My vampire with violin

      - Добро пожаловать, молодой человек. Приятная с виду женщина средних лет привстала из-за широкого стола, который был завален документами и партитурами*, и приветливо улыбнулась посетителям. Тайлер тут же благородно поклонился, указывая Фрэнку на то, что ему нужно проделать такой же жест. Женщина была одета в трикотажный клетчатый костюм бежевого цвета, а мягкие волосы пшеничного цвета прикрывал аккуратный берет, прямо как у французских художников прошлых веков. В отличии от дряхлой ворчливой старухи, которая прожигала взглядом Фрэнка, эта дама выглядела очень даже милой и гостеприимной. Все её движения были плавными, она будто кружилась в танце, пока приближалась к Айеро и Джозефу. Черноволосый парень стоял возле стола профессора и чувствовал, как сердце пробивает огромную дыру в рёбрах, а из покусанных от волнения губ начинает сочиться кровь. Сейчас его мысли крутились только вокруг этого чертова листка, который всё время от Сиэтла до Нью Джерси не покидал карман джинсовой куртки Фрэнка. Но вот теперь страшная тайна под невинной маской должна была лечь на стол профессора и решить раз и навсегда будущее Фрэнка. Дрожащей рукой парень развернул бумажку и протянул даме. Мисс Гэбрил заметно удивилась состоянию документа. Она приподняла его за кончик, зажав между двумя пальцами так, как держат грязную вонючую тряпку, и осмотрела его со всех сторон. Немного смутившись, она вернула документ на стол и обратилась к Фрэнку. - Энтони Джонатан Айеро, - профессор мягко улыбнулась и кивнула головой. - Поздравляю Вас с победой на конкурсе. Можете гордиться тем, что из всего штата выбрали именно Вас. Фрэнк попытался выдавить из себя скромную улыбку, но вместо этого он ещё больше стал напоминать жалкого хорька. - Вы сделали первый шаг. Но это ещё не всё, Вам придётся приложить все усилия, чтобы университетский совет одобрил вашу заявку. Документ победителя - это всего лишь пропускной билет в наше заведение, а вот Ваши способности... То, что в Вас разглядят на вступительном испытании - вот Ваш диплом на право пополнить наши ряды. "Все здешние говорят таким загадочным языком? Теперь это правда смахивает на постановочную сцену по сюжету мистического фильма..." - подумал Фрэнк и попытался вдуматься в слова, сказанные женщиной. Неожиданно серьёзное выражение пропало с её лица, и она кротко засмеялась, как смеются добрые старушки. - Тебе не о чем волноваться, Энтони. Если в тебе есть огонёк, то его обязательно заметят. Приходи завтра в 10 часов утра в кирху, что находится на территории университета. Джозеф проводит тебя. Тебе понадобится только твоя гитара. - Гитара? Но... но откуда вы знаете про гитару? - изумился Фрэнк. - Никакой магии, дорогой. Твои руки обо всём говорят, - профессор хитро взглянула парню. Айеро попрощался с мисс Гэбрил и поспешил покинуть кабинет вместе с Тайлером. - Выходит, меня наняли твоей нянькой, - нахмурился Джозеф. - Хах, всего лишь проводником. Но если я тебе противен, то можешь не помогать мне, Тай. Тайлер безэмоционально взглянул на нового знакомого, желая поскорее вернуться в зону комфорта. И почему учителя так любили пристраивать смазливых новичков именно к нему, Тайлеру, настоящему интроверту и мизантропу*?! Парни молча преодолели, казалось, бесконечную лестницу, и оказались снова в огромном холле первого этажа. Джозеф взглянул на часы, и спустя несколько секунд раздался оглушительный колокольный звон. Айеро почувствовал себя так, будто он оказался зажатым между колоколами. - Мне пора, занятия начнутся с минуты на минуту, - задумчиво произнёс Тайлер, с разочарованием убирая плеер и наушники в карман толстовки. Фрэнк растерянно оглянулся. Двери университета распахнулись, и ученики повалили потоком внутрь. Хрупкая фигура Тайлера почти затерялась среди нахлынувшей массы, но Айеро всё-таки успел схватить знакомого за плечо и притянуть к себе. - Тай, как мне потом найти тебя? - Зачем я тебе нужен? - Я... Я не справлюсь один,- взволнованно сказал черноволосый парень,- ты знаешь, как тут всё устроено. Помоги мне хотя бы найти эту чертову кирху завтра утром. Мне больше не к кому обратиться... На секунду лицо Джозефа изобразило сочувствие, но потом снова приняло прежний вид. - Так уж и быть, договорились. Приходи завтра в 9:30 в парк возле университета, я буду ждать около ларька с кофе. Силуэт парня исчез, словно дым, который победно сдул дуэлянт с выстрелившего оружия.

