Нечестивым же нет мира

      Ночью Рей проснулась от странного ощущения, будто она не одна в комнате. Некоторое время она лежала в темноте, пытаясь понять, сон ли ей приснился, или что-то еще, но тут в комнате скрипнула половица, и Рей села с испуганным вздохом.       — Кто здесь? — спросила она.       Никто не ответил. В темноте Рей еле могла разглядеть смутно белеющее покрывало кровати, не говоря уже о чем-нибудь другом. Она уже давно подумывала о ночнике, но все руки не доходили, а теперь ей стало страшно. Воображение рисовало ей таящихся в темноте монстров, и сейчас россказни о неупокоенной душе Киры Скайуокер уже не казались ерундой. Рей потянулась к тумбочке, на ощупь отыскала на ней телефон и включила на нем фонарик.       Белый бледный круг света скользнул по комнате, освещая ее. Предметы откидывали резкие, шевелящиеся тени. Рей осветила всю комнату, но не нашла и признака, что в ней кто-то был: вещи не были сдвинуты, дверцы шкафа – закрыты. Должно быть, половица скрипнула сама. Или Биби где-то здесь ходит.       — Бибс! — позвала Рей. — Кис-кис-кис! Ты где? Биби!       Прислушавшись, она услышала дробный топоток кошачьих лап по полу, а потом Биби начал царапать дверь спальни снаружи. Вздохнув с облегчением, Рей положила телефон на тумбочку фонариком вверх, а сама слезла с кровати и торопливо приоткрыла дверь. Стоило Биби проскользнуть внутрь, Рей тут же подхватила его на руки и прижала к себе.       — Зачем ты меня пугаешь? — пробормотала она, прижав его к себе и уткнувшись в него носом.       Биби пах котом — тем специфическим запахом, который издает мокрая шерсть. Должно быть, носился полночи где-то на улице, но Рей вряд ли смогла бы заснуть сейчас одна, поэтому она решительно опустила кота на кровать, а сама ухватилась за вторую тумбочку и потащила ее к дверям. Это была сомнительная защита, но Рей бы точно услышала, если бы кто-то вздумал забраться к ней. Когда дверь оказалась надежно припертой, Рей с облегчением вздохнула и поспешила обратно в кровать. Биби потоптался у нее в ногах и устроился, оперевшись теплой спиной о лодыжку, и Рей дотянулась до телефона и выключила его. С котом в комнате ей стало не так страшно.       Утром ночные страхи уже не казались такими серьезными. Рей проснулась от требовательного мява Биби, сидевшего на тумбочке, и ждавшего, когда его покормят. Зевнув, она согнала кота и потянулась к телефону, чтобы посмотреть сколько времени.       — Шесть утра, Бибс! — пробормотала она. — У меня каникулы вообще-то.       Каникулы каникулами, но о хлебе насущном тоже стоило подумать. Рей собиралась найти подработку на лето, хоть и сомневалась, что в крошечном Джакку есть места. Возможно, в городках по соседству они были… В любом случае, стоило бы поблагодарить Биби за раннюю побудку.       Опустив босые ноги на пол, Рей зашипела: он был ледяным.       — Что за ерунда! — буркнула Рей, закутываясь в одеяло и идя к двери. — Похолодало что ли?       У болот вообще было не очень жарко, но сегодня в комнате было как-то особенно холодно. Не к месту Рей вспомнилось, что там, где обитают призраки, температура может резко понижаться. В «Сверхъестественном», по крайней мере, именно так все и было. Со вздохом, Рей приналегла на тумбочку, чтобы отодвинуть ее в сторону, и почувствовала, как тянет из-под двери холодный сквозняк по босым ногам. Ага, загадка решена. Дело в сквозняке.       