Дитя забытых войн.

Глава 40 — Сказки, ставшие явью.

Астероид Гринир — было обобщённым названием для многочисленных однотипных станций по добыче ресурсов, что располагались в недрах небесных тел на территории империи. Студенты, которые по случайности оказались на этой сцене в Симулякруме, не знали таких подробностей. — Так… и где мы? — вслух спросила Янг, оглядывая огромную пещеру, тускло освещаемую прожекторами и подвесными лампами. Остальные тоже были поглощены изучением новой местности. Они находились рядом с терминалом на огороженной площадке, примыкающей к одной из стен. Верхний ярус. По краям от неё тянулись лестничные пролёты на десяток метров к скалистому дну пещеры. Над ним по центру также возвышалась погрузочная площадка, но на уровень ниже того места, где оказались подростки. Повсюду были расставлены бочки, ящики, контейнеры. Из искусственных частей стен, оформленных в тёмно-зелёных тонах, выходили металлические трубы и огромные вентиляционные отверстия с лопастями в полный рост самих подростков. — Это… какая-то шахта? — Блейк поморщилась, будучи особо чувствительной к скрипу и скрежету, который время от времени издавали старые механизмы. Отдалённый каменный треск вместе с пылью, осыпавшейся сверху, заставил её содрогнуться. Подобные звуки доносились буквально отовсюду, пронизывая местность насквозь. — Пещера сокровищ? — загорелись глаза Норы. — Сильно в этом сомневаюсь, — покачал головой Рен. Позади в углу на их уровне располагался проход. Двери в форме полуарки. Достаточно прочные, чтобы отсечь разгерметизированные отсеки от остального комплекса. Или других частей корабля. Такие же виднелись с противоположной стороны. Рядом со студентами находилось лифтовое строение, уходившее к самому верху. Лай спрыгнул, приземлившись на грузовую платформу между ящиком и поваленными канистрами, после чего осмотрел терминал конструкции на незнакомом ему языке. — Эй, тут ещё компьютеры, — перегнувшись через перегородки, помахала Нора рукой вниз в сторону устройств, отдалённо напоминавших электронные машины. Тёмно-зелёные с жёлтыми экранами. Рен прошёл под платформой с остальными, мимо вентиляционных шахт, вмонтированных в стену. После чего приблизился к возможному пункту управления, но также не смог ничего разобрать, так как впервые видел подобную систему. — Меня одну напрягает весь этот скрежет, словно стены вот-вот рухнут, и нас погребёт заживо? — неуютно поёжилась Блейк, прижав кошачьи ушки к голове. — Да, атмосфера оставляет желать лучшего, — задумчиво согласилась Янг, покосившись на красно-белые знамёна и потёртые надписи тех же цветов на различных поверхностях, которые напоминали собой скорее штрих-коды, чем письмена. — Может, это шахты Вакуо? — предположил Рен снизу. — Кто-нибудь бывал в них? На вопрос Сяо Лонг остальные отрицательно покачали головами. — Да ладно, это же явно арена, — указала Нора на погрузочную платформу по центру, за которой тянулась изогнутая труба, покрытая ржавчиной. Она выходила из дальней стены с другим проходом и уходила куда-то вниз, за платформу. Валькирия прыгнула на эту площадку, перекатившись при приземлении, и подбежала к её дальнему краю, издав поражённый возглас. — О, ого. Да это же лава. Мы что, в вулкане?! Прямо под ней находилось озеро магмы, в которое и опускалась труба, с мостом, перекинутым через него. — На границе Вакуо с Вейлом ведь есть вулканы? Может, это один из них? — спрыгнув к ней, пробормотала Янг, глянув вниз на огненно-жидкую массу. — Вопрос в том, с кем Айа сражалась в подобном месте. Если оно действительно взято из её воспоминаний, — припоминая подробности записей Симулякрума, Блейк присоединилась к ним. Она подошла к панели управления, которая стояла рядом, осматривая её и осознавая, что ничего подобного никогда не видела. Механизмы, устройства, которые тут установлены, сама архитектура этого места выглядела грубой и громоздкой. Голый функционал, атмосфера которого словно оказывала физическое давление на случайных посетителей. Это была буквально полная противоположность архитектуре и милитаристичному стилю Атласа, к которому была причастна Айа. Как раньше предполагали подростки. Блейк нехотя, но про себя готова была признаться, что белый цвет военизированного королевства был гораздо более приятным, чем то, что она видела сейчас. — Ну, есть только один способ узнать, да? — ответила Янг на вопрос напарницы, после чего обернулась к Рену, возвратившемуся к терминалу. — Что там говорилось про боевую группу… Гринир, да? Молча кивнув на взгляды девушек снизу, Лай сделал выбор соперников и нажал на начало симуляции. — Te-e-eno scu-u-um! Искажённый, хриплый голос-рычание разнеслось по пещере, следом за которым двери ближайшего прохода распахнулись, и из них выбежали живые противники этого места. Люди. Солдаты. Со своей стороны, заметив Рена, который оказался к ним ближе всех, солдаты в тяжёлой на вид броне с большим горбом на спине тут же закричали на своём грубом непонятным диалекте, сходу открыв по нему огонь. Под раздавшийся стрекот выстрелов Лай перекатился за складированные трубы, избегая свинцового ливня, что обрушился на то место, где он находился секундой ранее. Краем сознания отметив факт, что в скорострельности враги ничуть не уступали его собственному оружию, Рен принялся дожидаться момента перезарядки или хотя бы уменьшения плотности огня. Солдаты разделились. Тройка осталась, не прекращая поливать его укрытие огнём из самой распространённой штурмовой винтовки Гринир с огромным боезапасом, Гракаты. Другая тройка переключила своё внимание на остальных, подбежав к ограждению и начав стрелять по центральной платформе, будучи на уровень выше. — Что это за Гримм?! — ругнулась Янг, перекрикивая стрекот выстрелов, укрывшись за ящиками. — Я знаю не больше твоего, — в ответ крикнула Блейк, составив ей компанию вместе с Норой. — Не смейте трогать Ренни! Переключив Манхильду в режим гранатомёта, Валькирия показалась из своего укрытия и начала стрелять в противников. Плотный огонь переключился на неё, но всего пару раз успел чиркнуть по Ауре прежде, чем она нырнула обратно за контейнеры. Со стороны же солдат раздались разноцветные взрывы, когда выпущенные гранаты угодили между ними. Один из Гринир с криком вылетел с верхнего яруса, угодив в бочки, стоявшие на площадке, сбив их собой. Других также разбросало в разные стороны, но большинство выжило. Заметив признаки движения у двух откинутых к нему солдат, Рен взялся за своё оружие, ответив взаимностью на предыдущую пальбу по нему. Однако его автоматические пистолеты не сумели нанести значимого урона. Пули отскакивали или застревали в толстой броне, в которую оказались закованы противники. Несмотря на его шквальный огонь, пара солдат принялась вставать на ноги, подбирая свои винтовки. Сбросив опустевшие магазины и вставив новые, Рен кинулся к ним. Серповидными лезвиями он пронзил бронированные перчатки с ладонями, заставив противника