lucky ones

      В день, когда Ричи позвал к себе друзей с ночевкой, казалось, ничего не могло испортить ему настроение. Ничего, кроме огромной жопы в виде Генри Бауэрса.       Справившись со своим ночным наваждением, Ричи шагал к форду на школьной парковке, чтобы взять домашнее задание по литературе (которое они со Стэном писали вместе). Сейчас была короткая перемена, так что на улице было мало школьников. Тозиер курил сигарету, попутно открывая дверь. Он почувствовал резкое прикосновение руки, развернувшей его на 180 градусов.       — Привет, красотка. Сколько стоит твой минетик?       Лицо Генри было очень близко — Ричи видел жирную челку Бауэрса, чувствовал противный кислый запах изо рта и пену для бритья. Его сердце тут же стало биться очень часто и отдаваться эхом в ушах — это точно не похоже на то, как бьется его сердце рядом с Эдди.       — Тебе не по карману.       Генри встряхнул его за тонкие и худые плечи, отчего Тозиер ударился спиной о свою машину. Сигарету тут же забрал Рыгало, покуривая и выдыхая дым в лицо Ричи.       — А мне кажется, ты такая дешевка, пидор.       — Да, дешевка, — Патрик стоял позади Генри, злорадствуя и злобно улыбаясь. Из всей этой шайки он по-настоящему боялся только Патрика. Когда они учились в младших классах, пошел слух, что этот психопат убил собственного младшего брата.       — А где же твой парень? А? Кинул тебя и твою пидорскую жопу?       — Он… не мой парень.       Ричи сжал губы, поднимая подбородок, чтобы отстраниться от вонючего Генри. Ему было мерзко стоять рядом, позволять прикасаться к своим плечам, а еще было невыносимо страшно. Здесь были люди, которые могли услышать то, о чем они говорят. Они все могли подхватить эту идею и распространить ее по Дерри, словно чуму.       — Даже этот пидорас не захотел замутить с тобой, уродец. Неудивительно, видел бы ты свою рожу.       Генри гадко засмеялся, что поддержали все его жалкие друзья. Ричи стало больно. Эдди не был геем, но стал бы он встречаться с кем-то вроде Ричи Тозиера? Вряд ли. Каспбрак был правильным. Ему не нужен кто-то вроде жалкого урода Ричи Тозиера.       Ричи не заметил, как его ударили в живот. Он тут же сложился напополам, почти падая на землю. Единственной опорой стал форд позади него, но ему тут же прилетело еще. Парень слышал удаляющийся смех его мучителей, продолжая зажмуривать глаза от боли.       Со стороны школы раздался громкий звонок, который заставил Тозиера раскрыть глаза. На парковке не было ни единой души, так что он позволил себе осесть на холодную землю, чтобы отдышаться. Холод асфальта приводил в чувства, Ричи ощутил сладость воздуха, поступающего в легкие. И, блять, как же сильно он ненавидел Генри Бауэрса и его шайку. Ненавидел за то, что они заставляли его чувствовать все это — жалость к себе, ненависть, постоянные сомнения и страх. Ричи было страшно, что они причинят боль Эдди, думая, что он его парень. Это было неправдой, это никогда не могло стать правдой.       Ричи поднялся, собирая тетрадки обратно в рюкзак и остатки здравого смысла в свою голову. Его немного потряхивало и тошнило, отчего идти в школу совершенно не хотелось. И, как всегда, единственной причиной всего стал Каспбрак. Ричи печально ухмыльнулся, поправляя очки. Иначе и быть не может.

