Offerings Takings (Предложения и встречи)

      Они направлялись в графство Роун, в горах вокруг Спенсера, штат Западная Вирджиния. Предполагалось, что в этом районе обитает странный зверь. Охотники придумали про него историю, но уже прошло двадцать лет и до сих пор не было никаких доказательств. Это было идеальное место для тайного расположения ковена.       Дин увеличил громкость «Металлики», чтобы заглушить беспокойство. Джошуа был необщительным, и Дина это вполне устраивало. Им не о чем было говорить, кроме того, как они могут помочь Калебу. Джошуа изучал свой дневник. Винчестер оглянулся на него и не удивился, увидев аккуратный почерк, жесткие кусочки бумаги, аккуратно подрезанные и заклеенные.       Не поднимая глаз, Джошуа протянул руку и уменьшил громкость.       — Водитель выбирает музыку… — начал Дин.       — А пассажир снижает громкость, — вставил Джошуа. — Я пытаюсь сделать кое-какую работу.       Дин повернул ручку, полностью выключая радио.       — Работа не начнется, пока мы не доберемся туда. Тогда я ожидаю, что ты включишь свое очарование и получишь зелье для Калеба.       Сойер оторвал взгляд от своего дневника.       — Я смотрю тебе легко быть Стражем и отдавать приказы.       Когда Пастор Джим был Хранителем, он, казалось, не отдавал приказы. Все и так понимали, что от них ожидалось. Дин не знал, каким он будет Стражем, если вообще займет эту должность, но Джошуа не знал о его крайнем сроке. Вот пусть так и остается.       — Скорее всегда так и есть.       — Ковен не оценит твоего чувства юмора. — Джошуа снова сосредоточился на своем дневнике и перевернул страницу.       — Ты имеешь в виду, что они похожи на тебя?       Сойер захлопнул книгу.       — Ты должен проявить некоторое уважение к ремеслу.       Дин с отвращением фыркнул.       — Я очень уважаю то, что убивает моего лучшего друга.       — Это не было первоначальным намерением. — Джошуа поерзал на пассажирском сидении. — Я повторяю: ремесло очень древнее, первоначально оно шло из алхимии. Его лучше определить как трансфигурацию, изменение состава одной вещи на другую с использованием натуральных ингредиентов. Поэтому ковен Агаты будет знаком с элементами, которые она использовала, и их контрагентами. Я предлагаю не использовать термин «черная магия» в их присутствии.       — Они дадут нам лекарство, — заявил Дин. Если они не сделают этого добровольно, он заставит их. В данный момент он не был против кровопролития.       — Я действительно ненавижу повторяться. Но они согласились поговорить с нами, то есть договориться.       — И у тебя есть руководство по ведению переговоров с ведьмами? У меня тоже: Смит и Вессон. — Дин не понял, что Джошуа пробормотал себе под нос, но потом ему в голову пришла мысль. — Ты ревнуешь, потому что обычно ты идеальный парень, когда дело касается магии, но на этот раз кто-то оказался умнее тебя.       — Ты действительно можешь быть ослом, — сказал Джошуа, потирая лоб рукой. — Ты знаешь что-нибудь о моей семье?       Дин проигнорировал оскорбление, его называли и похуже. И он мог устно отомстить.       — Твоя мама и Мак встречаются, твой отец — придурок, а твоя бабушка злющая. Мне нравится злющая.       — Моя бабушка, прежде чем выйти замуж за моего дедушку, была частью ковена, который когда-то возглавляла Агата Хеннингс.       — Неловко. — Дину нравилась Джосслин, и он задавался вопросом, как она может быть такой крутой, а ее внук — таким идиотом. Он надеялся, что не будет никаких последствий для нее за их действия.       — Да. — Сойер положил руку на свой дневник. — Они были ее семьей.       — Они не пойдут за ней, не так ли?       — Нет, они бы никогда не посчитали ее угрозой.       Дин с облегчением выдохнул.       — Значит, ты ожидаешь какую-то большую домашнюю вечеринку? — поддразнил он. — Может, немного барбекю? Держу пари, у них есть секретный соус.       — Ее изгнали, после того как она отказалась шпионить для них. — Джошуа задумчиво посмотрел в пассажирское окно.       — Твоя бабушка их отшила? — Дин пожал плечами. — Может быть, они уже забыли об этом.       — Она была отлучена от ковена. Это означало, что она не должна была передавать свои учения, — объяснил Сойер вяло.       — Почему это?       — Ковен очень силен, потому что они работают вместе. У них не может быть одного человека со своей личной повесткой дня. — Джошуа повернулся, чтобы посмотреть на Дина. — Думаю, ты знаешь, что происходит, когда кто-то становится одержимым.       Гнев Дина вспыхнул. Джошуа знал, какие кнопки нажимать.       — Избавь меня от намеков, Джош. Мы убили желтоглазого демона.       — Иногда речь идет не только о тебе и твоей семье. Я не об этом говорю. Однако может быть, это говорит твоя виноватая совесть. Ты и твоя семья выпустили двести духов из ада, добавив Братству работы.       Первым побуждением Дина было ударить Джошуа, вторым — нажать сильнее на педаль газа. Чем раньше они доберутся до Спенсера, тем лучше.       — А ты собирался уйти на пенсию? — Сказал Дин. В конце концов, у Сойера была легкая жизнь вдали от Братства. — Думай о Сэме и обо мне как о провидцах. Мы не хотели, чтобы охотники сидели на задницах за столом на своей обычной работе, когда они должны быть в поле, помогая делу.       — Не подвергай сомнению мое чувство долга. — Голос Джошуа дрогнул. — Я — твой лучший шанс помочь Калебу. Я член Братства и предполагаемый Советник Триады. Я выполню свой долг. Я всегда так делал.       — А когда ты, Йен и Фишер избили Калеба? Это было твоим долгом? — Дин помнил все, особенно когда это касалось травмы того, о ком он заботился.       Джошуа хлопнул своим дневником по бедру.       — Все всегда возвращается к этому моменту. Я неоднократно совершал покаяние за этот поступок.       — Ты действительно так думаешь? — вскипел Дин. — Я помню, как ходил в больницу, видел тебя с опущенной головой, а затем видел Калеба в больничной койке. — Он сжал руль. — Хотелось бы, чтобы ты был в этой постели, а не он. — Дин никогда не забывал этого, как не забывал и того, как подружился с Калебом. Ривз был одним из немногих людей в мире, на которого он мог рассчитывать. Они были похожи, их матери погибли ужасной смертью. Дин считал их связь священной. Не имело значения, если у него не было друзей его возраста, зато у него был Калеб. Но этот инцидент стал ярким напоминанием о хрупкости жизни и любви, означая, что он должен был быть готов защитить всех, кто его окружал.       — И мне этого тоже хотелось бы.       — Я не могу назвать покаянием то, ты сделал один шаг вперед и два назад. Ты никогда не говорил Джиму, что твой отец тоже был связан с нашим похищением. — Дин сослался на откровение в Вайоминге. Джошуа знал, что Харланд был замешан в заговоре против пастора Джима. Это была измена Братству, хотя Джошуа сейчас говорил о преданности.       — Я не хотел верить, что мой отец может быть коварным. Думаю, ты понимаешь, что значит не хотеть раскрывать недостатки своего отца. — Джошуа сделал паузу. — Я выбрал тебя вместо моего собственного отца в Вайоминге. Ты должен доверять мне и моим способностям.       Дин крепче вцепился в руль. Джошуа зашел слишком далеко, заговорив о Джоне. Его отец был героем, в отличие от Харланда. У Джона были недостатки, но они были умеренными, а не гладкой маской.       — Доверие? Больше похоже на терпение, особенно когда ты начинаешь тыкать меня палкой. Не думаешь, что я могу взять эту палку и проткнуть ей твое горло?       От Сойера не последовало немедленного ответа, в машине было слышно только резкое дыхание, поскольку их эмоции росли, угрожая разразиться скандалом.       — Возможно, для меня было бы лучше сделать это самостоятельно. Доверие — это улица с двусторонним движением.       — Я спас тебе жизнь, Сойер. — Ответил Дин. Калеб был его обязанностью.       — А я спас тебя без всякого «спасибо». — Джошуа ткнул себя в грудь. — Но все же я выполнил свой долг. Ты можешь сказать то же самое о себе?       Для Дина на первом месте стоял долг старшего брата, Братство заняло второе место.       — Я делаю то, что мне нужно, и, по крайней мере, не боюсь последствий. — Он знал, что они попали в пагубную почву мстительности. К счастью, зазвонил его телефон. — Сэм, Мак уже там? — он полностью сосредоточился на телефонном звонке, игнорируя своего пассажира. — Я в порядке... Да, Джош тоже в порядке… Да, Сэм, он дышит... Да, через нос. — Дин разочарованно вздохнул из-за заботы своего брата о Джошуа. Ему не нужно было беспокоиться о старшем охотнике. Сойеру не нужен защитник. — Мак хочет поговорить с Джошем? Одну секунду. — Он передал телефон Сойеру. — Вот, твой отчим хочет поговорить с тобой.       