выронить винтовку. После чего лезвия со всей силой вошли в туловище, которое, по взгляду парня, было наименее защищённым местом. Он оказался прав, когда солдат Гринир захрипел под своей белой маской с жёлтыми точками на месте глаз. Второй поднявшийся открыл по ним огонь, не обращая внимания на предсмертное состояние соратника. Освободив клинки, обагрённые кровью, Рен использовал павшего, как прикрытие, толкнув его во второго. И когда тот отбросил от себя соратника, помешавшего стрельбе, сам оказался под огнём практически в упор. Лай наметил своей целью лицевую маску, поддавшуюся после пары выстрелов. Ошеломлённый противник, отступив назад, снял с себя её остатки, показав уродливое лицо, искажённое в ненависти, с красными глазами и осколками, застрявшими в плоти. С нахмуренным видом Рен пинком в лицо отбросил его от себя, расслышав отчётливый хруст при ударе, усиленном Аурой. Коротким вдохом и выдохом уняв бушевавшие эмоции, Лай сосредоточился на других противниках, пара которых оклемалась и продолжила стрелять по площадке внизу, тогда как третий лежал у стены с оторванными ногами без признаков жизни. — «Близкий подрыв гранаты, вероятно. Ауры не имеют», — холодно отметил он, собираясь помочь растерянным напарницам, но был отвлечён следующей партией противников, вбежавших через проход. Чуть ранее Блейк подскочила к свалившемуся к ним солдату, лентой подцепив его за ногу и подбросив, чтобы ударом ноги в прыжке вырубить, впечатав в пол. Янг, подобрав одну из громоздких бочек, с кряхтением запустила её в двух оставшихся сверху, сбив одного из них, но пропустив очередь по себе, урон от которой впитала Аура. С воинственным кличем Нора подпрыгнула, трансформировав Манхильду в полёте, на миг ошеломив последнего солдата этим зрелищем. Она приземлилась рядом с ним и отбросила ударом молота, впечатав его в стену и смяв внутренности. — Ренни… — радостно обратившись к напарнику, Валькирию прервал вопль новых врагов, выбежавших к ним. — Янг! — крикнула Блейк, заметив движение позади. Сяо Лонг, собиравшаяся было присоединиться к верхним, резко обернулась и вовремя уклонилась в сторону, пропустив вражеский снаряд мимо себя. Ракета пролетела мимо, взорвавшись под верхней площадкой. В ответ Янг выстрелила из своих рукавиц по группе врагов, показавшихся с дальнего прохода. Двойные взрывы разметали часть из них, скрыв в дымовой завесе. Развеял ту особо бронированный солдат, показавшийся первым со своей взрывной установкой в руках. Вскинув её, он выпустил ещё одну ракету, которую Янг встретила своим залпом. Одновременно к нему присоединился тяжёлый пулемётчик, заставив Сяо Лонг зайти за укрытие. — Они приближаются, — отметила Блейк со своей стороны, выглянув из-за ящика. — С холодным… оружием? — неуверенно добавила, рассмотрев внимательней противников и противниц (!) с тесаками и широкими мечами. — Я беру на себя тех двоих. Ты этих, — перекричала Янг поднятую какофонию выстрелами, взрывами и криками, в том числе с верхнего яруса, где столкнулись Нора с Реном с той же группой, что и они внизу. Белладонна кивнула и следом показалась из-за укрытия, начав стрелять из своего пистолета. Она не нанесла особого урона по тяжёлобронированным целям, но заставила пулемётчика отвлечься на себя. Запрыгнув на ящик, Янг выстрелила с обеих перчаток, перехватив следующую ракету. Раздавшийся взрыв прямо под трубопроводом вскрыл обшивку, и из трубы выплеснулась чёрная тягучая жидкость. Она воспользовалась тем, что это на секунды перекрыло обзор противникам, и прыгнула на трубу, чтобы затем обрушиться на них. Чего она не ожидала, так это того, что бомбардировщик продолжит стрелять, и вытекавшая жидкость окажется легковоспламеняющейся. Подрыв трубопровода застал её в полёте, отбросив в сторону, куда она и собиралась, но в полном беспорядке и дезориентировав. Янг врезалась в канистры с некими деталями у лестницы, когда сверху на неё нацелились бомбардировщик с пулемётчиком. На верхнем ярусе один из выбежавших мясников с тесаком оказался тут же отброшен ударом молота, составив компанию у стены двум другим мертвецам. Перекрутив Манхильду, Нора с вызовом направила её на легкобронированную женщину без маски, вооружённую мачете с раскалённым светящимся лезвием. Лицо её было покрыто морщинами и пятнами с красными глазами и посиневшими губами. Но вместо того, чтобы пустить в ход свой клинок, она бросила гарпун свободной ладонью. Вторая рядом последовала её примеру, ухватившись за древко молота на расстоянии. Вскрикнув от неожиданности, Валькирия вцепилась обеими руками в Манхильду, не дав вырвать у себя. Рен сбоку прикрыл её, открыв огонь по другим солдатам, бежавшим к ней. Те также оказались менее бронированными, чем стрелковый отряд ранее. Они едва обращали внимание на мелкие ранения от пуль, которым удавалось пробить броню. Прикрываясь одним лишь тесаком, мясники с упорной решимостью бежали к Валькирии, чьё оружие оказалось в захвате элитных солдат, скорпионов. Лай собирался помочь, вступив в ближний бой, но оказался оттеснён пулемётной очередью. Тонкая женская фигура в коричневой броне, возвышавшаяся над остальными, начала стрелять по нему. К ней присоединился бомбардировщик, выпустив ракету. Рену пришлось отступить, когда взрыв разбросал нагромождение труб, используемое им как укрытие. В этот момент он оказался практически на открытым пространстве под прицелом пулемётчицы. На центральной площадке снизу Блейк с катаной встречала противников, забегавших к ней по лестнице. Отбив удар первого мясника, отрубила ему руку в локте, где почти отсутствовала броня. В сальто ушла от брошенного гарпуна, чтобы перекатом уклониться от тесака другого врага и оказаться рядом с одной из женщин. Отметив краем сознания аугментацию её ног, Белладонна круговой подсечкой сбила скорпиона и двух других мясников. После чего обратила внимание на бедственное положение, в котором оказалась напарница. Едва придя в себя, Янг в положении лёжа успела прикрыться перчатками, что приняли на себя град пуль и ракету, на четверть снизив её показатели Ауры. Продолжая прикрываться одной рукой от пулемётчицы, другой выстрелила в ноги. Отбросив подобным образом себя назад и сбив ещё одну канистру, перевернулась через спину и оказалась на ногах, хоть и на открытом пространстве. Обратив катану в ленту с серпом, Блейк повторно повалила своих оставшихся противников. После чего подцепила одного мясника серпом и, широко размахнувшись лентой, запустила его в полёт. Лицо Янг украсила злобная усмешка, когда вопящий снаряд врезался в цели перед ней. Она добавила залп из перчаток, заставив их пошатнуться, и побежала к ним. Сверху Валькирия, не собираясь прощаться со своей малышкой, с рёвом потянула на себя. Скорпионы не сумели удержаться на аугментированных конечностях, сорвавшись с места и опрокинув собой мясников. Перекатом уйдя из-под огня пулемёта, Рен укрылся за ящиками, развороченными предыдущими выстрелами ракетной установки. Не