Добро пожаловать в психушку

      — Что ты читаешь? — усевшись у ног Азирафаэля, спросил Кэмпбелл.       — Библию.       — Я думал, что ты знаешь священное писание наизусть!       — Так и есть. Эта книга из моей коллекции библий, в которых была допущена ошибка. Кроули… Ты нашел её и еще целую коробку моих книг, когда мы наводили порядок в радиорубке. Вельзевул хотела выкинуть их, а мы их спасли.       — И не скучно тебе читать о событиях, которым ты был свидетелем?       — Никогда не задумывался об этом — просто мне нравится читать, — Азирафаэль понял, что спокойно почитать ему больше не удастся. Он отложил книгу и тихонько погладил голову, лежащую на его коленях.       — А он скоро приедет? — поднял голову юноша.       — Скоро. Я уже чувствую его. Будет минут через десять.       — Мне страшно, — снова спрятав лицо от внимательного взора Ангела, прошептал Кэмпбелл.       — Иди ко мне, — тяжело вздохнул Ангел и помог юноше усесться рядом с собой на диван. — Ты ведь знаешь, что я не стал бы делать этого, если бы не был в уверен, что с тобой всё будет в порядке, правда?       Кэмпбелл неуверенно кивнул.       — Я уверен, всё будет хорошо, тебе нечего бояться! Адам не причинит тебе вреда! Он пробудил меня ото сна, и мы с Азирой Феллом стали единым целым! Также будет и с тобой, обещаю! — Азирафаэль обнял мальчика и прижал его к своей груди.       — Азирафаэль…       — М?       — Если я умру… Нет, послушай! Если я все-таки исчезну, не забывай обо мне, пожалуйста. И не бросай своего Кроули. Я уверен, ты важен для него также сильно, как и для меня, — попытался сдержать слезы юноша.       — Кэмпбелл. Я никогда тебя не забуду, чтобы не случилось, — Ангел повернул лицо юноши к себе, стирая подушечками пальцев дорожки слез. Азирафаэль глубоко вздохнул, решив что-то про себя. В следующее мгновение он накрыл губы Кэмпбелла страстным, глубоким поцелуем, прося его поверить в искренность своих слов.

***

      Адам не успел нажать на дверной звонок, когда пред ним раскрылась дверь коттеджа. На пороге стоял Азирафаэль, а слева от него юноша, очень похожий на Кроули.       — Вы готовы? — спросил Адам.       — Мы готовы! — ответил Азирафаэль и взял руку Кэмпбелла в свою.       Мужчины прошли в гостиную. Азирафаэль и Кэмпбелл сели на диван, Адам присел на подлокотник кресла.       — Кэмпбелл, верно? — дождавшись согласного кивка Адам продолжил. — Когда я прикоснусь к твоему лбу, у тебя появятся воспоминания о твоей прежней жизни в роли Демона Кроули и о последних годах проживания в больнице Святого Иуды. Пожалуйста, не бойся. Всё предельно безопасно. У меня нет цели навредить тебе или Кроули.       Кэмпбелл настороженно выслушал Адама и вопросительно посмотрел на Ангела. Тот сильнее сжал его руку, подтверждая, что всё хорошо.       — Я… Я согласен! — Кэмпбелл выпрямился на диване и закрыл глаза. Его сердце билось как сумасшедшее. Он не доверял Адаму, но он верил Азирафаэлю. Всё пройдет хорошо и он, наконец, вспомнит о тех счастливых временах, когда он называл Ангела своим по праву. И сможет называть его своим снова!       Адам подошел к юноше и положил руку тому на лоб. Кэмпбелл почувствовал, как теплая энергия наполнила тело и вдруг, его пронзила острая боль. Направленная энергия будто крюком схватила что-то в районе в живота и с силой потянуло вверх. Кэмпбелл задохнулся от боли и попытался закричать. Мир исчезал.       — Что-то не так, Адам! Ему больно! — с ужасом смотря на искривленное в гримасе боли лицо Кэмпбелла, закричал Азирафаэль.       Адам не отвечал. Его рука всё ещё лежала на лбу юноши, по лицу Антихриста тёк пот. В отличие от Ангела, разбудить которого не составило труда, поскольку он полностью принимал Азиру Фелла как свою часть, с Кроули возникли проблемы. Демон всегда отрицал возможность нахождения в себе чего-то отличного от проклятой сущности.       Хотел Кэмпбелл того или нет, но Кроули всегда прятал его в самом дальнем уголке того, что можно назвать демонической душой. Теперь же это играло против самого Демона. Веками подавляемая суть никак не сливалась с остальным сознанием, принося своему владельцу нестерпимую боль. Адам старался изо всех сил, но заставить Кроули принять себя самого он не мог.       — Ох… кажется, получилось… — устало выдохнул Адам и рухнул в кресло.       — Кэмпбелл? Кроули? Проснись! — Азира затряс за плечо бессознательное тело юноши. Тот не отзывался.       — Что я наделал?! — закричал Ангел и, притянув юношу к груди, горько зарыдал.

