Господин рыцарь

      Три года спустя       Меридиан. Поворот на Меэлсторм. Тракт.       Первая декада августа. Полдень.       —…С дороги не съезжать! — мы с братом, держа коней под уздцы, внимали напутствующим речам принца-консорта. Говорил он долго — солнце успело подняться к макушкам деревьев с тех пор, как мы снялись с лагеря. — На ночь обустраивайтесь на дереве, пусть лучше кони пострадают, чем вы. И не делай такое лицо, Деймос. Я знаю, что ты умеешь, и трезво оцениваю опасность и твои шансы, — под строгим взглядом Зейдена я стушевался и вжал голову в плечи.       — Пойми, — смягчился мужчина, — я лишь забочусь о вас.       — Па-ап, мы уже сто раз это слышали! В практике ты и сам убедился, так может, хватит? Нам ехать пора! — всплеснул руками недовольный брат.       — Знаю, что умеете, а потому отпускаю, — мой учитель фехтования грустно вздохнул и потрепал нас по волосам.       Наверное, тоже хочет поехать. Думаю, они с тётей Вейрой все же сделают себе отпуск. Не одними ведь варварами заниматься, верно?       — Мой господин, не стоит задерживаться, — один из слуг шагнул вперёд и чуть поклонился, придержав серебряные ножны, второй подвёл коня поближе к начальству. — Королева просила вернуться поскорее, ваше присутствие треб-…       — Да-да, спасибо. Ох, ладно… Мальчики, удачи и берегите себя. Фобос, не забывай про медитации и не хмурься, а то морщины появятся, — Зейден улыбнулся и, легко вскочив в седло, направил лошадь в обратную сторону.       Чуть помедлив, к нему присоединились слуги. Я смотрел им вдаль и улыбался.       — Свобода! — возглас брата полностью совпал с моими мыслями. — Не стой столбом, братец! Нас ждут приключения!!!       — Эй, попрыгунчик, сначала сам на лошадь залезь, — усмехнулся я и дал знак Асфалоту.       — Так нечестно, — буркнул Оз, глядя, как мой конь послушно опускается на колени. — Жди тогда, пока я себе дерево подыщу, — цыкнув, он схватил своего мерина под уздцы и направился к ближайшей рощице.       Спустя двадцать минут цирка в исполнении моего брата и его коня, мы отправились в путь. Духи, даже не верится: мы уезжаем на месяц! Одни! В путешествие!!!       «Можно было и пораньше выбраться» .       «И кто виноват, м?»       «Я, что ли?!»       «Да никто не хва-а-тится! Да они за-а-няты! Ты что, мне не ве-е-ришь?» — передразнил я пса.       Тот спорить не стал, буркнул нечто вроде «гении тоже ошибаются» и, весело зафыркав, погрузился в сон. Я на это только улыбнулся: Гор никогда не меняется. Нет, он стал более общительным, перестал срывать свое недовольство на окружающих, но от советов, ехидства и подколов не избавился. И авторитетом своим пользовался умело. Хотя, признаться, идея остаться в лесу на ночёвку была очень соблазнительной, и тут не только уговоры Гора перевесили чашу здравого смысла. Как итог — нашу поездку отложили, брат не мог сидеть пару дней, а я в это время усиленно притворялся, что тоже не могу. Пёс же веселился, но не злобно, так что я не был в обиде.       К какому выводу я пришёл? Правильно! Тётю лучше предупреждать заранее… Не верить слепо всему что говорят и проверять полученную информацию. А Гора просить предупреждать о последующих жизненных уроках.       Да-да, пес от своего желания поучить меня не отказался, и этому я, признаться, был рад. Чего-то я понять не мог в силу разницы мышлений, с чем-то был не согласен, но больше мотал на не выросшие усы. Ещё мой хвостатый учитель знал много рецептов зелий, умел различать травы (не все, правда), разбирался в составлении заклинаний, чем и делился. Из волшебства работало, дай Духи, одно из десяти, но ценность заключалась не в формулах, а в описании, как должна вся эта магия действовать. Теперь ночью мы шастали по замку не с тяжеленным канделябром, а с маленьким светлячком. Очень простое заклинание, настолько простое, что в книгах даже не писали, как его создать, а рассказывали сразу про улучшения навроде изменения цвета, и тут только объяснения пса и помогли.       О! Кстати о цвете, нужно будет поискать марену, слабку и кипрей*. Нужно же применить другие знания Гора на практике, хе-хе-хе…       — Дей, хватит мечтать, — брат дотянулся и пихнул меня в плечо. — Что тебе Старик сказал? Не таи, я знаю, что ты к нему успел сбегать.       — О, точно! Я про местность спрашивал, а он…       Я пустился в длинный пространный пересказ.       Широкая земляная дорога петляла среди зелёных холмов. В высокой траве стрекотали кузнечики, порхали разноцветные бабочки, гудели пчелы, добираясь до полевых цветов. Солнце стояло высоко в небе, посылая жаркие лучи на головы редких путников, что не позволили себе отдых в тенистых рощах и упрямо продолжали путь. Как и они, мы не останавливаясь ехали все дальше и дальше на юг, чётко следуя отмеченному на указателе направлению.       