Последняя воля и завещание Лили Эванс Поттер (Last Will and Testament of Lily Evans Potter)

      — Ты когда-нибудь ходил в поход, Поттер?       — Поход? — спросил Гарри. — Э, нет. Мои родственники говорили, что так поступают только нецивилизованные люди, — Гарри быстро поднял голову, боясь, что сказал что-то не то. Но Снейп не казался раздраженным.       — Ожидаемо, — задумчиво произнес Снейп, поднося ко рту вилку с колбасой. — И костер никогда не разводил, я полагаю?       Гарри покачал головой. Куда, черт возьми, Снейп клонит с этим разговором?       — После ужина можешь переодеться в джинсы и толстовку. Принеси все, от чего ты хочешь избавиться от Дурслей.       Гарри просто кивнул. Он беспокоился о том, какое наказание Снейп собирается назначить ему за то, что он сбежал ранее в этот день. Он перестал катать свою еду по тарелке и поднял глаза в тщетной надежде, что Снейп мог забыть об этом.       — Поттер, перекатывая по тарелке свою еду, ты не убедишь меня, что наелся. Сегодня мы обсудим твои действия, и голодание не улучшит ситуацию, уверяю тебя.       Поморщившись, Гарри заставил себя доесть. Еда была довольно вкусной, даже если его желудок скрутило от нервов. Каким бы жестоким ни был дядя Вернон, Гарри всегда знал, что его ждет. Но Снейп был загадкой. Гарри был уверен, что этот человек когда-то ненавидел его. Но теперь он не знал, что и думать. Гарри нашел неопределенность столь же тревожной.       Как только тарелка опустела, Гарри отправился в комнату переодеваться. Спина болела сильнее, чем когда-либо. Еще с самого утра. Но он упорно игнорировал предупреждающие знаки, которые она подавала ему последние несколько дней. Он снял рубашку и согнул руку под неудобным углом, чтобы потрогать рубцы. От боли у него перехватило дыхание. Один рубец посередине спины казался особенно горячим на ощупь — слишком горячим. Когда на него накатила волна головокружения, он присел на край кровати. На самом деле у него весь день кружилась голова; он хотел верить, что это просто низкий уровень сахара в крови от недостатка пищи. А вообще, ему хотелось верить во многое. Но, к сожалению, его жизнь никогда не была такой простой. Стиснув зубы, Гарри натянул через голову толстовку и собрался с духом, чтобы встретиться лицом к лицу со своим бывшим врагом.

***

      Снейп наблюдал за Поттером, пока мальчик тащился к нему с тем же большим мусорным мешком, с которым он прибыл пять дней назад, когда мальчика высадили на пороге его дома, держа в руке завещание Лили. Слово «опекун» непроизвольно всплыло в его сознании, решение Лили требовало от него чего-то, к чему он не только не был готов, но и не был уверен, что когда-нибудь сможет стать таковым.       — Сэр? — спросил Поттер, неловко стоя у костра.       — Присаживайся, Поттер, — сказал Снейп, указывая на шезлонг напротив себя.       Поттер сел на край шезлонга, его спина напряглась. Вместе, хотя оба явно находились в своих собственных мирах, они смотрели, как языки пламени пляшут в разведенном костре.       Снейп наклонился и поднял бутылку сливочного пива. С единственным словом «лови», в качестве предупреждения, он бросил ее Поттеру. Отблески огня отражались от коричневого стекла, когда бутылка летела по воздуху. С рефлексами ловца, Поттер протянул руку и легко поймал ее.       — Спасибо, — пробормотал Поттер, прежде чем открыть крышку и сделать большой глоток.       — Пока ты будешь избавляться от этих вещей, — сказал Снейп, указывая на мусорный мешок, — ты можешь рассказать мне о Дурслях.       Поттер сглотнул и опустил бутылку. Выражение его лица было настороженным.       — Что вы хотите знать?       — Все, — вкрадчиво ответил Снейп.       Снейп наблюдал, как Поттер порылся в мусорном мешке, поморщился и вытащил огромную футболку лаймового цвета.       — Они ненавидели магию, — начал он, сжимая футболку в кулаках. — И, как и вы, — сказал Поттер с вызовом в голосе, бросая предмет одежды в огонь, — они ненавидели меня из-за того, кем были мои родители.       Два волшебника уставились друг на друга, прежде чем Снейп заговорил.       — Я никогда не ненавидел твою мать, — спокойно ответил он, решив не попадаться на удочку Поттера. — Что касается твоего отца, то у меня были на то веские причины, и ты это прекрасно знаешь.       