***

      Адам устало смотрел в пространство, тихонько поцеживая сотворенный Ангелом виски, и пытался прийти в себя. Азирафаэль всё также обнимал юношу, баюкая его в своих руках, проклиная себя всеми известными ему ругательствами. Оба мужчины молчали.       — Ангел, что происходит? Почему ты плачешь? — устало открыв глаза, спросил юноша.       — Кроули? — неверяще спросил Азирафаэль.       — Конечно Кроули. Кто же еще? — попытался улыбнуться своей обычной улыбкой Демон, но получилось не очень. — Что со мной произошло? Меня как будто в святой воде искупали! И что это за чувак? — наконец заметил Демон сидящего напротив мужчину.       — Это Адам, Кроули.       — Адам? Сын Сатаны, Антихрист, которого мы потеряли? Азирафаэль, сколько я спал?! Мы же только вчера обсуждали, что подарим ему на День рождения! И ему вроде должно было исполниться только двенадцать! — непонимающе посмотрел Демон на Ангела, что все еще держал его в своих объятьях.       — Кроули, скажи, что ты помнишь? — вмешался Адам.       — Я помню… Я помню, как мы остановили Армагеддон на авиабазе, как обхитрили начальства, когда они вздумали нас казнить… — на этом моменте Адам бросил требовательный взгляд на Ангела.       — Прости, что не рассказал, из головы совсем вылетело, — нисколько не раскаиваясь, ответил Азирафаэль.       — После мы с Ангелом, как обычно обедали в Ритц, напивались в магазинчике, — Кроули нахмурился. — Потом помню, как просыпаюсь в какой-то дыре, надо мною стоит Азирафаэль, творит бабочек и увозит меня сюда. Кстати, где это мы? — Кроули принялся озираться по сторонам. Потихоньку в нем начала просыпаться память Кэмпбелла: о том, как Азирафаэль знакомил его с домом и окрестностями, как творил ему одежду, готовил на кухне, рассказывал байки из их жизни среди людей. Как возил его в город на ярмарку, как после целовал его и… Демон с ошеломлением снова прокрутил последнее воспоминание: Ангел целовал и ласкал его, шепча слова любви. — Ой-ей… — голова Кроули трещала от нахлынувших воспоминаний.       — Дорогой, тебе нужно отдохнуть! Мы все обсудим завтра, пойдем! — Ангел помог ему подняться с дивана и повёл за собою наверх. Кроули покачивало, но он безропотно следовал за Ангелом, пока они не оказались в спальне из его воспоминаний. Демон на секунду замер в проходе.       — Кроули, всё хорошо? — заглянул ему в лицо Ангел.       — Да, все путём, — Демон со стоном уселся на кровать. Ангел помог ему улечься, подоткнул одеяло, чудом закрыл шторы на окнах и создал в комнате кромешный мрак.       — Спи, Кроули. Завтра мы всё обсудим, отдыхай, — удержав себя от лишней нежности, проговорил Ангел и вышел из комнаты, плотно притворив дверь.       Подумав, он взмахнул руками, создав чудо, что оповестит его, если Кроули будет нужна его помощь или он решит покинуть спальню. Подумав еще, он наложил на комнату чары, поглощающие все шумы извне, чтобы Кроули ничего не отвлекало ото сна. А может быть, чтобы он ненароком не подслушал их с Адамом разговор?       — Как он? — спросил Адам.       — Невероятно разбит, я оставил его спать. Может быть, к утру ему станет легче. Это определенно Кроули, я чувствую исходящую от него энергию. Адам, почему у нас ничего не вышло? — расстроено посмотрел на Антихриста Ангел.       — Я бы не назвал это полным провалом, Азирафаэль. Он вспомнил хоть что-то, его сознание почти соединилось с Кэмпбеллом. Может, я и Антихрист, но я не всесилен. Пока Кроули не примет себя полностью, его память так и будет скакать туда-сюда урывками! — достав пачку сигарет из штанов, закурил Адам.       — Он не сможет колдовать, — откинувшись на спинку дивана и флегматично наблюдая за тонкой струйкой дыма, сообщил Азирафаэль.       — Почему?       — Хоть к нему и вернулась его демоническая сущность, а я ощущаю темную энергию, он так и остался человеком. Ты видел его глаза? А волосы? А лицо? Ничего не изменилось! — Азирафаэль пытался скрыть злые слезы, неосознанно сжимая руки в кулаки. — Он абсолютно беспомощен! Он будет очень зол, когда поймет это, — устало прошептал Ангел.       — Ты уверен?       — Абсолютно. Все Падшие были награждены какими-то гадами, чтобы первые люди могли отличить их от ангелов. Золотые глаза Кроули — не только его проклятье. Но также знак его принадлежности к сверхъестественным существам, — Ангел замолк.       — Его татуировка тоже не появилось?       — Нет, её тоже нет.       — А что на счет враждующей стороны?       — Я чувствую, что что-то готовится, но не знаю, когда они нападут. Благодаря разбуженной тобой силе Начала, я могу ощущать напряженность эфира в высших и нижних сферах, но пока не могу сказать ничего конкретного.       — Что-то долго они тянут. Не нравится мне это, — нахмурился Адам и потянулся за второй сигаретой.       — Я тоже не испытываю особого энтузиазма по данному поводу, но у нас хотя бы есть время, чтобы дать Кроули восстановиться.       Адам согласно кивнул.       — Ладно, мне пора домой. Пеппер с ума, наверное, сходит. Сообщи, если понадобится моя помощь. Защиту я обновил и немного усилил. Надеюсь, концентрация энергии не сильно привлекает внимание.       — Спасибо большое. Не волнуйся по этому поводу, наши враги знают об этом месте, уверен, когда они решат напасть на нас, они проверят особняк. Передавай привет жене. Пускай зря не волнуется! С ней все будет хорошо. И с ребенком тоже!       — Ты что-то уже знаешь о нём, верно?       — Возможно. Я же все-таки Ангел! — улыбнулся Азирафаэль, закрывая дверь за Антихристом и накладывая на неё свои мощные охранные чары.