***

Фрэнк шёл вдоль тропинки по Монклерскому парку, обрамлявшего здание университета. Волнение всё ещё грызло его, а рука не покидала карман джинсовки, сжимая заветную бумажку. Это одновременно успокаивало и заставляло нервничать с большей силой. Неужели случилось, неужели он здесь, в Нью Джерси, переступил порог Монклерского университета музыки и искусств, а этот клочок помятой записки и вправду выполнил своё предназначение. Стал билетом в новую жизнь. Айеро выдохнул, выпуская тёплый пар в морозный воздух. Он зажёг сигарету, позволяя себе расслабиться, и побрёл дальше, любуясь видами. Теперь уже другие студенты толпились вокруг кафетериев и лавочек. Внезапно взгляд Фрэнка упал на загадочную фигуру, восседавшую на каменном бортике вокруг декоративного фонтана. Это был парень приблизительно 17 лет, в чёрном длинном пальто, которое элегантно облегало его стройное тело. Чернильно-чёрные локоны, с небольшим блеском, струились по ветру, словно волны. Бледные длинные пальцы мягко поглаживали скрипку, лежавшую на коленях. Сам инструмент казался таким же аккуратным и неприкосновенным, как и его обладатель. Всё в этом парне безумно привлекло внимание Фрэнка, но только одна деталь его образа портила картину. О этот нелепый полосатый шарф, закрывающий обзор на шею с искусными очертаниями позвонков. "И зачем он нацепил на себя это барахло? Что за потрёпанное старьё?" - возмутился про себя Фрэнк. Он ещё не успел разглядеть лицо парня. Айеро решил незаметно промелькнуть мимо обладателя прекрасного тела и взглянуть на лицо. Несколько шагов отделяли его от фонтана. Фрэнк приподнял голову, делая вид, что смотрит совершенно в другую сторону. Внезапно он повернул голову, сосредотачивая взгляд на лице черноволосого парня... Внутри всё застыло. Фрэнк остановился. Белоснежная гладкая кожа, без единого изъяна. Казалось, что перед ним фарфоровая статуэтка, а не живой человек. Изящные очертания лица: вздёрнутый нос, узкие алые губы, изумрудного цвета глаза. Взгляд парня (который в любой момент мог выстрельнуть в сторону Фрэнка) казался ещё более пронзительным благодаря чёрной подводке. Внешне незнакомец напоминал вампира. Эта мысль застряла у Айеро в голове и не собиралась покидать его. Он бы хотел снова и снова смотреть на загадочного незнакомца, однако мысль о том, что он пялится на парня целых 3 минуты, заставила Айеро уйти прочь как ни в чём не бывало. Фрэнк не остался незамеченным в ответ... После того, как фигура музыканта отдалилась, парень с чернильными волосами убрал скрипку в чехол, напоминавший по форме гроб (что соответствовало его образу), и покинул территорию Монклерского парка. Фрэнк перешёл дорогу и приблизился к уже знакомому кафе "Sunset Boulevard". Пару минут назад у Брендона закончилась смена, и он как раз был свободен. Парень снял фартук бармена и проследовал за соседний столик. В этот момент дверь заведения открылась, приветственно звякнул колокольчик. Фрэнк переступил порог здания и неловко огляделся, пытаясь заметить друга. Ури привстал и помахал ему рукой, приглашая за стол. На столе можно было заметить пару стаканов и графин глинтвейна. Стоило только взглянуть на бордовый напиток с палочкой корицы и дольками апельсина, как сказу возникало чувство рождественского уюта и тепла. Айеро немедленно налил жидкость себе в стакан и залпом выпил всё содержимое. Брендон озадаченно уставился на него, приподняв одну бровь. - А тебе, разве можно алкоголь на работе? - иронично спросил Фрэнк, блаженно выдохнув тёплый пар. - Нельзя. Но для начальства можно считать, что я не подлил пару грамм коньяка в графин, - самодовольно ответил Ури. - Ну что ж... Тогда выпьем за одну хорошую, а другую плохую новость. - Начни с хорошей, - промычал Брендон, делая ещё глоток. - Мне удалось побывать в легендарном Монклерском