Те самые кулаки

      То, что было капитаном Гилликом нервничало. С момента невозвращения повелителя У’Зула дела шли скверно. Очень скверно. В памяти того, что было капитаном, покоилось множество инструкций, но среди них ни одной, описывающей что нужно делать, когда огромный световой шар нападает на ваш корабль и тянет на мерзкую планету ужасных фанатичек битвы. То, что было капитаном, никогда не сталкивалось с подобным.       Но то, что было капитаном, знало, что вскоре произойдет. Стоит только кораблю достичь поверхности этой мерзкой планеты — будет абордаж, который оно не переживет. Никто из команды не переживет. Великие отцы оставили своих детей, но они будут биться. Люди познают гнев детей Моря Душ. А они — чтож, они постараются забрать с собой столько людишек, сколько получится.

***

      Если бы еще пару месяцев назад Ириотоме сказали, что она будет руководить абордажем огромной баржи торгового флота — она бы посмеялась. Если бы ей сказали, что эта баржа будет превращена в плавучую крепость отродьев хаоса — она отправила бы говорящего к закрепленной за отрядом сестре госпитальер. Но, то, что происходило сейчас, просто не поддавалось её осознанию.       Глядя, как в облаке пыли и обломков на поверхность планеты обрушиваются искажённые корпуса космических кораблей, сёстры битвы сперва оцепенели. Одно дело видеть такой корабль в космосе из челнока или с другого такого же монструозного творения имперских верфей. Здесь же, на поверхности, они просто подавляли. Когда пылевое облако немного развеялось, оказалось, что часть города разом погребена под многокилометровыми бортами. Сминая поверхность, они плавно осели, буквально выдавливая все, что было под ними. В какой-то момент было похоже, что корпуса скроются в грунте полностью — но видимо скалы под городом были достаточно прочными — с пронизывающим до костей скрежетом скользящее движение замедлилось и наконец замерло.       Словно только этого и дожидаясь активизировались коммандеры отрядов сестёр битвы.       Выбрав первой целью один, из когда-то имперских транспортов, десантные отряды начали развертывание вооружения. Защелкали предохранители болтеров и лазганов, заискрили элементы силовой брони — ветераны десятков сражений лучше кого бы то ни было знали, что в бою мелочей не бывает — отсутствие боеприпасов может стать такой же фатальной ошибкой, как и неверная тактика.       Параллельно с развертыванием штурм отрядов сбоку корабля формировались платформы — Темпус оперативно подогнав военспецов с сервиторами пытался обеспечить плацдарм для атаки. Все корабельные шлюзы были спроектированы для работы в космосе — подобраться с земли к ним было не просто затруднительно — архисложно. Однако технические сложности не смогли задержать сестринство надолго. Вскоре после снятия светового поля с шлюзового отсека — Морган не стала отключать его полностью — вслед за серией мощных взрывов поток сестёр битвы ринулся на абордаж.       Хаоситы, ведомые осознанием близкой развязки отбивались с яростью обречённых, но все их попытки разбивались об холодную ярость штурмовых отрядов Адепта Сороритас, мстящих за своих павших сестёр. Мутанты и палубные команды еретехов уничтожались штурмовыми отрядами с методичностью кузнечного молота. Ведомые ветеранами и опытными коммандерами, сестры буквально выжигали отсек за отсеком продвигаясь в глубь огромного корабля. Очистительное пламя боевых огнемётов не щадило никого — хаоситы гибли сотнями пытаясь добраться до шеренг сорориток.       Наблюдая как всё большее количество ударных групп скрывается в недрах корабля Ателла хмурилась. В её подчинении осталось слишком мало сестёр. Здесь — на периферии Империума любые потери были болезненны, но потери живой силы восполнить было тяжелее всего. Оставшиеся в её распоряжении пара тысяч сестёр казалась каплей в море после огромных воинских соединений, которыми ей довелось управлять на службе Экклезиархии. Последняя битва все не выходила у нее из головы — кхорниты буквально закидали их трупами, в очередной раз воспользовавшись не тактикой, а многократным численным перевесом. Теперь же истончающийся ручей отрядов казался насмешкой над еще недавно многочисленным минорисом.       