обращая внимания на те крохи боли, что позволяла испытывать симуляция, сконцентрировался. Затем стремительно бросился вперёд на другой край платформы к напарнице. Ни пулемётчик, ни бомбардировщик не заметили его рывка, сосредоточив своё внимание на том месте, где Лай укрылся ранее. Несмотря на то, что Норе удалось сбить многих, в том числе вцепившихся в её молот, скорпионы продолжали держаться за свои гарпуны. Собираясь с этим разобраться, она повторно рванула на себя, размахнувшись и заставив двух противниц подлететь на манер воздушных змеев. Закружившись на месте, Валькирия вновь сбила всех мясников, но обратила на себя внимание тяжёлобронированных целей. Подскочивший к ней Рен перерезал шнуры в нужный момент, зашвырнув скорпионов прямо в них. Лай кивнул в сторону отвлёкшихся пулемётчика с гранатомётчиком Норе. Валькирия ответила согласным кивком, побежав к ним с молотом наперевес. Тогда как в свою очередь Рен остался разбираться с мясниками, вступив в ближний бой с ними. Подпрыгнув и ускорив себя выстрелами, Янг врезалась в одну из бронированных целей, отбросив её назад. Оставшаяся пулемётчица не успела вскинуть свою винтовку, как оказалась сметена распалённой Сяо Лонг. Её потёртая коричневая броня сумела защитить от внешних повреждений, но не внутренних. Проведя серию прямых ударов по корпусу, Янг переключилась на аугментированные конечности. Сломала ей металлические кисти рук, с силой сжав их. Выстрелила перчатками в ноги, оторвав железные ступни. В момент её падения ударила в лицевую маску, проломив и впечатав в пол обладательницу. Покончив с врагом, Сяо Лонг собиралась разобраться с последней целью. Но её уверенные шаги остановил раздавшийся позади тихий женский хрип-стон. Не обращая внимания на бомбардировщика, который постепенно приходил в себя, она вернулась к поверженной. Склонившись над безногим и безруким туловищем, закованным в броню, Янг дрогнувшей рукой взялась за края повреждённой маски. Медленно сняв её, встретилась с лицом женщины, искажённым в агонии. Глаза, наполненные кровью, упали на неё, отразив во взгляде всю боль, что испытывала перед своей смертью пулемётчица, пытаясь вздохнуть крохи воздуха повреждёнными имплантами, заменяющими ей лёгкие. Когда этого так и не удалось, её глаза остекленели, лишившись жизни. Очередной клон, один из тысяч и миллионов, умер. Встряхнув головой и напомнив себе, что это всего лишь симуляция, а не настоящее сражение, Янг поднялась на ноги. Уклонившись от просвистевшей над её плечом ракеты, мрачно уставилась на бомбардировщика, перезарядив перчатки. Взмах катаной срезал ещё одни искусственные конечности, заставив скорпиона неуклюже повалиться на площадку на обрубках ног. Оставшиеся два мясника замахнулись своими тесаками на Блейк. Она отразила их своим лезвием. Затем парными ударами ног отбросила от себя с такой силой, что те перевалились за ограждение, упав вниз. В следующее мгновение слух Белладонны наполнился агонизирующими криками живых, свалившихся в озеро магмы. Прикрыв уши ладонями, она содрогнулась всем телом от этих звуков. Обрушив молот на свалившегося бомбардировщика, Норе удалось пробить потрескавшуюся от предыдущих ударов броню и расплющить тому голову. Тяжело дыша, но далеко не от усталости, она извлекла Манхильду из обломков брони и обернулась к напарнику. Рен неподвижно стоял посреди трупов. Заметив её интерес, обменялся с Валькирией меланхоличным взглядом. Оба они подошли к краю платформы, посмотрев на грузовую площадку, почти повторявшую ситуацию Лая. Блейк, избавившись от гнетущего ощущения, посмотрела на них снизу, после чего перевела взгляд в дальний угол, где показалась напарница. Янг, покосившись на мёртвую пулемётчицу, встретилась взглядом с остальными. У всех четверых в глазах стоял только один вопрос: — «Что это было?»

***

Медленная шлифовка зубчатой кристаллической руды в моих руках, овеянных энергией Бездны, постепенно создавала из куска Рубедо фигурку Небьюлы Вайолетт. Той, кто с непоколебимой целеустремлённостью подтвердила, что собирается заслужить один из знаков почёта древней эпохи. И хотя раньше я почти никогда не практиковала выдачу награды за какие-либо деяния, для таких студентов, как она, готова была сделать исключение. Будущие Охотники и Охотницы, с кем я сражалась или кого тренировала, произвели на меня положительное впечатление. Как из Вейла, так и из других королевств. Некоторые из них не были готовы к настоящим сражениям, где на кону стояли жизни. Не только их самих. Другие были подвержены не самым лучшим чертам характера наподобие высокомерия, спесивости или беспечности. Но все они со временем сами или с помощью других, в том числе моей на аренах, осознавали свои ошибки и недостатки. Стремились исправить их и преодолеть свои текущие показатели мощи, чтобы стать сильнее. Как это было с теми, кого я повстречала в начале пути на Ремнанте. Пирра, столкнувшаяся с непреодолимой преградой на своём собственном пути «непобедимой чемпионки». Янг, болезненно осознавшая изъяны стиля боя в слепой ярости. Вайсс, избавившаяся от раздутой гордыни и стремившаяся овладеть наследием в полной мере. Руби, которая хотела доказать, что достойна нахождения в Академии Охотников в столь юном возрасте. Блейк, готовящаяся столкнуться с решениями и ошибками прошлого. И наконец Рен с Норой, которые снаружи излучали неуёмный позитив и стойкость, но ранее использовали это как маски, скрывая свои сомнения и неуверенность. Все они стали намного сильнее и увереннее в себе по сравнению с теми, кем являлись в начале учебного года. Этому примеру незримо следовали другие студенты. Но в отличие от команд Сверхновой, Рубин и других из Бикона, ученики соседних королевств в процессе тренировочных симуляций не раз интересовались возможностью распространения подобной практики в собственные Академии, впечатлившись возможностями Симулякрума. На что у меня пока что не было ответа. В техническом плане можно было создать дополнительные точки доступа к виртуальному пространству Цефалонов, на подобии созданных мной для Бикона. Но они всё равно требовали к себе внимание с моей стороны, так как жители Ремнанта не были обучены и просто не могли взаимодействовать должным образом с Симулякрумом. Только Цефалоны и Тенно в виду своей специфики имели доступ к виртуальному пространству. На данный момент я являлась единственной пробудившейся из Тенно. И хотя имела возможность контролировать несколько потоков сознания, пребывая в разных местах одновременно, этого не хватило бы в должной мере для слежения за «практическими занятиями» в четырёх разных академиях. Подобным повсеместным присутствием, охватывая вниманием всё и вся, обладала единственная из нас… Лотос. Со своей стороны Ордис и так был загружен управлением Орбитером, слежением за ситуацией на территориях, к которым я получила доступ на Менаджери, Санусе и Анимы, и контролем дронов в этих областях. Не говоря уже о том, что он сам собой может