институте искусств и не оказаться вышвырнутым оттуда! - празднично, но с ноткой сарказма произнёс Фрэнк. - Ну а плохая новость в том, что завтра я обязан явиться на вступительное испытание... Брендон изобразил восторженное лицо. - Ну и что же в этом такого плохого? Ты же вроде смелый музыкант-выскочка, который решил изменить жизнь... Так действуй! - В том то и дело, что все мои способности - это игра на акустической гитаре! Не более! На свете миллионы таких же "героев", но почему-то 99% из них оказываются на улице, пинком под зад из этого института! - эмоционально возмущался парень. Брендон снова казался ему слишком спокойным для всей этой ситуации. Его лицо было таким невозмутимым, что начинало бесить Фрэнка. Получается, что когда один из них испытывает гнев, другой становится безэмоциональным, и наоборот. - Кажется я понял твои намеренья, Айеро... - бармен прищурился и покачал пальцем, указывая на собеседника. От этого Фрэнку стало не по себе. Любая фраза, звучащая как разгадка к секрету парня, пугала его. После напряженной паузы Брендон продолжил говорить таким тоном, будто являлся великим детективом, разгадавшим преступление. - Твой отец хотел видеть тебя какой-нибудь деловой шишкой типа юриста или адвоката…, и ни за что бы не допустил, чтобы ты стал музыкантом, - последнее слово Ури произнёс с каким-то наигранным отвращением. – Но ты был слишком упёртым, чтобы послушать совета отца, и, как в эпическом сюжете романа, отчаянно решил сбежать из дома. Айеро с облегчением выдохнул. С его плеч будто гора свалилась. Эта выдуманная неправда была просто гениальным прикрытием Фрэнка. Спасибо, Брендон. Парень даже рассмеялся оттого, что ему стало так легко, и правда вновь не вылезла на поверхность. Но он тут же замолк, заметив удивленный взгляд друга на себе. - Кхм. Да, всё именно так и есть… Видишь, Брендон, я не криминал и не уголовник, чтобы менять паспорт, а всего лишь борюсь за справедливость и пытаюсь воплотить мечту стать музыкантом в реальность, - неужели Айеро начинает верить сам себе? Так часто бывает, когда мы врём, дабы скрыть ужасную правду, а потом неожиданно начинаем свято верить в эту иллюзию. Мы начинаем развивать эту выдумку, придумываем всё новые и новые подробности… И в какой-то момент забываем, в чём заключалась правда. Нам же так комфортно под прикрытием собственной иллюзии обмана. Ещё пару минут парни сидели в молчании, но потом Ури с облегчением сказал: - Забей, значит ты точно сможешь снимать комнату у меня в квартире, - он улыбнулся. – Но учти, «Фрэнко-энтони», если твой папаша вдруг объявится в Нью-Джерси и найдёт тебя… Я не смогу предъявить оправданий. - Не парься, Брендон, он не найдёт меня. Все следы заметены, я чист, - пожал плечами Фрэнк. Тем временем в кафе прибывало всё больше народу, и подменивший Ури бариста просто не справлялся со всеми заказами, разрываясь между столиками. Парень решил, что хватит ему прохлаждаться, и лениво вернулся на свой пост. Фрэнк ещё немного посидел на диванчике возле окна, на том самом, где согревался поздно ночью в первый день прибытия в Джерси. Но затем он кинул прощальный взгляд на друга и побрёл на улицу. Стрелки уличных часов показывали шесть часов вечера, а это означало, что у Фрэнка был ещё целый вечер в его распоряжении. Недолго думая, парень отправился к центру города, решив прогуляться по шумным украшенным скверам. Вечерами центральные переулки становились настоящими площадками для разнообразных концертов. Порой тут мирно уживались даже совершенно несовместимые ценители оперы и ярые фанаты рока. Но люди никогда не бунтовали, а наоборот с большим интересом переходили от одного угла к другому, вливаясь то в круг оркестра, то становясь компанией одинокого гитариста. Айеро беззаботно шёл вперёд, засунув руки в карманы. И снова бесконечный поток