∞ done stealin' — carolina liar

      — У меня есть просто охренительная идея, от которой вы не сможете отказаться!       Стэнли устало закатил глаза, стукаясь головой об стекло в машине Ричи. Билл склонил голову, ожидая услышать предложение друга, а Бен с Беверли мило хихикнули на заднем сидении. Майк, казалось, был по горло сыт идеями Ричи, так что даже не обратил внимания на его выкрик, продолжая разглядывать пейзажи за окном.       Эдди внимательно слушал с мягкой улыбкой на лице.       — Что на этот раз? — он насмешливо свел брови, продолжая улыбаться. По радио играла какая-то веселая песня, так что нога Эдди дергалась в такт.       — Ой, да ладно вам, будет круто, старики долбанные.       Ричи мельком взглянул в зеркало заднего вида, осматривая лица друзей.       — Поход! Мы идем в поход.       — Чего? — Эдди протянул последнюю букву, а его лицо нахмурилось до такой степени, что он выглядел как сорокалетний мужик. Ричи рассмеялся от одного это вида: Эдди был очарователен.       — Ладно, это лучше, чем то, что я ожидал услышать, — Урис пожал плечами, все остальные поддержали его.       — Я так понимаю, предложение заценить наше хоум-видео с мамашей Эдди вам не понравится?       Эдди сбоку сильно ударил его в плечо, отчего Тозиер ойкнул и руль чуть дернулся. Глаза Каспбрака моментально расширились, отчего парень снова засмеялся.       — Поход — классная идея, Ричи.       Беверли одобрительно кивнула, по ее лицу кудрявый знал — она мысленно уже составляет список вещей, необходимых для похода. Легкая ухмылка застыла на его лице от осознания того, что его идея провести время всем вместе была принята довольно тепло.       — Знаю, я гениален.       — Это супер хуевая идея! — Эдди всплеснул руками, оборачиваясь в салон к лузерам.       — Почему это, Спагетти?       — Потому что мы все заболеем, а еще хуже — потеряемся в лесу. Я ходил в поход в Калифорнии, меня чуть заживо не сожрали насекомые размером с кулак! С кулак, Ричи! И хорошо, что я научился нормально дышать, потому что лезть в гору — ужасно. Я не хочу быть съеденным каким-нибудь гризли. Без меня.       Его руки сложились на груди, а челюсть напряженно сжалась. Ричи был готов сжать его в объятиях прямо сейчас, если бы не руль и машина, которую нужно вести. Злой Эдди был самым любимым Эдди для Тозиера.       — Мы живем в Дерри, здесь нет гризли, идиот.       — А вот и нет, есть. Я уверен, что еще и волки есть. Я отказываюсь.       — Эдди, будет весело! Представь, целые сутки без школы только с друзьями, костер, музыка, еда. Заманчиво? — Беверли подняла брови с хитрой улыбкой, зная, что Каспбрак был готов на все, чтобы свалить из своего дома, который все чаще казался ему тюрьмой. Тюрьмой с самым ужасным смотрителем — его матерью.       — Я подумаю.       Эдди недовольно нахмурился, складывая ноги на сидение и обхватывая одно колено руками. Ричи и все остальные стали довольно кричать, на что лицо Каспбрака разгладилось, а на губах заиграла улыбка.       — Вы дебилы, ненавижу вас.       — И мы тебя любим, милый.       Беверли обогнула кресло Эдди и поцеловала его в щеку. Тозиеру казалось, что все они — вечны.       — Хорошо, когда? — Бен заинтересованно поднялся со своего сидения.       — Предлагаю на выходных. Еще три дня, так что успеем отпроситься.       Эдди тихонько вздохнул справа. Да, этого было более чем достаточно для каждого из лузеров. Для каждого, кроме Эдди. Соня хоть и не была для него кем-то вроде авторитета, ему было шестнадцать — время бунтарства, избавления от выдуманных заболеваний и постоянной заботы матери. Несмотря на все это, чем дольше Каспбрак находился в Дерри, тем сильнее он снова попадал под зависимость от разрешения на каждый его шаг от Сони. Ричи понимал все это и старался вложить в друга максимальное осознание того, что она — врунья, которая рушит его жизнь. Это помогало, всегда помогало, но ненадолго.       