***

      Проснувшись на следующее утро, Кроули все равно чувствовал себя ужасно разбитым. Голова продолжала болеть. Но воспоминания, что вчера хороводом крутились в его голове улеглись. Осталось только уточнить некоторые моменты у Ангела, чтобы понять общую расплывающуюся картину произошедшего.        Ангел обнаружился на кухне. Он сосредоточено что-то готовил, постоянно сверяясь с таймером.       — Утро, Ангел! — усаживаясь за стол, сказал Демон.       — Доброе утро, Дорогой! Завтрак будет готов через пару минут, — кинул сияющую улыбку через плечо Ангел.       — Верю тебе на слово. Видимо, я совсем растерял свою форму. Это тело жутко хочет есть! Со мной впервые такое! — внимательно наблюдая за снующей около плиты фигурой, поделился Демон.       — Значит, мои старания не пропадут даром! Вот — ешь! — Азирафаэль поставил перед Демоном полную тарелку овсянки. Подумав, он достал из холодильника джем.       — Выглядит ужасно, — зачерпнув ложкой вязкую субстанцию, пожаловался Демон.       — Зато полезно. Кушай.       — А ты?       — Я не голоден.       Демон уставился на севшего напротив Ангела с изумлением.       — Как это «не голоден»?       — Так. Не помню, когда в последний раз ел что-то. Может быть, только какао… — задумался Азирафаэль.       — Один я это есть не буду, — запротестовал Кроули.       — Как маленький, ей-Богу! — закатывая глаза, Ангел наложил и себе тарелку каши.       — Ну как тебе? — коварно ухмыляясь, следил Демон за Азирафаэлем, проглотившим первую ложку.       — На вкус достаточно полезно…       Демон разразился раскатистым смехом.       — Я приготовлю омлет, — смущенно покраснев, Ангел выбросил неудавшуюся кашу в мусорное ведро.