людей, радостных, увлеченных, по-инфантильному весёлых, всё спешащих куда-то… Казалось, что в рождественскую пору все они прибывают под пеленой какого-то наркотика, который превращает унылые безжизненные лица в маски клоунов. Неужели один праздник может так изменить их и заставить закрыть глаза на все разочарования и провалы. Айеро ощущал себя сейчас безобразным пятном чернил на белоснежном листе бумаги. Он подумывал над тем, чтобы немного подзаработать, играя на гитаре, раз уж предоставился удачный момент, да и такая аудитория, но внезапно… Внезапно послышалась мелодия на скрипке. Эти протяжные и заунывные звуки в мгновение ока наполнили весь переулок. Словно журчащие ручьи воды, они плавно растекались по улице, окутывая каждое здание. Чарующая мелодия околдовала прохожих, и они стали так же медленно стекаться к источнику музыки. Внезапно шум прекратился, стих гул и крик, всё замерло в ожидании чего-то божественного. Фрэнк снял капюшон и поднял полные замешательства глаза. Он поспешил к месту, откуда доносилась мелодия, хотя совершенно не понимал, что его так притягивает. Айеро будто перестал контролировать свои действия, и какая-то неведомая сила несла его вперёд. Всё происходящее в переулке до этого момента казалось ему бессмысленным и пустым, но то, что он увидел вызвало немой восторг. Стройная высокая фигура в тёмно-синем пальто изящно двигала смычком по маленькой антикварной скрипке. Волосы чернильного цвета закрывали бледное лицо, которое выражало необъяснимую тревогу. Длинные ресницы то и дело подрагивали, пряча пронзительный взгляд. Глаза парня были в основном прикрыты, как будто он был отречён ото всей этой толпы, находился в долинах своего собственного мира. Создавалось ощущение, что парень медленно кружится в танце вместе со скрипкой, придерживая её за стройную «талию». Внезапно Фрэнк заметил одну отличительную деталь на шее парня. О тот убогий полосатый шарф, который укутывал парня, сидевшего около декоративного фонтана. Это был он, одинокий парень, в котором Айеро нашёл черты вампира. Сейчас он был нереально близко к Фрэнку, что приводило в восторг. Он совершенно случайно оказался в первых рядах собравшейся толпы слушателей и мог нагло наблюдать за чернильноволосым парнем в упор. В его выражении лица читалась буря разных эмоций. Парень будто общался со скрипкой, то смотря на неё с томной грустью, то вдруг с каким-то высокомерием вскидывал острый носик к небу. Все зрители выглядели очень обеспокоенными, словно перед ними разворачивалось драматическое представление в театре. Некоторые девушки вытирали дорожки слёз. Неожиданно глаза парня вспыхнули в тусклом свете уличного фонаря, его взгляд пристально искал жертву, бегая по рядам наблюдавших людей. В этот момент темп ускорился, мелодия стала звучать напряженно. Тем временем тёмно-изумрудные глаза парня выбрали свою жертву… Фрэнк вздрогнул, когда в его взгляд впился взгляд черноволосого парня. Ему показалось, что его личное пространство, его зона комфорта были просто разнесены в пыль. Блуждающие глаза парня говорили всё за него, и сейчас они требовали одного: зрительного поединка. Они призывали, приказывали посмотреть на него, действовали как магнит, потому что Фрэнк почувствовал, что не может отвести глаза или хотя бы на секунду закрыть их. Но парень со скрипкой смотрел не просто в глаза, он пробирался в душу, изучая потаённые уголки внутреннего мира. Энергия Айеро начала иссякать, ему было невероятно тяжко удерживать зрительный контакт, но все попытки прервать его были бесполезны. «Тот парень со скрипкой истинный вампир!» - пронеслось в голове у Фрэнка, как вдруг скрипач подмигнул, и его алые губы растеклись в дерзкой улыбке. Парень великолепно исполнял свою актёрскую роль, о которой знал лишь он один. Тем временем зрители стали замечать, что скрипач устремил своё внимание на одного единственного человека, хотя несмотря на это, скрипка в его руках ни разу не издала фальшивую ноту. В какую бы сторону не двигался парень, как бы высоко не задирал свой острый носик, изумрудные глаза продолжали сверлить своим блеском и бурей эмоций бедного Фрэнка. Айеро показалась, что на него напали со всех сторон, что даже ночное небо превратилось в огромное тёмно-синее космическое око.