Джошуа не ответил, уставившись в свой дневник. Дин ударил его телефоном по плечу. Сойер секунду смотрел на мобильный, прежде чем ответить на звонок.       — Маклэнд? Обвязка продержится несколько часов. Он не в опасности. — Джошуа кивнул. — Сон замедлит заклинание… Я говорил с ней, и она сказала, что в безопасности. Она приняла меры. Подожди... — Он повернулся к Дину. — Ты хочешь сказать, что-нибудь еще? — Дин покачал головой. — Мы перезвоним, — сказал Джошуа в телефон, затем закрыл его и передал обратно Винчестеру. — Ты избранный Хранитель, и я полагаю, нам нужны достойные рабочие отношения. Думаю, нам нужна разрядка.       Дин узнал оливковую ветвь. Он вернул телефон в карман, обдумывая предложение.       — Ты говоришь это как избранный Советник?       — Да.       — Хорошо, но громкость музыки возрастает, если только ты не дашь мне вескую причину, почему это не следует делать... в духе разрядки и всего остального. — Рука Дина зависла перед ручкой радио.       Джошуа пролистал свой дневник и раскрыл его, чтобы показать рисунок на двух страницах.       — Это изображение моего материнского генеалогического древа. Для нашей пользы мне нужно ознакомиться с ним к тому времени, когда мы доберемся до Спенсера.       Дин не стал больше расспрашивать Джошуа. Это было нечто большее, чем он хотел понять. Его интересовало только то, что связь с ковеном могла им помочь. Он должен был доверять Сойеру в этом вопросе.       — Ты можешь сделать это, если хочешь используй первую букву каждого имени. Это помогло мне пережить школьные годы, когда я изучал войну за независимость. Я знаю некоторые лимерики, которые могут помочь. — Дин вспомнил, как Калеб помог ему запомнить некоторые факты в четвертом классе. Он пытался догнать свой класс, и Калеб вместе со своим отцом стал изобретательным, хотя Джон не одобрял некоторые из маленьких песенок Ривза.       Джошуа покачал головой.       — Почему-то я думаю, что они не подойдут.       — А кто сказал, что они должны подходить? — Дин ухмыльнулся, пытаясь вспомнить одну из частей анатомии женщины. — И, Джош…       — Да?       — Это мирное соглашение является временным.       — Согласен. Это отнимает у меня много сил. — Вздохнул Сойер.       — Да. Думать, прежде чем говорить, должно быть трудно для тебя. — Винчестер улыбнулся, не сводя глаз с дороги, радуясь, что последнее слово осталось за ним.

***

      Ссора с Дином была неизбежна. У них обоих были разные опасения: у Дина за Калеба, у Джошуа за мать. Не то, чтобы он уклонялся от своего долга перед Ривзом, однако Джошуа чувствовал, что его матери угрожает опасность, и если судить по отношению Братства у нему, то ее не защитят. Он должен убедиться, что она осталась в безопасности. Сойер был счастлив мирному соглашению, особенно после комментариев Дина. На нем навсегда осталось пятно как сына Харланда, ему никогда не доверяли, и чтобы он не сделал, этого будет недостаточно, чтобы доказать преданность.       Они подъезжали к Спенсеру, а Джошуа все еще запоминал важные имена шабаша. Каким-то образом он обнаружил, что напевает мелодию, обнаруживая, что имена рифмуются, если их расположить в определенном порядке. Это была единственная подготовка, которую он мог придумать. Все остальное будет зависеть от его сообразительности и присутствия Дина.       — Шоу начинается, — сказал Винчестер.       Джошуа закрыл свой дневник и положил его в сумку. У него было минимальное оружие, хотя у Дина был полный арсенал. Оружие, в данном случае, было бы бесполезным, только предоставляя Дину иллюзию защиты. Сойер потянул за подол своей толстовки. Он переоделся на остановке отдыха, не смотря на протест Дина, что он зря тратит время. Ему нужна была более комфортная одежда: черная флисовая толстовка с капюшоном, футболка, брюки-карго и походные ботинки. Спортивная куртка и брюки были упакованы в сумку.       — Согласно карте, которую я просматривал, пока ты наносил макияж, есть след, который ведет к поляне. Это звучит правильно?       