Несколько рассветных писем

      Бал в честь «Основателей» всегда состоял из традиционной и следующей за ней неофициальной частей. Первая была данью традициям, эдакий церемониал, в который уже мало кто вкладывал сакральный смысл. Молодежь так и вовсе всегда с нетерпением ожидала вечеринки, на которой можно от души потанцевать. Запрета на алкоголь не было, по крайней мере, не для тех, кто уже перестал быть школьником. А это означало, что нет и тотального контроля со стороны слишком приверженных моральным традициям взрослых.       Эрен без особого интереса смотрел на танцующих. Просторный зал был окутан дискотечной полутьмой, музыка била по ушам, многие так и вовсе толпились у барной стойки. Найдя себе компанию в лице покинутого Сашей Конни, Йегер даже не сильно скучал. Впрочем, у него была цель, которая не позволяла захотеть уйти пораньше.       Вечеринка проходила в головном здании университета. Зал для торжеств находился недалеко от спортзала, а между ними — раздевалки и душевые кабинки, сперва мужские, а потом женские. Эрен помнил о том, что раздевалки никогда не запирались на ключ, но в вечернее время электричество в этой зоне перекрывалось. Кто-то говорил, что это происходит с определенной целью: мало ли кому приспичит уединиться в раздевалке в ходе вечеринки. За всеми не уследишь, а творить всякий разврат преподаватели и организаторы бала не могли позволить.       — Он даже неплохой. Но он слишком взрослый для нее, не находишь?       Уловив слова Конни, Эрен отыскал в толпе танцующих парочек Сашу и ее кавалера. Тот был высоким и плечистым, довольно симпатичный на вид, с красивой улыбкой и искренним взглядом.       — А сколько ему вообще? Двадцать пять?       Спрингер пожал плечами.       — Да черт его знает, кажется, меньше. Но все равно взрослый.       — А Саше скоро двадцать. Как по мне, самое то.       Ему было неинтересно говорить о Саше и ее парне. Черт с ними, в самом деле. Им явно хорошо друг с другом, а Конни стоит и самому найти себе пару. Хотелось надеяться на то, что Конни не был влюблен в свою лучшую подругу и не страдал теперь из-за этого.       — Ну, не знаю…       Спрингер осушил свой стакан и обернулся в сторону бара. У Йегера в руках была бутылка. Всего лишь пиво, но внезапно довольно крепкое. Он старательно делал вид, будто его шатает, словно он уже начал активно пьянеть. Это была часть его плана, о котором знала только Микаса. Впрочем, Аккерман была занята. Она, облаченная в потрясающее черное платье, выбранное, к слову, Йегером, была воистину бесподобна. И, очевидно, ей была приятна компания Кирштайна, который смотрел на нее, как на богиню. Так что на ее счет Эрен уже не сомневался. Девушке изначально стоило просто дать шанс парню, чтобы понять, что он ей нравится.       — Эй, Эрен! Ты только и делаешь, что стоишь и пьешь! Неужели хочешь опять наклюкаться?       Со стороны подошел не в меру довольный Райнер. Он обхватил рукой плечо Йегера, давая понять, что и сам уже успел выпить. Под руку Брауна держала Хистория, которая очаровательно хихикала непонятно над чем. Забавно, подумал Эрен, Райнер в кои-то веки не с Бертольдом, а Хистория не с Имир.       — А что еще делать-то?       Йегер искренне старался походить на уже пьяного, хотя голова прекрасно соображала.       — Ну, потанцуй с кем-нибудь, — тут же предложил Райнер. — С Конни, например, раз вы все равно оба без пары.       Конни тут же поморщился, словно лимон в рот взял.       — Нет уж, никаких гейских штук с моим участием.       Йегер лишь хмыкнул. Браун, если подумать, был слишком уж близко, а Хистория смотрела откровенно лукаво, и это даже начало совсем немного напрягать, но парень сохранил потрясающее для себя спокойствие.       — Как будто мне очень хотелось.       Спрингер вдруг занервничал.       — Да ну вас обоих.       