Vultures

poo bear feat. justin bieber, jay electronica — hard 2 face reality

      Тэхён мелко дрожит, чувствуя, как к лицу кровь приливает, позволяет себе вольность в едва слышимом, но таком рваном вздохе в тот самый момент, когда сильные холодные пальцы касаются его внутренней стороны бедра, проводят, нежно надавливая, вверх, почти к самому члену, вынуждая стыдливо ноги сжать, воспротивиться новым, но таким приятным ощущениям, будто перспектива последующей разрядки действительно ужасно пугает; хотя, возможно, так оно и есть — он никогда не испытывал чего-то подобного ранее, в том смысле, что никто прежде не касался его с такими нежностью, уверенностью и желанием доставить удовольствие в первую очередь ему как партнёру.       Тэхёна потряхивает, сердце заходится в стуке, а разум дурманится в тот самый момент, когда Чонгук мягко, но твёрдо накрывает его губы своими, не прекращая касаться, шумно через нос выдыхает, не размыкает этого потрясающего глубокого поцелуя: Ким ему целиком отдаётся, глаза закрывает и только позволяет себе простонать что-то невнятное в чужой рот, точно зная по непонятной причине, что Чон не преследует цели причинить ему боль или как-то унизить впоследствии — такое доверие по отношению к другому человеку, наверное, пугать должно несколько, но Чонгук, он повсюду сейчас: перекрывает все мысли, растворяет в себе и в желании, что собирается быстро, непозволительно быстро внизу живота, в тугой узел сжимаясь. Очевидное знание Чонгуком всего того, что он делает, эта сила, мягкая решительность в каждом движении Тэхёна дурманят и плавят настолько, что ни одна мысль в духе «мы просто друзья» не кажется сейчас чем-то неправильным, скорее — неуместным, как никогда.       Тэхён может думать только о том, что ошибался как никогда сильно, считая, что секс должен быть только после лишь свадьбы: никак нет, чёрт, спасибо тебе, Чон Чонгук, что разуверил в этой ошибке здесь и сейчас. Хотя, быть может, оно и к лучшему, верно? Потому что Тэхён даже рад, что эти впечатления для него в новинку именно с этим человеком, потому что то, что происходит с ним в тот момент, когда Чон задирает его школьную просторную рубашку, закатывая и вталкивая в чужие зубы полы, призывая держать, — это безумие. Тэхён скулит в ткань, что на манер кляпа, а после — кричит, слюной мочит, потому что Чонгук не скупится на ласки, уделяя внимание каждому миллиметру его девственной к таким прикосновениям кожи. У Тэхёна температура подскакивает на градусов сорок, пальцы жалко за чужие плечи цепляются, а глаза закрываются сами собой: ему нужно прочувствовать больше, раствориться в том, что сейчас с ним творят, но голос Чонгука бьёт по ушам в тот самый момент, когда он тихо рычит:       — Посмотри на меня.       И Ким вынужден глаза приоткрыть, чтоб на хер в них утонуть: расширившиеся от возбуждения тёмно-карие омуты в лучах раннего утра кажутся совершенно волшебными — зрачки узкие, позволяют разглядеть прожилки чёрного с удивительным жёлтым, и они завлекают, заставляют смотреть прямо вниз, чувствуя, как меж ягодицами увлажняется и начинает в воздухе вязко лимоном тянуть.       — Ты такой красивый, — тихо рокочет Чонгук с мягкой усмешкой, а потом — боже — накрывает ладонью его вставший член через ткань нижнего белья, что позволительно в силу того, что школьные штаны с Тэхёна он уже успел приспустить, расстегнув. Тэхён задыхается, мечется, но всё очевидно — навстречу толкается, трётся, ужасно смущаясь, уверенный: его лицо сейчас, оно красное-красное, потому что всё то, что происходит, — это ёбаный стыд, ещё и в коридоре школы за какие-то минуты до начала уроков. Он спиной чувствует каждую выпуклость шкафчиков, страх быть увиденными кроет его до безумия, это ещё не считая того, что по холлу развешаны камеры, но Чон, стоило только обмолвиться об этой проблеме, сказал, что она уже решена. — Ты самый красивый, Тэхён, и как бы ни было очевидно говорить это, но я не могу воспринимать тебя только в качестве друга. Я хочу попробовать больше. Мне мало только дружбы с тобой, — шепчет прямо на ухо перед тем, как прикусить за раковину до нежного остро, и, не смущаясь больше ни капли, оттягивает лямку чужих трусов и беспардонно обхватывает его текучий смазкой ствол пальцами: Тэхёну грубовато и сухо, но заводит, как убивает всё то, что Чонгук говорит ему прямо сейчас, потому что нельзя, слышите, нельзя говорить такие слова, что по лицу бьют наотмашь, во время прелюдии перед первым, чёрт, сексом, они же наносят удар в самое сердце, они калечат и мозг отключают — омега хнычет, чувствуя, что в нём обрывается что-то, и толкается этой руке прямо навстречу, аритмично, рвано и быстро, потому что ему так мало нужно для своего первого раза, так, чёрт, мало, оргазм разбивает его уже через три-четыре толчка, такой мощный и сильный, что…       Будит, словно ушат холодной воды. Тэхён подлетает в постели, чувствуя, как заходится сердце, и на одно страшное мгновение ему кажется, что он на хер ослеп от такого количества эндорфинов за раз, только потом понимая: за окном всё ещё глубокая ночь, а у него нижнее бельё всё ещё в не остывшем и липком, но в дополнение пощёчиной бьёт самим фактом мокрого сна с Чон блядским Чонгуком в главной роли такого охуенного любовника, будто ему не шестнадцать, а, на хер, лет сорок, и сексуального опыта у него за плечами — Фудзи, ни больше ни меньше. Силясь восстановить дурацкое сердцебиение, Тэхён делает пару глубоких вдохов, а потом-таки решается не думать об этом сне примерно вечность, потому что это ебанись-ебанись-ебанись, и, собравшись с духом, решает, во-первых, открыть окно, потому что недвусмысленная концентрация, блять, аромата лимона в спальне уже сравнима с вылитым в тесном туалете баллоном освежителя воздуха, и, во-вторых, — сходить в душ с целью смыть с члена всё это непотребство. И застирать трусы, да, обязательно. Но, понимая, что после водных процедур уже не уснёт, решает со вздохом принять неизбежное и посмотреть хоть время на экране телефона, но первое, на что падает взгляд, — это уведомление блядского «Инстаграма», и не просто когда-то, блять, там, а, нахуй, минуту назад, и не просто от кого-то, ебись конём, а от, конечно же:

«j_jungkook прислал вам личное сообщение» «j_jungkook отправил вам публикацию»

      Ебанись, охуенно, просто белиссимо — интересно, какой шанс, что содержание сообщения выглядит типа «бля, прикинь, ДРУГ, я только что проснулся в три часа ночи оттого, что я ебу тебя у шкафчиков в школе хаха», и Тэхён в ответ ему такой «хаха лооол прикинь, мне это тоже снилось, че, судьба, да, судьба? го реализуем, мне кажется это забавным))))))))))))))))))))))))))))) пиздец)))))))))))))))))))))».       