Saviour

Hold my body cos I know that you want it I’m begging, break it Cross my heart, I hope you light it on fire Stop playing, it’s dangerous

I’m dying from a thirst right now Aching through a mist of doubt Am I hell or heaven bound? I’m begging for a mercy kill

Take my hand, I’ll touch you more Pull each other back and forth You’re gonna leave a scar You’re gonna leave a scar

VUKOVI — Mercy kill

Проходит десять минут прежде чем мы покидаем библиотеку, в которую нам отныне путь закрыт навсегда благодаря неосторожным действиям одного конкретного пирата, из-за которых всё закончилось коротким и бескомпромиссным пожеланием удалиться для нас куда подальше. Даже несмотря на ранее проявленную трусость и бесхребетность со стороны сотрудницы и честное обещание с нашей стороны компенсировать моральный и материальный ущерб в полном объёме в кратчайшие сроки, девушка, собрав всё-таки волю в кулак, ясно дала понять, что наше присутствие в хранилище знаний отныне не желательно, если нам не нужны проблемы, ведь то, что сделал Изо для такого места как библиотека является одним из худших преступлений из возможных к исполнению. Наказание за него, конечно, будет сущей мелочью, но к нам и без того много внимания привлечено, что для полного комплекта не хватает только волны слухов, описывающих во всех красках, как «злобные пираты в одночасье уничтожили содержимое библиотеки и теперь отправляются дальше вершить свои грязные дела». И хотя я стараюсь не подавать виду, но меня это не могло не задеть, ведь это не мои руки испортили треклятую книгу, а досталось в том числе и мне — за компанию так сказать, а мне так до конца и не удалось прочитать всё то, что было отложено как потенциально «интересное». Но в любом случае, время неуклонно идёт вперёд, а не наоборот и совершённое уже нельзя никак изменить, поэтому планы на день пришлось скорректировать и освободившееся время было решено занять чем-то иным и не менее полезным, а если быть точнее, то поездкой на следующую потенциально интересную остановку — на остров Менкент, известный на ближайшие сотни тысяч морских километров выращиванием особо выведенных рисовых культур, используемых для дальнейшего производства и продажи уникальных по своим вкусовым качествам сортов саке, которые больше нигде не изготавливаются, а цена за одну небольшую бутылку может начинаться с сотен тысяч белли и доходить до бесконечности в зависимости от выдержки и иных факторов, влияющих на вкусовые свойства. В былые дни меня данная точка путешествия заинтересовала гораздо больше чем могло бы, но в силу жизненных обстоятельств и необходимости быть на постоянной основе трезвой и сосредоточенной из-за возможности в любой момент оказаться атакованной и преданной, я отношусь к данному выбору намного легче и проще. К тому же данная поездка больше интересна моему сопровождающему: похоже, что несмотря на шутливый тон ранее состоявшегося разговора, ему всё-таки не хило так досталось из-за событий вчерашнего дня, от чего мужчина стремится реабилитироваться в глазах начальства всеми возможными способами. Как например, элементарное по своей сути задабривание капитана его любимой, первоклассной выпивкой. Так как, судя по его словам, ещё никто из команды на этот остров не отправлялся в силу наличия других, не менее важных дел, у Изо намного больше шансов на возвращение благосклонности Белоуса чем может показаться на первый взгляд. Поэтому уже через полчаса мы находимся на остановке водного транспорта в ожидании своего рейса, а когда к нам подплывает наше «судно», то я и пират садимся в укромный угол большого, трёх вагонного трамвая. *** Кабина внешне походит на те, что находятся в поездах, циркулирующих по Вотер 7, о которых мне доводилось читать ранее, из полученных для ознакомления на острове Макуш, газет. Обитые металлическими пластинами, выкрашенными в нейтральные цвета, транспортное средство вопреки своей наружной начинке внутри представляет собой довольно комфортабельные и удобные площадки для совершения длительных поездок со всем необходимым. Так помимо наличия раздельных сидений, обитых плотной, но мягкой тканью, навесных полок для размещения крупногабаритного багажа, больших окон, через которые открываются по-настоящему завораживающие в своей первозданной красоте пейзажи и поручней для удержания тела в вертикальном положении во время путешествия в вагоне предусмотрена возможность пропускать свежий воздух, от чего в особо жаркие, удушливые дни пассажирам не придётся страдать из-за духоты или возможности получить тепловой удар, а расположенные под сидениями мини батареи не позволят никому зимой замёрзнуть. Хотя, судя по тому, что я узнала о климате на этих островах, то подобное им в любом случае не грозит в силу отсутствия сильных ветров, приносимых