i am you

***

— Чонин, и ты прямо один живёшь? — спросила классная руководительница, которую он пришёл навестить в школу через полгода после выпуска. Ему было комфортно сидеть в ее маленьком кабинете с несколькими одноклассниками, пить чай и слушать, кто куда поступил и как устроился на новом месте. — Ну, да, один, у меня комната довольно большая, — кивнул парень, устремляя глаза в кружку, где грустно плавал чайный пакетик с ёбаным каркадэ. Чонин его ненавидел, но благодаря ебейшей невнимательности заварил себе именно его. — Думаю, можно было бы подселить соседа, но у меня кровать только одна. Она как бы большая и вторую ставить не вариант, ну и… Смешки двух одноклассниц заставили Чонина глубоко вздохнуть. Он смутился. Он в принципе человек не очень эмоциональный, но это заставило его внутренне заорать от своей тупости. Конечно, он хуйню сморозил. Какой ещё сосед в одной кровати? Остаток визита к учителю Чонин молчал и недовольно цедил мерзкий красный чай, а когда ему подлили еще кипяточка, увеличивая мучения, он почти заплакал. — Ладно, ребята, всем удачи, поздравляю с наступающим новым годом, — прощалась с ними учительница. — Чонин, удачи найти соседа! — Да, спасибо, — кисло ответил он, внутренне закатывая глаза на то, что она опять это вспомнила, когда неловкость его отпустила.

