It was the fourth of July.

Она была такой красивой и счастливой в этом белом пышном свадебном платье. Он держал ее за руку, идя рядом с ней. Такой серьезный в этом черном костюме с бабочкой. По его лицу невозможно было прочесть счастлив он или все происходящее для него всего лишь глупая игра, правила которой ему не нравились. Регистраторша ЗАГСа - полная тетенька средних лет, с легкой улыбкой на губах смотрела на молодых. Жених и невеста были красивой парой. Впрочем, она за всю свою работу еще не видела некрасивых пар. Все были счастливы, взволнованны и прекрасны по своему. - - Согласны ли вы, Елизавета Мур, выйти замуж за Азирафаэля Эйнджела? - женщина взглянула на светлокурую невесту, губы которой расплылись в счастливой улыбке, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. - Согласна. - Согласны ли вы, Азирафаэль Эйнджел, взять в жены Елизавету Мур? - Сог... - В смысле ты согласен?! Все находящиеся в просторном зале обернулись к открывшимся дверям, рассматривая вошедшего, тихо перешептываясь и пытаясь понять, кто этот тип. Парень был высоким и худощавым, но телосложение у него было спортивным. Темно-карие глаза издалека казались черными и сейчас взирали лишь на жениха с полным непониманием. Рыжие короткие волосы были взъерошены, да и сам нежданный гость выглядел помятым и каким-то странным, что ли. Азирафаэль потерял дар речи, увидев этого засранца. Эти наглые глаза и наглые манеры, а точнее их отсутствие, он узнает всегда и везде. Энтони Джей Кроули. Его... м... первая любовь? Хотя человек, разрушивший его гетеросексуальность звучит более реалистично. Это было два года назад. Азирафаэль тогда еще учился в институте. На тот момент в мужчине еще шкалил юношеский максимализм, хотелось попробовать все и сразу. Так что он на накопленные деньги купил... нет, не байк(это же слишком опасно, упаси боже) мопед, получил права и чувствовал себя самым счастливым на свете. Ровно до одного вечера, когда он решил пойти в клуб, уже припарковав мопед у его дверей, как ему навстречу выскочил парень, вид которого прямо кричал о том, что он в полной заднице и ему нужно немедленно сматываться. - Эй, ты, садись на эту хрень и поехали отсюда к чертям! - рыжеволосый подбежал к ничего не понимающему Эйнджелу, пытливо смотря то на него, то опасливо на двери клуба. - Ну, блять! Чего ты стоишь как вкопанный?! Погнали, если не хочешь сдохнуть прямо здесь и сейчас! Почему-то казалось, что незнакомец не шутит, так что пришлось вновь седлать своего железного коня, на ходу и спутанно объясняя парню, как нужно держаться и прочие ньюансы быстрой езды. И вот только они сели, как двери клуба распахнулись и оттуда вылетела толпа высоких и внушительных мужчин, которые с криком "Этот ублюдок сматывается, хватай его!" кинулись к мопеду, но тот взревел и тронулся с места так быстро, как только вообще можно было. Азирафаэль гнал так, как никогда прежде, ощущая как в крови бурлит адреналин и страх, а сжимающие его бока сильные руки только усиливали это дурацкое ощущение. Он понятия не имел, как долго они ехали и остановился только тогда, когда подъехал к собственному дому. Мозг может и растерялся от страха, но вот тело явно понимало, что им нужно домой. - Что это было? - непонимающе спросил Эйнджел, слезая с мопеда и теперь пытливо рассматривая незнакомца, который задрал футболку и сейчас что-то пытался рассмотреть на себе в полной темноте. Казалось, что все произошедшее его ничуть не волновало. Ну или он просто делал вид, что его ничего не парит, хрен его знает. - Это была быстрая езда на твоем драндулете, - сухо ответил незнакомец, поправляя футболку на себе и теперь поднимая глаза на своего спасителя, который фыркнул, закатив глаза. - Я должен этим ублюдкам денег за бутылку виски. - Ты украл алкоголь? Ушел и не заплатил?