Последняя воля и завещание Лили Эванс Поттер (Last Will and Testament of Lily Evans Potter)

      Поттер не двинулся с места, когда Снейп приблизился. Снейп не сомневался, что Поттер подозревал, что именно он к нему подошел, но все же мальчику следовало бы проверить. Неужели он действительно так пресыщен своей безопасностью? Словно прочитав мысли Снейпа, Поттер оглянулся через плечо, а затем отвернулся; мальчик, казалось, смирился со своей судьбой. Когда Снейп подошел ближе, он увидел палочку Поттера, крепко зажатую в правой руке мальчика.       — Ни слова, Поттер, — прошипел Снейп, крепко сжимая руку на плече мальчика и аппарируя вместе с ним обратно в Паучий тупик.       Они приземлились в саду позади дома Снейпа. Мужчина провел Поттера через заднюю дверь в гостиную.       Повернув негодяя лицом к себе, Снейп опустил руки, прежде чем поддаться порыву встряхнуть мальчика до потери сознания. Тяжело дыша, он выдавил:       — Отдай мне свою палочку.       — Что? — Гарри ахнул. — Нет!       — Тебе явно нельзя доверять, — буркнул Снейп, нетерпеливо протягивая руку. Ему потребовались все его силы, чтобы не придушить мальчишку прямо здесь и сейчас или, по крайней мере, не разозлиться на него за то, что он такой идиот. — У тебя есть десять секунд, Поттер, чтобы отдать свою палочку или я заберу ее силой.       Снейп наблюдал, как подросток боролся с нерешительностью. В конце концов, Поттер вытащил свою палочку и сунул ее Снейпу, негодование горело в его глазах.       — А теперь иди в свою комнату и оставайся там, пока я не приду, — процедил Снейп сквозь зубы.       Поттер быстро развернулся и вышел из комнаты. Топот ног по лестнице соответствовал пульсации в голове Снейпа. Он вздрогнул, услышав, как хлопнула дверь. Нацелив хорошо поставленный удар ногой по предмету мебели, Снейп выпустил часть своего разочарования в своенравном подростке, прежде чем найти и выпить зелье от головной боли и успокоительное. Не стоит допрашивать Поттера в таком паршивом настроении. Он разорвет мальчишку в клочья и не получит никаких ответов.       Снейп беспокойно расхаживал по маленькой гостиной. Он не мог вспомнить, когда в последний раз был в такой ярости. Ему нужно было успокоиться. Поттер был наверху. Поттер был в безопасности. Вот что имело значение. Не та ярость, которая грозила перерасти в насилие. Он должен взять себя в руки. Он не станет своим отцом. Он не будет Верноном Дурслем. Он никогда не обидит ребенка из-за собственной злости. Он никогда не сделает того, что делали с ним. И Поттер определенно не нуждался в еще одном жестоком взрослом человеке в своей жизни.       Разве можно винить мальчика за то, что он не доверяет взрослым? Кто был в его жизни, кому он мог бы доверять? На кого он мог бы рассчитывать? Кто руководствовался бы исключительно его интересами? Кто не покинул бы его преждевременно? — прошептал тихий голосок в его голове.       Снейп усмехнулся. То же самое можно было сказать и о нем, когда он был в возрасте Поттера.       Да, и посмотри, каким ты стал, — печально добавил голос. — Ожесточенный, злой, одинокий человек средних лет, Пожиратель Смерти, ставший шпионом, который варил смертельные зелья для обеих сторон.       — Замолкни, — прошипел Снейп. Он приложил пальцы к голове и потер виски, желая, чтобы проклятая головная боль отступила. Поттера было достаточно, чтобы свести с ума любого. И каковы бы ни были идиотские причины побега мальчика...       Снейп почувствовал, как задрожали стены и потолок, когда Поттер захлопнул дверцы комода в маленькой спальне, находящейся прямо над ним. Раздраженный, Снейп крикнул в потолок:       — Прекрати это, — затем он услышал громкий скрип пружин кровати и представил себе, как Поттер в порыве гнева бросается на кровать.       По какой причине Поттер мог злиться? После всего, что Снейп сделал для него — спас его неблагодарную шкуру больше раз, чем он мог сосчитать. И после всего, что все остальные сделали для него — его мать принесла смертельную жертву, члены Ордена Феникса охраняли его день и ночь. Поттер не знал и половины всего этого.       Возможно, в этом и проблема, — сказал придирчивый голос, — никто ничего не говорит мальчику.       — Это не мое решение и не моя забота, — возразил Снейп.       Разве? Ты его опекун.       Снейп нахмурился. Он не мог быть ничьим опекуном, не говоря уже о золотом мальчике директора школы и сына своего заклятого врага.       Он сын и Лили, Северус.       — У него ее глаза, и ничего больше.       У него есть гораздо больше, чем ее глаза. У него чистое, щедрое сердце, ее решимость, ее упрямство и ее безрассудная авантюрная натура.       — И никакого здравого смысла! — взревел Снейп.       Он еще ребенок. Ребенок, который никогда не знал родительской любви, наставления, понимания или мудрости. Ты мог бы дать ему это, Северус.       — Ты в своем уме? — огрызнулся он.       Я в твоем уме, — возразил голос.       — К твоему сведению, я не приглашал тебя.       Да, и ты никогда бы этого не сделал. Но твоя мать оставила меня здесь в качестве подарка.       — Конечно, — парировал Снейп.       Просто помни, что я сказал.

