They scream

Он любил и при этом нашел себя. А большинство любят, чтобы при этом себя потерять.

      Уложенные воском волосы, длинная серьга из белого золота в левом ухе и дорогой персиковый костюм. Тэхен безупречен. Он прекрасен во всем. Ему безумно идет блонд, шелковая рубашка, изысканные часы с кожаным ремешком и шелковый шарфик на шее, бережно скрывающий уже немного посиневшие пятна — напоминание о прошлой ночи. Хосок готов купить ему все, что только тот попросит, однако младшему ничего не нужно, поэтому подарки Тэхену мужчина выбирает сам. Два года назад Хосок даже подарил ему настоящую звезду, потому что увидел у младшего книгу по астрономии. Жаль только, что Тэхен не оценил этот подарок по достоинству. — Спасибо, хён. Теперь у меня есть собственная звезда. Но ты уверен, что это моя книга? Хосок конечно не надеялся, что младший обезумев от счастья кинется ему на шею. Он лишь, хотел вновь увидеть искреннюю улыбку младшего,такую как раньше, как с Чонгуком, однако огонь в тэхеновых глазах давно потух — теперь в них только пустота, словно он потерял что-то очень важное. Только Тэхен не знал что или забыл? Первое время Тэхену было неловко принимать дорогие подарки, однако, сейчас он уже привык к чоновой щедрости. Почему нет, если последний может себе это позволить? Хосок — главный редактор самого популярного журнала в Корее «Scenery», а Ким его креативный директор. Он пришел на работу к Чону пять лет назад, три года из которых они вместе. Несмотря на всю неправильность их отношений по общественному мнению, эти двое идеальная пара. Оба высокие, стройные красивые, умные и успешные мужчины. Любая девушка из редакции готова сразу же отдаться любому из них, но, увы, их сердца заняты друг другом. Хотя друг другом ли. Тэхен не помнит первые двадцать лет своей жизни. Совсем. Первым, кого он увидел когда пришел в себя на больничной койке, был Хосок, который и сообщил Киму, что они уже несколько лет как пара. Сказать, что для Тэ это шоком, ничего не сказать. Он видел этого мужчину впервые. Да и вообще Тэхен не был готов к отношениям, а тем более с мужчиной. Что скажут родители? А родственники? И это был для него второй удар. Тот же самый Чон Хосок сообщил Киму, что последний вырос в детдоме и никогда не знал своих родителей. Тогда у Тэхена случился первый нервный срыв. Слишком много всего за раз навалилось на него, а в голове белый лист. Все это время Хосок был рядом. Он поддерживал младшего, успокаивал его истерики, проводил бессонные ночи у кимовой кровати, а утром собирался и ехал на работу. Они вместе гуляли по территории больницы и покупали клубничное мороженое в парке у одной милой старушки. Хосок баловал Кима своим вниманием и милыми подарками, и в итоге он стал для Тэ единственным родным человеком. Ведь именно Чон учил Тэхена, после комы, заново есть и ходить. А первое время даже кормил того с ложки. Ким, словно слепой котёнок, нуждался в чоновой заботе. Две искалеченные души нашли друг друга и разделили боль на двоих. Хосок научил Тэхена заново жить. Без него. После длительного восстановления младший вернулся на работу в редакцию в качестве корреспондента, но уже совсем скоро получил должность креативного директора. А еще спустя время переехал в шикарные апартаменты старшего. Конечно же у Тэ есть и своя квартира с видом на море, но из-за ночных кошмаров он не может спать один. Каждую ночь ему снится один и тот же парень. Он крепко обнимает блондина со спины и, роняя слезы на тэхеново плечо, умоляет не уходить. Умоляет до тех пор пока Тэхен в ужасе не просыпается. Из-за этих кошмаров он уже на протяжении нескольких лет он наблюдается у психотерапевта и покорно выполняет все, что ему говорят. Однако кошмары мучать его не перестали — просто стали реже. Почему он вообще потерял память, Тэхен не знает, по словам Хосока младший уснул за рулем и попал в аварию. Он был в коме почти два месяца и счастье, что он вообще очнулся. Однако Тэхен не доверял Хо. Тот уже обманул его один раз, но один ли. В больнице Хосок сказал, что Тэхена зовут Тэён, однако спустя время младший нашел свой старый паспорт, от которого Чон почему-то не избавился. В тот вечер парни впервые поссорились. Сильно поссорились. На эмоциях Тэхен даже уехал ночевать в свою квартиру и пообещал больше не возвращаться в чонову квартиру, однако в одиночестве младший не смог провести и четырех часов. Тишина давила на него. Постепенно Ким начал слышать голоса, вернее голос. Теперь голос из сна был и наяву. И это стало почвой для второго нервного срыва. Паника, больница, реабилитация. И все снова. Больше Тэхен от Хосока никуда не уезжал. Ким готов отдать все, только бы избавиться от кошмаров и голоса в голове. Только бы снова стать счастливым как раньше. Жаль только, что он не помнит этого раньше.