Отодвинув тумбочку, Рей выпустила кота и пошла к шкафу, поискать что-нибудь потеплее пижамных штанов и футболки. Пока она шла, сквозняк почти сошел на нет — кажется, дуло из окна. Подойдя к нему, Рей нахмурилась. Она была уверена, что ложилась спать с закрытыми окнами: дикая природа вокруг диктовала некоторые меры предосторожности. Но сейчас окно было открыто. Нижняя створка была опущена не до конца, и между ней и рамой оставался зазор примерно в сантиметр, через который задувал сквозняк. Рей некоторое время рассматривала его, а потом решительно опустила створку и закрыла защелку. Но что-то заставило ее выглянуть наружу.       Задний двор хижины был усыпан прошлогодними листьями — Рей не торопилась их убирать, и они потихоньку слеживались, превращаясь в перегной, порастали редкой травой. Под окнами покров был потревожен — будто что-то тяжелое ставили там, зацепившее край слежавшегося «ковра» и приподнявшее истлевающие листья. Оглядевшись, Рей приметила, что могли ставить: возле дровяного сарая под навесом стояли несколько потемневших от времени пеньков. На одном из них присох кусок грязи, как если бы ботинком задели край.       Рей подошла к кровати и села на нее, обхватив себя за плечи. Ее била дрожь.       Никаких призраков не существовало. Здесь точно кто-то был, ночью, или раньше.       Она не была в безопасности.

***

      Шериф Кассиан Андор когда-то был брюнетом. Сейчас его волосы почти полностью поседели, а его лицо, изрезанное морщинами, выражало бесконечное терпение. Рей пересказала ему все случившееся: пробки не того цвета, вещи, лежащие не на своих местах, ночное пробуждение и утренний сквозняк — и Андор выслушал, но впечатленным он не выглядел.       — Послушайте, мисс, — сказал он. — У нас тут национальный парк. Леса, мисс. Вы в курсе, что может сделать енот? Эти маленькие пушистые засранцы с легкостью открывают замки, если в них забудут ключи, а уж щеколда для них — тьфу! Они залезают в мусорные баки, в гаражи, в дома — ищут, чем поживиться. Следите за своим котом, если он у вас есть.       — Еноты двигают пеньки? — спросила Рей. — И носят ботинки?       — Мисс Ниима, вы живете тут всего ничего. А до вас тут жил Скайуокер. И после его смерти в доме бывали люди, — Андор вздохнул. — Этот пенек могли подвинуть месяц назад, и, если там никто не ходил, все эти следы так и остались нетронутыми. Поймите меня правильно, вы не похожи на опытную домохозяйку. Спорю, вы даже дом еще толком не обжили, что уж говорить о заднем дворе, сарае и прочих строениях, о назначении которых вы даже не догадываетесь.       У Рей горло стиснуло от обиды. Андор держал ее за глупенькую городскую девочку. Да, она была городской девочкой, но отнюдь не дурой! Она могла понять, если бы к ней наведался енот, но то, что происходило, больше смахивало на злой умысел. Будто кто-то специально пытался вывести ее из себя или напугать.       Заставить съехать.       Эта мысль пришла ей в голову, подобно озарению, и Рей уже не слушала, что говорит Андор.       — …пошлю парней проверить, но это будет не сегодня. У нас тут мало людей и много места, мисс Ниима, не обессудьте.       — Да, хорошо, — Рей рассеянно кивнула, боясь упустить ниточку. Мысленный клубок раскручивался у нее перед глазами. Все, что нужно было сделать — понять кому так не нравится, что Рей заняла дом Скайуокера.       — Спасибо за помощь, шериф.       Первым делом Рей заподозрила Бена Соло: он был родственником Скайуокера, наверняка бывал в доме. Возможно, он мог унаследовать его? Но кому захочется наследовать такую развалюху, с которой связаны плохие воспоминания? Нет, вряд ли. Рей вспомнила, как он сказал, что хижина — не лучшее место.       