***

      Гарри сидел на односпальной кровати и уставился на дверь. Он почувствовал раздражение. Единственный раз, когда он видел Снейпа таким злым, был в начале этого года, когда он залез в его Омут памяти. Сегодня обсидиановые глаза Снейпа пылали яростью, его голос срывался от напряжения, когда он пытался сдержаться, чтобы не закричать. Руки Мастера зелий сжимались и разжимались, как будто это было все, что Снейп мог сделать, чтобы не выпустить часть своего гнева на того самого человека, который его и вызвал. Гарри знал, что было глупо вот так убегать. Он потратил все свое время, планируя побег, и не успел подумать о том, куда пойдет, когда ему удастся сбежать. Его первоначальный план отправиться в Нору был быстро отброшен, когда он понял, в какую опасность его неожиданное присутствие поставит семью Уизли. Вздохнув, он в отчаянии откинул голову назад, пару раз ударившись ею о стену.       Мысли о том, как Снейп отпустил его, когда они вернулись в его дом, удивили Гарри, но он знал, что лучше не идти наперекор кому-то, кто находится в таком ужасном настроении. И все же ожидание наказания убивало его. Какую гадость придумает Снейп? Какие болевызывающие зелья могут быть у этого человека в его собственном доме? Гарри содрогнулся от этой мысли. Он просто хотел поскорее покончить с этим. Как в игре в шахматы, он хотел знать, каким будет следующий ход Снейпа, чтобы он мог сделать свой. С тоской поглядывая в окно, он изучал пустое небо, как делал это с тех пор, как прибыл сюда, бесплодно разыскивая Хедвиг — свой единственный маяк надежды.