*flashback*

— Четырехлистный клевер очень редкий, но если его найти, то он принесет тебе счастье, — бормочет Тэхен, копаясь руками в мягкой траве. — Я уже счастлив, Тэхен-и, — ласково улыбнулся Гук. — Мне не нужен никакой клевер, пока у меня есть ты, — он провёл рукой во волосам старшего. — Только не оставляй меня, ладно? — Тогда я сам найду найду его и загадаю, чтобы мы всегда были вместе.

*end flashback*

— Всегда. — Ты что-то сказал? — приподнял бровь Хосок. Мужчина сидит за небольшим круглым столом, вертя в своей руке бокал красного полусухого. На фоне скрипач исполняет «Adagio», а помещение погружено в легкий полумрак, чтобы Тэхен мог любоваться видом из окна. Хосок готов сделать для Тэхена все, что только тот попросит, однако он не просит. И не требует. Ему вообще ничего не нужно. Чон делает еще один глоток вина и вновь переводит взгляд на младшего, который стоит, словно мраморное изваяние. Он слишком красив для этого мира. Он слишком для этого мира. — Нет, тебе показалось, — немного улыбнулся Тэхен. — Просто мысли вслух. Сегодня три года их отношений и Хосок решил отметить это в лучшем ресторане Сеула на пятьдесят пятом этаже. Тэхен стоял у окна и смотрел на ночной город. Ему всегда нравились эти маленькие огоньки.Они похожи на лампочки гирлянды на новогодней ёлке. Глядя на них, Ким чувствовал себя чуточку счастливее. — О, ты снова заказал для меня «Adagio»? — протянул младший. — Мне нравится. — Эта песня такая же как и ты. — Красивая? — Тоскливая. Блестяще, Чон Хосок, ты попал точно в цель. Разве Ким Тэхен может быть тоскливым? — Тебе скучно со мной? — Ким обернулся на Хосока, который допивал вино из своего бокала. Старший слегка поморщился, встал из-за стола, и, щелкнув пальцами, направился в сторону блондина. — Te amo, родной, разве мне может быть скучно с тобой, — почти прошептал Хо.— Принесите еще вина. Хосок подошел максимально близко и поцеловал младшего в шею. — Vamos a bailar? * — Может хватит, я не понимаю твой испанский, — нахмурился младший. Он действительно не знал этот испанский, хоть и свободно говорил на трех языках. Ему в принципе не нравился и даже немного раздражал этот язык. — Но ведь ты понял, что я сказал, сладкий, — и Хосок плавно развернул Тэхена к себе лицом. Они начали плавно двигаться в такт музыке. Старший как можно сильнее пытался прижать к себе хрупкого Тэхена, а тот в свою очередь уткнулся носом в чоново плечо. Музыка обволакивала их и неспешно уносила куда-то далеко, за границы этого мира. — Reviens vers moi*, — неслышно прошептал Тэхен. — Это месть? — облизнул губы Хо. — Что ты сказал, сладкий? — Нет, мысли вслух. Просто последнее время я думаю только на французском, — младший пожал плечами. — Я сказал: останься со мной. Лгун — Я всегда с тобой. — Поехали уже домой, Тэхен. Я соскучился.