Ещё немного, и он окончательно сойдёт с ума… Вдруг мелодия прекратилась. Всё вокруг стихло. Как только смычок отстранился от скрипки, взгляд чернильноволосого парня резко переключился на толпу. Он пропал, исчез. Будто и не было никакого Фрэнка Айеро в кучке людей, теперь скрипач непринужденно игнорировал его. Просто не замечал. Будто потухло пламя, будто погас экран телевизора, будто бледная луна скрылась за тучами… Взгляд изумрудных глаз перестал существовать. Айеро стоял в замешательстве. Он растерянно попятился назад и принялся пробираться сквозь ряды прохожих. На душе было пусто и гадко. Наконец ему удалось сделать глоток свежего воздуха в свободном от людей переулке, после чего он поспешил убраться отсюда подальше. Эта странная встреча показалась ему мгновением, вспышкой… Но именно эта секундная вспышка перевернула что-то внутри него. Кто был этот парень-скрипач? Зачем он прожигал его своими глазами? И что за немыслимая сила сначала вдохнула в Фрэнка восторг, а затем оставила за собой противный осадок?.. Все эти вопросы мучали Айеро, пока он, не замечая ничего вокруг, шагал до ближайшего кафе. Всё, что сейчас ему было необходимо – это горячий кофе и абсолютный покой. Хотя на счёт второго он явно ошибался… Фрэнк зашёл внутрь маленького кафе на углу переулка. Увешенные гирляндами стены и лампочки причудливых форм выглядели довольно уютно. Парень заказал себе латте с карамелью и круассан. Отойдя от стойки заказов, он вдруг осознал, что даже не помнит, как сделал заказ. Что он говорил, и что при этом ему ответили… Айеро не помнил ничего, словно ходил в нелогичном сне. Внешне он, может быть, тоже был похож на ходячего мертвеца с отсутствием какой-либо реакции. Музыкант уставился в кружку с кофе и снова ушёл с астрал, перестав замечать что-либо вокруг. Внезапный щелчок двери кафе вырвал Фрэнка из этого состояния. Он оцепенел от ужаса, потому что уже в следующую секунду оказался вжатым в стену. Считанные миллиметры отделяли лицо Айеро от мертвенно-бледного лица незнакомца. Мягкие локоны чернильного цвета щекотали его скулы, а горячее дыхание опалило ухо… - А ты быстро сдался..., - ехидно прошептал парень-скрипач, убирая прядь волос Фрэнка за ухо, чтобы тот отчётливее услышал его. – Я знаю, что трудно вынести мой взгляд… Он, скажем, словно электрический ток, который парализует тебя… Хах. Надо же. Парень отстранился от виска Айеро и пристально посмотрел ему в лицо, сокращая расстояние. Теперь он ещё больше напоминал вампира, который настигнул свою жертву, а теперь заигрывает с ней перед смертью. Казалось, что он знал о существовании Фрэнка ещё задолго до их встречи и всё это время выслеживал его, подбирая подходящий момент. Будто всё было предначертано судьбой… Но почему он, почему Фрэнк?! Айеро собрал последние силы в кулак и закрыл глаза. Сработало. Теперь он мог совладать со своими мыслями и телом. Фрэнк сделал глубокий вдох-выдох, а когда открыл глаза, то чернильноволосый парень стоял уже в метре от него и беззаботно постукивал пальцами по краешку стола, при этом скучающе зевнув. - Хэй, ты первый разорвал этот «зрительный поединок», парень! Сам же отвлекся на зрителей, - настойчиво прикрикнул Фрэнк. - Ой-ой-ой, - слащавым голосом протянул незнакомец, - да я просто решил пожалеть тебя. Ещё немного, и ты бы точно потерял голову, дорогуша. То, как издевательски этот