Жизнь — говно. Но её запашок не может помешать Тэхёну посмотреть, что написал ему в три часа ночи номер один в личном топе любовников его подсознания, поэтому Ким, проваливая несколько попыток распознавания в темноте своей рожи, вбивает пароль, чтобы просто выдать вслух нервное:       — Ну охуенно. j_jungkook: дорогой мой друг, я не сплю в три часа ночи, потому что мне приснилось, что я дрочу тебе, но вовсе не потому, что я считаю, что дрочить тебе — это крутая идея, а потому, что мы друзья, а настоящие друзья всё друг другу рассказывают. было бы также неправильным, бро, утаить от тебя факт того, что я кончил. мне было очень приятно.       И следом — видео с котиком, которого моют в раковине, а ему очень нравится струйка воды. kimtae: какой шанс, что намджун уронил тебя в детстве? сто или двести процентов? j_jungkook: о, ты не спишь! я тоже не сплю! j_jungkook: интересно, твой член такой же, как в моём сне? j_jungkook: потому что, чёрт, если да, то я смогу открыть будку предсказаний у входа в школу и зарабатывать на этом? j_jungkook: интересно, меня не накажут? kimtae: двести, понял. j_jungkook: ты иногда такой скучный. почему я вообще дружу с тобой? kimtae: я уже говорил тебе: твой дурацкий метод съёма на мне не работает. найди себе какого-нибудь дурака, который точно клюнет на такое дерьмо — я не настолько идиот. j_jungkook: метод съёма? впервые слышу: мои чувства к тебе носят исключительно дружеский характер, в моём общении нет ни капли флирта kimtae: ну конечно, а я, по-твоему, слепой? j_jungkook: для девственника ты очень чутко ощущаешь флюиды, которые тебе посылают. может, ты мне врёшь и на самом деле ты матёрый секс-искуситель? kimtae: ага, нахуй, змий. спокойной ночи. kimtae: стоп, что? флюиды, которые мне посылают? ты, бля, чё, пишешь любовные романы для омег 40+? j_jungkook: нет, но хосок и намджун читают высокорейтинговые фанфики по разным фандомам и типа настолько любят это, что периодически зачитывают мне их кусками j_jungkook: периодически = всегда j_jungkook: они пытаются заманить меня в свою секту немножечко конченых и даже присылают ссылки на фанфики, которые им особенно нравятся j_jungkook: вот, смотри, например j_jungkook: ща j_jungkook: щаща kimtae: блять, может, не стоит? я верю тебе на слово j_jungkook: «Распахивает послушно, тонет в фиолетовых омутах, и даже, кажется, видит вспышку, когда иллюзионист, улыбаясь, наклоняет голову и говорит: «Расслабься, больно не будет». И расслабляется, потому что верит. Потому что больно действительно не будет, он знает. И когда чувствует первый густо смазанный палец внутри себя, что осторожно массирует стенки, вызывает странные ощущения, тоже не напрягается, позволяет утянуть себя в ещё один поцелуй — на этот раз восхитительно долгий и терпкий, с привкусом томления и его собственной спермы». j_jungkook: пиздец, скажи kimtae: я буквально не хотел это видеть j_jungkook:, но ты увидел. возможно, у тебя не было выбора kimtae: ладно, ок, возможно, твои флюиды — это не так уж и плохо j_jungkook: у меня отличные флюиды kimtae: спокойной ночи, чонгук. j_jungkook: :(

***

      — Он тебе нравится, — это первое, что говорит ему Намджун после того, как получает свою честно заработанную порцию пиздюлей за нестандартные методы пробуждения (сегодня с утра пораньше он завыл любимому младшему брату детскую песенку про акулёнка и его семью, и, блять, это было худшее, потому что певец из хёна такой же, как из Чонгука — монах). — У меня есть аргументы! — добавляет торопливо после того, как Чонгук медленно поворачивает в его сторону голову, а на его лице, очевидно, написано всё, кроме радужных перспектив на намджуново дальнейшее существование в целом.       — Ну попробуй, — голосом, не предвещающим ничего хорошего, предлагает он хёну.       — Во-первых, — и Намджун вскидывает вверх указательный палец, — ты улыбаешься, когда он тебе пишет!       — С чего ты взял, что он мне пишет?       — Возможно, я подглядел через твоё плечо, а возможно, обладаю телепатическими силами, — изрекает этот долбоёб, а Чонгук чувствует, что у него начинает дёргаться глаз. — Скорее второе, чем первое, — добавляет этот кусок идиота и, как ни в чём не бывало, продолжает гнуть свою линию: — Во-вторых, Чонгук-и, ты стал добрее. Имею в виду, весь свой сволочизм ты обличаешь в убогие попытки флирта с этим омегой каждый божий день, и теперь ты настоящая пуська, потому что ненависти на окружающих у тебя уже не хватает. Впрочем, Тэхён — его же так зовут? — мне нравится. Видно, что, в случае чего, он откусит тебе член, не задумываясь. Именно такой парень и нужен тебе, потому что твои былые подстилки были тупыми и ужасно в тебя влюблёнными, — и лицо Намджуна озаряет дебильная улыбка, а Чонгук морщится как внутренне, так и внешне: такая улыбка — это верный признак того, что долбоёб-хён сейчас спизданёт какую-то хуйню. И не прогадывает: — Знаешь, это как в фанфике, который я дочитал вчера!       — Мне не интересно.       — Это неважно, у тебя банально нет выбора, потому что ты мой родственник и сейчас всё равно узнаешь, что там был очень суровый парень, акула бизнеса, его боялись все конкуренты, и он был весь такой из себя крутой, за словом в карман не полезет, в двадцать семь уже имел целую империю…       — Такое только в фанфиках и бывает, — замечает Чонгук.       — Да пошёл ты, — беззлобно отзывается Намджун. — В общем, его все боялись, а потом на его пути появился такой же дерзкий омега, его конкурент, и знаешь что?       — Нет, не знаю и знать не…       — Чонгук, дорогой, — перебивает хён. — Запомни уже, пожалуйста, что когда я рассказываю тебе о фанфиках, то твоё мнение по поводу этого совсем не всралось. Имею в виду, что, вне зависимости от твоего желания, ты сейчас узнаешь, что произошло. В любом случае. А они, между прочим, возненавидели друг друга просто с первого взгляда, но потом альфа начал проседать по бизнесу, и ему понадобилась помощь этого омеги, и тот принял её с тем условием, что альфа будет ему во всём подчиняться, прикинь? И потом они потрахались. И поженились в конце, и это не считая того, что у омеги был бывший, который…       — Какую мораль я должен вынести для себя из этого рассказа, хён?       — Что вы с Тэхёном переспите, конечно, — Намджун смотрит на него как на придурка. — Типа, иначе не может быть. Ты научишь его быть очень плохим мальчиком, а он, наоборот, хорошо на тебя повлияет, и вы родите мне кучу-кучу племянников, а я буду учить их материться и дрочить! Скажи, круто я придумал? И, заметь, ты не отрицаешь того факта, что он тебе нравится!       — Внешне. Нужно не иметь никакого вкуса, чтобы не находить его привлекательным, хён.       — А, то есть ты хочешь сказать, что хочешь замутить с ним просто для статуса?       — Мы друзья.       — А, да, точно. Постоянно забываю об этом. А ты часто, кстати, сосёшься со своими друзьями? Почему тогда обделил Хосока вниманием? Уверен, он бы кончил от этого: он тот ещё извращенец.       Иногда Чонгук задумывается, почему Намджуна всё-таки не отдали в закрытую школу-интернат.       Возможно, всем было бы проще от этого.