Джошуа вспомнил наставления своей матери.       — Да, там должен быть хорошо обозначенный след.       Они вышли из машины, включив фонари, чтобы найти начало тропы. Дин взял на себя инициативу, никто из них не знал местности, так что это не имело значения, даже если они заблудятся. Дин быстро зашагал по незнакомой местности.       Джошуа оглянулся на зловещие деревья в темноте и остановился.       — Ты не чувствуешь это? — спросил он Винчестера.       — Что? — Дин обернулся, но держался на несколько шагов впереди.       — Мы идем в ловушку. — Сойер присел на корточки, вытащил лезвие из ботинка и начал ковыряться в земле.       — Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, — ответил Дин, сделав несколько шагов ближе к Джошуа. — Что ты делаешь?       — Пытаюсь защитить нас. — Сойер подумал о том, чтобы связать их с землей, предоставив им хотя бы немного защиты. Он порезал палец капнув немного крови в небольшую кучку грязи, которую он нарыл. Потом сломал одну из веток зеленого дерева, зажег ее, а затем подул, чтобы ее угли быстро сгорели. — Если что-то случится, беги.       — А ты что, задержишь их? — Дин фыркнул. — Как будто со мной легко справиться. Чувак, я могу позаботиться о себе.       Старший охотник взял свой клинок, поместил грязевую смесь на лезвие и передал его Дину.       — Не против ковена. Потри этим руки.       Дин прищурился, но на удивление не стал больше расспрашивать Джошуа, который также размазал грязь по рукам. Они добрались до поляны, Дин схватил Джошуа за плечо, останавливая.       — Они уже знают, что мы здесь. Почему бы нам не дождаться, когда они покажут себя?       — Потому что мы приглашенные гости, — заявил Джошуа, ожидая, пока Дин отпустит его. Потом они вышли на поляну, и Дин держал пистолет наготове.       — И что теперь? — спросил Винчестер, когда они добрались до центра, используя фонарики, чтобы хоть что-то разглядеть в темноте.       Затем зажегся один фонарик, который был больше похож на светлячка, он вел к другому фонарику, пока охотники не были окружены маленькими огнями по кругу. Огни стали ближе, когда люди с свечами вышли вперед, ограничивая их побег.       — Стоп. Запасной план. — Дин направил свой пистолет прямо перед собой.       Джошуа последовал его примеру, стоя спиной к спине с Дином. У него появилось чувство клаустрофобии. Вперед вышла женщина, она была одета в длинный свитер, который трепетал на ветру, пояс был свободно обвязан вокруг ее талии.       — Это просто теплый прием.       — Леди, это не выглядит дружелюбно, — ответил Дин, не опуская оружия.       Она подняла руки.       — Я исправлю это. Я Надин,и я… — Она протянула руку Джошуа.       — Младшая дочь Тилмана. Я знаю, кто ты. — Сойер не принял рукопожатие.       — Кузен. — Она кивнула.       — Дважды удален, — парировал он.       — Должен согласиться с ним, вы не родственники. — Дин кивнул в сторону Джошуа.       — Ты — Джошуа Сойер, — подсказала Надин.       — А это Дин Винчестер, — закончил Джошуа.       — Будущий Хранитель Братства. — Надин поклонилась.       Джошуа поморщился, признав свою ошибку. Он не должен был раскрывать Дина.       — Это не имеет никакого отношения к делу, Надин. Это встреча была организована добровольно, — послышался знакомый женский голос.       Джошуа прищурился и опустил пистолет, когда увидел женщину, идущую к ним.       — Мама?       — Привет, Джошуа. — Эсме улыбнулась. — Дин.       — Мама? — повторил Джошуа в неверии. Она обещала, что останется в безопасности. Это не было его определением безопасной ситуации.       — Я приехала сюда немного раньше, надеясь прийти к какому-то соглашению, прежде чем вы сюда попадете. Однако они настояли, чтобы мы подождали.       — Ты в порядке?       — Она в порядке. Хотя, Эсме, я не верю, что ты действуешь добросовестно. Оружие попахивает грубой силой. Это заставляет нас чувствовать себя очень неуютно. — Надин скрестила руки на груди.       Эсме вздохнула.       — Мальчики, не могли бы вы убрать оружие? — Она посмотрела на Джошуа. — Пожалуйста.       