- глаза Азирафаэля полезли на лоб, а сам он даже сделал шаг назад, опасливо смотря на усмехающегося мужчину. Почему-то любое правонарушение и отклонение от нормы вызывали в нем ужас и трепет. - Нет, я хотел угостить одну мадам алкоголем и взял его с их стола. Им это не шибко понравилось, так что у нас завязалась драка. Но так как их была целая толпа, то мне проще было слинять, чем сдохнуть, - Джей ухмыльнулся, отводя глаза от своего спасителя и теперь пытаясь понять, в какую глушь они заехали. - Где мы? - Я тут живу. Эм... Пойдем ко мне? Поздно уже, да и тебе надо где-то переночевать. Ты ранен? - Азирафаэль был в полном смятении и понятия не имел, как правильно себя вести и что нужно говорить. Интуиция подсказывала, что нужно быть вежливым с незнакомцем, а инстинкт самосохранения говорил о том, что тащить в дом невесть кого крайне неразумно. - Меня побили, так что пара гематом точно есть. Ладно, идем. И не смотри на меня как кролик на удава, есть я тебя не буду, убивать и насиловать тоже, - парень усмехнулся, а после последовал за Азирафаэлем в подъезд, поднимаясь по многочисленным лестницам, ожидая, пока хозяин откроет дверь квартиры и лишь после этого проходя внутрь. Квартира была не слишком большой, но довольно светлой и уютной, можно было даже сказать гостеприимной. Сидя за столом на просторной кухне, Кроули вдруг понял, что он не знает имени своего спасителя, который поставил чайник на плиту и, ожидая пока тот закипит, достал небольшую аптечку. - Меня, кстати, Кроули зовут, - нарушил тишину парень, не сводя внимательного взгляда с поднявшего на него глаза блондина, который улыбнулся. - Азирафаэль. Приятно познакомиться, - протянутую руку Эйнджел пожал, чувствуя себя немного неловко. Он гнал на высокой скорости с незнакомцем по трассе, привел его к себе в дом, а имени не спросил, вот ведь доверчивый дурак. - Эм... Снимешь свою рубашку? Надо обработать раны. Ну, если ты, конечно, позволишь мне это сделать. Рыжеволосый вскинул бровь, но отказать и начать спорить с Азирафаэлем он не смог. Поднявшись со стула, парень скинул с себя пиджак с рубашкой и галстуком, обнажая бледную кожу и худощавое тело. Азирафаэль уставился на тело Кроули, смущаясь, но стараясь сосредоточиться на увиденных ссадинах и синяках. Бормоча что-то себе под нос, блондин стал обрабатывать все увечья на теле нового знакомого, стараясь делать все осторожно и аккуратно, хотя иногда Кроули все же морщился и тихо шипел. Стараясь не думать о болючих ссадинах, Джей пытался отвлечься на нежные и теплые руки парня, глазами украдкой изучая его, видя милый румянец на его щеках, который не мог не умилять Кроули. Азирафаэль выглядел слишком чистым и непорочным, слишком правильным и от этого черти в голове рыжеволосого начинали сходить с ума, бить в колокол и буянить на тему того, что это срочно нужно исправлять. Азирафаэль был прекрасен во всех смыслах, так что Кроули даже пожалел, что на его теле так мало увечий и что парень так быстро отстранился от него, перестав нежно и осторожно мягкими руками касаться его. - Ну вот, я обработал все, что увидел, - Азирафаэль поднялся на ноги, чувствуя себя крайне неловко и ощущая, что его щеки сейчас от этого пылают румянцем. Но, благо, вскипел чайник, так что ему пришлось отвернуться от рыжеволосого и заняться чаем. - Тебе разбавить чай холодной водой? - Водкой, - сухо усмехнулся Кроули, так и оставшись сидеть на стуле без рубашки, но исключительно в целях того, чтобы мазь могла нормально впитаться в кожу, а не размазаться по ткани. Хотя была еще и второстепенная цель: смутить и без того смущенного Эйнджела. - Что? - блондин обернулся, кидая растерянный взгляд на нового знакомого, который от этого выражения лица засмеялся в голос. Ну не говорить же ему, что Кроули был любителем выпить по поводу и без 24/7. - Не надо, говорю, разбавлять, я горячий люблю, - все еще посмеиваясь, проговорил парень, качая головой и не сводя взгляда внимательных глаз с Азирафаэля, который вновь отвернулся от него, вернувшись к приготовлению напитка. Уже буквально через минуту на столе стояла вазочка с печеньем и прочими сладостями, а рядом с ней две чашки с чаем. Эйнджел устроился за столом напротив рыжеволосого, стыдливо посмотрев на его обнаженный торс, а после опустив глаза в свой чай, делая один глоток и чувствуя как вокруг сгущается тишина. Но она была не напряженной, молчать с Кроули было необычно, но уютно, словно они знают друг друга уже много тысяч лет.