вызвать у других при взаимодействии с ним ещё больше вопросов, чем уже есть и которые я игнорирую. Как и сами технологии переноса в Симулякрум. У меня не было столько доверия к той же армии Атласа, тесно связанной с их Академией Охотников, чтобы доверить им технические составляющие Тенно. Не из-за возможности того, что они попытаются исследовать и повторить их. В этом случае Атлас ждёт провал, так как технологии моего поколения и Ремнанта основаны на совершенно разных подходах, без использования Праха. А из-за того, что «сверхсекретные новинки» атласской военной машины слишком часто оказывались в руках третьих лиц. В частности Белого Клыка. Тем не менее всё это являлось лишь преградой, которую я собиралась решить, как преодолеть. Чтобы доступ к виртуальному тренировочному пространству, доказавшему свою результативность, получили все Академии, которые готовили подростков стать щитом человечества против монстров. В том числе стражи Менаджери. Размышляя о возможных вариантах, я вспомнила об одном андроиде, которая стала последовательницей Суды. Благодаря своей сущности и связи с одной из старейших Цефалонов, Пенни имела доступ к виртуальному пространству также, как и мы. Это вполне могло стать решением для Атласа. Разве что, насколько я знаю, о её связи с нами военные не подозревали также, как весь мир не имел понятия, что Полендина одушевлённый робот. Ещё одна проблема сокрытия. Возможно, пришла пора заявить о себе, о Тенно открыто… Даже если это раскрытие повлечёт за собой исключение из Бикона… Последняя мысль заставила непроизвольно сжать кулаки, едва не уничтожив фигурку в руках. Бросив взгляд на верхний ярус кровати, где скрывалась Руби, читая комиксы, я про себя вздохнула. Успокоившись, продолжила работать над фигуркой. Последним штрихом в процессе создания вливаю энергию меняя внутреннее свечение кристалла с алого на фиолетовый. Миниатюрный силуэт лидера команды Индиго из Вакуо с покачивающейся головой завершён. Телекинезом ставлю её на полку к остальной своей коллекции, заметно расширившейся за время моего пребывания в Биконе. Следом за этим дверь в комнату нашей команды открывается, чтобы впустить возвратившуюся Пирру, которая приковывает к себе всё внимание. В том числе моё, так как я начинаю ощущать сильные эмоции сомнений и смятения с её стороны. Вместе со страхом. — Пирра, с возвращением, — с радостными эмоциями поприветствовала её Руби, помахав сверху. — Что от тебя хотели профессора? — полюбопытствовала Вайсс, полуобернувшись сидя за столом и сняв визор, ранее просматривая прошедшие матчи, готовясь встретиться с прошедшими в качестве соперников в завтрашнем финале. — Надеюсь, это не связано с проколами Янг или других. — А? — словно только сейчас осознав окружение, Никос обратила внимание на нас. — Ничего такого, — с вымученной улыбкой ответила напарнице. Даже без навыков эмпатии Вайсс с Руби с лёгкостью заметили её неестественное выражение лица, проведя достаточно времени рядом. Словно Пирра возвратилась в прошлое, применив на себе маску, призванную скрыть настоящие эмоции. Нахмуренно переглянувшись с Роуз, свесившейся головой вниз и недоуменно пожавшей плечами, Шни посмотрела на меня. На что я едва качнула головой, подтверждая её догадки. — Думаю, что у внезапного вызова на ночь глядя, когда ты ничего предосудительного не совершала, всё же должна быть какая-то причина, — отметила Вайсс, полностью повернувшись к Пирре, подошедшей к своему спальному месту. — Нет, всё действительно хорошо… в порядке, — с едва заметной заминкой, которую не пропустили остальные, улыбчиво проговорила Никос. Затем принялась показательно готовиться ко сну. — Мы обсуждали моё участие в турнире и отказ от прохождения в финал. Её оправдание не возымело на нас должного эффекта, хотя я и ощутила, что сказанное являлось правдой. Частичной. — Но тревожит тебя не это, — вступила в разговор. На мгновения после моих слов Пирра замешкалась, ясно показывая, что всё же скрывала нечто. — Ты знаешь, что можешь рассчитывать на поддержку. — Да, мы поможем! — с готовностью откликнулась Руби. — Не в этот раз, — с сожалением покачала головой Никос. — Дело касается только меня. — И вот тут ты тоже не права, — категорично возразила Вайсс. — Забыла, что мы команда? Что когда одной из нас нужна была помощь, мы помогали? Будь то в учёбе, — бросила взгляд на Руби. — Или в более глобальном плане. Как например с Блейк и Белым Клыком. — Это совсем другое, — бросила Пирра, забираясь на верхний ярус кровати. — Да ладно, — закатила глаза Шни. — Ты меня всегда поддерживала, что бы я не делала. Думаешь, я отстану от тебя, когда теперь поддержка нужна в свою очередь тебе? Давай, выкладывай, что там случилось? Вайсс с требовательным взглядом запрокинула голову, подойдя к кровати. Но та молчаливо продолжила лежать на боку к нам спиной. — Пирра… — проникновенно начала Руби. — Мы знаем, что ты добрая и самоотверженная. И скорее предпочтёшь держать проблему в себе, чем досаждать с нею другим. Но ты тоже достаточно хорошо узнала нас, чтобы понимать, что мы просто так не отступим. Поэтому, позволь нам помочь тебе. — Вы ни чем не… — не выдержав, Никос повернулась к нам, оборвав себя, глядя на решительный настрой девушек. — … всё… сложно… Словно привычный порядок вещей рухнул, и я уже не могу смотреть на мир, как прежде, и просто теряюсь во внезапном выборе, — с нотками отчаяния в голосе закончила, выплеснув на нас скопившиеся эмоции. — Уверена, что мы не сможем облегчить твою ношу? — спросила я, внимательно смотря ей в глаза, наблюдая в них нешуточную борьбу. В конце концов проигранную. — Нет… — стыдливо отвернула голову. — Не знаю… Пребывая в ещё более взволнованном состоянии, Руби с Вайсс переглянулись, чтобы затем одновременно повернуть головы ко мне. Но я отметила это лишь краем сознания, больше поглощённая тем, каким образом можно было подтолкнуть Пирру к тому, чтобы она добровольно согласилась принять нашу поддержку. В то же время размышлению подверглись возможные варианты событий вечернего вызова профессоров, который сумел настолько выбить из колеи обычно спокойную и стрессоустойчивую девушку. — Девчат, ещё не спите? — с такими словами к нам в комнату заглянула Янг. Осмотрев нас и кивнув самой себе, она вошла. За ней последовали Блейк с Реном и Норой. Видимо, закончили вечернюю тренировку. Оторвавшись от размышлений, я обратила более пристальное внимание на вошедших, которые вели себя необычайно тихо по сравнению с обычным энергичным поведением. — Янг, у тебя тоже что-то случилось? — обеспокоенно обратилась к ней Руби, также заметив нетипичное поведение. — Выглядите какими-то пришибленными, — поддержала её Вайсс, блуждая взглядом от Блейк к Норе, которые вели себя странно смирно, держась за спиной лидера. В свою очередь Рен снаружи выглядел как обычно, но в эмоциональном плане не отставал от других. — Тоже? — удивлённо переспросила Янг, после чего встряхнула головой. — Не