It was the fourth of July.

После той злополучной ночи Азирафаэль понял, что вляпался по самое не хочу. Вляпался, привязавшись к Кроули. Было стыдно и страшно признаваться в этом даже самому себе, ведь блондин привык держаться отдельно ото всех и довольствоваться своей независимостью, а тут такое. Но поделать с этим он не мог ничего. Ему нравилось проводить время в компании Кроули, нравилось возвращаться домой после универа в его старом Бентли, доставшимся парню от отца или же заезжать в какой-нибудь ресторан и обедать там, ворчать на Энтони за то, что тот позволяет себе пить, будучи за рулем. - Эй, ангел! - блондин обернулся на знакомый голос, замечая на лавочке у входа в универ рыжеволосого. Только тот называл его "ангелом" и, честно говоря, Эйнджелу это льстило, ведь сам он не считал себя таковым. - У меня еще одна пара, Кроули, я же тебе говорил, - Азирафаэль присаживается на лавочку к своему другу, который вскидывает одну бровь вверх. Тот выглядел как обычно: черные очки, не позволяющие увидеть глаза, черная одежда и общая развязанность, выражающаяся в том, как парень сидел(ну точнее полулежал, широко раздвинув тонкие и длинные ноги). - Как же меня бесят твои пары, - чуть ли не простонал Энтони, принимаясь за свое любимое занятие: разглаживание небольших складок на белом халате блондина. Тот учился на ветеринара и бОльшую часть дня пропадал на учебе, а все оставшееся время, разумеется, с Кроули. И последнего это бесило, ведь теперь, когда он нашел друга он хотел проводить с ним много времени, еще больше, чем это было возможно, но это было невозможно. Азирафаэль тихо вздохнул, украдкой наблюдая за тонкими пальцами друга и чувствуя себя сейчас крайне неловко. Ведь с одной стороны ему хотелось наплевать на учебу и сбежать с Энтони, а с другой его мучила совесть, которая не позволяла ему так поступить. Благо, у Кроули совесть отсутствовала напрочь, так что он, не шибко долго думая, поднялся с лавочки, ловко подхватывая и закидывая на свое плечо Эйнджела, который смог только удивленно вытаращить свои глаза, а после рыжеволосый уверенно направился к своему авто. - Что ты делаешь, Кроули? Ради всего святого, поставь меня на ноги! - Азирафаэль все же опомнился и теперь пытался вырваться, краснея и замечая на себе насмешливые и заинтересованные взгляды студентов и прохожих. - Я краду тебя, ангел. На свидание, - казалось, что Энтони не смущала вся эта ситуация и взгляды людей, ведь он все той же уверенной походкой направлялся к Бентли, а оказавшись рядом с ним соизволил поставить блондина на ноги. - На свидания, Кроули, приглашают, - фыркнул Эйнджел, поправляя свой белый халат и не зная, куда деть себя от смущения и стыда. - Приглашают? Какая скука, ангел. А я тебя все же украду, - парень открыл дверь машины перед Азирафаэлем, выжидающе смотря на него. - У меня пара, - беспомощно проблеял блондин, глядя то на открытую дверь Бентли, то на бровь Кроули, которая медленно, но верно ползла вверх, а лицо принимало вид "как же ты достал со мной спорить". - Садись. В. Машину. Победная ухмылка появилась на губах сразу после того, как Эйнджел, что-то бубня себе под нос, сел в машину. Энтони закрыл дверь, и сам уже через мгновение оказался за рулем. Он уже знал, куда они поедут. Он знал, перед чем не сможет устоять Азирафаэль, за этот короткий промежуток времени он успел изучить вкусы и предпочтения парня, ведь тот был открытой книгой перед ним, не скрывая ровным счетом ничего. Энтони всегда превышал скорость, словно бы вечно опаздывал куда-то. Поначалу Азирафаэлю было страшно, но после он все же немного к этому привык, хотя пристегиваться и держаться за ручку двери никогда не переставал. Кроули это всегда забавляло, ведь ему самому нравилось лихачить, подрезая других водителей, слыша вслед длинные гудки и не самые лестные слова в свой адрес. Но ему было плевать. Одна рука уверенно держала руль, пока вторая отбивала ритм песен Queen по приборной панели. Небрежно припарковавшись у ресторана, рыжеволосый покинул машину вместе с Эйнджелом, видя его смущенную улыбку. На неудавшиеся попытки что-то сказать парень лишь покачал головой и уверенным шагом пошел с блондином внутрь. Купить любовь невозможно, но можно дать человеку вкусную еду и узреть счастье в его глазах, а это уже в какой-то степени можно приравнять к симпатии. Панорамные окна открывали чудесный вид на зеленую аллею с