Когда Снейп поднял бровь, у Поттера хватило здравого смысла выглядеть смущенным. Снейп наблюдал, как воспоминания, которые Поттер видел в Омуте памяти в кабинете Снейпа, играли на выразительном лице мальчика. Быстро поняв свою ошибку в том, чтобы насмехаться над Снейпом, Поттер сказал:       — Извините за это, сэр. Я не хотел... Мне не следовало... — Поттер покачал головой. — Просто... Простите. И мне также очень жаль, что мой отец так с вами обращался.       Снейп изучал мальчика еще минуту, прежде чем сказать:       — Извинения приняты. Теперь о твоих родственниках...       Сделав еще один большой глоток сливочного пива, Поттер продолжил.       — Они никогда не хотели меня. Они боялись ведьм и колдунов, теперь я это понимаю. Но тогда я этого не знал. Я даже не знал, что я один из них, — заявил Поттер, залезая в мешок и хватая пару негабаритных джинсов и несколько носков, которые он быстро бросил в огонь. — Иногда что-то случалось, особенно когда я боялся. Как в тот раз, когда Дадли и его банда преследовали меня, и я вдруг оказался на крыше школы. Я даже не знал, как туда попал, но дядя Вернон был в ярости. Это был первый раз... когда...       Снейп вопросительно поднял бровь.       Поттер склонил голову.       — Первый раз, когда он ударил меня с кулаками.       Снейп почувствовал, как у него волосы встают дыбом.       — А ремень?       Поттер покачал головой.       — Нет, к тому времени он уже давно им пользовался.       Снейп стиснул зубы.       — Это твой дядя тебя душил?       Поттер удивленно поднял глаза. Подсознательно он потер синяки на шее, прежде чем опустить взгляд на свои ноги.       — Да, — пробормотал он.       Кипя внутри, Снейп спросил:       — И каким был проступок?       — Мой кузен украл немного еды, — сказал Поттер, вытаскивая из мешка пару слишком больших кроссовок и бросая их в огонь. — В этом обвинили меня.       — Он когда-нибудь бил твоего кузена?       — Нет, никогда, — ответил Поттер, выуживая из мусорного мешка еще несколько вещей и кидая их в огонь.       — Понятно, — сказал Снейп, ярость росла с каждым образом, который всплывал в его сознании — его собственный отец и дядя Поттера одинаково взаимозаменяемы. — И где же во всем этом была твоя дорогая тетушка?       Поттер пожал плечами и потянулся за старой одеждой Дадли.       — Ей было все равно. Ее беспокоило только то, чтобы я готовил еду, убирался в доме и ухаживал за садом. До тех пор, пока побои не мешали моей работе по дому... — Поттер снова пожал плечами, а затем поморщился от этого движения.       Снейп внимательно посмотрел на него, но Поттер не поднял глаз. Мальчик смотрел, как огонь пожирает воспоминания его детства.       Через мгновение Снейп спросил:       — Как твой кузен относился к тебе?       — Дадли? — Поттер фыркнул. — Он был мерзавцем. Когда он и его друзья не избивали меня, они избивали какого-то другого соседского ребенка, — Поттер протянул руку и схватил еще оставшейся одежды, сердито швырнув ее в растущее пламя.       Снейп почувствовал, как у него поднимается давление. Тихим, но убийственным голосом Снейп прошипел:       — И ты никому не рассказал?       Поттер с вызовом поднял глаза на профессора.       — Кому я должен был рассказать? — помолчав, Поттер добавил: — Я уже пытался однажды. Я рассказал об этом учительнице начальных классов. Ну, вообще-то она заметила синяки на руках. К нам приехали социальные службы, но мои тетя и дядя убедили их, что я был склонным к несчастным случаям ребенком, который любил придумывать истории, чтобы привлечь внимание.       Снейп отметил непроизвольную дрожь Поттера при этом воспоминании.       — И я полагаю, ты дорого заплатил за это? — спросил Снейп, хотя уже знал ответ.       Поттер кивнул и допил свое сливочное пиво. Снейп бросил ему еще одну бутылку.       — Почему ты не сказал об этом кому-нибудь в Хогвартсе?       Поттер поднял голову с затравленным выражением лица.       — Я хотел. Но дядя пригрозил, что, если я хоть что-нибудь кому-нибудь скажу, он вытащит меня из Хогвартса быстрее, чем я успею вообще заикнуться.       — Ясно, — выдохнул Снейп, гнев пробудил все защитные инстинкты, которые у него когда-либо были. Он заставит Дурслей заплатить за то, что они сделали с мальчиком — если не за него самого, то за Лили.       