***

      — Итак, — шёл третий день после тревожно-липкого сна, и сейчас здесь, в школьной курилке у забора под трибунами, возможно, Тэхёну лишь кажется, но вид у Чонгука несколько неловкий, когда тот затягивается после такого многообещающего начала, глядя на него как-то очень внимательно — ровно настолько, чтобы Ким вскинул бровь, впрочем, даже не пытаясь гадать, что именно ему сейчас скажут: Чонгук — это человек, очевидно, без каких-либо комплексов и моральных устоев и принципов, отпетый хулиган с дебильной татуировкой на лобке и объективно потрясающим телом; Тэхён не хотел на него залипать, но буквально вчера поздним вечером получил по лицу сториз Намджуна, подписавшегося на него утром минувшего дня. Намджуна, чей телефон, видимо, спиздил Хосок (потому что именно его мерзкое хихиканье Тэхён услышал на заднем плане), который имел наглость выложить видео с участием их младшего друга в пустом из-за времени спортзале; всё бы, конечно, ничего, но что было проблемой: Чонгук был мокрым и блестящим от пота, Чонгук был топлес, Чонгук тягал штангу, у Чонгука напрягались мышцы пресса, а также присутствовали вздувшиеся на руках и бицепсах вены, пока хён его страховал (а Хосок, снимая, хихикал); ничего необычного, но Тэхён всё равно подрочил с чувством собственного достоинства, которое, в принципе, после оргазма уныло утекло в сток вместе с водой и спермой. Нет ничего плохого в том, чтобы подрочить на красивое, утешал себя он после, пытаясь решить уравнение, особенно если не думать, что подрочил на Чон Чонгука, который твой друг и которому завтра в глаза придётся смотреть как-то; Чон Чонгука, который снился тебе в мокром сне, а ещё ты знаешь, что ты ему тоже снился, потому что он решил тебе сообщить об этом; Чон Чонгука, который буквально спиздил твой первый поцелуй и устроил демонстрацию лобка… tae: добрый вечер, уважаемые знатоки. soojeon: оставь трусишки всяк сюда входящий… jungwoonie143: это не смешно я буквально не знал что тот парень замужем понятно я подумал что оставить такое напоминание о себе будет клёвой идеей jinminlovesgdragon: ты оставил у него трусы чувак........... soojeon: так поступают только конченые чувак....... tae: я не знаю, что тут происходит, но это адресуется чонвону, и поэтому я соглашусь по умолчанию. jinminlovesgdragon: ИТАК НАСТАЛО ВРЕМЯ ОХУИТЕЛЬНЫХ ИСТОРИЙ и в эфире ваш покорный слуга чой джинмин, который не перестаёт мечтать взять когда-нибудь фамилию квон… soojeon: …и его коллега сон сучон с мечтами о былых временах которые сопровождались семью оргазмами за ночь… jinminlovesgdragon: в программе «трудные дни дебила чонвона» jungwoonie143: я их ненавижу. tae: воспылал к ним любовью прямо сейчас. jinminlovesgdragon: откидывая прелюдии, ничего нового: чонвон снова пошёл по ХУЁВОЙ дорожке и решил изменить ханмину, потому что тот забыл про годовщину их знакомства, а это значит, что не любит и не ценит soojeon: по этой причине он скачал приложение для знакомств, встретился с альфой, тот привёл его домой, хорошенечко выебал, а чонвон решил оставить ему свои трусики напоследок jinminlovesgdragon: но тот оказался замужем, и его муж-омега нашёл эти трусы несколько раньше, а чонвона по запаху — ещё быстрее soojeon: и набил ему ебальник jinminlovesgdragon: а потом нашёл ханмина soojeon: и возможно чонвон получил по ебальнику ещё раз. но заслуженно jungwoonie143: на следующий день он привёз цветы, а я ему чуть не засунул их в жопу и обернул всё в свою пользу. сказал ему, что мне не нужны такие вот отношения, где я не получаю любви и тепла, поэтому вынужден искать их в объятиях других альф. tae: так вы расстались или нет jungwoonie143: подожди. после этого он отвёз меня в молл и сказал, что я могу купить всё, что захочу tae: так jungwoonie143: я потратил три миллиона вон tae: так jinminlovesgdragon: нет, они не расстались. чонвон придурок, но даже он не будет бросать оленя, который заплатил ему три миллиона вон за то, что его парень поскакал на чужом хую soojeon: у ханмина есть брат? jungwoonie143: я не настолько мелочный! tae: настолько. jinminlovesgdragon: настолько soojeon: настолько. но, кажется, у Тэхёна тут была проблема??? он не просто так назвал нас знатоками, ЗНАЧИТ ДЕЛО В ДЕЛАХ АМУРНЫХ jinminlovesgdragon: кстати Я ВИДЕЛ ЧТО ВСЕ ЭТИ ТРОЕ АЛЬФ ИЗ ТВОЕЙ НОВОЙ ШКОЛЫ ПОДПИСАЛИСЬ НА ТЕБЯ АППАПМАПЛПАЛЛАЛАВУХХХ soojeon: что СЕРЬЕЗНО jinminlovesgdragon: ВЗАИМНАЯ ПОДПИСКА И ЛАЙКИ НЕТ ВЫ ПОНИМАЕТЕ jungwoonie143: нет ТЫ ПОДРУЖИЛСЯ С НИМИ? tae: возможно. jungwoonie143: нахуй три миллиона вон, я нашёл члены, на которые мне необходимо присесть ╰(▔∀▔)╯ jinminlovesgdragon: ╰(▔∀▔)╯ soojeon: ╰(▔∀▔)╯ tae: я уже могу говорить о своей проблеме, или мне подождать, пока вы втроём кончите? soojeon: ничто не мешает нам, гуру, слушать тебя, наш юный падаван ԅ(￣ε￣ԅ) tae: ок. тогда немного о последних событиях: у меня был первый поцелуй с парнем, которого я думал, что ненавижу, но потом он извинился за это и предложил мне дружбу, мы решили попробовать, он познакомил меня со своими друзьями, мы вроде начали общаться круто друг с другом, но с ним, разумеется, ближе, потому что он, ну, классный? всё было норм, а потом он приснился мне в мокром сне (ДА) и затем сказал мне, что я ему тоже. все его друзья говорят, что я ему нравлюсь, а я чувствую подвох, но буквально не могу перестать на него дрочить????????????? tae: почему вы молчите tae: ребят? soojeon: я хуею jinminlovesgdragon: я тоже jungwoonie143: а я не вижу проблемы, но на всякий случай у меня стоит tae: я не знаю, что чувствую? он бесит меня, но soojeon: ок тэ скажи мне у тебя щёчки горят, когда ты о нём думаешь? tae: возможно? jungwoonie143: значит, он тебе нравится tae: вовсе нет tae: но да, он симпатичный jinminlovesgdragon: если ты сейчас скажешь мне, что это один из тех трёх альф, то я нахуй откинусь jinminlovesgdragon: нет возможно в прямом смысле я реально пересплю с кем-то за такое событие ясно tae: нет, это не кто-то из них, но с теми ребятами я тоже общаюсь.       — Итак, — говорит Тэхён, скатившийся, подрочивший, смирившийся и напиздевший своим же друзьям об объекте своего влечения (ладно, возможно, Чонгук ему нравится самую малость).       — Вечеринка.       — Вечеринка? — выдыхая дым из лёгких, интересуется омега.       — Вечеринка. В пятницу вечером. Хосок часто устраивает их, когда его родители уезжают, и предложил мне пригласить тебя, — сообщает Чонгук, ни о каких душевных метаниях Тэхёна не подозревающий. — Вот, приглашаю. Хочешь пойти со мной?       — ...с тобой? — пауза, и Ким позорно ощущает, как сердце совершает волшебный ебоньк. — Имеешь в виду, как друзья?       — Да, конечно, — улыбается Чонгук краем рта после ещё одной небольшой заминки. — Разумеется.       — Да, окей, — ощущения, кажется, странные: облегчение вперемешку с лёгкой ноткой грусти, но Тэхён не будет думать об этом, а ещё — снова запрещает себе думать об этом всём в контексте со своим другом. — Это будет здорово. Может, найду себе там какого-нибудь альфу... — дует губы, делая вид, что улетел в мечты, — ...лишусь с ним девственности?.. — и спотыкается об обострившийся и хмурый взгляд Чонгука: того будто подменяют — ни следа от милого смущения или неловкости.       — Тэхён, я же сказал тебе. Девственность свою ты отдашь мне.       — Что?       — Что?