***

      Снейпу потребовалось больше двух часов, чтобы успокоиться и пойти к мальчику. Он бы продержался еще дольше, но умирал от голода, и ему казалось, что мальчик тоже проголодался. Они все-таки пропустили обед, а время ужина уже приближалось.       Снейп молча поднялся по лестнице. Он постучал в дверь, но ответа не последовало. Он не удивился, обнаружив, что дверь заперта.       — Поттер, я сейчас войду.       После взмаха палочки дверь открылась, и с порога можно было увидеть тощего подростка с растрепанными черными волосами и в очках, который действительно сидел на кровати, подтянув колени к груди и обхватив их руками. К большому удивлению Снейпа, мальчик снова переоделся в огромную рваную одежду, в которой не так давно прибыл. Он ничего не сказал и даже не взглянул на входящего Снейпа.       Снейп вздохнул. Он останется здесь, пока не получит ответы, сколько бы времени это ни заняло. Только после этого он позволит себе свернуть мальчику шею за то, что тот напугал его до полусмерти. Глубоко дыша, чтобы сохранить спокойствие, он вытащил из-за стола шаткий деревянный стул, развернул его, и сел так, чтобы можно было положить руки на его округлую спинку. Затем он оперся подбородком на руки и внимательно посмотрел на Поттера.       Будь помягче, Северус. Он похож на раненого зверя, потерявшегося и испытывающего сильную боль, и, скорее всего, укусит руку помощи, которую попытаются ему протянуть.       Снейп мысленно зашипел, чтобы его голос звучал тише.       — Поттер, — сказал он ровным голосом. — Пожалуйста, объясни мне, почему ты убежал сегодня, — Снейпу потребовалась вся его заслуженная сдержанность, чтобы не накричать на мальчика за его идиотизм. Когда мальчик не ответил, Снейпу потребовалось еще больше терпения. Крики и вопли могут дать ответы, но, скорее всего, они не принесут правды и уж точно не создадут доверие.       И поэтому Снейп ждал. Он мог ждать весь день. У него больше не было никаких дел или планов. Наблюдая за мальчиком, он позволил своим мыслям блуждать. Он начал перебирать все вещи, которые ему нужно было подготовить, прежде чем он вернется в Хогвартс осенью. Нужно было сварить зелья для Помфри и Дамблдора, просмотреть экзамены, обновить планы уроков, написать...       — Мне не нужна новая одежда.       Снейп замер.       — Что?       — Мне не нужна новая одежда, которую вы мне купили.       Снейпу хотелось закричать: «Приди в себя, мальчишка!» Но вместо этого он сказал:       — Ты предпочитаешь одежду, в которой приехал?       — Нет.       — Тогда, боюсь, я не понимаю.       Поттер принял полностью вертикальное сидячее положение, скрестив ноги по-турецки и уперев руки в колени. Снейп наблюдал, как Поттер потирает потные ладони об изодранные и испачканные спортивные штаны. Затем глаза подростка вспыхнули.       — Вы меня ненавидите. Всегда ненавидели. С самого первого дня, когда я писал заметки на вашем уроке. Я записывал то, что вы говорили, а вы думали, что я не обращаю внимания. Вы ведь никогда не удосуживались проверить, правда? Вы были слишком заняты, сравнивая меня с моим отцом, человеком, которого я даже не помню.       Снейп сохранял невозмутимое выражение лица, оценивая точность оценки Поттера. Правда не всегда была желанной.       — Так почему же, — продолжал Поттер, — из всех людей именно вы хотите помочь мне? Зачем вы купили мне всю эту одежду? Зачем вы купили мне новые очки? В этом нет никакого смысла.       Снейп уже собирался ответить, когда следующие слова Поттера поразили его так, будто этот мальчишка ударил его под дых.       — Какого рода унижение вы планируете для меня в качестве платы? Что я буду вам должен, если приму эти вещи?       Снейп почувствовал, как слишком знакомая вызванная Поттером ярость поползла вверх по его спине.       — Должен мне? ДОЛЖЕН МНЕ? — взревел Снейп, вскакивая на ноги. — Как ты смеешь намекать, что я способен на такое? — в его голосе слышалось злобное рычание. — Я из кожи вон лезу, чтобы защитить твою неблагодарную, забывчивую шкуру, подвергаю опасности свою собственную жизнь, чтобы защитить твою, я обеспечил тебя пищей, одеждой и кровом ценой собственных усилий. И ты обвиняешь меня в том, что...       …ты — единственный человек, которого он когда-либо знал. Тот, кто унижает его и получает удовольствие, постоянно сбивая его с ног. Серьезно, Северус, чего ты ожидал?       Снейп быстро закрыл рот и раздраженно провел пальцами по волосам. В глазах Поттера ему было за что ответить; теперь он это видел. Правильно это или нет, но он знал, насколько негибким может быть подростковый ум. Он также знал, что если когда-нибудь появится шанс, что Поттер доверится ему, то ему придется разобраться с некоторыми недоразумениями и развеять некоторые заблуждения, и очень скоро. И ему придется контролировать свою инстинктивную реакцию на невыносимого гриффиндорца.