Останься

      Второго марта, накануне своего дня рождения, Лео услышал, как Толик ворвался в квартиру. Его глаза сияли, а голос звенел от возбуждения: — Малыш, собери по-быстрому наши вещи, всё самое необходимое. Через три часа у нас самолёт на Бангкок. Сначала Лео подумал, что ослышался. Но Толик обнял его, закружил по комнате, и сомнений не осталось — это была реальность. Десять дней. Десять самых прекрасных и незабываемых дней на берегу Сиамского залива, на острове Самуи. Белоснежный песок, ласковое море, рассветы, окрашивающие гладь воды в розово-оранжевые оттенки. Они бродили по рынкам, собирали сувениры, пробовали экзотическую еду. Каждый вечер заканчивался нежностью, страстью и разговорами под звездным небом, которое, казалось, принадлежало только им. Лео был по-настоящему счастлив. Этот подарок стал для него воплощением мечты, символом того, что их отношения — нечто большее, чем просто привычка или увлечение. Толик внимал каждому его слову, смеялся над шутками, легко ловил настроение. И когда он просил Лео повторять слова любви, Лео с удовольствием шептал: — Люблю. Но в глубине сердца Лео ждал обратного. Ждал, что Толик в этой сказочной атмосфере, среди ночных песен цикад и мягкого шелеста волн, наконец скажет главное. — А ты? Ты любишь меня? — тихо спрашивал Лео в такие моменты, когда казалось, что весь мир застывал в ожидании ответа. Толик смотрел на него, чуть смущённо улыбаясь: — Наверное… возможно… кажется, ты мне нравишься. И в этот момент сказка чуть теряла свои краски. Лео научился не задавать этот вопрос, решил дать Толику время разобраться в своих чувствах. Но внутри разгорался тонкий, едва уловимый страх. Что, если этого "наверное" окажется недостаточно? Что, если время, которого он так терпеливо ждёт, окажется напрасным? Возвращаясь домой с острова, Лео старался не думать об этом. Он запоминал каждую мелочь их поездки, цепляясь за счастье, что пока ещё было так близко.