прудом, а на столике, который был зарезервирован стояли два бокала с вином. Энтони редко что-то делал заранее, в основном все делалось спонтанно, но тут захотелось порадовать Азирафаэля. Отдать положительные эмоции взамен, которые он получал при общении с ним. - Это... это очень мило и неожиданно с твоей стороны, Кроули, - на щеках румянец, скромная улыбка, а в голубых глазах нет ничего, кроме счастья. Да, ради этого парень и запланировал весь этот сюрприз. Ради такой мелочи, от которой сердце заходилось в быстром и неровном ритме. - Пустяки, - рыжеволосый улыбается, занимая свое место за столиком, откидываясь на спинку стула, а после беря бокал с вином в руку, взбалтывая алую жидкость и немного отпивая, а лишь после этого беря в руку меню, начиная лениво изучать его. Азирафаэлю хотелось сделать замечание по поводу алкоголя. Но после всего произошедшего у него просто язык не повернулся сделать замечание Энтони, так что он лишь улыбнулся этому, тоже утыкаясь в меню, изредка нарушая тишину мыслями по поводу того или иного блюда, слушая ответы Кроули и все еще находясь в раздумьях о том, чтобы заказать. Все было написано слишком аппетитно, над меню явно хорошо поработали, раз лишь от одних названий уже текли слюнки. Наконец они заказали себе блюда и десерты, а когда официант удалился, Эйнджел задумчиво взглянул на своего спутника. Тот до сих пор был в очках. Единственный раз, когда блондин видел его без них был тот злополучный вечер. Глаза у Кроули были светло-карими, цвета молочного шоколада. Они манили к себе, хотя многие не понимали красоты в этом обыденном цвете. Но только не Азирафаэль. - Кроули? - позвал тот друга - М? - рыжеволосый повернул голову к блондину, вопросительно вскидывая одну бровь вверх. - Сними очки. Пожалуйста. - Зачем? - Мне... Мне нравятся твои глаза. На губах Энтони появилась ухмылка, а Эйнджел стал красным от смущения. Но, на удивление последнего, парень снял очки, складывая дужки и кладя их на стол. Без этого атрибута было непривычно. Зрачки сузились, мир казался слишком ярким, а сам Кроули даже немного поморщился от этого. Носить не снимая очки вошло уже в привычку. Чтобы никто не видел, куда ты смотришь, на кого залипаешь, чтобы лишний раз не спалиться со своими чувствами. А теперь он словно обнажен перед блондином, который, хоть все еще и был смущен, смотрел в его глаза, видимо любуясь. Возможно ему и правда понравились его глаза, черт знает. *** Обед прошел лучше некуда. Только когда точно знаешь, что человек твой можешь рассуждать с ним на разные темы и болтать глупости, не боясь осуждения и не понимая. Кроули палил на то, как часто Эйнджел смотрит на него и в его глаза. Впрочем, он и сам был хорош, ведь тоже почти не сводил глаз с этого невинного создания, изредка улыбаясь своим ненормальным, но очень романтичным мыслям. Еда была великолепной, о чем, собственно, Азирафаэль и твердил всю дорогу до дома, не прекращая при этом благодарить за все Энтони. - Спасибо тебе за все, Кроули. Это было великолепно, - блондин был растроган до глубины души и искренне улыбался, отчего Энтони не мог улыбнуться в ответ, радуясь про себя, что небольшой сюрприз прошел "на ура". - Не за что, - просто пожал плечами парень, словно бы это был пустяк. Но, по сути дела, так и было. Пустяк, чтобы получить свою дозу улыбки и красоты Эйнджела. Как наркоман с дозой. Чтобы после принятия почувствовать дикое биение сердца и легкий тремор рук, чтобы услышать, как летают дурацкие бабочки в животе, а сквозь ребра расцветают небывалой красоты цветы. Машина остановилась у книжной лавки, в которой Азирафаэль любил зависать после университета, делая домашнюю работу и просто пролистывая и читая интересные книги. Улыбнувшись на прощание, Азирафаэль покинул машину, чувствуя себя невероятно счастливым и, кажется, влюбленным идиотом. Но развить мысль о влюбленности ему не дали. - Эй, ангел! Эйнджел обернулся, замирая на ступенях лавки и непонимающе глядя на высунувшуюся голову из окна автомобиля. - Я заеду за тобой завтра, ангел! Рев мотора и вот Бентли уже нет на маленькой улочке с односторонним движением, но в душе остается приятное тепло от этих слов. А сравнение с небожителем вновь заставляет улыбаться. Азирафаэль открыл дверь лавки, входя внутрь и совершенно не слыша звона колокольчика над входом. О каком звоне вообще может идти речь, когда в голове звучит лишь ЕГО голос.