Ателла обернувшись на свой импровизированный полевой штаб поразилась как быстро молодая Морган спелись с Темпусом. Еще пару недель назад они были даже не представлены друг другу, а сегодня найдя несколько точек соприкосновения сработались так, что казалось их знакомство длится годы. Именно благодаря их сотрудничеству удалось так быстро развернуть десантные платформы — модульные конструкции техножречества словно были созданы для манипулирования юной Морган — она управлялась с ними как с гигантским конструктором. Там, где обычно требовались несколько жрецов и десятки операторов гравиплатформ справлялась одна она. Темпус же лишь плавно направлял юную напарницу — совет здесь, комментарий там, лёгкое, почти неосязаемое участие с его стороны позволяло Морган управлять платформами словно опытный трансмеханик. Не обращая внимания на внешние раздражители, девушка и техно жрец творили — и результат впечатлял. Многоярусные платформы плавно опускаясь к земле позволяли атакующим порядкам Сестринства не только быстро достигать шлюзовых врат, но и поднимать к ним среднее и тяжёлое вооружение. Уже не один десяток серафимов и доминионов, вооруженных тяжелыми огнемётами, скрылся в развороченном провале основного грузового шлюза, но поток сестёр и вооружения и не думал иссякать.       В какой момент ситуация изменилась не понял никто. Просто Морган словно к чему-то прислушиваясь, склонила голову набок. И вот её нет, лишь пыль оседает на импровизированной площадке командного пункта. Стремительным росчерком света девушка буквально ввинтилась в толпу атакующего строя сестёр битвы и скрылась в зеве шлюза. Ошеломленные командующие и наставницы сестринства обернулись на Ателлу с Ириотомой, но те даже если бы и хотели, вряд ли смогли бы прокомментировать действия одной юной особы. Темпус же наоборот явно горел желанием высказаться, но не успел — над военной зоной повисло тонкое стаккато лопающегося светового барьера. Спустя такт корпус корабля буквально вспух в нескольких местах от мощных внутренних взрывов. Самых близких к кораблю сестёр буквально разметало по земле, а отряд, готовящийся к проникновению в корабль, опалило вырвавшимся из его недр чадящим пламенем. Оставшиеся на ногах сёстры спешно пытались убраться с пути разлетающихся кусков обшивки и горящих обломков.       Перекрывая многоголосый вой и проклятья Ателла повелительно вскинула согнутую в локте руку. - Отставить гвалт. Отрядам госпитальер выдвинуться на позиции. Развернуть оцепление. Готовиться к прорыву. -       Короткие, отрывистые команды погасили не успевшую начаться неразбериху. Годами буквально вбиваемые в сестёр битвы на тренировочных полигонах реакции быстро и эффективно погасили начинавшуюся было панику. Пожар не успев разгореться был отсечён у самого борта, раненых оттаскивали к вновь образованному полевому госпиталю и даже серафимы начали готовить вторую волну атаки, когда, словно из глубин демонических миров, из развороченных взрывами бортов и шлюза начали выбираться группы демонов.       Увидев противника, Ателла осознала причину взрыва — среди хаоситских отродий нашелся тактик, возжелавший перед смертью щёлкнуть по носу сестринство, и нужно отдать должное — ему удалось. Она, вздрогнув, попыталась оценить количество погибших внутри корабля и подавив дрожь ярости приказала начать атаку. Сёстры, захлебываясь бешенством, открыли огонь по выбирающимся остаткам команды демонического корабля — никто не понимал, что затеяли твари, но по мнению Адепта Сороритас найти на поверхности они могли лишь свой бесславный конец. Выстрелы лазганов с первых же секунд начали рвать тела выбиравшихся отродий, буквально отсекая от тел кусок за куском. Твари же, вместо ожидаемой сёстрами атаки начали скапливаться вокруг туши одной из них, словно закрывая стеной тел своего инфернального вожака.       На что был расчет стало понятно через десяток секунд — расстреляв в лохмотья большинство выбравшихся, коммандеры сестер обнаружили что прикрываемая тварь ничуть не пострадала от обстрела, но буквально с ног до головы покрыта кровью. Раскинув лапы и ехидно ухмыляясь, выходец из бездны зашелся кашляющим смехом. - Рабы трупа на троне, наслаждайтесь последними мгновениями своего жалкого существования. Скоро, очень скоро вы познаете небытие. -       Прилетевшая в ответ на этот спич экспансивная пуля, вонзилась точно в лоб создания. Но вместо раскалывания головы снайпер и остальные сёстры с удивлением наблюдали, как пройдя голову насквозь пуля лишь щёлкнула по обшивке.       