***

      После Таиланда Анатолий пропал на три дня. Сухая смс-ка сообщила: «Не переживай, всё в порядке, скоро буду».       Лео ждал сутки. Затем обзвонил всех знакомых. Ребята заверили, что причин для беспокойства нет: «Вернётся твой ненаглядный, никуда не денется». Звонил даже Володе, который рассмеялся на том конце провода и пожелал запастись терпением. К концу третьего дня Толик приехал на такси уставший, небритый, в не свежем белье и после хорошего бодуна. — Что ты мне допрос устраиваешь? — прорычал он, когда Лео, из последних сил пытаясь держать голос ровным, спросил, где он был. — Я тебе не муж, и ты мне не жена. К чему эти истерики Слова обрушились на Лео, как ледяная вода. Он замер, чувствуя, как что-то хрупкое внутри треснуло, разлетелось осколками. Толик, не дожидаясь ответа, повалился на кровать и моментально заснул, оставив за собой резкий запах перегара и горечи       Это был первый раз, когда закрывшись в ванной, включив воду, чтобы заснувший Толик не услышал, Лео плакал, рухнув на пол, завывая и закусывая толстое банное полотенце, чтобы рыдания не были услышаны в комнате. Солёные слёзы текли по щекам, а в голове звучали слова, которые Толик бросил так легко, так беспечно. «Не муж… не жена… истерики…» Впервые Лео почувствовал, что его любовь, его преданность оказались ничем. В этот момент он понял, что начал терять не Толика, а себя.       Утром после бессонной ночи, с чёрными кругами под глазами, за завтраком, который он начал готовить ни свет ни заря, Лео начал разговор, который готовил последние несколько часов. — Толь, я наверное вернусь в общежитие. — Чего вдруг? Что случилось? — вилка выпала из рук, глаза впились в глаза напротив. — Ты больше не любишь меня? Или ты обиделся на то, что меня не было каких-то несколько дней? — Мне кажется, что я здесь лишний. Мешаю тебе делать то, что хочешь. Пытаюсь навязывать своё общество и вообще… Что у нас с тобой общего кроме секса? — Глупенький, что ты такое говоришь? — Анатолий уже обошёл вокруг стола и положил руки на плечи Лео. Затем сжал предплечья и резко поднял, разворачивая к себе лицом. — Ты мне нужен. Я без тебя пропаду. Ты что, малыш? — Разве тебе не нужно на работу? Опоздаешь. — попытался выскользнуть из крепкой хватки Лео, но безуспешно. — Не могу же я оставить своего маленького котёнка с дурными мыслями наедине? Прости, что заставил тебя ждать и волноваться. Такое больше не повторится. Обещаю.       До самого обеда Толик то нежно, то грубо целовал, обнимал и сжимал до боли. Доказывал всеми доступными способами, после чего простынь была влажной от их пота и спермы, что Лео именно тот самый человек, без которого жизнь не будет иметь смысла. Обещания любовника звучали красиво, но только слова снова ничего не значили. Толик, как всегда, был неотразим: его бархатный голос успокаивал, сильные руки не оставляли сомнений в привязанности. Он знал, как удержать Лео, знал, как стереть сомнения, по крайней мере на время. Но только не в этот раз. Лео тихо встал с кровати, стараясь не разбудить Толика. Он накинул рубашку, прошёл в кухню и сел за стол. На часах уже был полдень, а он чувствовал себя так, словно не спал неделю. Глядя на свои руки, вспоминал каждое прикосновение Толика, каждое «малыш», каждое обещание. Всё было словно по кругу: буря, уговоры, яростная любовь, а потом — та же тишина, то же одиночество. Его захлестнула боль. Как он мог поверить, что будет иначе? "Хватит. Больше никаких вопросов. Больше никаких слов о любви." Эта мысль вспыхнула, как молния, и оставила за собой холодное, но чёткое понимание. Он больше не будет спрашивать о чувствах, но и свои раскрывать перестанет. Лео должен оставить это для себя, спрятать глубоко внутри. Вернувшись в спальню, он лёг рядом с Толиком, который тут же, даже во сне, обвил его руками, словно цепями.

***

— Не вижу радости в глазах. Лео, ты последние месяцы какой-то другой. Мажорчик не обижает? — голос Андрея был одновременно насмешливым и напряжённым. Он всегда ловко маскировал свои переживания под шутки, но сейчас в его словах чувствовался укол. С того момента, как Лео переехал в квартиру Анатолия, их общение начало угасать. Прежние дружеские разговоры постепенно растворились в сухих и формальных «Привет, как дела?», а затем и вовсе сошли на нет. Андрей занимался своими делами, менял девчонок в поисках идеала, но никак не мог привыкнуть к мысли, что Лео теперь «семейный» человек. — Нет, с чего бы? — Лео старался ответить как можно равнодушнее, избегая кривых намёков. Андрей прищурился, не отводя глаз, как будто пытаясь докопаться до истины. Но Лео молчал, не собираясь раскрывать другу детали своей личной жизни. Что толку? Все эти упрёки и напоминания: «Я же говорил. Я же предупреждал». Лео и так всё понимал. Понимал, что с каждым днём его отношения с Толиком становились всё более изматывающими. Когда-то Толик был другим. Ласковым, заботливым, готовым поддержать в любой момент. Он шутил, носил Лео на руках, готовил ужины и мечтал о будущем. Но с тех пор что-то сломалось. Может, в нём самом, а может, в их отношениях. Теперь Толик был поглощён своими проблемами, а Лео чувствовал себя нежеланным гостем в чужой жизни. Он едва заметно дёрнул плечом и отвернулся. На короткий миг хотелось сказать всё, вывалить весь этот клубок переживаний, но голос разума сдержал. «Ситуация изменится, — повторял он себе. — Вот увидишь. Это временно». Почти год они были вместе, и за это время многое изменилось. Лео нашёл работу стажёра по специальности — место, где его знания оценили настолько, что назначили достойную оплату. После рабочего дня он с удовольствием готовил ужин, превратив кухню в своё маленькое убежище. Вместо уличных пробежек и тренировок на тренажёрах Лео стал ходить в спортзал, куда его звал Анатолий, поддерживающий себя в форме. Всё это казалось прогрессом, но только на первый взгляд. — Лео, ты стал другим, — произнёс Андрей, рассматривая друга пристальным взглядом. — Я всё реже вижу твою улыбку. Ты почти ничего не говоришь и как будто таешь на глазах. Лео потёр уставшее лицо ладонями, скрывая усталость за натянутой усмешкой. — Устаю, Андрюш. Не обращай внимания. — Я тоже устаю, но, как видишь, с кругами под глазами не хожу. И поболтать я всегда готов, а вот ты… ты точно изменился. Лео не ответил, лишь покачал головой, глядя куда-то в сторону. Он сам видел в зеркале, как побледнел за последние месяцы, но говорить об этом не хотелось. Он знал причину, но признаться даже себе в её масштабе было тяжело. — Скоро у Толика день рождения. Хочу сделать ему сюрприз, — наконец, решил он сменить тему. — Есть идеи? Андрей пожал плечами, его лицо приняло задумчивое выражение. — Не знаю. Таких, как он, трудно удивить. Но, может, что-то такое, что зацепит по-настоящему? Подумай. Фантазируй. — Он сделал паузу, будто прикидывая что-то в голове, и добавил: — И вообще, хорош хандрить, а то пойду к нему на работу и прямо перед всеми спрошу, почему его любимка завял, вместо того чтобы расцветать и благоухать. Лео, побагровев, резко вскинул голову. — Андрей! Даже не думай! — вырвалось из него громче, чем он рассчитывал. Андрей усмехнулся, довольный произведённым эффектом. — Расслабься, я шучу. Хотя, если честно, надо что-то с этим делать. Ты же совсем не тот Лео, которого я знал прежде.