***

      — Азирафаэль, я хочу с тобой поговорить, — сказал Кроули, когда за окном опустились сумерки, а Ангел по своему обыкновению устроился в кресле в гостиной с очередной «бракованной» библией.       — Да, Кроули, о чем? — отложив книгу, спросил Ангел.       — О том, что происходит. Что это за дом, кто этот «Кэмпбелл», чьи воспоминания роятся у меня в голове, почему Антихрист выглядит как сорокалетний мужик? И почему, черт подери, я выгляжу как гребанный подросток!       — Хм… — Ангел задумчиво посмотрел на Демона и замолчал.       — «Хм» — это всё, что ты можешь сказать? — после затянувшегося молчания, разозлился Кроули.       — Нет, просто я не знаю, с чего начать.       — Начни с начала!       — Хорошо, думаю, ты прав, — Азирафаэль сложил ладони на коленях и глубоко вздохнул. — Насколько я понял, твои собственные воспоминания прерываются на моменте, когда мы праздновали окончание Армагеддона?        Демон согласно кивнул.       — Что ж, мы поздравили Адама с двенадцатым днем рождения и приняли решение сменить место жительства. Мы решили, что хоть конкурирующие силы затаились, но от них можно ждать нападения в любой момент. Чтобы быть во всеоружии, мы купили этот коттедж. Мы наложили на него защиту, какую позволяли наши силы, и жили вместе какое-то время, — Ангел глубоко вздохнул и закрыл глаза.       — Они нашли нас?       — Да. Они нашли нас. Ворвались в коттедж, схватили. Уничтожать не рискнули. Они лишили нас памяти о сверхъестественной сущности и запечатали в наших человеческих сосудах.       — Значит, Кэмпбелл — это…       — Это ты. Та часть твоего сознания, что тебе оставили, лишая памяти. Мою звали «Азира Фелл», он был продавцом окон. Кэмпбелл жил в психбольнице, главврачом которой была Вельзевул. За Азирой пристально следил Габриэль, он был моим «лучшим другом», — сморщился Ангел.       — Не понимаю смысла наказания. Мы же в итоге встретились!       — Мы встретились, но хоть тебе и удалось пробудиться, я оставался в беспамятстве. Их план был коварен и почти удался. Они хотели, чтобы мы уничтожили друг друга, раз на нас «не действуют обычные методы». Ты пытался достучаться до меня, но безрезультатно. Со стороны это выглядело как буйное помешательство, Азира жалел Кэмпбелла, которого считал сумасшедшим, и это сводило тебя с ума. Извини за каламбур.       Демон согласно кивнул головой.       — После, Азире подкинули идею, что, если доказать тебе, что демонов не существует, ты избавишься от своей мании. И Азира, то есть я…       — Что ты сделал, Ангел?       — Пойми я не хотел! Я не знал, мне до сих пор стыдно и ужасно страшно от того, что я наделал!       — Что ты сделал?       — Я окатил тебя святой водой! — спрятав лицо в ладони, ответил Азира.       Кроули вздрогнул всем телом, представляя, что это могло значить.       — Но я не умер?       — Нет, по какой-то причине то, что ты был заточен в Кэмпбелле, спасло тебя.       — Что было дальше?       — Ты и Кэмпбелл были в ужасном состоянии. Вельзевул сказала, что я плохо влияю на пациентов и выгнала меня прочь из больницы. Но я успел подслушать её разговор с Габриэлем. Они обсуждали ангелов, демонов, и говорили об Адаме, что они боятся его вмешательства. Я был в отчаянии, я не мог оставить Кэмпбелла в больнице, потому что… потому что…       — Потому что…       — Потому что с тобой там плохо обращались! Я не мог оставить тебя там и не знал, как бороться за тебя! У меня не было на тебя никаких прав, я ведь не был Кэмпбеллу родственником! Я поехал разыскивать Адама в Тадфилд. Поехал наудачу, услышав, как они называли этот город. И моя машина заглохла как раз перед воротами его дома. Он узнал меня, пригласил в гости и пробудил. После, как ты знаешь, я вернулся за тобой в больницу, подождал, пока тебе станет лучше, и Адам пробудил тебя.       — Ты водишь машину? — переспросил Кроули.       — Немного. Это всё, что тебя волнует? — удивился Ангел.       — Просто, это единственное, что меня удивило в твоем рассказе, — задумчиво протянул Кроули. — Значит, они не оставили нас в покое?       — Нет.       — И они придут за нами снова?       — Думаю, да.       — Мы в полной жопе, Ангел.       — Вынужден с тобой согласится. Пока мы с Адамом наложили охранные чары на дом, но, если к нам снова явится вся армада объединенных сил, она, конечно же, не выдержит.       — И какой план?       — Жить, как жили. Ждать, пока к тебе вернуться твои силы в полном объеме. И попытаться с ними договориться, когда они явятся.       — Договорится?! Они не будут с нами разговаривать! Они придут убивать! И у нас нечего им предложить.       — Может нет, а может да. Я пока работаю над этим вопросом, — не смотря в лицо Демона, ответил Азирафаэль.       — Не поделишься соображениями?       — Пока нет.       Кроули продолжил сверлить глазами мужчину напротив, но знал, что больше вытянуть из Азирафаэля не получится. Он слишком хорошо знал этого Ангела. И он действительно был ужасно упрям. Если не хотел чего-то говорить, то из него и клешнями не вытянешь.       — А чем ты занимался с Кэмпбеллом пока я… спал? У меня сохранились странные воспоминания, — задал Кроули вопрос, который давно его интересовал. От его взгляда не укрылось, как густо залил румянец лицо Ангела.       «Ох, я совсем об этом забыл!» — лихорадочно подумал Азирафаэль.       — Кэмпбелл был подростком, который жаждал любви. Мне нужно было его доверие, чтобы он, не дай Бог, не убежал от меня, если я не досмотрю за ним. Ведь вместе с ним пропал бы и ты, а попади ты в руки Вельзевул… Я просто давал ему то, что он хотел.       — Ты говорил, что любишь его.       — Я Ангел, я по определению люблю все сущее.       — И меня?       — И тебя, — продолжая игнорировать Демона и смотря куда-то в сторону, подтвердил Азирафаэль.       Повисло долгое молчание.       — Я спать, Ангел, — вставая с кресла, произнес Кроули.       — Приятных снов, Дорогой.       Когда Демона перестало быть слышно из-за закрытой двери спальни, Ангел позволил себе разжать до боли стиснутые кулаки. Он с меланхолическим видом разглядывал следы, оставленные острыми ногтями: «Прости, Кроули. Но все должно было быть не так», — прикрыв глаза рукой, подумал Азирафаэль.       Кроули поднялся в спальню и со всей силы ударил кулаком по стене.       «Я по определению люблю все сущее», — раздался в голове любимый голос.       «Глупец, разве ты можешь рассчитывать на большее? Ты — демон! Будь благодарен и за это!» — с горечью подумал Кроули и лег в кровать.