***

Новый год прошёл скучно, прямо как и рождество, а каникулы пронеслись незаметно и пришлось снова вернуться в университет, где у Чонина не было особо много друзей. Он и оглянуться не успел, как снова сидел в аудитории, слушал трёп одногруппников и тяжело вздыхал. Он чувствовал себя дико уставшим и измученным, хотя учёба только началась. И Чонин жил бы себе и дальше спокойно, если бы его суматошный одногруппник, подружившийся со всем университетом сразу, не выловил его и не припёр к стенке с потоком не прекращающегося трёпа. — Так ты поможешь? — спросил Джисон, хлопая глазами. — Я не понял ни слова, Хан, говори медленнее, — возмутился Чонин. — Короче, Бан Чан, на последнем курсе учится, чел — во! — и показал большой палец правой руки, при этом поднося его слишком близко к носу Чонина, которому пришлось глаза скосить. — Но его арендодательница послала его нахуй, потому что квартира резко понадобилась её сыночку. Залог она вернула, но найти нормальную квартиру по цене, которая устроит студента за один день невозможно! В общагу его не пустят даже на ночь к кому-то из ребят. Чонин, выручай, хотя бы на неделю, пока он не найдёт квартиру! — Джисон, я как бы не готов к соседу, квартира маленькая, однокомнатная… — начал было Чонин, но Хан такие глаза на него вылупил, что парень просто вздохнул тяжело и сдался. — Хер с тобой. Я напишу тебе адрес, пусть этот Чан приезжает сегодня после шести вечера. Но предупреди его, что у меня только одна кровать!.. — последнее предложение Чонин проорал в спину Джисона, который, наверное, его не услышал. Что ж, это было в его духе. Вечером Чонин нервничал. Он приготовил, как умел, омлет с рисом и мясом, получилось вроде неплохо. Надо ведь было поприветствовать гостя? Ладно, это же ведь был обычный парень? Просто студент, который потерял жильё, а Чонин ему поможет, это ведь было нормально? Бан Чан прибыл в шесть тридцать с небольшим чемоданом, рюкзаком за спиной и еще несколькими пакетами. Чонин явно видел его раньше, он помнил его лицо, потому что такой выдающийся нос забыть было бы сложно. В целом, парень был симпатичным, даже очень. Одного с Чонином роста, но гораздо шире него в плечах и уж точно куда крепче. А вообще, Чан выглядел очень зрелым, уже совсем взрослым и самостоятельным человеком, так что Чонину даже стало немного неловко. — Привет, Чан-хён? — несмело поздоровался младший, а Чан улыбнулся и у него на щеках оказывается были эти ямочки, так что Чонин даже покраснел немного. Чан был очень красивым. — Привет, Чонин, — вежливо поздоровался Чан и вошёл, когда Чонин его пригласил внутрь. — Спасибо тебе огромное, что приютил меня, — старший скинул обувь в коридоре и смело прошёл в маленькую кухню. Точно, он же с пакетами пришёл. — Я подумал, что неплохо забить холодильник, и вот… Я пробуду максимум месяц и заплачу столько, сколько скажешь, — тут же обозначил свою позицию Чан, избавляя Чонина от необходимости поднимать неудобные вопросы и озвучивать условия. — Да, хён, хорошо, просто заплатим пополам за аренду и коммуналку, потому что она не входит в стоимость, — покивал Чонин, пока раскладывал продукты по полкам. — Ванную с туалетом сам посмотришь, там всё цивильно, а спальня… Тебе Джисон сказал? — Сказал о чём? — брови Чана сложились домиком и он весь замер и подобрался, ожидая подставы, и Чонин его не осуждал. Договаривался же Джисон, а он был одним из самых подлых и забывчивых существ на этой планете. — Ты типа прячешь в комнате сорок кошек? Или ходишь по ночам? — Ну, — Чонин уклончиво протянул это и поджал губы, обещая себе убить Хана. — У нас одна кровать. Она не маленькая, не волнуйся, места хватит и я типа не против, а ты как к этому относишься? — Спать с тобой в одной кровати лучше, чем в подворотне на картонке или у Джисона под кроватью в общежитии, — хмыкнул Чан. — Если тебе правда всё равно, то у нас нет никаких проблем. Чан был уверен и спокоен, и Чонин был бы рад быть таким же спокойным, как и старший, но он не был. Потому что хён был горячим. То есть… Правда, горячим. Он переоделся в домашнюю одежду — свободные шорты до колена и чёрную футболку. И его фигура, ну, честно говоря, младший хотел бы себе такую. Младший отчаянно пытался скрыть своё горящее лицо, вызвавшись мыть посуду за обоих и отправив нового соседа в душ. Старшекурсник Бан Чан, всё в той же черной одежде, лежал в одной кровати с Чонином, храпел как последняя мразь, этого не отнять, но он был пиздецки красив, у него губы классные, линия челюсти, лоб красивый. Он до тошноты идеальный. Только нос здоровенный. Воспалённый, давно не спавший мозг студента, вдруг подкинул прекрасную мысль: «большой нос = большой член». Уравнение было стереотипным и простым, но почему-то заставило глаза Чонина расшириться и уставиться в потолок. Терпеть это стало невыносимым, поэтому младший пододвинулся ближе, потрепал хёна по плечу, потом ещё сильнее. — А? — испуганно заморгал Бан, глядя на Чонина как на восьмое чудо света. — Что-то случилось? — Ты храпишь, — нарочито недовольно пробубнил Чонин, отворачиваясь от Чана. — Ляг на бок, хён. — Извини, — вздохнул парень, потирая лицо. — Не могу засыпать на боку. — Значит, не удивляйся, когда проснёшься на спине, а я буду сидеть сверху и прижимать к твоему лицу подушку, — Чонин сгрёб одеяло к себе. Ах, да, они были под одним одеялом, потому что у Чонина вроде как кровать только одна и надобности во втором не было. — Мне всё нравилось до момента с подушкой, — прогундел Чан, всё же разворачиваясь спиной к Чонину и довольствуясь небольшим куском одеяла. — Ты гей? — прямо спросил Чонин, потому что это было просто, пока он не видел чужого лица. — Не думал об этом, мне просто похуй. Если мне нравится девушка — я предложу ей встречаться, если мне нравится парень, то по аналогии. У меня нет никаких загонов, если ты об этом, — голос Чана был хриплым после сна, и Чонин в удовлетворении облизнул губы. Не мудак и спасибо и на том. — А ты? — Ну, думаю, мне тоже всё равно, — тихо признался Чонин и захотел ударить себя. Это была очередная тупость, которую он сморозил. «Всё равно»? Ему всю жизнь девушки нравились, он даже встречался пару месяцев с одной, и его всё устраивало. Какого чёрта этот хён (хотя и очень горячий) вдруг пошатнул его гетеросексуальность, превратив в краснеющего би? — Прикольно, — ответил Чан, отвоёвывая ещё немного одеяла и снова засыпая. — Пиздец, — шепнул самому себе Чонин. Чан умудрился захрапеть даже лёжа на боку.