Демон Крови, не дожидаясь продолжения атаки взвыл и, вытащив откуда-то из складок своей плоти кинжал, принялся чертить им узоры прямо на собственном теле. Ателла, не раз сталкивавшаяся с культистами, вполне догадывалась, что последует далее — демонова тварь стоя на груде трупов попытается создать капище для прорыва мира своих хозяев в реальность. Остатки города будут стёрты с лица планеты волной эманаций демонического плана. - Убейте его! - приказ контессы щелкнул кнутом в наполненном гарью воздухе. Сёстры немедленно сконцентрировали весь огонь на одинокой фигуре, правда без видимой результативности — выстрелы болтеров вместо того, чтобы разорвать тело демона, прошивали его насквозь бессильно разрываясь об корабельный борт. Выстрелы лазганов и того хуже - прожигаемые ими дыры затягивало плотью практически мгновенно.       Ателла, дав отмашку Темпусу, отслеживала как одновременно с непрекращающимся обстрелом воздаятельницы начали плавно отходить из будущей зоны поражения. Демон, словно что-то почуяв, заверещал, участив движения кинжалом до почти неразличимых глазом. Глядя на разгорающиеся на его теле руны, Ириотома попыталась отстрелить конечность, держащую кинжал, но все её попытки оказывались неудачными — демоническая лапа буквально размазалась в воздухе. Наконец, убедившись, что все сёстры битвы покинули зону поражения Темпус по сигналу Ателлы запустил мелта пулемет — единственный переживший недавний штурм столицы.       Достигнув туши демона перегретая плазма буквально обволокла её множественными взрывами попросту испарив верхний слой плоти. На секунду Ателле показалось что демон устоит, но верное оружие не подвело — через несколько мгновений он был буквально испарён пробивной силой непрерывного потока плазмы. Остатки демонической плоти расплескались по обшивке внеся еще большее безумие в и без того искажённые броневые плиты корабельной обшивки. Прекратив по команде стрельбу, сёстры битвы начали было группироваться для возобновления атаки, но их планам не суждено было сбыться. Одна из переборок рядом с развороченной обшивкой начала вспухать пузырями словно закипающая жидкость.       Ателла представив, что еще может скрывать баржа, невольно сжала кулаки - сражаясь с демонами и еретехами десятки лет она каждый раз поражалась изменчивости врагов Империума — множество раз сталкиваясь с ними в бою она встречала перед собой всё новые виды порождений Варпа. Коммандеры отрядов убедившись тем временем, что их подопечные восстановили боезапас по цепочке доложили о боевой готовности. Словно в ответ на это вспухшая переборка рухнула наружу, подняв в воздух взвесь из пыли и пепла. Однако на падение не смотрел никто — все как одна сёстры неверяще смотрели на зависшую в воздухе фигуру на месте, где еще недавно была переборка. Их ступор и удивление не были вызваны ни полётом, ни копотью на уже вполне узнаваемой серебристой броне — о нет, оторопь и почти религиозный трепет вызывали светящиеся до локтя руки и белое пламя, бьющее из ворота доспеха в том месте, где у людей обычно находится голова. Фигура тем временем вылетела наружу и немедленно оказалось, что голова вполне на месте — пылающие гневом глаза Морган вполне отчетливо виднелись сквозь белые всполохи пламени. Девушка, не обращая внимания на эффект, который оказала на окружающих своим появлением стремительным рывком приблизилась к Ателле и зависнув перед отшатнувшейся женщиной хмуро на нее воззрилась. - Меня не устраивает наш подход к военным операциям! Ателла, цепляясь за остатки самообладания, уловила главное: - Наш? - Считайте, что вы меня убедили. Боги они там или нечто иное, я никому не позволю превращать людей в это. -       Ателла хоть и догадывалась что могла увидеть на искажённом Хаосом корабле юная девушка, вслух догадки озвучить не решилась. - Я признаю, что не обладаю вашим или Его военным опытом — взмах светящейся руки в сторону Темпуса заставил того отодвинуться — но то, как мы сражаемся мне не нравится. В первую очередь это потери на поле