важно. Айа. Мы тут во время тренировки наткнулись на нечто… странное. Далее она рассказала о стычке с вооружёнными солдатами в некой пещерной местности вместе со вставляемыми комментариями от остальных. — Ты говорила, что в симуляции можешь воплощать места, где сама бывала, — под конец описания противостояния сказала Блейк. — И монстров, с которыми сражалась, — добавила Нора. — Не только Гримм. В целом любых противников, — поправил её Рен. — Так… с кем ты сражалась? Что это вообще были за солдаты? — подытожила Янг. Внимательно и с удивлением следя за разговором, Вайсс с Руби присоединились к ним, в ожидании повернувшись ко мне. Параллельно выслушиванию описания сражения, которое было невозможным, я проверяла последние логи Симулякрума и связывалась с Ордисом, вскоре выяснив то, что произошло, и причину этого. Простая случайность, когда неисправность или дефект, которым ещё в давние времена был поражён Цефалон, заставил его отвлечься. Он же вызвал сбой в настройках Симулякрума, сбросив установленные ограничения. В результате чего для подростков открылся ранее закрытый доступ к новым локациям и противникам, которые те решили протестировать. Они столкнулись со стандартной оперативной группой Гринир на одной из горнодобывающих станций на астероиде близ Меркурия. И теперь хотели получить объяснения увиденному. — Не рассчитывала, что это произойдёт в ближайшее время, — медленно произнесла, забравшись на кровать и скрестив ноги, перед ожидающими подростками. — Но рано или поздно я собиралась поведать. Возможно, сейчас как раз самое подходящее время, чтобы доверие между нами стало крепче, — покосилась на верхний ярус противоположной кровати, с которого также внимательно, как и все, за мной наблюдала Пирра. — И что же это? — задала вопрос Янг, подобравшись вместе с остальными. — Помните историю, что я рассказала во время миссии на горе Гленн? — Сказку, про злых императоров и решительных героев, разрушивших оковы и освободивших всех? — с улыбкой кивнула Руби, которой понравился этот рассказ. — Да, героев… — на мгновения прикрыла глаза, погружаясь в воспоминания о давно ушедшей эпохи. Бело-золотые дворцы и башни, величественные конструкции и гигантские космические корабли-города. Наш ковчег — Зариман 10-О. Также мгновенно вынырнув из воспоминаний, раскрыла глаза, светящиеся энергией Бездны. — Тех воинов называли и по другому. Первоначально их нарекли Тенно. Подростки, словно пребывая в трансе поле моих слов, расселись на кровати или на полу, неотрывно глядя на меня. — Тенно… подожди, разве ты ранее не называла себя так? — поморщившись и протерев лоб, спросила Вайсс, сидя сбоку у стола, припоминая такой момент. — Действительно, да, — моргнув, впитываю в себя просочившуюся энергию, избавляясь от свечения глаз. Сбросив оцепенение, девушки с Реном заметно расслабляются. Только чтобы вновь подобраться, осознав моё подтверждение слов Вайсс. — Хочешь сказать, ты потомок тех, о ком рассказывала? — уточнила Блейк. — Или ты та самая? — с горящими глазами предположила Руби. — Брось, Рубс. Если такое и происходило, то ещё когда в прошлом, — махнула за спину ладонью Янг. — Века назад, если не тысячелетия, чтобы до нас не дошли хоть какие-то кусочки этой истории, — высказался Рен. — Ну вот. Невозможно, чтобы Айа участвовала в описанном, — довольно кивнула Янг, за которой повторила Вайсс. — Или… — с тенью подозрения покосилась на меня. — С момента своего появления Тенно были едины. Ни до, ни после, других никогда не возникало, — прервала их теории, вызвав этим только больше вопросов. Подняв ладонь, я заставила их замолкнуть. Этому также послужил недовольный рык разбуженной Смиты, которая, перестав изображать из себя свёрнутый меховой клубок, спрыгнула с подоконника ко мне на кровать. — Позвольте мне рассказать историю Тенно с самого начала, — опустила ладонь на улёгшуюся на мои колени большую кошку, принявшись её поглаживать. — Мою историю. Несколько успокоившись под умиротворённое мурлыканье Кошмарика, подростки передо мной уселись обратно, приготовившись услышать ещё одну далёкую сказку, ставшую явью. — Хотя я сказала, что поведаю всю, начало пропущу, потому что сама не помню его достаточно хорошо, — в извинении склонила голову, после чего продолжила. — Моей родиной пришлась империя Орокин в те времена, когда она пребывала на пике своего могущества. Взмахами ладоней создаю дисплей, показывая архивные иллюстрации городов и величественных сооружений. — Та, что в итоге познала крах. — Но как это возможно? — недоверчиво спросила Вайсс, вместе с остальными рассматривая и любуясь бело-золотой архитектурой. — Мы ещё вернёмся к событиям, которые привели меня сюда, — ответила ей. — Пока что я не вижу смысла полностью повторять описание империи, данное ранее. — Ты говорила, что в то время не было ни Гримм, ни Праха, ни Проявлений, — припомнила Янг. — Тогда почему… — У тебя нет Ауры?! — поражённо воскликнула Руби, первая осознав это. — Ни Ауры, ни Проявления, — отрицательно покачала головой, глядя на встревоженные лица подростков. Страх, вызванный отсутствием естественной защиты, привычной им, припоминая все наши тренировки, бои и сражения. — Всё это время я имитировала силовое поле души своей собственной силой. На краткий миг вспыхнув энергией Бездны, окружила себя золотистыми всполохами огня. — Тогда что это, если не Проявление? — спросила Пирра сверху, едва слышно добавив. — Сила Девы?.. — Предшествуя «золотому веку», Орокин в своих исследованиях сумели открыть существование иного измерения. Получить к нему доступ. Созданная мной иллюзия погружает комнату в Бездну, где подростки начинают осматриваться, вглядываясь в бесконечное пространство, затянутое белой дымкой. Постепенно вижу, как они начинают признавать схожесть с тем, что наблюдали в Симулякруме. — Измерение, названное Бездной, являлось обратной стороной зеркала нашей реальности. Трудно изучаемое хаотичное пространство. Но даже так этого хватало для технологического прорыва во многих областях империи. С ней же была связана трагедия, постигшая меня и других. Убрав иллюзию, возвращаю внимательных слушателей в привычную обстановку. — Во время своей экспансии к новым открытым землям следом за созданными «големами» был отправлен ковчег с поселенцами для первичного обустройства. С этого момента началась моя осмысленная история, так как воспоминания о детстве я утратила, — несколько печально вздохнув, благодарная, что никто не прерывал, продолжила. — Путь нашего корабля проходил сквозь Бездну. Она позволяла за мгновения преодолевать большие расстояния. Потому путями сквозь неё активно пользовалась вся империя. Но существовал риск, небольшой шанс, который по итогу нам выпал. Ковчег сбился с курса и оказался затерян в изменчивом пространстве. К тому, что последовало дальше, никто оказался не готов. Непроизвольно сжимаю ладони в кулаки, когда в ушах раздаются крики и вой, сопровождаемые скрежетом и громким стуком сквозь саму