Джошуа старался никогда не отклонять просьбы своей матери, чтобы компенсировать ее брак с Харлендом. Он знал, что его отец неоднократно изменял ей. Он никогда не понимал этого. Но сейчас не он решал, как все будет происходить. Он должен был позволить Дину, избранному Хранителю, принять решение относительно их безопасности. Если бы дело дошло до этого, Джошуа пожертвовал бы собой ради матери, но не мог просить Дина сделать то же самое.       — Хорошо. Мы уберем оружие, но мы уйдем с лекарством для Калеба. — Дин сунул пистолет за пояс джинсов. Джошуа сделал то же самое.       — Думаю, нам следует поговорить об антидоте, — заявила Эсме, подняв руки и бросив что-то в воздух. Она подняла палочку и крупицы, упав на землю, ярко вспыхнули, образуя вокруг них круг ярко-желтого света. — Никто не уйдет, пока у нас нет соглашения.       — Почему ты никогда этого не делаешь? — спросил Дин. — Мне нравится ее стиль.       — Световые шоу стоят дороже. — Джошуа ограничил использование своих знаний вокруг членов Братства. Отец всегда осуждал его за использование магии. Эсме создала барьер, который вызвал бы дискомфорт, если его пересечь, но он обеспечил необходимый уровень серьезности.       Надин улыбнулась.       — Такое отсутствие доверия. Однако мы готовы простить Джосслин за ее прошлые поступки, и не будем называть вас мерзостями.       — О, Боже. Это так давило на меня, — с сарказмом ответил Джошуа, глядя на свою мать. Он не понял, что их называют мерзостями, это было серьезнее, чем быть отвергнутыми.       — Мы здесь не для этого. Твоя ведьма что-то сделала с моим другом. Я хочу, чтобы ты это исправила, — заявил Дин.       — Мы любезно предоставили эту встречу из-за прошлой связи с Джосслин. Это монументальный шаг в правильном направлении. — Надин подняла руку, чтобы заставить его замолчать. — Что касается твоего друга, Агата наложила это заклинание без разрешения ковена. Мы не хотим связываться с такими заклинаниями в это время.       — В это время?! — зарычал Дин. — Это неправильный ответ! — его рука двинулась к оружию.       Эсме остановила его, положив руку на запястье Винчестера.       — Она была представителем, которого вы послали на встречу. Вы должны были догадаться, что она что-то планирует. Как и то, что она работает с Гриффином Портером.       — Ты в чем-то обвиняешь нас, кузина?       — Возможно, — ответила Эсме.       Джошуа заметил, что Дин, казалось, успокоился, он не стряхнул руку Эсме.       — Я понял. Вы думаете, что он станет победителем? Подумайте еще раз. - Сказал Винчестер.       Надин склонила голову в сторону, улыбаясь.       — Мы независимы. Для нас нет, так сказать, выигрышной стороны.       — Это не то же самое, что нейтральный, — добавил Джошуа. Он не знал о саммите, но обе стороны Братства боролись за помощь ведьм. Это поставило ковены в завидное положение, дав им больше власти.       Дин, казалось, все понял. Он больше не собирался развлекать Надин.       — Тогда вам просто нужно ответить на один вопрос: у вас есть противоядие?       — Да. — Надин кивнула.       — Что вы хотите взамен? — спросил Джошуа.       — Твоя клятва ковену, — прямо сказала Надин.       — Нет, — заявила Эсме, и теперь Дин положил руку ей на плечо, пытаясь успокоить.       — Я дал клятву Братству, — сказал Джошуа, когда его сердце забилось с бешенной скоростью. Они действительно попали в ловушку.       — Мы понимаем. Однако таковы наши условия. Мы позволим тебе служить обоим. — Надин жестом указала на Дина.       — Я дам клятву. — Эсме выступила вперед.       — Мама. — Предупреждающе начал Джошуа, испытывая гордость за добровольную жертву его матери, что так отличалось от поведения отца.       — Эсме, кузина, этого недостаточно — хотя и требуется. — Надин провела ногой по траве, поднимая грязь, которая питала горящий круг, заставляя его вспыхнуть пурпурным цветом.       — Была ли это часть плана? — спросил Джошуа, пытаясь понять, как все это сработало против его матери и его самого.       — Нет, это была возможность. Агата действовала одна в своем деле с Гриффином. Однако ее неудача и ваша потребность… это была возможность. Мы изменились к лучшему. Но спроси свою бабушку. Она расскажет тебе хорошие истории о своей семье.       — Это было до или после того, как вы попросили ее шпионить за мужем? Это не звучит как забавные времена, — прорычал Дин, сжав руки в кулаки.       — Как я уже объяснила, мы изменились. Вам не нужно беспокоиться, что секреты попадут в чужие руки.       — О, я буду волноваться, потому что я тебе не доверяю, — проворчал Дин. — А когда я волнуюсь… Тогда у тебя тоже есть повод для беспокойства.       — Мы надеемся не на твое доверие. — Надин повернула голову. — Джошуа, каков твой ответ?       Это был единственный способ спасти Калеба. Джошуа поднял голову и закрыл глаза. Он расстался со своим отцом и больше не шел по линии между родителями. Наконец, он был полностью привержен одной стороне, и теперь это снова тянет его в двух разных направлениях. Он попытался скрыть поражение в своем голосе, когда потребовал:       — Это не будет связывать моих детей. Когда я умру, то и моя обязанность перед ковеном тоже.       — Если твои дети не придут к нам добровольно, — ответила Надин.       — Согласовано.       Надин указала на желтый круг.       — Эсме, не могла бы ты убрать барьер? Пожалуйста. Роберту нужно войти в круг, чтобы завершить ваше посвящение в шабаш.       Дин протянул руку, чтобы остановить Эсме.       — И как только это будет сделано, вы дадите нам то, что мы хотим?       — Да.       Дин опустил руку, позволяя Эсме достать из сумки другие травы. Она посыпала их на траву, и желтый круг замерцал и погас. Люди в круге немного отодвинулись, и Джошуа тоже почувствовал облегчение.       — Спасибо, — сказал мужчина, наклонившись к Эсме.       — Держись от нее подальше, — сказал Дин, заслоняя ее.       Джошуа был удивлен тем, Дин защищал Эсме. Однако его ухмылка была недолгой, когда Роберт подул на свечу, которую держал, чтобы зажечь пламя, а затем подержал над огнем небольшой кинжал.       — Готов ли ты нести знак? — спросил он Сойера.       — Не прикасайся к ней. — Джошуа шагнул в сторону, чтобы он оказался между Робертом и матерью. — Она уже согласилась. Я приму знак за нас обоих.       Роберт посмотрел на Надин.       — Эй! Это что за клеймо такое? — воскликнул Дин.       Надин указала на его серебряное кольцо.       — Это как ваши кольца, их носят, чтобы показать честь и верность.       — Но это не больно. — Дин поднял руку, сверкнув кольцом, пробормотав себе под нос, чтобы только Джошуа услышал. — Обычно больно только мне.       — И это тоже. — Надин подняла рукав, чтобы показать след на предплечье. — Обещаю, это не больно, и Джошуа будет носить знак, если Эсме не передумает.       — Она не передумает, — ответил Сойер.       Роберт вышел вперед с клинком, который светился синим светом.       — Подожди. — Сойер поднял толстовку и футболку, обнажив область высоко на грудной клетке.       — Хочешь спрятать? — нахмурился Роберт.       — Да. — Джошуа сглотнул, увидев узор, который был на стороне кинжала размером примерно в один дюйм.       — Очень хорошо. — Роберт прижал клинок на указанное место.       Больно не было, больше ощущение охлаждения. Через минуту Роберт убрал клинок и показал черное сморщенное пятно. Теперь кожу украшала пентаграмма с пятью точками, окруженная кругом. У каждого шабаша был свой символ. Джошуа изучал это мгновение, прежде чем мать обхватила его руками, опуская футболку. Она смотрела на него со слезами на глазах.       — Все в порядке, — прошептал он.       — Вы получили то, что хотели. Где то, что мы хотим? — спросил Дин. Теперь пистолет был в его руке, хотя и опущенный дулом вниз, но все еще наготове. Джошуа ценил действие и заботу, которую он показал, но также знал, что это было больше о Калебе и его лечении.       Надин вынула мерзкий пузырек из своего кармана и передала Джошуа, который осветил его фонариком. Эта красная жидкость стоила ему некоторого подобия свободы, так что лучше бы противоядию быть настоящим. Он не двигался, пока не почувствовал, что это так.       — Нет указаний на то, что нам делать с этим?       — Я знаю, что ты умный. Ты понимаешь принцип, — с улыбкой сказала Надин.       Джошуа нахмурился. Он был знаком с лечением, но это было неприятно.       — Мы можем уйти? — спросила Эсме. — Ты потратила достаточно времени на свои игры, Надин.       — Да, Роберт проводит вас. Существует более быстрый путь к вашей машине. И, кузина, твое авто вернут домой. Не нужно беспокоиться. Мы заботимся о своих.