***

— Я всегда с тобой. Чонгук снова и снова прокручивает сказанное. Джин — его лучший друг, который вернулся из Америки как только узнал, что у Чонгука нервный срыв. И после этого решил остаться в Корее с другом. Джин и Юнги с Чимином приводили Чонгука в себя после смерти Тэхена. Тэ вырос детдоме, поэтому о его смерти Гук узнал от врачей и начальника Тэхена — Чон Хосока. — Прости, они ничего не смогли сделать. Не переживай, я возьму все расходы на себя. Монотонный голос Хосока был по ушам, сдавливал легкие, заживо сдирал кожу и сжигал сердце. Почему они не смогли ничего сделать? Это невозможно. Тэ-тэ, его Тэ-тэ не мог бросить его одного. Он обещал. Он обещал, что они всегда будут вместе. Получается, что Тэхен обманул? Получается он и не любил вовсе?       Тэхен всего три недели стажировался в «Scenery», но уже успел себя хорошо зарекомендовать. Поэтому на днях его должны были взять официально. Тэхен тогда был еще студентом, однако, уже показывал большие успехи. Он был лучшим на потоке. Его фотографии висели на университетской выставке, а тексты приносили только первые места на всех студенческих олимпиадах. Поэтому никто не удивился, что его пригласили на стажировку в «Scenery», куда попасть было просто невозможно. Однако он так и не попал в штат журнала. Тэхен умер за несколько дней до этого. Так думал Чонгук. Хотя Чонгук уже ничего не думал, просто пытался жить, выживать без Тэхена. Он не жил, не спал, не ел. Внутри образовался вакуум. Словно в нем не осталось ни души, ни сердца. Хотелось уснуть и вскрыть вены, чтобы заглушить эту невыносимую боль. Из-за этого Чонгук пережил несколько нервных срывов, утомительное лечение и долгие реабилитации. Младший даже пытался уйти за Тэхеном, но каждый раз его останавливали Джин или Намджун, пока Чонгука не осенило. Он понял, что физическая боль заглушает душевную, поэтому стал уродовать своё тело изо дня в день, чтобы не чувствовать ровным счётом ничего. Чем более ему было больнее физически, тем меньше о себе напоминала кровоточащая душевная рана. — Смотри только на меня, и я не отпущу тебя. Чонгук никогда не носил футболки, потому что все руки у него были в шрамах, а на ребрах ужасные ожоги. У Чонгук была лишь одна единственная тату — на ключицах: «Мы в ответе за тех, кого приручили». Тэхен в ответе за Чонгука, однако, старший оказался слишком инфантильным. Он позволил себе уйти. «Маленького принца приручила Роза, Маленький принц приручил Лиса, а ты — меня» — Ты ошибся, Тэхен, это ты приручил меня. Чонгук поднялся с кровати. На часах 19:01, а это значит, что через четыре минуты Джин придет звать его на ужин. Но уже две минуты и сорок секунд послышатся шаги старшего, а ещё через тридцать он войдет в комнату. И если подсчёты Чонгука верны, то ещё сорок пять секунд старший будет ворчать на младшего за его безответственное отношение к себе. Есть совсем не хочется, но Чонгук понимает, что старший все равно не отвяжется, поэтому лучше прийти добровольно и до истечения этих четырёх минут. Парень неспешно встает с кровати и идет к выходу. В его комнате всегда зашторены окна, отчего в ней витает легкий полумрак. На потертом письменном столе расставлены фотографии Тэхена, а также их совместные фото. В основном это селфи, на которых оба парня вместе и безумно счастливые. Тэхен везде улыбается своей широкой квадратной улыбкой, а Гуки скромно ластится к старшему, словно побитый зверек. Чонгук бросает короткий взгляд на стол и задерживает свое внимание на своем любимом фотоснимке. На нем изображен Тэхен, стоящий на мосту с пленочным фотоаппаратом «Зенит», который ему подарил его знакомый из России. У Тэхена вообще было очень много друзей и знакомых. Он был для всех как лучик света. В тот день, когда было сделано это фото, на Тэхена было бежевое пальто и черный берет, который он купил во Франции, когда был там на экскурсии от университета. В этот день они гуляли по Сеулу и отмечали Тэхенову стажировку в «Scenery». Тогда Тэхен мечтал стать известным журналистом и заработать много денег, чтобы они с Чонгуком больше ни в чем не нуждались, и младшему не нужно было по ночам таскать тяжелые мешки.