Он в спешке направился в сторону барной стойки, а Эрен проводил его ленивым взглядом. Кажется, еще пару лет назад Конни вел себя, как самый настоящий гомофоб, и говорил весьма жестокие вещи. Впрочем, много кто вел себя так же, время многих изменило. Йегер так вообще об этом не думал. И не подумал бы, если бы не письма Анонима. Они слишком сильно на него повлияли, с этим не поспоришь. Парень так о многом успел подумать за минувшие дни. А ведь все эти темы им прежде не брались в расчет. Просто не интересно и все тут.       Райнер усмехнулся. Он вдруг оказался совсем близко к Эрену, куда ближе, чем стоило бы, а притворявшийся поддатым Йегер не стал возмущаться, дабы не выходить из роли.       — Хороший ты парень, Эрен, — сказал Браун чуть ли не в самое ухо сокурснику. — Просто иногда бука, каких поискать.       Йегер нахмурился.       — Чего блин?       Но Райнер лишь снова хихикнул и зачем-то смачно чмокнул его в щеку. Эрен немного пошатнулся на месте и чуть не повалился куда-то назад, благо тот же Браун ловко его подхватил.       — Только не падай!       Хистории тоже было весело. Она скользнула своими немыслимо прелестными пальчиками по шее Йегера и, пристав на цыпочки, чмокнула его во вторую щеку.       — Ты очень хороший.       Эрен в самом деле ничего уже не понимал.       — Да что за фигня с вами? Может, вы просто друг с другом пососетесь, без моего участия в этом процессе?       Те снова захихикали.       — И правда бука!       Хистория буквально повисла на шее Райнера. Еще несколько секунд, и вот они уже втесались в толпу танцующих парочек. Эрен остался один и был даже рад такому раскладу. В самом деле, неужели всех настигла какая-то любовная лихорадка? Или просто все уже настолько пьяные, что не понимают, что творят? В принципе, и такое возможно.       Эрен отпил пару глотков. Нельзя просто стоять с бутылкой, если он и правда хочет убедить всех в том, что уже надрался. Алкоголь пока еще не начал по-настоящему сильно бить по мозгам, парень прекрасно соображал. Это только первая часть его плана.       Все так же немного шатаясь, он тронулся с места, неуверенным шагом направляясь в сторону выхода. Перед взглядом совсем ненадолго замаячили Энни и Армин. Кажется, Леонхарт не стала надевать каблуки, чтобы не быть выше своего кавалера. Странно, что Эрен вообще об этом подумал. Странно еще, что он так хорошо разбирается в дамских нарядах, по крайней мере, лучше, чем Микаса, которой он сам регулярно подбирает одежду.       Странные и совершенно ненужные мысли просто сбивали с толку, но Йегер планомерно продолжил свой путь. Он шел нарочито медленно, не забывая попивать пиво из бутылки. Появилось непреодолимое желание закусить чем-нибудь, чтобы голова не начала чего доброго кружиться, не позволяя понимать, что происходит вокруг.       Наконец он оказался в совершенно пустынном светлом коридоре. Поморщившись, парень вновь глотнул пива, а после неспешно направился в сторону раздевалок. Он не был уверен в том, что все прокатит, вообще нисколько, но попробовать стоило. Музыка все так же отчетливо доносилась до ушей, немного раздражая уже нескончаемыми битами, но в какой-то момент она стремительно сменилась на что-то медленное и мелодичное. Должно быть, настал момент для белого танца, или как там его вообще принято называть…       Эрен на самом деле понятия не имел. Он никогда не приходил на подобные мероприятия с дамой и не танцевал, словно из упрямого принципа. Не любил он подобное и все тут. Просто всегда оставался где-то в стороне, не мешая остальным веселиться. В этот раз вышло так же, просто теперь у Армина и Микасы есть, с кем проводить вечер, и это определенно хорошо. А у Йегера есть Аноним, которого, однако, еще надо как-то отыскать.       Он открыл дверь мужской раздевалки и неуверенно переступил порог. В помещении было ожидаемо темно, так что Эрен оставил дверь приоткрытой. Он хорошо помнил, где здесь что находится. Помимо основных занятий он посещал еще и секцию борьбы и даже пару раз выступал на региональных соревнованиях. Райнер и Бертольд всегда обходили его, но зато он сам обходил Жана, чем очень даже гордился. Наверное, из этого соперничества и вышла их взаимная неприязнь. Она была щедро приправлена еще и ревностью Кирштайна, которому всегда нравилась Микаса, немного помешанная на Эрене.       