боя. Выходите! -       На глазах изумлённых десантниц и госпитальер происходило невероятное — с корабля, на котором после таких взрывов вряд ли могло что-то выжить, выбирались заочно похороненные десантные отряды. Да, многие из десантниц ощутимо шатались, а палатины несли некоторое количество менее бронированных сестёр — но они возвращались живыми. Причем всех выбирающихся независимо от состояния сестёр роднило нечто новое — у каждой над плечом висел небольшой светошар. Морган тем временем, не оглядываясь на возвращающийся десант неудавшихся смертниц направила растопыренную ладонь в сторону стихийно возникшего госпиталя. Вырвавшийся из её ладони поток молний сделал бы честь любой уважающей себя грозовой туче — густота пучка была столь велика что они практически сливались, друг с другом образуя извивающийся молниевый поток, лишь ближе к середине рассеивающий на десятки, а затем и сотни молочно белых молний.       Единожды подвергнутые исцелению световой молнией сёстры стоически приняли новые удары овеществлённой стихии. Те же кто ранее не успел столкнуться с инновационным медицинским подходом с трепетом наблюдали как достигая одну за другой лежащих сестёр, молнии словно присасывались к их телам, начиная напитывать их энергией света.       Наблюдая как у одной из ближайших к ней пациенток, прирастает на место почти оторванная осколком обшивки рука, Ателла невольно прикрыла глаза. Аналитический ум повидавшей слишком много женщины из всех сил пытался сопротивляться иррациональному желанию опуститься на колени перед одной молодой девушкой и начать возносить ей молитвы. Судя по доносящимся отовсюду обрывкам всевозможных литаний - от малых ограждающих до истерично исповедальных - процент еретично настроенных сестер минориса только что побил исторический минимум. Сестра Караксис (исповедник Ателлы), была бы довольна — её подопечная долгие годы даже мысленно поминавшая Бога Императора человечества исключительно как объект клятвы, впервые всерьез задумалась о истоках веры. Морган же, словно не происходило ничего выдающегося, закончив с излечением оставшихся сестёр взмыла вверх — ведомая гневом она впервые за долгое время была достаточно сосредоточена. Увиденное на корабле словно открыло в её душе одну их тех маленьких дверок, за которыми люди обычно прячут свои неуверенность и страхи. В её случае за ней скрывалось старое доброе «не навреди».       Морган никогда не считала себя излишне домашней девочкой — она сталкивалась и с криминальной грязью пригородов американских мегаполисов и наркобаронами Латинской Америки и даже постиндустриальными сообществами японских хакеров, что втянули в себя наследие триад, но такого апофеоза бессмысленной жестокости и равнодушия к человеческим жизням они не видела нигде до этого дня.       Разглядывая с высоты корпусы двух оставшихся кораблей, Морган, похоже, впервые в жизни, обрела душевную гармонию — еще никогда она не чувствовала себя настолько свободной в своих желаниях и поступках. Никто не сверлил её одноглазым укором, никто не пускался в получасовые лекции о силе и ответственности, никто, заламывая руки, не твердил о поведении и манерах. Единственный кто всю жизнь поддерживал все её начинания был дядя Беннер (видимо поэтому остальные так старались ограничить их общение). Но даже он и мама не смотрели на нее так, как эти люди — вспомнив взгляды девушек в корабле, после того как она их всех подлатала, Морган поежилась. В их глазах помимо надежды она видела что-то еще, какое-то странное предвкушение. Однако все эти мысли текли в глубине её сознания, на поверхности же сейчас бушевало негодование. Оглядевшись, она убедилась, что набрала достаточную высоту. Для чего?       Для Молний Гнева.       С абсолютно безоблачного неба повинуясь её жесту в оставшиеся под куполами корабли хаоситов ударили два столба молочной энергии — словно ионная пушка старых добрых читаури, мелькнула на задворках сознания ностальгическая мысль.       