мальчишка обращался с Фрэнком, просто разжигало в нём бурю гнева. Айеро сжал кулаки и приготовился приблизится к парню. - Я Джерард кстати. Джерард Артур Уэй, если тебе интересно, - непринужденно заявил парень-скрипач, разглядывая кончики своих пальцев. - Нет, мне не интересно, придурок. Объясни, что это ещё за игры ты тут устроил?! Джерарда, кажется, не задевала ни одна грубость Фрэнка. Он лишь стоял, облокотившись на барную стойку, и периодически кидал на собеседника полный безразличия взгляд. - Видишь ли в чём дело… Люди редко когда смотрят в глаза друг другу. Они боятся затянувшегося зрительного контакта, они избегают его. Знаешь, что их так пугает?.. Эмоции. Истинные эмоции и чувства, которые глаза не смогут скрыть. Глаза – это зеркало души. По одному лишь взгляду я могу проникнуть в твой внутренний мир и сорвать пелену лжи или наигранности, которую так обожают надевать на себя люди. Вокруг одни лицемеры… Но без лицемерия нельзя выжить в нашем мире. Теперь голос Джерарда звучал холодно и резко. Да и сам Уэй скрестил руки на груди и отстранённо поглядел куда-то в сторону, всё ещё погруженный в свои мысли. От прежнего маниакального взгляда не осталось ни капли. Лишь сейчас Фрэнк мог с точностью признать, что это тот самый печальный парень-одиночка, который привлёк внимание Айеро в парке Монклерского института. - Я не смотрю пристально людям в глаза, потому что это отвлекает меня от внутреннего диалога. Я чувствую себя незащищённым, когда на меня так откровенно пялятся. А ты, Уэй, просто нагло ворвался в моё личное пространство, - раздраженно произнёс Фрэнк, указывая пальцем в лицо Джерарда. - Значит в тебе есть то, что ты скрываешь от мира и замыкаешь в себе. Вот что я скажу тебе. Между Джерардом и Фрэнком повисло молчание, которое медленно начинало давить на нервы. Фрэнк обдумывал слова, сказанные Уэйем. Сначала он воспринял всё услышанное агрессивно, но теперь это казалось ему вовремя замеченной правдой. «Если Джерарду удалось проанализировать меня по одному только взгляду, то он определенно сможет рассказать обо мне то, на что я прежде даже не обращал внимание…» - подумал Айеро. Когда чернильноволосый парень молчал, то казался призраком, нечаянно затерявшимся в мире людей. Можно было восторгаться его красотой, но в тоже время бояться его неощутимого присутствия рядом с собой. Наконец Фрэнк встал из-за стола, перебросил чехол с гитарой через плечо и направился к выходу, окинув Джерарда на прощанье косым взглядом. «Лучше бы мы вообще не встретились… От этого парня в душе поселяются смутные мысли…» - вздохнул музыкант. Но стоило Фрэнку приоткрыть дверь заведения, как бушующий порыв ветра чуть было не сорвал её с петель. За окном началась жуткая снежная буря. Крупицы снега больно вонзались в кожу, словно крошечные осколки, туман обволок улицы плотной пеленой, за которой едва был различим свет фонарей. Ночное небо пропиталось едким цветом серы от наползающих снежных туч. Прохожие в панике скрывались в первых попавшихся зданиях, вдали раздавался вой полицейской сирены. Айеро поспешил плотно захлопнуть дверь кафе, но ветер с яростью продолжал вырывать её. Парень напряг мышцы и из последних сил потянул ручку на себя. Послышался грохот, дверь захлопнулась. Трясущийся от холода Фрэнк посмотрел на фигуру Джерарда, который за всё это время ни разу не шевельнулся. Он словно снова покинул реальный мир и стеклянным взглядом смотрел в одну точку, не реагируя на творившийся хаос. Хлопнула дверь с надписью «Staff only», и мужчина, натянувший на себя куртку, прикрикнул басом: - Кафе закрывается! Просьба посетителей покинуть заведение. Фрэнк не поверил своим глазам. Неужели у него хватит смелости выйти на улицу, когда за окном разворачивается стихийное бедствие?! Все надежды Фрэнка переждать снежную бурю в тепле