Стран(н)ицы

      Полковник Мишин прибыл в родную часть после двухнедельного отпуска, вышел из служебной Волги и втянул носом морозный воздух. Эх, хорошо! Вот это зима – настоящая! Мороз январский, жгучий, плюнь – сосулька полетит. Не то что на том курорте: срамота одна и пальмы вместо порядочных ёлок.       Мишин обвёл взглядом территорию части, довольно крякнул и подкрутил ус: солдатики-то его, соколики, молодцы! Плац аж до бетона вычистили – не иначе, прапорщик Лисичкин кого-то в самоволке поймал. Внезапно взгляд полковника наткнулся на внушительного вида гору деревянных ящиков, и сам полковник озадаченно крякнул: он, видите ли, полгода назад самолично партию учебных гранат в этих ящиках на учёт родной воинской части принимал. А тут, ишь ты, стоят, родные, да ещё и с почётным караулом в виде рядового Зайкина!       – Эй, Зайкин! – окликнул Мишин и подошёл ближе.       – Здравжелаютоварищполковник! – выпалил тот, выпятив грудь колесом, и отдал честь. – Сприбытиемвчастьтоварищполковник!       – Ну-ну. Вольно, – махнул рукой Мишин. – Это что за постамент тут, а? – он царапнул ногтем краешек буквы Г и принюхался: краска свежая, недавно, значит, трафаретом буквы выводили. Каждый же, мать их так и растак, ящик испоганили, казённое имущество!       – Гуманитарная помощь, товарищ полковник! – заулыбался Зайкин. – Всё по приказу!       – Какая помощь?! – поперхнулся Мишин. – Снегом?? Что за дурень такие приказы отдаёт??       – Вы, товарищ полковник! – не моргнув глазом выпалил Зайкин. – Вам же майор наш звонил, помните?       Мишин припомнил: майор Волков действительно звонил ему однажды, но связь была настолько плохой, что кроме треска и шума Мишин услышал только "снег, снег!" и рявкнул: "Делай, что хочешь, майор, но чтоб к моему приезду снега на плацу не было!" После чего бросил трубку.       – Ага-а, – задумчиво протянул Мишин и разгладил усы. – А гранаты куда дели, черти вы полосатые?       – На складе лежат, мы их в один большой ящик сложили! Они же учебные, товарищ полковник, – испуганно моргнул Зайкин, глядя, как высокое начальство хлопает себя ладонью по лбу и закатывает глаза. – Чего им будет-то?.. Так уже и грузовик должен прибыть вот-вот, – доложил он. – Или прикажете не отправлять?       – Куда? – вырвалось у Мишина.       – В Москву, товарищ полковник, – приободрился рядовой и словоохотливо пояснил: – В Московский зоопарк. Там мишки белые живут, очень уж им без снега плохо! А в столице в этом году зима сырая, бесснежная, вот директор зоопарка в газете напечатал объявление, а мы тут увидели и подумали: у нас-то снегу вон сколько насыпало! Жалко же мишек! А товарищ майор сказал: надо с вами сначала согласовать. А как вы дали добро, так прапорщик Лисичкин сразу накладную составил, вот!       Полковник покосился на бесхитростно протянутую Зайкиным бумагу с подписями и печатями и задумался. Белые медведи – это хорошо. Это другое дело. За такую помощь могут даже заметку в Правде написать.       – Товарищ полковник, прикажете отправлять? – жалобно спросил рядовой Зайкин. Видимо, представил, бедолага, как ему эти ящики распаковывать и снег обратно по сугробам раскладывать.       – Отправляйте, – кивнул Мишин и пошел в штаб, довольно подкручивая усы: уж теперь-то никто не скажет, что у полковника Мишина снегу зимой не допросишься!       Вот только ящики пусть потом назад вернут: в них картошку хранить удобно.