***

— Малыш, всё так некстати… Эта поездка к спонсорам. Ты же понимаешь, что контракт очень важный, — говорил Анатолий, перебирая вещи в спортивной сумке, стоящей на полу. — От того, сколько они смогут нам дать, зависит моя карьера, будущее фирмы. Я ведь вот-вот стану главным техническим директором. Лео стоял у дверного косяка, чуть ссутулившись, и смотрел на Толика. Внутри всё переворачивалось. Новость о командировке, да ещё перед самым днём рождения Толика, пробила словно молотком. Горечь в груди разрасталась в пылающий пожар, который ни поцелуи, ни обещания уже не могли потушить. — А… когда ты вернёшься? — голос предательски дрогнул. Язык словно стал чужим, неподвижным, каждое слово давалось с трудом. — Смотри, — Толик достал билеты и мельком показал их Лео. — На послезавтра. Значит, вечером, в мой день рождения, мы будем вместе. Он застегнул молнию на сумке и, улыбаясь, добавил: — Сильно не заморачивайся. Жди меня в нашей постельке. Можешь обвязать себя красным бантом. Пока. Короткий, но жаркий поцелуй. Крепкие объятия. И Толик, нахлобучив шляпу, быстро сбежал по лестнице, где его уже ждала машина. Лео стоял у закрытой двери, едва дыша. Сердце медленно оседало где-то в районе желудка. Через минуту он всё же опустился на пуфик в прихожей, стискивая ладонями колени. «Да. Он вернётся. Мы сделаем этот вечер незабываемым», — попытался убедить себя Лео, но в душе всё ещё пульсировала обида. Почему Толик не позвонил заранее, не предупредил о командировке? Обычно он сообщал о таких вещах, даже если уезжал ненадолго. Да и возвращался он всегда с подарками, наполняя квартиру своим смехом и страстными объятиями. Но сейчас… Почему всё казалось таким неправильным? «Нет. Всё точно будет хорошо, — Лео решительно тряхнул головой. — Нужно сосредоточиться на подготовке. Сделаю ему сюрприз. Может, будем праздновать не только день рождения, но и контракт с повышением». Эта мысль дала Лео хоть немного сил, но ощущение пустоты внутри всё ещё напоминало о себе. .