***

      — Кроули, что с тобой? — раскладывая на столе завтрак, Азирафаэль обратил внимание на то, что Демон был не в духе.       — Я пытался чудеснуть себе горячую ванну и не вышло. Пришлось ждать, когда она наполнится сама.       — Твоя магия, похоже, еще не совсем восстановилась, дай ей время. Я уверен, все будет в порядке, — отворачиваясь от Демона, уверил Ангел.       — А глаза? Ангел, как думаешь, что с ними, они тоже вернутся, когда магия восстановится? — буравя чужую спину тяжелым взглядом, спросил Кроули.       — Конечно, Дорогой! Хочешь чай? У меня есть печенье!       — Ты что-то не договариваешь.       — М… ты прав! У меня еще есть вафли! И блинчики! — исступленно щелкая пальцами, улыбался Азирафаэль.       — Не притворяйся дураком. Аж тошно. Не хочешь говорить, не надо, — встав из-за стола, кинул Демон.       Ангел закрыл глаза, продолжив сидеть на стуле с неестественно прямой спиной.

***

      — Черт! Черт! Черт! И все круги Ада! — отвлек Ангела от чтения истошный крик с кухни. Он пулей помчался туда, обнаружив Демона с пораненной рукой над кучей осколков на полу.       — Что случилось? — беря чужую ладонь, спросил Азирафаэль.       — Я хотел налить чай и случайно обжегся! — Кроули наудачу щелкнул пальцами, чашка так и осталась осколками. — Черт! — рыкнул сквозь зубы на свою неудачу Демон.       — Ничего, это просто чашка, — успокоил друга Ангел. — Кроули. Тебе нужно постричь ногти. Да и волосы не мешало бы… — рассматривая и залечивая чужую ладонь, хмурится Ангел.       — В смысле?       — Смотри, какие большие ногти! Ты скоро будешь ими везде цепляться, — повернул Ангел ладонь к лицу Демона.       Тот смотрел на свою руку и внезапно его лицо побелело. Он вырвался из рук Азирафаэля и убежал в коридор.       «Человеческие сосуды не подвержены старению и другим присущим обычному человеческому телу изменениям, если хранитель сосуда не пожелает обратного или не пустит естественные процессы на самотек. Имейте в виду, что в этом случае возможны возрастные изменения тела, не подлежащие восстановлению», — в голове Демона пронеслись слова сотрудника отдела снабжения, выдавшего ему сосуд.       — Кроули, ты куда?! — испугался Ангел.       Демон нашелся у зеркала в прихожей. Он внимательно рассматривал свое отражение в зеркале: отросшие волосы, челка, что лезет в глаза, отсутствующая татуировка, по-человечески карие глаза, небольшой прыщ на подбородке, царапина на скуле…       — Я человек, — ошарашенно глядя в зеркало, понял Кроули. — Я человек! Поэтому я не могу колдовать! Ты! Когда ты догадался?! Почему ты молчал?! — повернувшись к Ангелу и взяв того за отвороты пиджака, заорал Кроули       — Я… я надеялся, что силы вернутся к тебе. Я уверен, что ещё не все потеряно! — попытался успокоить Кроули Азирафаэль.       — Вы… Что вы сделали со мною с этим недоделанным Антихристом?! Я беспомощен как… как ребенок! Я выгляжу как ребенок! — Кроули почувствовал, как внутри него нарастает паника.       — Мы не знали, что так получится! Я вернулся в свое тело без последствий! Мне очень жаль, Кроули! Я уверен, мы придумаем, как все исправить!       — Вы придумаете?! Вы слишком много думаете, как я погляжу! И к чему это привело?! — не унимался Демон.       — Мне так жаль, Кроули! — попытался приблизиться к Демону Ангел.       — Тебе жаль?! Я… Ты понимаешь, что это значит? Если они придут за тобой… За нами… Я ничего не смогу сделать. Я буду только стоять и смотреть, как они убивают тебя, — внезапно замерев посреди прихожей, опустив руки вдоль тела и закрыв глаза, прошептал Демон.       — Этого не случится, Дорогой. Я что-нибудь придумаю. Все будет хорошо. Они не навредят нам в этот раз. Я обещаю. Ты веришь мне? — подойдя к Демону вплотную, заглянув тому в глаза, спросил Азирафаэль.       — Я… Разве у меня есть выбор?       Ангел тепло улыбнулся своему другу и крепко сжал его ладонь в своей руке.       — Я найду выход. Мы выберемся, как и всегда.       Кроули сжал чужую ладонь в ответ.