Были ли у Скайуокера враги? Другие наследники? У него была сестра — мать Бена, и Люк упоминал о ней в письмах. Но узнать о ней Рей могла только одним способом. Не то чтобы ей хотелось навязываться Бену Соло, но вместе с покалывающим ощущением опасности, когда Рей думала об этом, приходило и возбуждение, и душевный подъем. Она была как детектив, а Бен Соло… Нет, ей вовсе не нравился образ громилы в косухе и байкерских ботинках. Но что-то заставляло ее сердце замирать, когда она думала о нем. Рей постаралась отогнать эти мысли.       Она все выяснит. Если только… В животе у Рей заурчало. Она поехала в участок, даже не позавтракав, а теперь ей предстояло ехать обратно домой к полупустому холодильнику. И поиск работы она так и не начала.       Заводя мотор своей старой «ласточки», Рей тяжело вздохнула. Как же трудно заниматься расследованием, не имея ни гроша в кармане!       Вернувшись домой, Рей с удивлением и волнением заметила стоящий возле хижины черный внедорожник. Его хозяин сидел на ступеньках веранды, а у его ног стоял пакет из супермаркета.       — Привет! — сказала Рей, вылезая из машины. — Как тебя сюда занесло?       — Я подумал, что стоит извиниться перед тобой за свое поведение в магазине, — заметил Рен.       — Не передо мной, — заметила Рей. — Ты напугал Финна.       Рен не ответил, но Рей готова была поклясться, что выражение его лица говорило «Ну и прекрасно!».       — Я решил завезти тебе кое-чего, — сказал он. — В прошлый свой визит я заметил, что у тебя туго с продуктами.       — Спасибо, не надо, — Рей улыбнулась. — Я мало ем.       Это была самая кретинская отмазка в ее жизни.       — Я настаиваю, — возразил Рен, и в его голосе зазвучало эхо того мрачного тона, которым он разговаривал с Финном. — Так ты впустишь меня?       — Да, проходи конечно, — Рей достала ключи, и Рен посторонился, пропуская ее к дверям.       Что ж, пока все складывалось хорошо. Рей могла расспросить его о доме… и поесть.       Пока Рей укладывала привезенные продукты в холодильник, Рен устроился за столом с чашкой растворимого кофе — это было все, что Рей могла предложить.       — На что ты живешь? — поинтересовался Рен. — Или Скайуокер оставил тебе в наследство денег?       — Я скопила немного денег, пока работала во время учебы, — сказала Рей. — На лето тоже нужно что-нибудь подыскать.       — Вряд ли ты найдешь работу здесь, — заметил Рен.       — Я это уже поняла, — ответила Рей.       Ей подумалось, что сейчас хороший момент, чтобы спросить, кому мог перейти дом после смерти Скайуокера, и Рей осторожно поинтересовалась:       — А кроме меня не было других наследников?       — Были, — ответил Рен. — Моя мать. Я. Но этот дом — не самый лакомый кусочек. Ни у кого не возникло желания оспорить завещание.       — Понятно. — Рей вздохнула. Значит, желающих не было. — И почему меня это не удивляет…       — Как продвигается продажа?       — Никак, — Рей пожала плечами.       Она присела на краешек стула напротив Рена. Можно было спросить у него, были ли у Скайуокера враги. Или об их отношениях. Но вместо этого Рей спросила:       — Почему ты всегда в перчатках?       — Мне так удобнее, — ответил Рен.       — Твой неповторимый стиль? — Рей хмыкнула.       Рен отсалютовал ей кружкой и ответил:       — Именно.       Они помолчали еще немного.       — Если тебе нужна помощь… — начал Рен.       — Я помню, — быстро сказала Рей. Она указала на холодильник. — Номер на месте. Но ты уже решил основную из моих проблем, набив холодильник.       — Если похолодает, — заметил Рен, — и понадобятся дрова, бери те, что посуше, сверху. Проводка может не выдержать включенного обогревателя.       — Сейчас же лето, — сказала Рей удивленно.       — Ты не знаешь, что такое лето на Тихоокеанском северо-западе, — ответил Рен, усмехнувшись. — Если будешь планировать расходы, не забудь включить в список грелку.       — У меня есть кое-что получше, — Рей нагнулась, подцепила Биби, крутящегося рядом, и водрузила его себе на коленки. Он ткнулся ей в ладонь, выпрашивая поглажек, и Рей с удовольствием погладила его. — Мой охранник. Говорят, кошки отпугивают призраков.       — Здесь не водятся призраки, — к удивлению Рей, Рен говорил серьезно, не поддержав ее шутливый тон. — Но иногда мне кажется, здесь водится что-то похуже.       Рей застыла, глядя на него. Биби мурлыкал, потираясь об ее руку, но она не обращала внимания.       — Что, например? — спросила она.       — Плохие люди, — ответил Рен. — Надеюсь, ты сумеешь продать дом.       — Спасибо, — озадаченно ответила Рей.       — И я не советую тебе связываться с Финном, — добавил Рен. Это было внезапно, и Рей удивилась такой резкой смене разговора. — У него есть девушка, и если кто-то узнает, что ты с ним заигрывала, слухов не оберешься.       — Я с ним не заигрывала! — возразила Рей. — Просто у меня здесь не так много знакомых.       — Без разницы. Я просто предупредил.       Они снова замолчали. Рей гладила Биби, размышляя, не смеется ли над ней Рен. Рен молчал, рассматривая Рей, и она, чувствуя этот взгляд, никак не могла набраться смелости и поднять глаза.       — Ладно, не буду тебе мешать.       Рен поднялся со стула, и Рей поднялась тоже, согнав кота на пол.       — Спасибо, — сказала она. — За продукты, и за компанию. Ничего если… я как-нибудь загляну к тебе в гости?       — Только позвони перед этим, — сказал Рен. — По пути на Касл-Лэйн легко заблудиться с непривычки.       — Хорошо, — Рей улыбнулась. — Ты тоже заходи!..       Она выпалила это безо всякой задней мысли, но умолкнув, почувствовала себя так, словно только что переступила какую-то границу. К ее неимоверному облегчению Рен улыбнулся, на мгновение став похожим на себя самого образца десятилетней давности, и ответил:       — Обязательно.       Когда Рен ушел, Рей решила, что не будет сообщать об этом По. И о визите в полицию, и о своих подозрениях. Для него у нее и Биби все отлично.       А ей предстояло понять, кто мог наведываться к ней… ну и найти работу, конечно.

***

      К помощи Рена ей пришлось прибегнуть раньше, чем Рей планировала — на следующий же день. «Ласточка», любовно восстановленная По и перешедшая Рей, решила, что она и так работала на износ последний месяц, и наотрез отказалась заводиться. После нескольких бесплодных попыток, Рей махнула на нее рукой. Она хотела успеть сегодня на два собеседования с утра. Похоже, придется их отложить. Или…       Набрав номер Рена, Рей принялась нервно расхаживать по веранде, прижимая телефон к уху. Бен ответил почти сразу.       — Да, — его голос был прохладным и почти официальным, будто Рей беседовала с каким-то менеджером.       — Привет, это Рей. — Рей вздохнула. — Ты предлагал свою помощь, вот я и подумала… Ты сегодня не занят?       — Что-то случилось? — ровно поинтересовался Рен.       — Машина сломалась, похоже окончательно, а у меня два собеседования — в супермаркете Блэк-Крик и в магазине строительных материалов в Джакку, в десять и в половине двенадцатого. Ты не мог бы меня подкинуть? — Рей зажмурилась и добавила:       — Я отдам деньги. Позже.       — Я подкину тебя, — сказал Рен. — И денег не возьму. Жди, буду у тебя через полчаса.       — Спасибо, я… — Рей не успела договорить, а Рен уже повесил трубку.       — Очень вежливо, — сказала Рей телефону. — Просто офигеть как.       Хотя ей ли было жаловаться, ведь альтернативой было добираться общественным транспортом или на такси?       Рен приехал через полчаса, как и обещал. Его черный внедорожник притормозил перед домом и посигналил. Рей выскочила на улицу, торопливо закрыла дверь и поспешила к машине. Она почувствовала себя не в своей тарелке, открыв переднюю пассажирскую дверь и заглянув внутрь. Против воли, в голову полезли мысли, что вот сейчас она сядет в машину, и Бен Соло отвезет ее куда угодно, только не на собеседование…       — Я думал, ты торопишься, — заметил Рен. — Так мы едем или нет?       — Конечно едем! — воскликнула Рей и залезла в машину.       Устроившись на сиденье, она уставилась на Бена.       — Мы чего-то ждем?       — Нет, — Рен встряхнул головой и завел мотор. — Нет. Просто задумался.       Он оглядел Рей и добавил строго:       — Пристегнись.       Рей подчинилась. Рен протянул руку, дернул ремень — от его мимолетного прикосновения у Рей кожа покрылась мурашками — и удовлетворенно кивнул.       Благодаря ему Рей успела на первое собеседование даже раньше времени. В дороге они почти не разговаривали, играло радио, а Рей то смотрела в окно, то исподтишка рассматривала Рена. Он был капельку мрачнее, чем обычно, и Рей решила, что это все из-за того, что она так не вовремя ему навязалась. Наверняка у него были свои дела, которые пришлось отложить. Поэтому, когда Рей вернулась в машину, она предложила:       — Из Джакку я и сама смогу добраться до дома. Если у тебя есть какие-то дела, ты можешь ехать. Ты не обязан меня ждать.       — Дел у меня нет, — ответил Рен прохладно, — но если тебя смущает перспектива появиться там вместе со мной…       — Меня ничего не смущает! — возразила Рей. — Я думала о тебе — это ведь тебе приходится меня возить, а мог бы и дома на диване валяться.       Рен хмыкнул и улыбнулся.       — Не переживай. Это чудесная альтернатива дивану.       Оба собеседования прошли гладко — насколько гладко могут пройти рутинные собеседования. В Джакку были готовы принять Рей уже со следующего дня, чему она была рада и дала свое согласие. А потом Рен подкинул ее до дома, но отказался зайти на чай. Можно было сказать, что день удался. Оставалось только починить машину.       Вечером перед сном Рей созвонилась с По, потом проверила все окна и двери и легла спать, на всякий случай подперев дверь в спальню тумбочкой. Мало ли. Настроение у нее было самое радужное.       Но утро внесло свои коррективы. Во-первых, ей позвонили из строительного магазина и сказали, что, к сожалению, место уже занято. Рей, уже успевшая отзвониться в Блэк-Крик, расстроилась, но присутствия духа не потеряла. Это был не единственный магазин поблизости, но нужно было починить машину, чтобы не пришлось каждый раз звонить Рену. И пересчитав свои скудные финансы, Рей созвонилась с мастерской и вызвала эвакуатор.       Следующим ударом судьбы стала сумма, названная в мастерской за починку. Проще было сдать «ласточку» в По в металлолом. Огорошенная Рей вышла на улицу и уселась на скамью, тупо рассматривая потрескавшийся тротуар. Она взвешивала, что будет лучше, когда на скамью рядом с ней опустилась Маз Каната.       — Здравствуйте. — Рей улыбнулась ей.       — Доброе утро, — поприветствовала ее Маз. — А я смотрю — знакомое лицо, решила выйти. Что-то случилось, милая?       — Машина в хлам, — честно сказала Рей. — Я уже прикидываю, не перейти ли мне на велосипед. В Европе, говорят, все только на велосипедах и ездят. Экология и все такое.       — Как жаль! — Маз поцокала языком. — Неловко говорить об этом, милая, но мы не отпускаем товары в кредит.       — Не беспокойтесь, на еду мне пока хватает, — фыркнула Рей, про себя подумав, что ноги ее больше не будет в магазине Канаты. Только сетевые супермаркеты, и да идет к черту местный производитель.       — Жаль, — повторила Маз. — Неужели Скайуокер не оставил тебе ничего, кроме дома?       — Нет. Мы были не настолько близки, — ответила Рей. — Все в порядке. Я уже почти нашла работу.       — Где? — поинтересовалась Маз.       — В Блэк-Крик.       — Но у тебя же нет машины. Какая жалость! — Маз вздохнула.       — Вам часом не нужен помощник? — спросила Рей. — Или кому-нибудь из ваших знакомых?       Она обвела улицу рукой.       — Нет, милая. — Маз склонилась к ней и добавила тихим, почти заговорщицким тоном: — Я буду честной с тобой, Рей, ты хорошая девушка, но у нас тут не любят людей, обремененных неподходящими знакомствами. Не то чтобы на самом деле не любят, но стараются не связываться.       Рей моргнула, молча глядя на Канату и пытаясь уложить новую информацию в голове.       — Вот оно как, — сказала она. — Спасибо, мэм. Я… подумаю над своими знакомствами.       — Это было бы очень хорошо, — сказала Маз. — Ты не местная, и плохо представляешь, как формируются отношения в нашем городе. Все знают друг друга, иногда даже то, о чем не говорится вслух, но тайное всегда становится явным. У нас много чудесных молодых людей, которые составят тебе подходящую компанию.       — Понимаете, мэм, — начала Рей, чувствуя, как медленно крепнет в ней желание возразить в резком тоне, — я всегда считала, что сама могу понять, что для меня подходит, а что нет.       — Ты очень молода, — сказала Маз снисходительно. — У тебя все впереди. Ох! — Она посмотрела на часы. — Что-то я засиделась. Молодой Финн наверняка натворил там дел без меня! Удачи, Рей.       Рей не попрощалась. Дьявол в ее сердце, тот самый, который заставлял ее поступать наперекор советам, даже хорошим, поднял голову.       Ближе к вечеру Рей приняла решение зайти в гости к Рену. Просто так. Тут не так уж и далеко. Пока она была в городе, она открыла Гугл-карты и нашла его дом на Касл-Лэйн, единственный, как и ее крошечная хижина на Тропе Отшельника. Напрямик от ее дома — две с половиной мили, в сторону от болота, которым ее пугала Маз Каната, но Рей решила не рисковать и прогуляться длинным путем: по шоссе, а потом вверх по Касл-Лэйн. Так набиралось гораздо больше, чем две мили, но до заката было полно времени, а Рей была полна энергии и желания эту энергию потратить. Она надела джинсы, удобные ботинки и рубашку с длинными рукавами, побрызгалась репеллентом, подхватила рюкзак и отправилась в путь.       Гулять по шоссе, даже несмотря на то, что по нему изредка проносились тяжелые грузовики в опасной близости от обочины, было приятно. Пахло лесом, мокрой землей и листьями, солнечные лучи просвечивали сквозь кроны деревьев, а в наушниках играла приятная музыка. Рей очень быстро дошла до съезда на Касл-Лэйн, но дальше дорога пошла в гору, и Рей замедлилась. Постепенно вечерело. Солнце скрылось за верхушками деревьев, и в лесу установились светлые сумерки. Уже начали петь сверчки, из низин пополз зябкий холодок. Рей шагала, думая, что, возможно, стоило выйти пораньше. А еще она припомнила, что кроме енотов тут водятся медведи.       