с других, ближайших территорий и конфликтующих в плане температур морских течений. Да и вообще мягкий, солнечный климат ставит Центавру в более выигрышное по сравнению с другими островами положение, ведь в том числе из-за подобной особенности поток туристов в зимний сезон здесь не уменьшается, а сохраняется на том же уровне, что и в летнее время года. Помимо благоустройства пассажирских вагонов в поезде также предусмотрено несколько комнат с санузлом и раковиной, а также автоматы, через которые может приобрести местные закуски долгого хранения и питьевую воду. Стоит только внести в специальный отсек стоимость того или иного товара и выбрать номер интересующей позиции на табло из десяти чисел, как само устройство тебе его выдаст. Главное условие кроется в том, чтобы дать сумму точно до последнего белли, ведь выдача сдачи в данном агрегате не предусмотрена. — Ты заметила, что слежка за нами просто в один момент прекратилась? — тихим голосом спросил молодой мужчина, сидящий напротив меня в полупустом вагоне. — Эти двое спешно затерялись в толпе ожидающих на морском вокзале, стоило нам купить билеты. — Сложно не заметить, что из периферии зрения исчезли мешающие обозревать местные красоты настойчивые мошки, — произнесла я, даже не пытаясь сделать вид, что сосредоточена на собеседнике, ведь спокойствие и многогранность глубоких синих вод, яркими красками, рисующимися из панорамных окон, занимают всё моё внимание. — И что теперь будем делать? Просто гулять по окрестностям, совершать рандомные покупки разной снасти, посещать какие-нибудь экскурсии и ничего сверх этой меры или у нас всё-таки есть ещё какие-то указания от капитана? — Всё зависит от ситуации, как и было оговорено ранее. Ещё неизвестно, что нас будет ждать на Менкенте и к чему стоит быть готовыми… — А что насчёт этих двоих? Мы так просто отпустим ситуацию и абсолютно ничего не сделаем? — Скажем так, кое-кто из наших уже работает над решением сложившейся проблемы, — сказал пират, загадочно улыбнувшись, после чего выбирает тактику подобно мне: переводит всё своё внимание на разглядывание убранства вагона, в котором помимо нас двоих находится ещё парочка человек. — И это всё, что ты мне хочешь сказать? Ты ничего случаем не забыл, о чём мне стоит знать? Что-то, я не знаю, важное и не требующее отлагательств? — Пока что на этом всё, — лаконично произнёс мужчина, — ведь этого более чем достаточно на данном этапе. Мне же такой ответ совсем не пришёлся по душе, но я поспешила себя успокоить: ни к чему устраивать разборки, находясь в открытых водах, когда помимо нас здесь ещё находятся и другие, ни в чём неповинные люди. Если повезёт, то у меня ещё будет шанс сделать всё так, как хочется, ну а пока мне только и остаётся, что отпустить всю ситуацию на произвол, позволив времени и обстоятельствам складываться таким образом, какими ими суждено быть. *** Спустя полчаса неспешной водной прогулки мы вместе с моим сопровождающим вышли со станции Аллея Звёзд, ведущей напрямую в одноимённый город Менкент. В отличии от Хараде здешние улицы не пестрят большим количеством туристических лавочек со всевозможными сувенирами и лакомствами, а яркими красками спелых, свежих продуктов и экзотических специй здесь и не пахнет — всё изобилие так или иначе сводится к сорокаградусной продукции. Вместо этого только в самом центре населённого пункта находится одна большая дегустационная точка, из которой и стартуют маршруты многочисленных экскурсий для всех желающих по местным фабрикам по производству и разливу саке, а местное убранство пускай и такое же простое по архитектурному стилю, как и наша первая остановка, но общая обстановка говорит исключительно о деловом характере данного острова, не подразумевая ничего лишнего — изысков и прочих деликатесов никаких не предусмотрено. Куда не глянь, а взгляд то и дело натыкается то виды однообразных по внешнему дизайну заводов по изготовлению алкоголя, то на скрытые за высокими зданиями плотные стены заборов, за которыми и прячутся многокилометровые, плотно засеянные рисовые плантации, то на местные бары и магазины по продаже местной достопримечательности. Есть, конечно, и свои особенности, в виде «Музея Необычных Бутылок» или же «Выставки Культурного Наследия: история с особым шиком — от первой неудачной пробы и вплоть до наших времён», но по сравнению с колоритным, наполненным всевозможными товарами рынком на Хараде и цветущим праздником жизни это всё выглядит максимально блёкло и не серьёзно. Мне же ничего не остаётся кроме как послушно следовать за Изо, ведь согласно информации, указанной в небольшом буклете, раздаваемым всем желающим при входе в город гидами с искусственными, натянутыми на однотипно бесцветные лица улыбками, пытающимися всеми силами делать вид, что