***

Чаново «прикольно» было началом мучений Чонина, потому что на улице стало холоднее, и пришлось включать обогрев полов. Младший был доволен, но вот Чану явно было некомфортно, потому что ему наоборот прохлада нравилась. Так они и поссорились в первый раз, споря, стоит ли включать на ночь обогрев. В итоге победил Чонин, который просто демонстративно выставил режим и ушёл в кровать. В последствии захотелось себя проклясть и выключить всё к чертям, может даже и окно открыть, раз хёну жарко, при этом жертвуя своим комфортом и превращаясь в айсберг. Ебаный Бан Чан. Именно со звуком этого имени гетеросексуальность Чонина рухнула окончательно. Чан в своих шортах по колено, будь они неладны. И… И всё, больше на нём ничего не было. Чонин, глядя на торс парня, поднимаясь взглядом всё выше, с каждым облизанным взглядом кубиком, краснел всё сильнее. Это было невыносимо. Чан же на него даже не посмотрел, просто лёг, проигнорировав одеяло и Чонина, который вечно мёрз. Лежать молча под таким давлением он просто не мог. — Злишься? — тихо спросил младший, кутаясь и глядя на невероятно прекрасную спину Чана и его плечи. Старший завозился, лёг на спину, заложил руки за голову и вздохнул глубоко. — Злился, теперь уже нет, — просто ответил он, поджимая губы. — Я не мерзляк, духоту не люблю, но потом подумал, как невыносимо, наверное, постоянно чувствовать холод и не иметь возможности согреться. Так что я решил, что вполне могу просто раздеться… Тебе и сейчас что ли холодно? — Чан нахмурился и посмотрел на Чонина, который ещё только с головой не забрался под одеяло. — Я как сама смерть, хён, — Чонин заулыбался, чувствуя явное облегчение, потому что хён не злился, хён был добрым и красивым. И хён тянул к нему свою руку. Младший покорно вложил свою ледяную ладонь в большую тёплую руку хёна. Чан недолго подержал его, давая погреться, а потом, возможно, смутился, но быстро отпустил, молча развернулся и подозрительно долго не храпел. Чонин же согрелся, даже слишком быстро.