И действительно, не знакомый с её арсеналом человек увидел бы два бушующих потока энергии, которые буквально за секунды пробив обшивку превращали нутро обоих кораблей в ад беснующейся высокотемпературной плазмы. Зависнув между кораблями, она, понаблюдав за тем, как те медленно превращаются в выжженные оболочки, задумалась. Исправления требовало такое огромное количество вещей, что даже её тренированное сознание начинало буксовать от всех генерируемых идей. Дав себе мысленную оплеуху, она свечкой взмыв в небо и пронесясь сквозь слой облачности вернулась к так и оставшейся стоять на командном пункте Ателле. Очищенная в атмосфере броня вновь приобрела фактуру и цвет средневекового доспеха, оттеняя светящиеся по локоть руки и столб белого пламени вокруг головы. Ателла молча смотрела как девушка приземляется и тоскливо оглядывалась по сторонам. Вся её жизнь, все её навыки оказались пылью перед существом что сейчас смотрело на нее сквозь глаза юной неофитки ордена. - Вы так и будете молчать? - Морган, не ожидавшая такой реакции, не выдержала первой. Оглянувшись, она обнаружила, что со всех сторон окружена подходящими сёстрами. Практически все присутствующие на поле боя отряды сейчас окружали то небольшое скальное основание, на котором недавно они с Темпусом дирижировали атакой. Адепта Сороритас не понадобилось много времени чтобы взять девушку в кольцо. В практически полной тишине, прерываемой лишь окриками коммандеров, отряды образовали расходящиеся волнами круги.       Ателла, вздохнув, подняла правую руку. Ответом раздался слитный удар сотен латных кулаков по груди — сёстры молчаливо отдавали дань уважения той, что буквально на их глазах снова совершила невозможное - орден не потерял ни одной сестры. - Я не была свидетелем твоей первой битвы с чемпионом Хаоса и скептически отнеслась к докладам, списав их на эманации демонического плана. Вынуждена признать, что они были скорее преуменьшены. Я была неправа. - Прерывая поднявшийся в толпе ропот Ателла сжала кулак поднятой руки. - Теперь же, я вижу, что Империум обрел не нового солдата, и даже не могущественного псайкера. - Вздрогнувшие на этих словах многие сёстры лишний раз продемонстировали отношение к магикам в Экклезиархии. - Твои поступки говорят сами за себя - смертное существо неспособно обладать подобной мощью. Однако наша вера не дает нам однозначного ответа, ибо Бог Император в своих откровениях не упоминал о подобных тебе. До сего дня мы, словно потерянные дети, ходили во тьме, встречая каждый день с оружием в руках пред бесчисленными ордами ксеносов. Но вот ты встала перед нами щитом и вопрошаю я - кто мы для тебя? Ты спасаешь нас уже второй раз не прося ничего взамен, но мы знаем что всегда приходит час расплаты. Какую цену ты спросишь за жизни всех нас? -       Морган ошеломленно смотрела как вскипевшее было в середине этой странной полуисповеди полулитании человеческое море затихло, склоняя головы. Приказав управляющему контуру искина отключить броню, она подошла и встала рядом с усталой седой женщиной, на чью долю выпало за последние недели столько испытаний. Обхватив кулак её вытянутой руки своими руками, она под удивленными взглядами окружающих прислонила его к своей груди. Когда-то, при проектировании, её отец размещал там логотип Мстителей, но в случае её первых костюмов там всегда было пусто — к моменту её совершеннолетия команды не существовало много лет. Однако с недавнего времени там обосновался её личный логотип, её кредо, её парадигма устремлений. Вздохнув и видя, как глядя на символ расширяются в понимании глаза Ателлы и Темпуса она, собравшись с духом заговорила. - Я никогда не была хорошим оратором, поэтому воспользуюсь приемом из арсенала моего отца.       Оглянувшись на внимательно слушающих людей, Морган, к этому моменту уже практически успокоившаяся, вновь сжала кулаки. - Меня зовут Морган Старк. Я наследница и последний живой член семьи потомственных оружейников. Меня воспитывали гении, герои и, иногда, боги. Едва повзрослев, я ввязывалась во всё, что могло хоть как-то помочь мне обрести целостность и смысл жизни. В этой бесконечной погоне за самой собой я забыла, что вселенная всегда играет краплёными — возмутившись в очередной раз, что добро должно быть с кулаками, я обнаружила самую большую шутку, о которой вы когда-либо слышали. Адепта Сороритас неверяще смотрели как девушка перед ними на секунду распалась на сотни тысяч пульсирующих источников света и тут же соткалась из них вновь. - Меня зовут Морган Старк. Я есть свет.