*** eminem — without me

      Пусть горит в аду тот, кто придумал шесть пар подряд, игнорируя наличие зачётной недели — так думает Чимин, привалившись лбом к обшарпанным дверцам и чувствуя себя выебанным в мозг, душу и сердце, а лучше бы — в задницу, пусть знает, что выглядит очень не очень и сейчас на него даже у самого лютого извращенца не встанет: в этом семестре привалило аж четыре экзамена, которые он хуй пойми как вообще будет сдавать, и три устных зачёта, которые тоже не такие уж лёгкие, и для них нужно зубрить, кажется, не конспекты, а пару десятков молитв. Возможно, сейчас бы ему как никогда пригодилась поддержка его нового друга, чьего имени и фамилии он даже не знает, как не знает и возраста, но, в принципе, это и не столь уж и важно, потому что, сколько бы лет этому парню, который дрочит на его трансляции, ни было, Чимину он импонирует из-за своей милой заботы о его здоровье и интереса к его жизни в целом: этому анониму вовсе не важно, сколько у него сантиметров, какие у него кинки и когда они могут встретиться для более тесного контакта — нет, напротив, он ведёт себя безмерно тактично и мягко, ни в коем случае на Чимина не давит, а просто общается, но не как со шлюхой, а как с личностью, простым человеком.       За всю свою «трудовую» деятельность Пак столкнулся с огромным количеством дерьма разного рода, в том числе с требованиями оказать услуги сексуального характера здесь и сейчас, но у него была возможность послать наглецов к чёрту, он от них не особо много терял в финансовом плане. Люди хотели его: часто (подавляюще) — совершенно по-животному дико; кто-то ему угрожал, кто-то расписывал, как было бы здорово засунуть ему в задницу чуть ли не ёбаный динамит — впрочем, это его, как бы странно ни прозвучало, не пугало от слова совсем — что ещё можно было ожидать от анонимного порносайта, в конце концов? — просто вызывало лёгкую тошноту и отвращение.       Этот аноним был не таким, и Чимина почему-то это цепляло. С ним многие общались, но никто не беспокоился о его здоровье (в том числе — и ментальном) так трепетно, как этот парень, который о том самом свидании даже не заикнулся ни разу, ни на чём не настаивая. Однако они не общались уже несколько дней: у Чимина физически нет сил даже на то, чтобы вбить свои логин с паролем.       И спонсор зеленоватого оттенка кожи, синяков под глазами и непонятного немытого чёрного клока вместо волос — сессия. Сессия: если о многом мечтаешь, то она нагрянет, и единственным твоим желанием будет стойкая жажда собственной смерти или хотя бы долгой комы — хоть выспишься.       Возможно, Чимину стоило идти в рекламщики.       Ритуальных, нахуй, услуг.       Старичок-лифт останавливается с жалким скрипом, тем самым, что явственно намекает на то, что ещё пара поездок — и первый пункт мечтаний он поможет выполнить с лёгкостью. Райончик у них, конечно, такое себе: дома довольно обшарпанные, контингент соответствующий: или алкоголики, или злые старики, впрочем, особо выбирать не приходится — его максимумом сейчас является съём квартиры пополам с другим человеком, который ему не то что не нравится (нет, он определённо прикольный парень, если не думать о том, какие у него хобби и способы заработка), но образ жизни соседа Чимину не совсем понятен... впрочем, ему ли, вебкам-модели, выёбываться.       