flashback

— Туда берут не всех, Чонгук, понимаешь, не всех, а меня взяли! — радовался старший словно ребенок, на что Чонгук лишь, сдержанно улыбался, хотя он был безумно рад за Тэхена. Он счастлив, когда счастлив Тэхен. — Юнги просто лопнет от зависти, — не унимался старший. — Совсем скоро я начну хорошо зарабатывать и мы сможем поехать отдохнуть вместе, только ты и я. — Мне все равно где находиться, лишь бы ты был рядом. — Я буду рядом, не сомневайся. Ты веришь мне? — Верю.

end flashback

— Самое страшное это то, что я до сих пор верю тебе, Тэхен. Даже спустя семь долгих лет. Чонгук снова бросил взгляд на фотографию Тэхена с фотоаппаратом и поплелся на кухню, где его уже ждал Джин. Он приготовил ужин и открывал бутылку соджу. — Как спалось? — Никак. Спать после обеда плохая идея, — честно ответил Чонгук. — Все как ты и говорил. На столе уже были нарезаны овощи, а на плите кипел ароматный бульон. Из-за того, что Чонгук принимал внутрь химические смеси, у него на органах образовались язвы, из-за которых ему теперь приходится держать строгую диету. Чонгук, не обращая внимание на Джина, который все еще что-то спрашивал у младшего, медленно потянулся к столу за нарезанными огурцами. У Чонгука от обилия запахов начало сводить желудок. Ведь последний раз он ел… Вчера? Однако, несмотря ни на что, он тут же получил по рукам от педантичного старшего. — Но-но, сначала мыть руки, — махнул половником в сторону ванной Джин. — Руки. Чонгук сделал глубокий вдох и, шаркая по полу, поплелся в ванную комнату. Он понимает, что Джин просто заботится о нем и не хочет, чтобы потом у Чонгука были проблемы со здоровьем. Хотя куда уж больше? — Думаю, что ему уже лучше, — послышался намджунов голос со стороны дивана. — Хотя он все также рассеян, раз даже не заметил меня. — Или сделал вид, что не заметил, —уточнил Чонгук. — Ты чего тут потерял? — Чонгук занял выжидающую позицию, скрестив руки на груди. Но доктор ничем ему не обязан, поэтому Намджун так и продолжил спокойно сидеть не диване, запрокинув голову назад. — Джин сказал, что мы сегодня празднуем твой день рождения, — аккуратно начал врач, потихоньку поднимая голову. — Собственно поэтому я и пришел, — мужчина пожал плечами. Психотерапевт Ким Намджун, к слову близкий знакомый Джина, хоть и был лечащим врачом Гука, но частенько позволял себе некоторые вольности в сторону Чона. Чонгук был для него как младший и беспомощный брат, которого было просто необходимо опекать. — Я бы на твоем месте переживал о другом, — послышался голос Джина. — Скоро тут появятся Юнги и Чим, — прочистил горло Джин. — Они тоже захотели тебя поздравить, — стук в дверь не дал закончить фразу. — О, а вот кажется и они. Чонгук уже привык к подобным выходкам его друзей. Он не мог злиться на них, ведь именно они были с ним все эти семь лет. Семь лет без Тэхена.

flashback

В тот день у Чонгука не было ничего кроме пустоты. А вот Юнги долго бился в истерике и просил сказать, что это просто очередная неудачная шутка этого дурака. Чим судорожно обнимал себя за плечи и тихо плакал. Чонгук впервые видел слезы вечно смеющегося Чимина. Сейчас он даже не знал что больнее — потерять Тэхена или видеть их друзей в состоянии истерики. Теперь Чонгук понимал, что он должен держаться и быть сильным, ради всех, ради Тэхена, но его нервы тоже не железные, поэтому — нервный срыв, первая попытка суицида, клиника.