В машине поднялся гул друзей, обсуждающих предстоящий поход. Ричи довез каждого до дома, снова оставаясь с Эдди наедине. Прошла уже неделя с момента, как произошло то, что произошло в его доме. Теперь они часто держались за руки, когда оставались вдвоем, и взгляд Эдди определенно стал на пару секунд дольше задерживаться на Ричи. От всего этого Тозиеру хотелось выть, кричать и выдирать себе волосы. Что с тобой творится, Ричи?       — Я не знаю, смогу ли я поехать с вами.       Они остановились за два дома до лужайки Каспбраков, чтобы избежать последствий в виде мамы Эдди. Парень опустил ноги вниз, откидывая голову назад и прикрывая глаза. Его челка снова выбилась из причёски, на которую, наверное, пришлось потратить хуеву тучу геля, и рука Ричи неосознанно тянется, прежде чем он успевает понять, что происходит. Он нежно и осторожно убирает выпавшую прядь и заправляет за ухо Эдди. Каспбрак открывает глаза, смотря из чуть приоткрытых век — он выглядит расслабленным и спокойным. На лице мягкая улыбка, глаза — теплый янтарь. Ричи готов быть в этом моменте вечно. И самое сумасшедшее из всего этого — каким-то образом за два месяца с начала осени все это стало нормальным.       — Обещаю украсть твою мамашу на целые сутки ради тебя, Эдс.       — Ричи.       Эдди надул губы, опуская голову.       — Мы что-нибудь придумаем. Отпросишься к Билли.       — Да, наверное. Сегодня поговорю с ней.       Ричи улыбнулся, опуская свою ладонь на руку Эдди. Тот моментально переплел их пальцы, смотря куда-то вниз. Его щеки слегка покраснели, отчего Тозиер сам почувствовал жар. Он не понимал, что происходит между ними сейчас, но говорить об этом всем и рушить магию не хотелось совершенно. Да, Ричи определенно точно мог назвать это магией. Эдди был чем-то больше, чем просто друг, чем просто человек — он был волшебным, уютным и невероятно притягательным.       — Мне надо… домой.       — Мгм.       Ричи не хотел отрывать от Эдди глаз. На улице начались холодные дни — порывы ветра и минусовая температура по ночам, так что Каспбрак достал свои самые теплые свитера и короткий утепленный бомбер. Он все еще носил высокие носки и короткие прямые джинсы с кедами, так что выглядел как популярные ребята из их школы. Сказать, что Тозиер кайфовал от этого — ничего не сказать.       — Ты маньяк. Выпусти меня, иначе я закричу.       Эдди лучезарно улыбается, смотря Ричи прямо в глаза. Он начинает улыбаться в ответ, чувствуя себя таким воздушным и легким. Таким влюбленным.       На него накатила волна осознания тяжелой действительности и правды. Его взгляд потупился, рука медленно выскользнула из ладони Эдди. Он чувствовал, как все тело будто окаменело. Он был влюблен. Влюблен в лучшего друга. В Эдди Каспбрака.       Не то чтобы Ричи этого не знал. Он понимал, что все идет к именно такому исходу, но он не был готов к тому, что в его голове всплывет такая мысль. И она казалась органичной, естественной и правильной. Тозиер сходил с ума. Однозначно.       — Что-то не так?       — Н-нет. Все хорошо, я… мне надо ехать.       Ричи нахмурился, заводя мотор. Эдди еще секунду смотрел на него, что парень заметил боковым зрением, а затем молча открыл дверь и вышел.       Тозиер резко выдохнул, съеживаясь от ветра, попавшего в салон форда. Его глаза наполнились опасной влагой, так что он сжал руль длинными холодными пальцами и нажал на газ.       Все, чего хотелось Ричи — исчезнуть.       На следующем перекрестке он сворачивает в другую сторону от своего дома.