им не всё равно на других, нам предстоит посетить несколько магазинов, торгующими саке, после чего договорится о его приобретении и поставке на корабль в кратчайшие сроки. Судя по тому, сколько алкоголя за раз может выпить сам капитан Моби Дика и размер его совсем не маленькой команды, Менкент выполнит план продаж если не на год, то на полугодие вперёд уж точно, ведь за время путешествия с пиратами Белоуса, я хорошо успела уяснить основные, негласные правила жизни в столь разношёрстном коллективе. Среди множества разной степени абсурдности позиций больше всех выделяется пункт про выпивку: можно сэкономить на чём-то ином, но только не на ней — её всегда должно быть много. Столько, чтобы не пришлось думать о пополнении запасов на несколько пиров вперёд, что автоматические означает заполненные под завязку трюмы и всевозможные кладовые. Я же после первой попойки с Белоусом, закончившейся для меня проигрышем и присоединением к его пиратской банде, предпочту всё же воздержаться от употребления алкоголя вообще. По крайней мере, до тех пор, пока не буду уверена, что даже будучи не трезвой смогу дать достойный отпор, а с учётом наличия в команде обладателей не до конца мне понятных способностей и неизвестного числа представителей пиратской команды с таинственной Волей, воспринимаемой как нечто сакральное и глубоко личное, то нескоро я смогу насладиться любимым саке и другими благами местной индустрии развлечений. В голове при одном только упоминании некой Воли возникают новые вопросы, что не может не раздражать, ведь на старые мне ещё никто не ответил. Командир шестнадцатого дивизиона несмотря на обещание разговора при «иных обстоятельствах» видимо их так и не нашёл — вчера вечером мы так и не пересеклись, а сегодня с самого утра заняты делами, а вокруг всё время присутствовали другие люди, от чего подходящий момент для откровенной беседы так и не настал. Правда я не опускаю руки, ведь рано или поздно добьюсь своего: Изо просто не сможет отвертеться от многочисленных вопросов, скопившихся за последние сутки. Сам же предоставил вкусную, многообещающую наживку, дав понять, что эти самые силы пробудились и во мне и если после таких откровений мужчина считает, что сможет с лёгкостью соскочить с темы, то он глубоко ошибается. С учётом же моих проблем с контролем чакры может быть именно освоение этой самой Воли и является долгожданным ключом к поиску необходимого баланса — к наступлению долгожданной адаптации, которая позволит мне снова использовать техники на полную мощность, не беспокоясь о том, что в самый важный момент произойдёт очередной сбой, влекущий за собой очередную порцию проблем, коих мне и так с головой хватает. Сама не знаю, за что стоит браться в первую очередь. Мысли скачут с одного пункта к другому в импровизированном списке самого главного, с чем мне уже приходится бороться и с тем, с чем только предстоит столкнуться уже в ближайшем будущем. Из-за этого в голове возникает полный сумбур, ведь множество неясных моментов и деталей накладывается друг на друга и в конечном итоге всё скатывается в некое подобие снежного, неконтролируемого никоим образом кома, в котором уже не разобраться где находится начальная нить и что за ней следует дальше. Про конец говорить вообще бессмысленно — его просто нет, пока не будет выстроена логическая цепочка, ведущая к нему. Хорошая мина при плохой игре — это, конечно, прекрасная вещь и при должном упорстве и умении держать маску работает на совесть, но проблемы от этого никуда не исчезают, поэтому если в ближайшее время я хотя бы смогу закрыть пункт, связанный с налаживаем контроля над собственными силами, то это уже можно будет считать маленькой, но желанной победой. Ведь таким образом до меня наконец дойдёт очевидная, но очень важная вещь в понимании картины этого мира: что ещё не всё потеряно и мне обязательно представиться шанс всё исправить — разложить по полочкам, возвращая всё на круги своя, вопреки неизвестности. Ну а пока я только и могу, что набраться столь необходимого, но шаткого в моём положении терпения и искать лазейку во всём этом болоте, трясина которого так настойчиво пытается утянуть меня на дно. Только вот какие бы жизненные обстоятельства не складывались, а я никогда не отступала. Могла затаиться на время в ожидании подобно дикому зверю, но всегда рано или поздно стремилась к совершенству — к тому, чтобы наверстать хотя бы частично былое и не упустить ничего в будущем. И этому миру не суждено меня сломить, ведь кто бы не стоял за моим появлением здесь и какую бы цель не преследовал, но он или они плохо знают меня. В конце концов, Цунаде Сенджу и этим всё сказано. *** — Двести тысяч белли — ни больше, ни меньше! И это моё последнее предложение, как бы вы не сопротивлялись! — Это что