Забавно, что думать об этом Йегер начал настолько поздно. Он уже, можно сказать, сам свел сестру с Жаном, и мог бы сделать это намного раньше, не будь ему настолько откровенно наплевать. А чертов Аноним, кем бы он ни был, наверняка даже понятия не имеет о том, что начал влиять на Эрена своими письмами.       Прошло, наверное, от силы пара минут. Парень сделал еще несколько глотков, понимая, что пиво совсем скоро закончится. Телефон в кармане жалобно пикнул.       — Ой…       Эрен, неважно ориентируясь в темноте, достал гаджет и уставился на экран. Тот уже был готов окончательно потухнуть, оставалось всего два процента зарядки.       — Твою мать, совсем забыл зарядить… — он отыскал ногой скамью и тут же плюхнулся на нее. — Чертова музыка, как же бесит… Что я тут вообще делаю…       Он положил телефон на скамью рядом с бедром, а после спешно ослабил галстук на шее. Пожалуй, это всегда была его самая нелюбимая часть парадного наряда на подобные мероприятия — именно удавка на шею. Микаса лично подобрала ему когда-то зеленый галстук, подходящий под цвет глаз, и это был единственный галстук, который парень в итоге так и не выбросил.       Время перестало ощущаться. Кажется, сменилось еще несколько песен, пока луч света из-за приоткрытой двери не стал сперва немного шире, а потом вдруг уже. Эрен так и вовсе, кажется, сам искренне уверовал в то, что он до ужаса пьян. Услышав шаги, совсем тихие, но все равно отчетливые, он даже не стал открывать глаза. Дверь снова прикрыли: стало темнее, чем было до прихода неизвестно кого.       — Пиво… закончилось… — сам себе сообщил Йегер, все еще удачно делая вид, будто он в помещении один. — Вот же черт.       Он ясно ощущал, что кто-то неизвестный оказался ближе. Интересно, высока ли вероятность того, что это тот самый Аноним. Всего три письма, оставленных на рассвете в почтовом ящике, но и их было достаточно, чтобы понять нечто важное: Аноним почти всегда следил за Йегером и не упускал возможности остаться с ним наедине, если тот не соображает, что происходит. Так ведь было в прошлый раз, когда Аноним, судя по его же словам, добрался до в стельку пьяного Эрена и успел погладить его по волосам.       Когда кто-то неизвестный присел рядом, Йегер открыл глаза. Он упорно не видел, кто перед ним, слишком темно, чтобы что-то рассмотреть. Конечно, можно было вскочить с места и распахнуть дверь, чтобы выяснить чужую личность, но Эрен не спешил этого делать.       — Ты кто вообще? — спросил он.       Прозвучало и правда довольно пьяно. Тот, кто оказался рядом, не отозвался. Должно быть, опасался, что его могут узнать по голосу. Не дождавшись ответа, Эрен хмыкнул.       — Музыка просто отстой. Правда? Ненавижу такое.       Он помнил, что бывает ужасно болтливым, когда пьян в полной мере. Чтобы все выглядело естественно, нужно болтать, желательно просто ни о чем. Словесный понос — это именно то, что нужно.       Неизвестный рядом с ним опять не отозвался, но он был рядом, очень близко. Йегер невольно подумал о Райнере, который зачем-то целовал его в щеку. Это было не сказать, что особо приятно. А сразу после целовать его взялась Хистория. И это тоже было не очень приятно. Не стоило долго думать, чтобы понять нечто очень важное: Эрену, очевидно, было плевать на половую принадлежность человека, на внешность и многие другие аспекты. Та же Хистория чудо как хороша, не поспоришь, но Йегер не испытывал по отношению к ней, например, вожделения, просто дружеская симпатия, и все. Равно как и по отношению к Райнеру. Именно поэтому ему было отвратительно даже представлять себя с кем-то из них в постели. И не важно, кто парень, а кто девушка.       С Анонимом все было иначе, потому что Эрена зацепили те слова, что он ему написал. В них было слишком много искренних эмоций. Пиши Аноним от женского лица, Йегер в той же мере страстно хотел его найти, определенно, просто воображал бы уже не парня, а девушку. Даже не имея понятия о том, как этот человек выглядит. Самого Эрена это нисколько не смущало.       — Ты глухонемой? — спросил он. Ответа вновь не последовало. — Ладно, как знаешь. У меня закончилось пиво. Так лень идти обратно к бару. Задрали уже эти танцы.       И снова никакого отклика, хотя теперь Эрен был практически уверен в том, что рядом с ним именно Аноним. Возможно, было бы неплохой идеей все же попытаться рассмотреть чужое лицо хоть как-то, но мысли об этом растворились в тот же миг, когда неизвестный совсем мягко коснулся его плеча. Йегер ощутил дрожь в теле. Он уставился во все глаза на человека, упорно не видя его лица.       — Черт, а ты вообще настоящий? Меня напрягает это молчание, знаешь ли. Какого черта?       Он тут же протянул руку вперед и сходу уткнулся в чужую шею, весьма теплую, с выступающим кадыком. Не теряя ни секунды, Эрен потянулся повыше, пытаясь нашарить лицо. Его запястье тут же перехватили, но Йегер решительно выпустил из рук практически пустую бутылку, которая с лязгом упала к его ногам, но все же не разбилась, и взялся за чужой ворот уже второй ладонью. Кажется, теперь они были практически лицом к лицу. Эрен с трудом уловил лишь силуэт. Волосы коротко стриженные, с чертами лица вообще не угадать, но рост явно более чем выдающийся. Это все, что он смог понять.       Они замерли. Йегер вдруг отчетливо ощутил чужое сердцебиение, в котором угадывалось волнение, а уже потом понял, что и сам начал подрагивать. Странное ощущение, весьма необычно.       — Что-то меня шатает… — выдохнул он. — Темные пятна перед глазами… можно я…       Он так и не спросил ничего, просто уткнулся лбом в плечо неизвестного и замер. Стало так… спокойно. Немыслимый идиотизм, определенно, он ведь даже понятия не имеет, кто перед ним, но все равно ему было хорошо и спокойно. И это еще более странно, чем все прочее.       Неизвестный застыл. Угадать, какие у него эмоции, Йегер не смог бы при всем желании.       В тот миг, когда чужая ладонь нерешительно прошлась по его волосам, Эрен удовлетворенно выдохнул. Теперь он вовсе не сомневался в том, что это и есть тот самый Аноним. Парень прикрыл глаза, вдыхая запах мужского парфюма. Довольно терпкий, весьма туманно знакомый. Йегер при всем желании не смог бы вспомнить, откуда этот запах в его памяти.       Он все еще сжимал ворот пиджака. Кто же это, в конце концов? Его сокурсник? Кто-то с параллельного потока? А может, это вообще кто-то из преподавательского состава? Эрен ясно осознал, что ему плевать на любые условности. Ему просто было приятно сидеть вот так, приятно, что этот неизвестно кто с трепетом гладит его по волосам.       Йегер и сам себя удивил, резко вскинув голову. Он не понимал, что именно собирается делать, но решил не позволять Анониму сообразить раньше него. Все еще крайне паршиво ориентируясь в темноте, он все же коснулся сперва кончиком носа подбородка, а потом и нашел чужие губы. Целоваться Эрен особо не умел, но упорства ему всегда хватало. Он выдохнул и тут же обхватил сильные плечи неизвестного, ощутив вкус на своих губах. Кажется, Аноним искренне растерялся. Однако он позволил себя целовать, а в какой-то момент и вовсе коснулся руками спины Йегера, отвечая на поцелуй. У него целоваться выходило явно лучше.       Эрен восторженно обхватил нижнюю губу Анонима и с воодушевлением всосал ее в рот, заставив того издать хоть один-единственный звук. Стон, совершенно искренний, не сдержанный ничем. Это было слишком хорошо. Настолько хорошо, что Йегер даже забыл, ради чего все это изначально затевалось.       В какой-то момент неизвестный разорвал поцелуй. Теперь уже Эрена застали врасплох. Он недоуменно замер, даже толком не поняв, что Аноним вскочил на ноги.       — Эй!       Оказалось слишком поздно. Тот унесся прочь настолько быстро, что Йегер даже не успел рассмотреть его хотя бы со спины. Прошло несколько секунд, прежде чем Эрен осознал, что так и не добился того, чего хотел.       — Вот черт…       Он рассеянно коснулся своих губ, которые все еще горели от потрясающего поцелуя. Это ощущение не могла сбить никакая досада.