end flashback

— Чонгук-a, с днем рождения! — Чимин кинулся на шею Гуку, — Ты теперь совсем взрослый. — Поздравляю, мелкий, надеюсь, что ты все-таки решишь получить образование, чтобы не остаться неучем. — Юнги-я, ты такой грубиян, — захихикал Чимин. — Ой, а что это там у вас, жареное мясо? Юнги, пойдем есть мясо! Запах просто потрясающий! — заверещал Чим и с взвизгом потащил мятноволосого в сторону кухни. Праздничный стол был слишком красив: парадная скатерть с оленями, которых так любит Чонгук, новые бокалы под шампанское, которые принесли Чимин и Юнги, жаренное мясо с овощами и конечно же торт. Небольшой торт с одной свечой в виде сердца. Тэхен очень любил странные штучки, так что и эта свеча была его находкой. Конда сыр-бор немного поутих и стало более-менее спокойно, то парни принялись есть мясо и болтать о разных ничего не стоящих глупостях. Совсем как раньше, когда с ними был еще один человек. На все дни рождения Чонгука Тэхен говорил первый и заключительный тосты. Он всегда желал Чонгуку найти себя и стать счастливым. — И я был счастлив рядом с тобой, — прошептал Гук. — Знаете, тут не хватает одного человека. В комнате резко повисло молчание. Наряженная пауза, которую никто не смел нарушить. — Можно я принесу сюда его фото? Кажется только что все подавились воздухом.

flashback

Со лба Чонгука уже градом льется пот, безумно жарко, безумно тесно. Безумно тесно в нем. Видимо план заняться сексом в палатке, пока все ушли купаться, изначально был обречён на провал. Жаль только, что Чонгук понял это уже в процессе. Тэхен слишком узкий, слишком сладкий, он весь одно сплошное слишком. Чонгук никогда не делал больно старшему, Тэхен этого не заслуживает. Гук плавно двигает бедрами, каждым толчком задевая простату и доставляя максимум удовольствия. Он любит Тэхена так, как никого и никогда не любил. Тэхен вообще был у него первый во всем. Он научил Чонгука летать, пока пока тот не обезумев от счастья, подобно Икару, не подлетел слишком близко к солнцу. — Я люблю тебя, — Тэхен кончиками пальцев смахнул пот со лба младшего. — Но если ребята узнают чем мы тут занимаемся, то мы с тобой знатно отхватим, — захихикал он, но буквально уже через секунду протяжно застонал. — Мне плевать, главное, что мы вместе, — и Чонгук утянул младшего в глубокий поцелуй. — Пусть делают что хотят. Еще несколько более быстрых, более грубых толчков и волна оргазма одновременно окатила обоих, и Гук, еще пару раз толкнувших, с рваным стоном вышел из старшего и обессилено плюхнулся тому на грудь. — Пожалуйста, не уходи, — молит Гук, давай немного полежим так. — Глупый, я не оставлю тебя.

end flashback

***

Солнечные лучи бьют Тэхену по глазам. У него ломит все тело, а веки будто налиты свинцом. Пробурчав что-то несвязное, он перевернулся на другой бок и положил голову на грудь Хосоку. Обоим пора на работу, однако никто спешит покидать царство морфея. Они опоздали уже на час. Поэтому телефон старшего просто разрывался от звонков, хорошо, что он очень предусмотрительно поставил его на беззвучный еще вчера вечером. Глубоко вздохнув, Хосок все же потянулся за телефоном, чтобы проверить время — у него сегодня важная встреча, которую ну никак нельзя пропустить. 12:03. Пора вставать.  — Черт! Тэхен-а, — протянул Хо. — Тэхена-а, вставай. Мне пора ехать на встречу, а тебе нужно побыть за старшего в редакции и провести летучку. Через пару часов Тэхен уже был в редакции. Его волосы сегодня были немного взлохмачены, что придавало ему еще большей очаровательности, персиковый костюм сменился шелковым темно-зеленым, а шею украшал черный платок. Стоило Тэхену появиться в здании, как время на секунду остановилось. А может и не на секунду. У Чонгука, который привез сюда десятилитровые бутылки для кулера, кажется, остановилось сердце. Обычно он не доставлял воду сюда, но сегодня пришлось подменить коллегу, который очень удачно, неудачно заболел. Чонгук не верил своим глазам, когда мимо него прошел Тэхен. Его Тэхен, спустя долгих семь лет. Всё замерло, а по залу прокатился громкий грохот, от бутылки, которая просто выскользнула из рук Чонгука. Тэхен моментально среагировал на шум и повернулся в сторону его источника. Чонгук не мог дышать. Он ослеп. Кажется он умер и попал в рай. — Простите. Нет, молчи, не нужно ничего говорить. Чонгук хочет, чтобы это мгновение длилось вечно, и он снова готов просить об этом Вселенную. — Но разве мы знакомы? Кажется жизнь Чонгука оборвалась в эту самую секунду. *с фр. «Вернись ко мне»