реальность. — Взрослое поколение сходило с ума, обезумев, набрасывались друг на друга, громя всё вокруг. Не признавая родных и близких, стараясь убить всех на своём пути. Только после мы выяснили, что дети и подростки не старше пятнадцати лет не были подвержены этому безумию, охватившему весь корабль. Вместо этого мы обнаружили в себе потусторонние силы. Смыкаю перед собой ладони с пальцами и разъединяю, образуя между ними искрящий ветвистый луч, озаривший лица подростков. — Мы начали стремиться научиться управлять этой силой, чтобы защитить себя и восстановить системы жизнеобеспечения. Нам это удалось, но цена оказалась непомерна. Потому что под конец единственными живыми на корабле остались лишь дети. Мои названные братья и сёстры. — Сколько… сколько тебе было тогда лет? — с мучительной гримасой, в эмоциях полыхая скорбью, спросила Янг. Я видела со своего места, как она с силой сжала Руби за плечи перед собой, которая, казалось, не обращала на это внимание. — В тот день наступил мой пятнадцатый день рождения. После моих слов в помещении повисла безмолвная тишина, пока подростки осмысливали сказанное. Вайсс болезненно хмурилась. Янг усилила хватку на сестре, прижав её к себе. Нора с Реном не глядя взялись за руки, сжав до бела ладони. Блейк отвела взгляд в сторону. Пирра продолжала тихо лежать сверху. — Вскоре после этого ковчег оказался в обычной реальности, где нас быстро обнаружил имперский патрульный флот, — продолжила я спустя пару минут, разорвав тишину. — Тогда всем выжившим впервые дали имя — Тенно, следуя названию ковчега — Зариман 10-О. Нас изолировали, страшась силы, что не поддавалась изучению. Так было до тех пор, пока не началась война с машинами, что обрели разум, и один из нас не сумел слиться с Варфреймом, обуздав его ярость. — Война с машинами? Разве не живыми големами? — спросила Блейк. — И что значит: слиться с Варфреймом? Это же роботы, — уточнила Вайсс. — Тау или Владеющие Разумом изначально являлись терраформирующими дронами. После их прибытия на новую землю они развились до полноценных личностей. На этот раз демонстрирую картину существа из различных сплавов с тонкими, удлинёнными конечностями, отдалённо напоминающего человеческий силуэт. — А-а, так вот, как выглядят эти ребята, — высказалась Нора, рассмотрев представителя другого вида и поёжившись. — Жутковато. — Орокин сотворили их, этим же нарушив свой запрет, наложенный на создание искусственных личностей, помня о техногенной трагедии, которая постигла предыдущие земные государства. — Что было тогда? Ещё одно восстание машин? — спросил Рен. — Никаких записей или данных о том времени, предшествующем образованию империи, не сохранилось, — покачала головой. — Потому возможно, когда Тау, отправленные на новую землю для обустройства, пошли войной на Орокин, давняя история повторилась. Создания восстали против создателей. — Тогда началась так называемая «Старая Война», описанная тобой? — сосредоточенно спросила Вайсс. — Когда Владеющие, управляя многочисленными армиями дронов, вторглись в империю, — согласно кивнула, продемонстрировав иллюзию одной из битв, в которой участвовала во фрейме первоначальной серии, Экскалибур. Перед взором подростков предстала равнина, испещрённая взрывами и прогалинами от энергетических лучей, на подступах к городу, окружённому энергетическим щитом. Различные дроны парили над землёй, напоминая собой мерцающих призраков. В небе пролетали истребители в форме полумесяца с вытянутой ножкой. На фоне вдали возвышался силуэт огромного Владеющего. Лидер этой армии, своим тяжёлым оружием стремившийся пробить городские щиты, чтобы затем массивными конечностями проломить стену. — Он даже больше Голиафа… — пораженно прошептала Руби. Но замолкла, стоило воспоминанию продолжиться. Вместе с несколькими другими Тенно в обличье фреймов, я ворвалась в ряды машин, тут же переключившихся на нас. Сражаясь с волнами врагов, мы стремились добраться до контролирующего их Тау, чтобы предотвратить прорыв. Клинки рассекали синтетическую плоть и механизмы, расплёскивая машинные жидкости. Бойня, но с достаточным количеством врагов, чтобы мы в ней увязли. И хотя разница в соотношении была колоссальной, дроны за секунды сотнями обращались в смятый металлолом. Мы продвигались вперёд, но с лидером Тау вступили в бой лишь тогда, когда он уже преодолел стены, ворвавшись в город. Наблюдая за этим затаив дыхание, подростки невольно содрогнулись. Потому что прорыв походил на тот, который мог произойти с Вейлом. Пропустив большую часть битвы того времени, я напоследок продемонстрировала вид с полуразрушенной стены. Где я с другими Тенно наблюдала за итогами сражения на внешней стороне. Равниной, заполненной уничтоженными механизмами. — Варфреймы же никогда не являлись роботами. — Но ты говорила… — начало было Руби. — Это была приемлемая альтернатива и самая близкая к правде, — мягко перебила её. — Первоначально фреймы были экспериментом Орокин по созданию сверхсолдат. Одной из отчаянных попыток остановить продвижение Тау. — Подожди, — подняла ладонь Вайсс. — Я помню, что ты говорила, что эти машины были венцом творения гениев Орокин. Но они же по своей сути являлись… фермерами? Как они смогли превзойти своих технологически продвинутых хозяев? — Именно из-за своей сути и технологичности Орокин. Тау оказались превосходными взломщиками, научившись проникать во многие системы и обращать их себе на пользу. По этой же причине во время нашего вступления в войну мы сражались, полагаясь лишь на архаичное оружие, которое невозможно было взломать. Я напомнила им о своём мече «Дакра Прайм», покоившимся в оружейном ящике. Затем натянула иллюзорную тетиву лука «Парис Прайм», который использовала, впервые ступив на Ремнант. Под конец указала на рукоять своего сложенного посоха. — Так… кто или что такое Варфреймы? — настороженно спросила Янг, опасаясь ответа после озвученных ранее откровений. В этом я не стала её разочаровывать. — Люди, заражённые искусственным вирусом. Сплав живой плоти с механизмами. Био-металлический организм, подверженный влиянию Бездны. — Чт-то?.. Вместо пояснений проецирую схему фрейма, с одной стороны показывающей привычную броню, с другой внутреннюю органику, переплетённую с металлом. — Умбра… он… — потрясенно прошептала Блейк, прижав ладонь ко рту. — В результате предательства его тоже сделали фреймом, — прикрыла на секунду глаза. Схема сменилась воспоминанием, полученным во время слияния с Умброй, когда он безвольно лежал в роскошных палатах, не в силах пошевелиться, поражённый вирусом. 