ещё за грабёж, господин? За эти бочки минимум полмиллиона твёрдой валюты полагается и то с большой скидкой, но никак не то, что вы назвали «выгодным предложением». — За бракованную тару вы мне предлагаете заплатить пятьсот тысяч? Вы что совсем из ума выжили? Из-за нарушения герметизации воздух попадает в алкоголь, и вы всё равно пытаетесь всучить наивным простачкам вот это, — с особым акцентом произнёс пират, указывая пальцем на предполагаемые места с дырами со всей возможной в его положении грацией и аристократичностью, — за бешеные деньги? Вам что — жить в конец опостылела? — спросил пират, после чего недвусмысленно поспешил продемонстрировать торчащий из-под косодэ кончик пистолета, который явно готов к использованию в любой момент. — Нет, конечно, нет, — спешно ответил продавец с ярко-демонстрируемыми истерическими нотами в голосе, чья и без того покрытая каплями крупного пота кожа стала ещё мокрее, а цвет лица начал стремительно меняться: с румяного красного из-за жара и длительности словесных баталий с умелым, серьёзно настроенным покупателем на бледный, но совсем не естественный — на подобный тому, что имеют покойники при погребении в землю. — Хорошо, а то я уж было решил, что вы не знаете кто я и что последует за оскорблением меня и непосредственно моего капитана столь вульгарным предложением, — сказал Изо, в чьём тоне явно чувствуется победное торжество и ничем не прикрытое самовосхваление. — Думаю, что мы с вами договорились, господин. Мне тогда ещё помимо этих трёх бочек добавьте две из ваших особых запасов. За них я заплачу сто тысяч белли. — Чего? Вы что… — Что-то не так? — с деланным недоумением произнёс пират. — Вас что-то не устраивает? Может быть цена предложения? Или есть ещё что-то, о чём мне стоит знать? Ведь вам же не хочется иметь со мной никаких проблем. — Ну просто понимаете… — Да, да, я вас внимательно слушаю. Наблюдать за этим представлением, конечно, интересно, но ближе к концу оно начало меня утомлять, поэтому показав Командиру шестнадцатого дивизиона пиратов Белоуса, что ненадолго отлучусь и получив в ответ утвердительный кивок головы, я поспешила удалиться из маленького, душного помещения магазина по продаже саке, ловя последние слова продавца, изо всех сил старающегося убедить мужчину в том, что ему стоит сменить гнев на милость и не слишком сильно наглеть. Лениво осматривая окружающие пейзажи и ощущая на неприкрытых руках мягкие объятия морского бриза, с удивлением для себя прокручиваю в голове события последних полутора часов и непередаваемый простыми словами опыт, полученный при более близком знакомстве с, казалось бы, внешне спокойным и крайне уравновешенным представителем мужской расы. Ведь при всём его блистательном лоске в облике, хорошо отточенных манерах и грациозном образе жизни я никак не могла предположить, что он окажется таким прекрасным торгашом с настоящим талантом выводить из себя людей, попутно склоняя даже самых упёртых на свою сторону. По моему опыту эту позицию в команде должен скорее занимать Татч, как человек с многолетним опытом на кухне, хорошо разбирающийся в ценах на продукты и знающий многое об всевозможных уловках ушлых продавцов, но никак не внешне спокойный, местами откровенно холодный по темпераменту и внешней красоте Изо, предпочитающий выбирать тактику выжидания и действовать с чётким планом в голове и предусмотренными наперёд шагами и развилками. В очередной раз я убедилась в том, что слишком рано начала формировать об этих пиратах мнение. По крайней мере, они способны меня удивить, что со мной не происходило уже очень давно. И это выглядит… свежо, отрезвляюще резко и необыкновенно. Особенно на фоне закостенелой реальности, в которой я жила на протяжении многих лет. Пожалуй, навыкам Изо может позавидовать даже Шизуне с учётом её богатого опыта путешествий со мной: у неё никогда не получалось настолько же филигранно отбиваться от неугодных и не честных на руку людей, как у того, кто сейчас в пух и прах разносит очередного беспринципного торгаша, действуя по той же самой схеме, что и с тремя экземплярами до него. Похоже, что наш приезд на этот остров ещё не скоро смогут позабыть. Мои мысли прерываются внезапно, когда на крыше одного из домов я замечаю незваного, совсем не случайно появившегося там гостя, старающегося скрыться при помощи торчащей трубы дымохода. На этот раз он один и судя по внешним признакам не является никем из тех, кто нас ранее преследовал на протяжении всего времяпрепровождения на острове Хараде. Ощущая предвкушение от скорой расправы и возможности реабилитироваться в собственных глазах, не могу сдержать под контролем тело от радостного покалывания в кончиках пальцев рук, ведь момент пришёл — ход противника сделан, и кто я такая, чтобы на него не ответить.