***

Уравнение, ранее составленное Чонином, оказалось правильным. У Чана член оказался больше среднего. Как Чонин узнал? Долбанный Чан не считал нужным закрывать дверь в ванную, пока плескался там после своих тренировок в клубе, и всё, младший лицезрел картину возбуждённого соседа, завис на пару мгновений, тут же тихо вышел, но эта картина никак не шла из головы. Парень раньше не мог сказать про себя, что он был извращенцем. Он бы рассмеялся в лицо тому, кто сказал бы ему, что он будет подглядывать за тем, как дрочит другой парень в душе. Но вот он, Ян Чонин, собственной персоной, стоит, оттопырив зад и прижавшись лицом к тонкой щели, которая открывала великолепнейший вид на то, как напряжённый Чан быстро водит сжатым кулаком по члену вверх-вниз и беззвучно стонет, кончая и откидывая голову назад. Вода сразу смывала с него сперму, текла по волосам и омывала уставшее напряжённое тело. Бан Чан был очень хорош собой. Гетеросексуальность Чонина помахала ему белым платком и утонула где-то в сливе. Это продолжалось вторую неделю и Чан удовлетворял себя неизменно почти каждый день. Чонин был в ужасе и в восторге, удовлетворяя потом неизменно себя в том же душе. Это закончилось быстро и неожиданно. Нет, Чонина не застукали за подглядыванием, совсем нет, но сам факт его сталкерства был раскрыт, и это было очень… смущающе. Они легли спать как обычно. Чонин отвернулся, заворачиваясь в одеяло, а Чан лёг на спину на соседней половине кровати. Младший уже приготовился засыпать, как вдруг тихий голос Чана нарушил тишину. — А я всё ждал, когда тебе надоест подглядывать, но тебе, видимо, понравились маленькие шоу, которые я тебе устраивал? — в голосе слышались смешки, но не злые, а даже снисходительные. — Хён, я… Извини, — Чонин не нашёлся, что сказать, он просто решил, что извиниться было самым правильным решением сейчас. — Мне жаль, я не должен был этого делать. — Чонин, я не злюсь на тебя, просто хочу попросить тебя кое о чём. — Что угодно, хён, честно, я так виноват, мне правда не стоило за тобой смотреть, я был очень груб и неправ… Чонин не договорил, потому что Чан его поцеловал. Губы у хёна были абсолютно классными, такими мягкими, влажными, как в какой-то сказке. Это было так приятно и так круто, что Чонин и сам не понял, как подполз ближе к старшему, в сторону отпинывая одеяло и прижимаясь ближе. Грудная клетка у Чана замечательная, широкая и крепкая, идеальная для его ладоней. Гладить Чана было приятно, хёну, похоже, всё тоже нравилось, потому что он только сильнее Чонина на себя потянул. — Ты так долго за мной смотрел исподтишка, не хочешь поучаствовать напрямую? Это предложение, сказанное томно и тихо очень сильно ударило Чонина по голове и по паху одновременно. Ещё сильнее его скрючило, когда Чан отбросил одеяло в сторону и ухмыльнулся, увидев стояк в свободных спальных шортах Чонина. Именно этого он и добивался. Потому что младшенький мило смущался, пытался скрыть свои красные ушки и избегал его в последнее время, но робкие взгляды всё же бросал. Это забавляло. А ещё он правда был миленьким и нравился ему. — Что? Х-хён, я, кажется, неправильно тебя понял, но… — Всё правильно, Нини, — ласковое обращение, легко слетевшее с губ, заставило все внутренности Чонина перемешаться, но член был всё ещё крайне заинтересован, потому что дёрнулся в шортах, и это заставило Яна зажмуриться, проматериться смачно про себя, но позволить старшекурснику спустить вниз одежду. Он и смутиться не успел, как чужая рука обхватила его ствол крепко и заставила вздохнуть быстро и громко. Затем свободной рукой Чан потянул Чонина за ладонь и умостил её на своём члене. Хён был твёрдым, таким же, как и сам Чонин, и ему всё происходящее нравилось так же сильно. Они теперь двигались одновременно, но вёл однозначно Чан. Он менял темп часто, то дразняще медленно двигался, круговыми движениями ладонью водя по головке, то быстро двигать рукой начинал, сжимая крепко кулак. — Хён, ты же не будешь меня мучить долго? Пожалуйста… — захныкал очень скоро Чонин, потому что чужая рука ощущалась совсем иначе, чем собственная. Такие странные, прекрасные чувства, и чёрные глаза, которые смотрят прямо в душу, добивают. — Ты близко? — Чан сам губу сильно прикусил от ощущения прикосновений прямо на уретре. Это было его слабое место, которое легко и очень быстро могло довести его до пика. — Почти, хён, почти, почти, — зашептал часто Чонин и глаза прикрыл, откидывая голову на подушку. — Чанни-хён, можно? Пожалуйста, можно?.. — Можно. Чан разрешил Чонину кончить с тихим хрипом, и рука младшего тут же сжалась неосторожно и даже грубо на головке члена старшего, но этого хватило, чтобы и Бан шумно носом втянул воздух и замарал ладошку Нини. — Если ты захочешь, чтобы я съехал, — начал несмело Чан, но был легко прерван тихим стоном Чонина. — Ни за что. Ты меня в эти радужные глубины втягиваешь, так что, будь добр, тяни на самое дно, а то мне понравилось. А всё же найти соседа было неплохой идеей, думалось Чонину, пока он засыпал в крепких объятиях Чана. Он ему нравился. Правда, нравился, и он хотел бы зайти с ним и дальше. Конечно, он постарается не сморозить об этом на следующей встрече с учителем и бывшими одноклассниками, а то мало ли что ещё накаркает, но это будет совсем другой разговор

***