Наконец она дошла до съезда к единственному дому на Касл-Лэйн. До самого дома было еще около полумили, а в лесу становилось все темнее. Рей шла, отгоняя комаров и пытаясь представить, как Рен среагирует на ее приход. Он, конечно, просил ее предупреждать о приходе заранее, но Рей хотелось устроить ему сюрприз. Наконец вдалеке показался дом. Путь к нему перегораживал самодельный шлагбаум из проржавевшей трубы, под который Рей просто поднырнула.       Дом был небольшой, на каменном основании. У крыльца горели несколько фонарей, в одном из окон были видны слабые отблески света, остальные же были темными. Поднявшись на крыльцо, Рей нажала на звонок. Где-то в глубине дома раздался звон. Рей прислушалась, ожидая услышать шаги, но было тихо. Рей позвонила еще раз, а потом со вздохом села на ступеньки и достала телефон. Тут связь была, и Рей набрала номер Рена.       — Да, Рей? — в этот раз его голос звучал дружелюбнее.       — Я гуляла и случайно дошла до твоего дома, — сказала Рей. — А ты, похоже, не там.       В динамике раздался вздох.       — Ты еще там?       — Да, мне страшно идти обратно пешком, — призналась Рей.       — Ты пришла пешком, — Рен не спрашивал, а констатировал факт. — Я буду дома минут через сорок, не раньше.       — Надеюсь, меня не съедят комары, — ответила Рей.       Новый вздох.       — Обойди дом. Возле задней двери ведро с водой. Под ним запасной ключ от нее. Открой, зайди, сядь в гостиной и жди меня. Все ясно?       — Так точно, — Рей улыбнулась. — Обещаю ничего не трогать.       — Очень на это надеюсь, — ответил Рен и отключился.       А Рей отправилась искать ключ.       Задняя дверь вела прямо на кухню. Там было темно и почти ничем не пахло. Рей вошла, подсвечивая себе телефоном, и закрыла дверь за собой. По узкому коридору она вышла в гостиную и включила настольную лампу, стоящую на низком кофейном столике возле массивного дивана. На диване лежал смятый плед, на столике стояла чашка с недопитым кофе. Рей осторожно села на диван оглядываясь. Гостиная как гостиная, немного пустоватая: несколько книжных полок, телевизор. Картин на стенах не было. Узкая лестница вела на второй этаж, и пара дверей вели, как выяснила Рей, в туалет и в подвал под лестницей.       Она посидела на диване еще. Посмотрела в телефон: прошло всего пятнадцать минут. Вздохнув, Рей поднялась и отправилась на кухню. Ничего плохого не случится, если она сделает чаю, так?       На кухне Рей быстро отыскала все, для того, чтобы заварить чай, и ожидая, пока закипит чайник, заглянула в крошечную кладовку. Там не было ничего интересного, но Рей умудрилась зацепить плечом стоящую на полке коробку и уронить. Коробка упала, ее содержимое рассыпалось по полу, и Рей в спешке принялась его собирать, ругая себя на чем свет стоит. Вроде бы ничего не потерялось: груда гвоздей и шурупов, части от дверных замков и целая куча старых пробок — должно быть у Бена тоже был старый распределительный щит, как у нее. Рей подумала, а не попросить ли у Рена парочку. Правда ее пока держались, но с этим старым домом не знаешь, чего ждать.       Чайник вскипел, Рей закрыла кладовку и услышала, как открылась входная дверь. Она выглянула в гостиную и встретилась взглядом с Реном. Он выглядел уставшим. Его волосы были схвачены в пучок на затылке, чтобы не лезли в лицо, вместо обычной скрипучей куртки на нем была черная футболка, выгодно подчеркивающая его бицепсы. Лоб был покрыт испариной, а на руках, несмотря ни на что, по-прежнему были черные перчатки.       — Чаю? — спросила Рей. — Чайник только что вскипел. И извини, что я хозяйничаю у тебя на кухне.       — Все в порядке. — Рен бросил спортивную сумку, которую держал в руках, на кресло и вздохнул. В сумке что-то глухо бряцнуло. — Не откажусь.       Они уселись на кухне, залитой желтым светом потолочного светильника.       — Как твоя прогулка? — спросил Рен.       — Хорошо. Привыкаю жить без машины, — Рей хмыкнула. — Но я была бы не против выучить короткую дорогу.       — Не стоит, если у тебя нет опыта, — ответил Рен. — Лесные тропы часто сворачивают не в ту сторону.       — Думаю, я сумею запомнить, куда идти, — сказала Рей. — Со временем точно.       Рен удивленно взглянул на нее.       — Я думал, ты не собиралась оставаться тут надолго.       Рей улыбнулась.       — У меня впереди почти целое лето.       Рен пожал плечами, как бы говоря «как знаешь».       Они пили чай в молчании, и оно казалось Рей очень уютным. Она наблюдала за Беном из-под полуопущенных ресниц. Интересно, он разрешит ей называть себя по имени? Или откликается только на прозвище? А откуда оно? И что значит?       — У меня есть знакомые, — начал Рен. — Они могут продать машину по низкой цене. Подержанную, разумеется, но если ты найдешь работу, ты быстро с этим разберешься. Они согласны на рассрочку.       — Ой, — Рей взяла кружку обеими руками, грея ладони. — Это щедрое предложение.       — Смогу отвезти тебя к ним завтра.       — Хорошо. Спасибо, — Рей прикусила губу. — А что значит твое прозвище?       — Для большинства — ничего, — ответил Рен.       — А для тебя?       Рен взглянул на Рей пристально, будто раздумывал, что ей ответить.       — Для меня это напоминание о том, к чему я должен стремиться.       «Окей, гугл, я это запомню», — подумала Рей, сделав себе мысленную заметку.       — Ты даже дома не снимаешь перчаток? — спросила она.       — Да. — Рен кивнул.       — Даже в душе? В спальне?       — Там снимаю.       — Хорошо, а то я уже начала бояться, что ты с ними сросся, — Рей фыркнула, а потом опомнилась и посмотрела на телефон. — Уже поздно.       — Да, — Рен взглянул на наручные часы. — Идем, я тебя провожу. Или ты предпочитаешь машину?       — А ты не заблудишься? — спросила Рей.       — Нет, — ответил Рен. — И прослежу, чтобы не заблудилась ты.        Снаружи похолодало, на траве и листьях выпала роса, и, когда они вышли, Рен предложил Рей свою куртку. Они шли, подсвечивая протоптанную тропу фонариком, и Рей мысленно удивлялась — да как тут можно заблудиться, тут же машина легко проедет.       Темный лес шумел вокруг, ветви поскрипывали, шелестела листва. Несколько раз Рей видела, как вспыхивают в свете фонаря глаза каких-то животных в кустах и непроизвольно жалась к Рену ближе.       — Все хорошо, — сказал он, когда Рей, заметив очередную лесную живность, прижалась к нему почти вплотную. — Я не дам тебя в обиду.       — А ты как обратно пойдешь? — обеспокоенно спросила Рей.       — Молча и быстро, — ответил Рен.       — А я… — Рей замялась и остановилась. Рен тоже остановился, глядя на нее. — Я могу звать тебя по имени?       В его лице что-то дрогнуло. Рей внимательно следила за его выражением и нервно закусила губу. А вдруг она сейчас сказала что-то не то?       — Да, — осторожно ответил Рен. — Можешь... Аризона.       Рей улыбнулась ему:       — Тогда идем, Бен.       Ей показалось, что Рен вздрогнул, когда она назвала его так. А может просто фонарик дернулся в его руке.       Они дошли до ее дома минут за сорок. Бен распрощался с ней на пороге и пообещал заехать завтра. Рей проследила, как исчезает в темноте среди деревьев луч его фонарика, и только после этого зашла в дом.