6 В то время, как на лицах других царили жалость и сострадание, в глазах Блейк я углядела разгорающуюся искру ярости, пока она блуждала взглядом по почерневшим участкам кожи человека, который на короткий период стал ей наставником. — Это просто отвратительно, — злобно бросила Вайсс. — И ты… используешь их? — с нотками неверия обратилась ко мне Янг, хотя прекрасно знала ответ. — Я ни в коем случае не оправдываю Орокин, но в то время они находились в почти что отчаянном положении и действовали во многом вопреки, совершая ужасные поступки, — развеяв воспоминание и не обращая внимание на атмосферу уныния, поднявшуюся в комнате, продолжила. — Потому что альтернативой могло послужить уничтожение всей человеческой расы. Война к тому моменту уже собрала свою кровавую жатву. — Сколько… сколько погибло людей? — нерешительно, как и сестра ранее страшась ответа, спросила Руби. — Старая Война по итогу унесла за собой свыше десяти миллиардов. Если ранее к прозвучавшей угрозе исчезновения человечества подростки передо мной отнеслись более-менее спокойно, так как сам Ремнант находился под постоянной угрозой вымирания, то прозвучавшее число потерь их потрясло намного сильней, чем всё ранее сказанное. Но это был далеко не конец моей истории и даже не её середина. — Десять… — с прерывистым выдохом пробормотала Пирра. — Как если бы всё население Ремнанта истребили Гримм… десятки раз, — с дрожью в голосе проговорила Вайсс. — Великая Война и близко не стояла, хотя мы были на грани, — с трудом сохранял показное спокойствие Рен. — Как я говорила, эта война велась на уничтожение, — печально продолжила. — Но даже в своём отчаянном эксперименте Орокин потерпели крах. Хотя Варфреймы действительно оказались сверхсильными воинами, обладающими потусторонними навыками, они оказались крайне агрессивно настроены к своим создателям, сделавшим их такими, отнявших прежнюю жизнь. — Кто бы мог подумать, — желчно оскалилась Янг. — Эксперимент посчитали провальным и собирались закрыть, так как золотые владыки не сумели обуздать агонизирующий разум, заключённый в металлическую плоть. — Пока один из твоих братьев или сестёр не слился с одним из Варфреймов, — с кивком повторила Вайсс. — Так было. В то время нас изолировали, и мы учились управлять своими силами. После же того случая нас стали готовить к войне. Мы сумели научиться контролировать внезапную связь, перенося сознание Операторов, — указала ладонью на себя, — В разум Варфреймов, обуздывая их ярость, гнев и даря покой, умиротворение. Заблудшие дети и сломленные души. Нерушимый симбиоз, возникший вопреки всему. — Со своими силами, облачённые в живые доспехи, мы раз за разом обрушивались на поля сражений. — «Выигрывая проигрышные сражения, освобождая земли и помогая людям», — несмелая улыбка тронула лицо Руби, повторив эту часть истории о героях, которая ей так понравилась. — Завоёвывая большую популярность, чем императоры, — добавила Вайсс. Этим показывая, что тоже хорошо её запомнила. — Верно, — слегка кивнула им. — Но, не смотря на свои опасения, золотые владыки никогда по настоящему не беспокоились об этом. — Потому что вы были скованы, — тихо бросила Блейк, сверкнув ненавистью во взгляде. Прикрыв глаза, я ненадолго погрузилась во внутренние размышления. Стоило ли говорить об основной причине нашего гнева, ярости всех Тенно? О казни Маргулис, о том, как я молча наблюдала за процессом, не в силах пошевелиться в облике фрейма. Не в силах заткнуть увещевания обвинителей и наигранно сожалеющие, порицающие речи других архимедианов с императорами и их ложными обвинениями. Не в силах спасти ту, кто с тёплыми объятиями приняла испуганных детей с корабля-призрака. Ту, кто спасла нас, но мы не смогли отплатить ей тем же… Слишком глубоко уйдя в себя, я отвлеклась от своих мыслей, ощутив мягкое прикосновение к своей ладони. На миг показалось, что вернулась в прошлое, угодив в объятья приёмной матери. Но открыв глаза, осознала рядом с собой напарницу, которая, потеснив недовольно мявкнувшую Смиту, подсела ко мне. Взяв в руки мою ладонь, Руби с нежной улыбкой и заботой во взгляде серебряных глаз смотрела прямо на меня. Так, как когда-то в утешении поступала Маргулис, позволяя насладится покоем и умиротворением. Пока не начиналась следующая битва… Я не нуждалась в утешении, но ценила намерение. Потому признательно улыбнулась ей, зная, что она поймёт это несмотря на шарф, скрывавший нижнюю часть моего лица. После чего продолжила. — Соматическая связь, с помощью которой мы становились с Варфреймами одним целым, стала нашим спасением и нашими оковами. Для нас и фреймов. Благодаря ей изолированные дети почувствовали свободу, которой были лишены из-за страха надсмотрщиков. Фреймы же вновь ощутили вкус жизни с нашей помощью. Орокин пользовались этим, создав связь и контролируя её. Так проходили годы войны, где мы жили сражениями. Пока не сумели освободиться. — И потом убили императоров, — жёстко постановила Блейк. — Война была окончена, когда мы заставили Тау отступить обратно в далёкие земли. Но это не лишило нас ярости и гнева, скопившегося за это время. Тенно и Варфреймов. И мы нанесли удар во время празднования в самое сердце империи. Очередная вызванная иллюзия демонстрирует, как ярко развивающиеся флаги сгорают, бело-золотые башни рушатся, а даксы — элитные солдаты Орокин падают один за другим, не в силах противостоять мощи всех Тенно. Не в силах спасти своих хозяев. — Так начался крах, закат эпохи Орокин. Но мы этого не увидели, — покачала головой, развеивая иллюзию одного из последних сражений того времени. — Опустошённые годами войны и свершением мести мы… хм… выгорели эмоционально. И потому приняли решение погрузиться в долгий сон. Остановившись на этом, я позволила подросткам погрузиться в свои мысли, размышляя об услышанном, чтобы затем задать свои вопросы. — Но, что значит «погрузились в долгий сон»? — спустя некоторое время первой начала Руби, продолжая сидеть рядом со мной. — Да, ты говорила, что те воины, в смысле вы, пропали на тысячелетия. А затем вернулись, — добавила Янг. — Все Тенно собрались в своей колыбели, спрятанной от остального мира, и уснули на долгие годы, чтобы восстановиться. Это была основная, но не единственная причина. Я не стала рассказывать историю о Лотос, не желая погружать подростков ещё глубже в печаль. — Спустя тысячелетия мы проснулись и вновь вступили в противостояние в изменившимся мире. Сражаясь за то, во что верили. Окончание этого вы уже знаете. — Война с этими живыми машинами, которые снова вторглись к вам, — хмуро сказал Рен. — Время, названное Новой Войной. Более разрушительной, чем предыдущая, — опустила взгляд на ладони, не замечая, как одна из них вновь оказалась сжата Руби. — Но как тогда ты оказалась здесь, в наше время, когда никто не помнит ни о чём подобном? — преувеличенно заинтересованно воскликнула Янг, желая сосредоточить на себе моё внимание, вывести меня из состояния скорби. Я ощущала, что у некоторых были вопросы, но они не стали их озвучивать, пожелав не тревожить старые раны, солидарные с намерениями Сяо Лонг. — История повторилась, — решила подыграть им, обратившись к золотистой девушке, которая светилась неподдельным интересом, как и её сестра, даря мне тепло. — Мы победили в той войне, но оказались вновь опустошены. На этот раз потерями