Что прячется в тени

Стайлз всегда знал, что это может случится. Что какие-нибудь плохие парни, посаженные его отцом-шерифом, захотят отомстить. И в этом случае так удачно окажется, что у шерифа есть сын-подросток, которого тот очень любит. Стайлз думал об этом редко, потому что как можно думать о каких-то мстительных преступниках, когда год за годом сражаешься с очередной сверхъестественной угрозой родному городу? Ему становилось действительно не по себе, когда он думал, что его вполне могут убить из желания причинить боль шерифу, могут похитить и даже пытать - зависит от степени ярости и обиды. Но Стилински никогда не думал, что его просто окружат в одном из темных переулков ночного Бэйкон Хиллс после довольно важного собрания у Дитона и попытаются забить до смерти. Стайлз как раз возвращался пешком, потому что его джип был в ремонте, и срезал везде, где только можно, потому что сегодня у отца нет ночной смены, он дома, а значит поздний приход сына будет замечен. Их было трое. Стилински не смог тщательно рассмотреть нападавших, но успел заметить у одного отливающий металлом кастет. Другой держал бутылку, в которой что-то переливалось и булькало при резких движениях. И, наконец, третий был тем, кто толкнул подростка к стене так, что у него захрустел позвоночник, а из легких выбило весь кислород. Мужчина с кастетом ударяет Стилински в живот, поэтому он, согнувшись едва ли не пополам, падает и сжимается на земле. Боль такая сильная, что подростку кажется, что все внутренности сейчас просто выпадут и расползутся вокруг тела бесформенной мерзкой лужицей. Мужчины сверху смеются между собой и о чем-то переговариваются. Ослепленный ощущениями мозг Стайлза улавливает лишь имя своего отца и угрозы. Ему прилетает тяжелым ботинком куда-то в бедро, а затем еще и еще - в спину и спереди - в район ребер (хорошо, что парень успел их прикрыть руками). Подросток бы усмехнулся, что его будто засунули в огромную машину для ломки костей в теле. Но всё, о чем он сейчас может думать, это как ему пережить эту ночь. Он вспоминает, что нужно максимально сжаться и напрячь мышцы - чтобы кости под ними были защищены. Прижать голову к груди и закрыть ладонями затылок. Между тем в голове слышится голос Ногицунэ: - Они убьют нас, мальчишка. Дай мне контроль над телом, и я вытащу нас отсюда. - Ага, чтобы ты снова убивал моих друзей? - в перерыве между ударами думает Стайлз, - я лучше умру здесь, зато ты никогда не выберешься. - Глупец! - шипение в голове возрастает до крика. - Выпусти меня! - но подросток только крепче сжимает руки на голове. И в какой-то момент Стайлзу кажется, что избиение в подворотне - не самое худшее, что случалось с ним и его друзьями за последний год. И что боль от ударов вполне можно вытерпеть, а с каждым новым - она будто становится приглушеннее. Стайлз списывает это на шок. Однако от всех этих мыслей не остается и следа, когда один из нападавших разбивает бутылку о кирпичную кладку стены, не пожалев оставшегося в ней пойла, и приближается с оставшейся в руке верхней частью сосуда к Стайлзу. Другой мужчина опускается рядом с подростком на корточки и говорит что-то о намерении сделать сына шерифа таким же дырявым, каким сделали его люди, полицейские, какого-то Майкла: - Думаешь, раз папочка полицейский, с тобой не случится ничего плохого? Думаешь, сейчас кто-то спасет тебя? Примчится шериф на своей развалюхе и всё станет хорошо? - мужчина, разбивший бутылку, передает ее опустившемуся рядом со Стайлзом. - Семь лет назад люди твоего отца убили моего брата. Они стреляли в него, пока он не стал напоминать решето. И шериф ничего не сделал. И знаешь, что, Стилински? Око за око, зуб за зуб. Посмотрим, вспомнит ли шериф тот день, когда увидит твой труп. Я обещаю, картина будет один в один. Мужчина ведет острым концом осколка вдоль руки Стайлза, оставляя порез, и теперь подростку становится еще более страшно. Он боится боли и ненавидит пытки. Когда наемный химик приставил к его лбу дуло пистолета в школе, Стайлз думал об отце и о друзьях, и о необходимости защищать то, что дорого, любой ценой. Он не боялся выстрела и продырявленной головы. Но сейчас он боялся того, что могут сделать с ним эти парни до того, как он умрет. - Стайлз, они уничтожат нас!!! Ты должен дать мне контроль! - яростное шипение в голове сменяется тихим и обольстительным, как только лисы, наверное, умеют - Ты же знаешь, я недостаточно силен, чтобы отобрать твое тело, Стайлз, иначе давно бы это сделал. Стилински только