Снейп подождал, пока Поттер бросит в огонь последние свои скудные пожитки, а затем и сам мешок для мусора.       — Чувствуешь себя лучше? — спросил Снейп.       — Намного, — ответил Поттер, наблюдая, как остатки его жизни с Дурслями превращаются в пепел. — Значит ли это, — осторожно спросил Поттер, — что мне больше не придется жить с ними?       — Определенно, — ответил Снейп. — Где ты будешь жить, еще не решено, но могу тебя заверить, что точно не с твоими мерзкими родственниками.       Поттер вздохнул с облегчением и осушил вторую бутылку сливочного пива. Казалось, он что-то обдумывал, прежде чем заговорить.       — Сэр, насчет сегодняшнего...       — Да? — подтолкнул Снейп.       — Простите меня.       — Как же, — сказал Снейп, чувствуя, как внутри него вспыхивает знакомое раздражение, вызванное Поттером. — Ты хоть представляешь, что с тобой могло случиться? Ты даже не подумал...       — Я же сказал, что сожалею, — перебил его Поттер, тоже раздражаясь.       — И ты думаешь, что этих двух слов достаточно, чтобы снять с тебя всю ответственность за твои поступки?       — Нет... В смысле... — Поттер крепко сжал в руках пустую бутылку сливочного пива. — Просто я подумал...       — А ты не думал, Поттер, что в этом и есть проблема. Ты никогда не задумываешься о последствиях своих действий. Ты просто делаешь первое, что приходит в голову, независимо от правил и ограничений, установленных для твоей безопасности!       — Я...       — Скажи мне, Поттер, сколько раз ты нарушал правила в школе?       — Сэр, я...       — Сколько еще ты знаешь неквалифицированных несовершеннолетних волшебников, которые в одиночку одолели горного тролля? А потом отправились на поиски Философского камня? — Снейп сделал паузу. — Ни одного? А как насчет того, чтобы сварить Оборотное зелье и проникнуть в общую комнату Слизерина? Или столкнуться с неописуемым ужасом, находящимся в Тайной комнате? — его гнев нарастал. — Нет таких? А как насчет того, чтобы преследовать Сириуса Блэка — человека, подозреваемого в желании убить тебя? И давай не будем забывать о чрезвычайно опасном турнире, предназначенном для гораздо более старших ведьм и волшебников, — увидев свирепый взгляд Поттера, Снейп добавил: — в довершение всего, ты не только долетел до Лондона на фестралах, но и столкнулся с самим Темным Лордом...       — Я просил вас о помощи, — защищаясь, перебил его Поттер. — И вы ничего не сделали!       — Ничего? — прошипел Снейп. — Я убедился, что твой крестный действительно цел и невредим, и когда ты не вернулся из леса, я предупредил Орден, — увидев буйный взгляд Поттера, Снейп добавил: — А чего именно ты ожидал от меня, стоя перед Амбридж? Ты мог бы прийти ко мне, прежде чем вломиться в ее офис, но вместо этого, ты не оставил мне выбора, кроме как выставить тебя идиотом, каким ты был!       Поттер собирался прервать его, но Снейп продолжил свою речь.       — Твое вопиющее пренебрежение своей безопасностью, равно как и безопасностью других, поражает меня, Поттер.       Поттер вскочил на ноги. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал и, резко развернувшись, зашагал обратно к дому.       — Сядь, Поттер, я еще не закончил.       Поттер остановился и сердито посмотрел на Снейпа. Угрюмый подросток неохотно сел обратно.       — А сегодня, — продолжил Снейп, — ты сбежал, даже не подумав о том, что могло случиться. Я был в нескольких шагах от того, чтобы призвать весь Орден на твои поиски.       Снейп увидел, как Поттер побледнел в свете костра.       — Я думал, что после разгрома в Министерстве ты усвоишь урок, как неосторожно бросаться навстречу опасности, не задумываясь ни на секунду.       Поттер отвернулся, стиснув зубы и сжав кулаки.       Снейп разочарованно покачал головой.       — Что нужно сделать, чтобы достучаться до тебя, Поттер? Орден потратил бесчисленное количество часов в тщетных попытках обеспечить твою безопасность, а ты устраиваешь такие выходки при каждом удобном случае.       Поттер продолжал с вызовом смотреть в огонь.       Доведенный до крайности отказом Поттера взять на себя ответственность за свои действия и раздраженный кажущимся безразличием мальчика, Снейп сорвался.       — Сколько еще людей, которые тебе дороги, должны будут умереть, прежде чем ты научишься?