обрушились. Как бы ему не хотелось вообще забыть про существование этого сумасшедшего со скрипкой, Айеро всё же приблизился к парню. - Хэй, Джерард! Идём, нам нельзя оставаться в кафе на ночь. Ты меня слышишь? Мать твою, идём же! – музыкант изо всех сил старался привлечь внимание Уэя, но тот стоял неподвижно, как мраморная статуя. «Взгляд!» - пронеслось в мыслях у Фрэнка. Сейчас оставалась последняя надежда, но если ему не удастся пересилить себя, то всё пропало. Парень встал прямо перед неподвижной фигурой и зажмурился. «Ещё ближе. Нужен зрительный контакт.» Вдох-выдох, Фрэнк наклонился ближе к лицу чернильноволосого парня и моментально ощутил немалую разницу в росте, причём не в свою пользу… Приподнявшись на мыски, парень распахнул веки и задержал взгляд на глазах Джерарда. Эта поразительная близость позволяла разглядеть каждую крупинку загадочных тёмно-изумрудных глаз, которые притягивали, будто морская пучина. Вдруг зрачки дрогнули и уставились на Айеро. Фрэнк моментально отскочил в сторону, наконец обрывая затянувшийся зрительный контакт, который был адской пыткой для него. Гитарист решил не вдаваться в подробности и немедленно потянул парня к выходу. Как только они вдвоём переступили порог кафе, дверь за ними ещё раз издала оглушительный грохот, а свет погас. Снег залеплял глаза, а поток ветра мешал дышать. Фрэнку казалось, что ветер пронизывает его насквозь, прорезая дырки в теле. Дорога была заметена, не было ни единого намёка, куда следовало идти. Айеро обернулся назад в попытке найти пропавший из виду силуэт парня со скрипкой. «Почему это я вообще вдруг беспокоюсь о нём?!» Силуэт отдалявшегося Джерарда жадно поглощал туман. Через мгновение чёрное пальто скрылось из виду. Фрэнк кинулся по следам за парнем, крича в догонку в надежде остановить его. Наконец вытянутая вперёд рука наткнулась на что-то мягкое, но холодное. - Уэй! Остановись, придурок! Ты же сам не знаешь куда идёшь! Хочешь стать обледеневшим трупом? Чернильноволосый парень ещё глубже закопался носом в полосатый шерстяной шарф. Он молча повернулся и постарался нащупать тело Фрэнка. Среди молочной пелены парни не видели, лишь чувствовали. Шаги становились неувереннее, а попытки обнаружить друг друга безнадежнее. Заледеневшие пальцы Джерарда коснулись джинсовой куртки. Фрэнк мгновенно перехватил хрупкую руку и притянул парня к себе так, словно проклятая буря норовила отнять у него Уэя навсегда. - В какой стороне находится твой дом? – громким голосом просил Фрэнк, пытаясь перекричать воющую вьюгу. Но парень окаменел, прижимая к длинному пальто свою скрипку. Джерард упёрся в плечо Айеро, стоя как за каменной крепостью. Музыкант вздохнул, осознавая, что ему не стоит дожидаться какого-либо ответа от «обледеневшего трупа». До квартиры Фрэнка, а точнее до квартиры Брендона, оставалось всего пару кварталов. Парню ничего не оставалось, кроме как решиться незаметно провести нового знакомого в дом и переждать суровую ночь. - Пошли, придурок, - прикрикнул Айеро, но слышалась в этом какая-то нотка ласковости. Тусклый, едва различимый свет уличного фонаря с трудом пробивался сквозь плотную завесу снега, будто лучи маяка, блуждающие по туманному небу, - последняя надежда затерявшегося путника… Ключи дрожащими руками провернули в замочной скважине, и дверь тихо приоткрылась. Руки Фрэнка дрожали скорее от усталости, а не от холода, ведь всю дорогу до дома ему приходилось придерживать заваливавшееся на него время от времени тело Уэя. Парень убедился, что свет в квартире погашен, а из спальни доносится мирное посапывание, - путь свободен. Фрэнк приподнял совсем окоченевшего от холода Джерарда и перенёс его через порог квартиры, всё ещё не понимая, почему он это делает. Я чувствую аромат дождя и гвоздик, когда приближаюсь к твоим волосам чернильного цвета.