шепчет, словно в бреду, слитное "нетнетнетнет..". - Снимай с него штаны! - бросает мужчина с бутылкой другому, опрокидывая вместе с третьим преступником брыкающегося в меру своих возможностей Стайлза на живот. - Подумай о своем отце и своих друзьях, которые увидят тело и узнают, что с нами случилось. Они будут винить себя, а что будет с Ноа? Он будет пить, а все, что мы любим, превратится в ничто. Мужчина резко вгоняет осколок в незащищенный бок подростка, и Стайлз кричит от боли, но другой нападавший засовывает ему в рот что-то из грубой ткани, и Стилински кажется, что это перчатка. Удары ногами также не прекращаются, и в какой-то момент парень отчаянно кричит в собственной голове "да" и расслабляет все тело. Внезапно вся боль, когда Стайлз чувствовал себя сплошной кровоточащей гематомой, исчезает, несмотря на продолжающиеся удары. Стилински больше не чувствует своего тела, которое независимо от него медленно, будто лениво, поднимается на ноги. Стайлз видит пораженные лица преступников и то, как буквально на глазах затягиваются многочисленные раны. А ведь подросток даже не заметил, как их нанесли. Будто со стороны Стайлз наблюдает, как Ногицунэ в его теле вырывает разбитую бутылку из рук мужчины и бьет его осколком по лицу, а затем поперек горла. Стилински чувствует отвращение, видя как лопаются глазницы, и отголосок чужого наслаждения. Мужчина заваливается на спину, раскрыв рот, будто в истошном крике, но из глотки не вырывается ни звука. Зато кровь стекает по одежде и лицу. Стайлз хотел бы отвернуться, но он вынужден смотреть, потому что Ногицунэ с м о т р и т его глазами. Два других мужчины замерли на месте, но Стайлз не понимает почему. Они стоят, совершенно не двигаясь, зато подросток подходит к ним. Пока Ногицунэ приближается к застывшим мужчинам, Стайлз подмечает, что действительно при желании может управлять телом: он дергает рукой, не встречая сопротивления, но быстро оставляет эту идею, позволяя демону вести себя, отдавая ему и дальнейший контроль. Демон поворачивает одного нападавшего спиной к себе и резко дергает за волосы его голову назад, так, что раздается отвратительный хруст и кровь с хлюпаньем вырывается из разорванной гортани. Стайлз действительно не хотел становится убийцей, но когда вспоминает, что эти люди хотели с ним сделать, то всецело полагает дальнейшие свои действия на Ногицунэ. Третий преступник, все также застывший рядом, испуган. Стайлз чувствует то, что чувствует Ногицунэ - насыщение чужим страхом и болью. Стилински понимает, что бездействие мужчин - не от шока, потому что ощущает желание демона внутри себя, чтобы они не двигались, чтобы чувствовали себя беспомощными и беззащитными. Он обещает подумать о подобных возможностях демона позже. Желательно дома, после теплого душа и в уютной кровати. Демон хватает мужчину за горло и медленно сжимает руку. Другой же вспарывает живот - Стайлз успевает отметить черные когти на собственной руке. И это действительно напрягает. По руке, держащей горло трепыхающегося человека, скользит темными венами поглощаемая демоном боль. Это прекращается одновременно с тем, как мужчина затихает. Ногицунэ откидывает тело, стоит с минуту, успокаивая разбушевавшийся аппетит, а затем тратит еще часа два с половиной на то, чтобы спрятать тела: он закидывает их в пустой после вечерней выгрузки мусорный бак так легко, как сам Стайлз, будучи собой в своем теле, ни за что бы не смог. Бак на колесах и подросток, везущий его куда-то среди ночи, выглядят не очень подозрительно: таких и нанимают подпольные ночные клубы, чтобы не платить за официальный вывоз мусора. В итоге тела сгорают частично вместе с пластиком, из которого сделан бак, на окраине заповедника Бэйкон Хиллс. И Ногицунэ идет в теле Стайлза к нему домой. Шериф уже спит, поэтому дом встречает подростка темной спокойной тишиной, такой прохладной для разгоряченного тела. Как только входная дверь за подростком закрывается, Ногицунэ возвращает контроль над телом Стайлзу, и тот понимает, почему этого не произошло раньше: он смотрит на испачканные чужой кровью одежду и руки, чувствует невероятную слабость в ногах и дрожь во всем теле, и с трудом находит в себе силы принять душ и завалиться в кровать. Даже в кровати подростка потряхивает от адреналина, а демон в голове сытно молчит, будто кот, нажравшийся сметаны. И лишь перед самым сном Стилински вслух произносит тихое "Спасибо, что спас нас сегодня". А услышав в ответ "Пожалуйста, Стайлз", отрубается до полудня субботы.