среди союзников, друзей, близких. И после того, как помогли восстановиться выжившим, приняли решение забыться сном навечно. Но некое событие помешало этому, заставив меня пробудиться… — широко развела руки перед собой. — В этом мире. — Что за событие? — полюбопытствовала Нора. — Катаклизм, который в итоге привёл к виду, который вы можете наблюдать ночью, — указала на окно, где в наступивших сумерках проступили очертания Луны. Осколки Луа. — Хочешь сказать, что проснулась, когда Луна раскололась? — шокировано расширила глаза Валькирия. — А разве она не всегда была такая? — легкомысленно спросила Янг. — Ты серьёзно думаешь, что спутник Ремнанта изначально был расколот? — закатила глаза Вайсс. В ответ Сяо Лонг усмехнулась, пожав плечами. — Но действительно, — обратилась ко мне Шни. — Учёные считают, что Луна стала такой во время столкновения с космическими телами, которые после обрушились на Ремнант, тысячелетия назад. И даже не учитывая всё ранее сказанное, возникает вопрос… сколько тебе на самом деле лет? Если в начале всей истории уже было пятнадцать… После её слов все в комнате дружно обернулись ко мне с различными выражениями лица. — С учётом долгого сна или без? — с улыбкой спросила, ошеломив девушек, которые только сейчас осознали тяжесть моего возраста. — Но ты ошибаешься. Я пробудилась не тысячелетия, а всего год назад. Когда повреждённые системы моей колыбели полностью отказали в работе. Но оказалась единственной, кто пробудился. Поэтому решила исследовать изменившийся мир и в итоге оказалась здесь, — повторно развела руками. — Ого, как проснулась, так сразу поступила в Бикон? — с нервным смешком прокомментировала Нора. Согласно кивнула. — Теперь мне понятна твоя асоциальность и все те странности, включая непохожие технологии, — задумчиво пробормотала Вайсс. — Подумать только… Это нужно осмыслить. Завтра точно голова будет болеть. А ведь на кону ещё и финал, — схватившись за голову, издала мучительный стон. Своим же причитанием Шни невольно вызвала смешки и улыбки на лицах других, которые поддержали её согласными возгласами. Все, кроме двух. Взгляд Янг всё ещё был сосредоточен на мне. Но лидершу, желавшую узнать о противниках, с которыми столкнулась её команда в Симулякруме, опередила другая. — Я… со своей стороны тоже хотела бы рассказать историю, — тихо произнесла Пирра, но была отчётливо услышана. Под всеобщим вниманием Никос медленно спустилась вниз и подсела на кровать к Блейк с Янг напротив меня с Руби. Сжав кулаки на коленях, чтобы затем расслабить, она подняла на меня решительный взгляд и поделилась тем, что её тревожило. Своей сказкой, ставшей явью. О том, как в древности четыре девушки встретили одинокого ворчливого старика. Как вернули ему волю к жизни и в награду получили силы повелевать стихиями. Как были названы в честь сезонов года. И как нынешний директор Бикона с другими вовлечёнными в тайну предложил Пирре стать следующей Девой Осени. — Даже не знаю, что больше заставляет задуматься. Насыщенное прошлое или внезапное настоящее, — покачала головой Вайсс, подытожив общее мнение. — Но ведь получение неких волшебных сил, — неопределённое махнула рукой над головою. — Это явно не то, что тебя могло так взволновать? Никос печально улыбнулась, продолжив поведанную ей самой недавнюю историю. О том, что прошлую Деву Осени смертельно ранили, и она доживала последние дни в секретном хранилище прямо здесь, в Биконе. Что власть Дев переходила после смерти к тому, о ком думала последняя хозяйка. Но только если это молодая девушка. И что Пирре хотели насильно передать силу умирающей Девы, иначе власть Осени в противном случае могла достаться несостоявшейся убийце. Напоследок она пересказала описанный ей директорами способ передачи этой силы через непроверенную технологию Атласа, замещая одно сознание другим. — Генерал сказал, что с помощью того устройства они могут извлечь Ауру Эмбер в момент её смерти и поместить в меня вместе с силами Девы. — Почему-то мне всё больше противна мысль того, что сестра посвятила свою жизнь армии под руководством такого человека, — с хмурым видом скрестила руки на груди Вайсс. Со стороны Блейк этого никак не нужно было комментировать. У неё на лице было крупно написано её отношение к Атласу в целом и генералу в частности. — Даже не знаешь, чья история более невероятна, — вздохнул Рен, и рядом согласно кивнула Нора. — Но… но Аура же является воплощением души, — ужаснулась Руби. — Как можно её впихнуть в другую?! — Твоя личность смешается с этой… Эмбер, — с настороженностью согласно добавила Янг. — Что в этом случае случится с тобой? — Они не знают, — в безысходности пожав плечами, понуро опустила голову Никос. — Даже не уверены, что после передачи я сумею остаться собой. — Тогда… — В противном случае, — перебив её, тут же вскинулась. — Силой, которая может контролировать саму природу, завладеет враг! Тот, который может стоять за нападениями, за Белым Клыком, за всем, что происходило за этот год и может ещё произойти, потому что своей цели, заполучить Деву Осени, они не добились. Обвела всех решительным взглядом, заставив насторожиться, в особенности Блейк при упоминании старых товарищей. Но на мне Пирра замерла. — Я просто… не знаю, что выбрать, — потеряв прежний настрой, почти что в отчаянии произнесла, сгорбившись и опустив руки. В очередной раз мрачная атмосфера тишины заполонила комнату. Где подростки оказались придавлены тяжестью откровений, следовавших друг за другом. — Почему он̕и̕ в́ыб͟р͟али ͝те̕б͆я̆ кандидаткой? — требовательно спросила я, заставив остальных содрогнуться от холода и инородного звучания, проскользнувшего в моём голосе. Поднявшись, согнала Смиту, запрыгнувшую обратно на подоконник и настороженно посмотревшую на меня вместе с растерянной Руби. В жёсткой хватке контролируя взбушевавшиеся эмоции, подошла и нависла над Пиррой, игнорируя как просачивающиеся всполохи энергии, так и реакцию других. — Потому что я Пирра Никос, непобедимая девушка? — печально улыбнулась она, поднимая голову, но застыла под моим пронзительным взглядом. — Нӗт͝. Потому что в глубине души ты̕ сделала в͡ӹб͡о͠р͂ и готова пожертвовать соб͝ой. Ради других. Глядя на то, как в шоке широко распахиваются её изумрудные глаза, мне не требуется дальнейшее подтверждение. Развернувшись к окну, которое предварительно раскрыла Смита, выпрыгиваю из него. Приземлившись с перекатом, проверяю сложенный посох за спиной, что может быть использован в качестве оружия в ближайшее время. Рядом приземляется Кошмарик. Протяжно мяукнув, взмахивает веерным хвостом и потягивается, выпуская когти. Моя спутница как и я готова к противостоянию. Не обращая внимание на обеспокоенные голоса позади или удивлённые взгляды прохожих. Наша цель — самая высокая башня, озарённая лучами луны, где на самой верхушке продолжал гореть свет. Маяк надежды, названный таковым директором при первой нашей встрече, сегодня в моём взгляде стал намного тускней.