, а Эрик послушно направился в класс. В середине четвертого урока начался ливень.       Эрик вышел из школы один из самых последних, Льюис с Хейзером сразу после окончания уроков куда-то смылись, да и зонта у рыжика не было, поэтому он шел, надев на голову капюшон. Как только Эрик вышел за ворота, его тут же схватили за грудки и ударили спиной об стену.  — Это ты виноват! Ты виноват в том, что с Макро случилась такая хуйня! — орал кто-то ему в лицо, а рыжик даже не мог увидеть лица этого человека из-за дождя и капюшона, закрывающего ему глаза. Рыжик лишь сумел различить замахивающийся на него кулак и зажмурился, но удара не последовало, да и толстовку его отпустили. Он аккуратно открыл сначала один глаз, а потом другой. Перед ним была чья-то спина. «Высокий и в пиджаке… Клаус?» — его догадки подтвердились, как только человек, защитивший его, начал говорить.  — Вам что, вчерашнего не хватило? Я думал, что ясно выразился, что его нельзя трогать! — буквально прорычал брюнет, а Эрик мягко стек по стене вниз, ноги были просто ватными. Рыжик не мог видеть, что происходило, но зато отчетливо слышал глухие удары и всплески воды, из-за того, что кто-то падал в лужу. Через минуты две Клаус подхватил Эрика под подмышки и поставил на ноги. — Ты в порядке? — спросил брюнет, все еще держа его.  — Да, спасибо, все в порядке, — ответил рыжик, поправляя съехавшую набок сумку с учебниками.  — Может я тебя, ну это, провожу? — спросил Клаус, раскрывая зонт.  — К-конечно, — быстро ответил Эрик, думая «Что происходит? Мне это точно сейчас не снится?»       Они пошли в сторону дома кудряшки. Клаус отдал зонт рыжику, говоря, что иначе Эрик окончательно промокнет и заболеет. «Соберись, тряпка! Давай уже! Сделай это! Ты мужик или где?!» — пытался сосредоточиться брюнет.  — Послушай, Эрик, — они остановились, и рыжик с недоумением посмотрел на Клауса, который уже решил либо сейчас, либо никогда и в ту же секунду упал на колени.  — Эй, ты чего? — начал было волноваться Эрик, но брюнет его перебил.  — Прости меня! Знаю, мне нет оправдания. Что я вообще за человек такой, что осмелился сделать ЭТО с тобой?! Вечно улыбающимся и прощающим всех вокруг. Мне будет все равно, даже есть разрушится вся вселенная, если ты когда-нибудь сможешь меня простить, я сделаю все, что только угодно. Прости меня, но я люблю тебя! Наверное, я сделал это из-за ревности и собственничества, которое я и сам в себе ненавижу, но это все равно не оправдывает мои действия! Так что, — он замолчал, так как теплая рука коснулась его щеки. Клаус поднял голову. Эрик плакал и улыбался одновременно. Рыжик наклонился и аккуратно поцеловал брюнета в губы.  — Я уже давно тебя простил, потому что люблю, идиот, — тихо и мягко сказал он. Клаус поднялся и, подхватив рыжика за талию, обнял. Эрик тоже обнял его и руками, и ногами, так как не доставал до земли. По щекам обоих вместе с каплями дождя катились слезы.  — Никому не отдам, — прошептал Клаус, крепко сжимая это маленькое солнышко в своих руках.  — И не надо, — сказал Эрик, отстранившись и поцеловав брюнета.  — Эм, я это тут, мусор выбросить. Но вы хоть чем-нибудь прикройтесь, а то промокните, — сказала ошарашенная Мирай с мешком мусора в руках. Услышав голос матери, рыжик тут же соскочил с Клауса, понимая насколько это неловкая ситуация.  — Мы тут, эм, — оправдываться смысла даже не было. Как вообще выкручиваться из подобных ситуаций?  — Может зайдете? — Мирай кивнула в сторону дома.  — Да, хорошо, — неловким тоном ответил кудряшка.  — Это твоя мама? — шепотом спросил Клаус, подбирая упавший зонт.  — Ага. Знакомство случилось раньше, чем я его ожидал.  — Меня Мирай зовут, — сказала женщина, как только все зашли в квартиру.  — Клаус, — парень слегка поклонился.  — Ух ты, такое прям официальное имя, да еще и в костюме к тому же. Даже не знаю, будет ли у меня на тебя одежда. А! Точно, — Мирай унеслась в свою комнату.  — Да что вы, не нужно, — сказал брюнет ей вслед.  — Это бесполезно, — Эрик улыбнулся. — Она все равно найдет тебе одежду, чтоб ты мокрым не ходил. Пойдем, наверное, — рыжик кивнул в сторону своей комнаты.  — Хорошо. Как-то быстро все происходит, не находишь? — спросил Клаус, заходя в комнату кудряшки и осматривая все по пути.  — Ну, если бы не мама, — Эрик прыгал в попытке дотянутся до коробки на шкафу. Брюнет, усмехнувшись, подошел, спокойно ее достал и протянул рыжику. — Я вообще не знаю, как это должно происходить, — кудряшка покраснел.  — Вот возьми это, — дверь приоткрылась, и показалась рука, держащая одежду.  — Спасибо большое, — Клаус взял одежду.  — Когда переоденетесь, приходите на кухню.  — А вы похожи, ну по крайней мере внешне, — брюнет уставился на одежду, данную ему.  — Знаю, — Эрик улыбнулся. — Знаешь, мне в это до сих пор не верится, — он достал свою домашнюю одежду.  — Мне тоже, — он приобнял рыжика и уткнулся ему в макушку. — Ой, прости, я же весь мокрый, — Клаус отстранился и наконец-таки начал переодеваться, а Эрик тут же отвернулся, покраснев до кончиков ушей, и сам кое-как начал переодеваться. Вскоре оба закончили с переменой образа.  — Непривычно видеть тебя в джемпере и трениках, — усмехнулся кудряшка. Они вышли из комнаты Эрика и сели за стол, где уже сидела и ждала их Мирай.  — Ну-с, начнем.