∞

      Эдди захлопнул дверь с ужасно громким звуком, бросая рюкзак в угол комнаты. Он тут же услышал лелеющий голос матери, стучащей в дверь.       — Эддичка, открой дверь, немедленно!       Каспбрак выдыхает и закрывает ее на замок. Его мысли были тотальным хаосом, он чувствовал, что в полном дерьме. Теперь его мать доставала его своими нравоучениями о друзьях, о бабушке и дедушке, о том, что о нем говорят люди. Все это взгромоздилось на его плечи, но это было ничем, по сравнению с проблемой, которая волновала Эдди больше всего на свете.       Проблема с кудрявыми волосами и длинными конечностями.       Лицо парня все еще горело, руки тряслись. Он зло стянул с себя куртку и свитер, скидывая все это в угол. Голос за дверью не прекращался, но теперь она хотя бы не стучалась.       — Эддичка, все в порядке?       — Я устал.       — Эддичка, открой дверь, я принесу тебе витамины и чай! Открывай дверь!       Ее голос становился громче и тверже. Эдди чувствовал, что еще секунда, и он взорвется. Он распахивает дверь и смотрит на ошалевшую мать перед ним.       — Мама, я больше не ребенок. Ты больше не обманешь меня, не заставишь меня пить плацебо, не заставишь меня думать, что я астматик. Я не собираюсь бросать своих друзей, потому что какие-то тупые мамашки сочиняют про них дерьмо. Мне плевать на всех этих людей, я счастлив, мамочка! И мне плевать, если кто-то посчитает меня геем, я насрать хотел на все это!       Соня округлила глаза, и Эдди на секунду пожалел, что был так жесток.       — Эдвард Каспбрак.       Эдди закатил глаза, снова чувствуя очередной прилив гнева.       — Мама. Я больше не собираюсь слушать твои сказки, оставь меня в покое!       Каспбрак буравил мать взглядом, ожидая, пока та уйдет. Ее глаза наполнились слезами, и она быстро зашагала в сторону гостиной. Эдди облегченно выдохнул, снова закрывая дверь, но на этот раз тише. Теперь, стоя в тишине, он почувствовал даже некую гордость — он наконец-то смог сказать все в глаза матери, и Ричи бы точно им гордился.       Ричи.       Эдди обессилено упал на кровать. Все его мысли уперлись в тупик — Ричи.       Господи, и что ему делать с этим? Он ощущал то, чего явно не должен был чувствовать к лучшему другу. Они постоянно держались за руки в последнюю неделю, смотрели друг на друга чуть дольше обычного и все время сидели в машине Ричи, словно влюбленная парочка.       Влюбленная парочка. Эдди был влюблен. Он знал это, его переполняло это чувство с ног до головы с момента, как только его самолет приземлился в Дерри. Тоска и скука все лето — все, чем дышал и жил Каспбрак три месяца в Калифорнии. Его душу терзало только одно — этим летом он понял, что является бисексуалом, и вышло все довольно странно. Эдди постоянно думал об этом, испытывая неопределенную вину перед Ричи. Да, они не были вместе, но тяжелое тягучее чувство наполняло грудь Эдди при первой же мысли о чужих губах.       — Полный пиздец.       Эдди перевернулся набок, закрывая глаза. За окном начинало темнеть, уроков у него почти не было, так что Каспбрак позволил себе провалиться в сон.

∞

      Эдди проснулся от глухого удара в стекло. Вокруг была темнота, на полу отражался желтый свет фонаря. В окне стоял чей-то силуэт, отчего Каспбрак резко сел на кровати, пытаясь разглядеть человека за стеклом.       Звук снова повторился, и зрение парня наконец-то восстановилось после сна. Он осторожно наступил на холодный пол, тут же съеживаясь от холода. Ему совершенно точно пора принести обогреватель из гаража.       — Ричи?..       Кудрявые волосы торчали из-под оранжевой шапочки, его голова почти вплотную прижата к стеклу, глаза в очках всматриваются в темноту комнаты. Эдди подошел ближе к окну, открывая и еще сильнее начиная дрожать.       — Что ты здесь делаешь? Сколько времени?       — Ты спал?       — Да… да, заходи.       Ричи подскочил, оперся на раму и залез внутрь. Он пах улицей и корицей, его щеки и нос были красными от холода. Эдди хотелось лечь обратно под одеяло, но еще сильнее ему хотелось укутать в него Ричи.       — Прости, что разбудил. Я хотел поговорить.       — Все нормально, я вырубился сразу, как пришел домой. Уже поздно?       — Девять вечера.       Ричи выдохнул, опуская голову вниз. Он выглядел маленьким, настолько он был зажат.       — Ты замерз?       — Нет, я…       — Рич.       — Да, да, замерз. Пиздецки замерз, если честно.       Эдди улыбнулся, тут же подхватывая теплый плед с кровати и бережно набрасывая его на плечи Ричи. Тот сразу укутался глубже, мягко улыбаясь в ответ. Чувство тумана наконец-то пропало из головы Каспбрака, теперь он ощущал присутствие Тозиера всем телом практически буквально — его руки сразу же потянулись вперед, мягко сжимая плечо друга.       Ричи подходит ближе на шаг, и Эдди рад, что ощущает все немного смазано. Все вокруг все еще плывет и напоминает сон, так что Ричи прямо перед его носом выглядит как фантазия, мучающая его во снах.       — Я хотел извиниться, что так уехал.       — Извиняйся.       Эдди улыбнулся и дернул бровями. Реакция Ричи не заставила себя ждать.       — Я собираюсь уйти прямо сейчас, молодой человек.       — Прости, Рич.       Эдди перестал так широко улыбаться, а Тозиер тут же поник и тихо вздохнул.       — Так вот. Я не хотел уезжать вот так, просто… Я все время думаю о некоторых… вещах? И это не дает мне нормально жить. Поэтому я наорал на тебя тогда, поэтому сегодня так повел себя. Я почти не сплю, все время думая об этом.       Ричи поднял голову к потолку, огляделся по сторонам, словно искал выход. Тозиер молчал несколько минут, тяжело дыша. Он смотрел куда угодно, лишь бы не в глаза Каспбрака. Тот нежно сжал его мизинец.       — До конца, Ричи.       Парень в ответ посмотрел с глазами полными боли.       — Бауэрс не дает мне нормально жить. Он просто не дает мне жить. Постоянно называет педиком, и это не заканчивается. Я не знаю, как жить с этим. Я не знаю, потому что я… я все время думаю об этом.       Ричи судорожно вдыхал воздух, Эдди сжал его холодные ладони, всматриваясь в напряженные черты лица напротив.       — Они все правы, Эдди. Так и есть. И я не знаю, откажешься ли ты от меня сейчас, но это так. Понятия не имею, как сказать об этом всем, да и не хочу. Просто… просто не бросай меня, Каспбрак.       Эдди казалось, что весь воздух, всю кровь и все силы выкачали из его организма. Его глаза заплыли темной пеленой, он неосознанно проводил параллели в своей голове. Парень посмотрел на их руки и чуть не сошел с ума — они здесь, держатся за руки, Ричи признается, что гей, а Эдди, вроде как, би.       Просто сказка.       — Эй, Ричи. Иногда я ненавижу тебя всей своей душой и жалею о том, что ты вообще существуешь, но это ничего не меняет. Ты, типа, мой соулмейт. Ты… ты мой лучший друг, и это действительно много значит. Я не хочу, чтобы ты исчезал из моей жизни. Ос-останься. Здесь.       Тозиер смотрел на него своими огромными глазами, неестественно большими за широченными линзами очков. И это действительно было мило. Все в Ричи было милым, он был готов кричать о его веснушках, кудряшках и длинных пальцах. Сейчас он хотя бы мог рассчитывать на какой-то шанс, зная, что Ричи гей.       — Это все еще не отменяет того факта, что я в восторге от твоей мамашки, Эдс.       На лице Тозиера расплылась довольная ухмылка, отчего на душе Эдди стало теплее. Их руки все еще были соединены, и именно это стало причиной неожиданного тепла, разлившегося по груди Каспбрака.       — Приютишь бродягу?       — Спишь на полу.       — Только если с тобой, Эддичка.       Эдди покраснел, неловко посмеиваясь. Им все еще было комфортно, и, если честно, это единственное, что имело значение для Ричи и Эдди.       Эдди быстро переоделся из джинсов и футболки в домашнюю одежду. Тозиер в это время снимал шапочку и очки, скидывая все на тумбочку друга, отчего тот чуть не оторвал ему руки. Они немного поиздевались друг на другом, Ричи пошутил про маму Эдди, кажется, три раза за минуту, так что все закончилось небольшой дракой за подушку. Когда оба улеглись, накрываясь до подбородка своими одеялами, Каспбрак аккуратно положил свой мизинец на руку Ричи.       — Спи спокойно, Спагетти.       — И ты, придурок.