Запах травки и приглушённый смешок доносятся до него даже из-под закрытой двери: очевидно, любимый сердцу сожитель сегодня пока ещё дома и снова свалит только под вечер. Нет, серьёзно, без всякого сарказма: за два года они уже научились жить друг с другом и принимать друг друга такими, какими они и являются: этот омега, с которым он снимает жильё, не осуждает подработку Чимина, а Чимин не осуждает его способы заработка, пусть и находит смешение запаха виски и травки несколько тошнотворной комбинацией... но иногда курит её вместе с этим парнишкой, чтобы выдохнуть и разгрузить собственный мозг. Он не хочет знать, где сосед достаёт наркоту в свои семнадцать, как закрывает глаза на факт того, кем тот работает: поначалу Чимин думал, что его, пожалуй, единственный друг — проститутка, а потом оказался (не)приятно удивлён суровой действительностью.       Когда они друг перед другом открылись, откровенно затрахавшись пиздеть и прятаться, в тесноватой, старой, но трёхкомнатной квартире было введено четыре строгих правила.       Правило первое, оно было выдвинуто его соседом: Чимин не водит мужиков или водит, но с кошельком, таких, каких можно раскрутить на бабло. Чимин же не планировал делать нечто подобное, но для спокойствия обеих сторон правило было принято и соблюдалось без особых усилий.       Правило второе, оно почти было выдвинуто Чимином, но его семнадцатилетний бро сказал об этом раньше: да, он ворует и, бывает, потрахивает людей за наличку, но никогда не будет пиздить из дома, и, опять же, для спокойствия обеих сторон было решено, что все пропажи лежат не на плечах Чимина, а на том, кто таскает сюда периодически разовый трах.       Правило третье было наиболее жёстким, не терпящим никаких возражений и грозилось разводом и юношеской фамилией в случае его нарушения: иметь совесть и не мешать Чимину учиться — не для того он вбухивает столько средств и сил в своё обучение, чтобы в итоге похоронить все амбиции и до престарелых лет работать вебкам-боем.       И последнее, четвёртое: не занимать ванную дольше, чем на полчаса, потому что срать в целлофановый пакетик, пардон, неудобно.       И сейчас, открывая дверь и получая по лицу запахом травы и громкой музыкой, Пак Чимин, студент девятнадцати лет, считает себя вправе выебнуться за несоблюдение правила номер три. Однако стоит показательно грохнуть входной дверью, музыка вырубается, а взору предстаёт обдолбанный полуголый блондинчик — очевидный омега — и, тоненько пискнув, начинает собирать свои шмотки, сверкая по шее засосами.       Чимин молча стоит в коридоре, скрестив на груди руки, ровно до того момента, пока незнакомец не протискивается мимо него в тесном коридоре и не улетает за дверь. И только после этого видит из-за спинки дивана абсолютно (на удивление) трезвую, но малость отёкшую рожицу с гнездом из светлых жёстких волос. Вид у рожицы — весьма виноватый, глазки бегают из стороны в сторону, а голос напоминал бы ангельский, если бы не был настолько прокуренным:       — Он хотел покурить моей дури после секса и заплатил мне за это. Сорямба, чувак. Я не хотел, чтобы ты пришёл домой, когда тут, ну, это вот всё.       — Ты спал с омегой? — вскинув брови, интересуется брюнет.       Рожица разводит ручками в стороны:       — Пихать в кого-то член — довольно приятно. Попробуй на досуге, — и встаёт, морщась, давая понять, что сейчас свалит: кожанка на плечи уже накинута, солнцезащитные очки ложатся на нос.       — Ты был в школе сегодня?       — Да, я молодец. Даже тест написал, он был таким лёгким, что мне кажется, что я учусь с долбоёбами. Буду поздно: иду на Каннам разжиться деньгами на оплату аренды. Оставишь пожрать?       — Конечно, — и пододвигается, давая соседу возможность всунуть ноги в видавшие виды кроссовки. — Тебя ждать?       — Не, не нужно, — раздаётся уже со стороны лифта в тот самый момент, когда Чимин тянется, чтобы закрыть входную дверь. — Выспись сегодня, окей? Вид такой, будто тебя всемером ебали.       — Окей. И ты не попади в беду, Юнги-я.