К вечеру, естественно, обгорели. Гор шипел то ли на меня, то ли на себя, убирая воспаление (ну да, только проснулся, а тут на те! И ведь он не почувствовал, хм…), а я занимался тем же самым намазывая спину брата собственноручно изготовленной мазью. Да уж, надо вот было додуматься снять рубашки в такое пекло! Нет, не так… это ж надо было додуматься ехать по такому пеклу! Я кинул виноватый взгляд в сторону Асфалота: вот уж чьей чёрной шкуре не повезло…       — Ай! Ц-ц-ц-ц-ц! — брат дернулся под моими руками и отполз подальше.       — Упс, прости!       — Ладно, хватит уже, — Оз потянулся и стал разминать плечи, пока я убирал заветную баночку и чистился от вязкой мази. — Давай ужинать.       Он протянул мне палку со шкворчащей жиром сарделькой, что ещё секунду назад исходила соком над пламенем походного костерка. Я подул на чуть подгоревший бок и осторожно откусил. Мм, вкуснятина! Метки на левой руке нагрелись. Поняв намёк, поднёс сардельку поближе — чёрный рисунок заколыхался, и сотни ниточек, как ножом, отрезали кусок угощения, оплели, растворили и вернулись к первоначальному виду.       — Ну и как ему? — поинтересовался брат.       — Вкусно, но горелки надо срезать, — вздохнул я.       — Глазастая мамочка в своём репертуаре, — засмеялся Оз, впрочем, деловито счищая подкопченную шкурку.       — По крайней мере они не вкусные, — сказал я и запихнул хвостик сардельки в рот целиком, став похожим на степного хомяка.       Ночь, костёр, шелест листвы, звезды на чистом небе… Идиллия!       Непринужденную атмосферу прервал Гор.       «Принюхайся. Чувствуешь? С левой стороны костром тянет. С запада то есть» .       «Наверное, ещё одни путники», — пожал я плечами, но напрягся.       — Что такое? — спросил Оз, когда я поднялся, отложив прутик.       — Гор, костёр чужой учуял. Я теперь тоже, — подпрыгнув уцепился за нижнюю ветку нашего «спального» дерева, и, подтянувшись, пояснил. — Так что надо глянуть.       — Я с тобой!       Нашим пристанищем стала роща в овражке на большом холме, поэтому лезть пришлось до самой макушки. Но к сожалению, кроме обширных лугов и ещё пары таких, как наша, рощ ничего более видно не было. Тогда я крепко обхватил брата и прыгнул на соседнюю крону. Вот оно, преимущество Гора — спускаться не надо, частичное превращение в помощь!       Добравшись до крайнего на холме дерева, мы тут же увидели тот самый второй костёр. И несколько темных фигур около него. И разрушенные крепостные стены.       — Ух ты… Это что? Один из заброшенных форпостов**?       — Наверное… Пойдём посмотрим?       — А это не опасно? Там же кто-то есть, — засомневался Оз.       «Я же с вами. Только вещи соберите и с седел нагрудники *** отцепите».       «Зачем?» — не понял я.       «Снаряжение у вас потрепанное, одежда от местных богатством не выделяется, но вот брюлики на старом нагруднике портят картину».       «Мой прокол» — повинился я и поспешил ответить брату. — Гор нам поможет, но лагерь придётся разобрать.       — Будем сматывать удочки?       — Скорее всего.       Лица небритой, бандитской наружности встретили нас как родных. Пригласили к костру, предложили разделить с ними трапезу, от чего мы вежливо отказались, а я в ответ попросил пару головешек. Дескать, у нас самих огниво**** отсырело, но нам повезло увидеть их огонь.       Схватить нас разбойники, бандиты, воры или кто они там, не пытались, справедливо полагая, что наведаться к нам ночью намного практичнее, чем глотать пыль из-под копыт. Да, драгоценностей на нас нет, но вот дорогущие кони под нами есть. Эх, все же придётся уезжать из овражка, но хоть на развалины вблизи посмотрели. Что сказать, каменный памятник прошлого… кхм… внушал.       Вернувшись в лагерь, ещё раз проверили, все ли собрано, и пустили коней в сторону тракта, освещая дорогу факелами: никто не заметит, так как форт скрыт от нас холмом и густым зарослями вдоль реки, что протекает с востока от него.       Гор ворчал. Гор ныл. Гор злился.       Почему? Его план провалился и пожрать не вышло! Он-то сразу по возвращении предложил отправить Оза вперёд, а самим выждать пару часиков и проверить, правда ли это бандиты? Пёс просто не понимал, как это я не хочу, чтобы он «подзарядился».       «Это же преступники! Какая разница, что они люди? Ну мне это надо, как ты не понимаешь?!»       «Они мои сородичи. Я так не могу. Тем более, не хочу, чтоб их частички по мне болтались».       «Ничего там не болтается! Это по-другому работает», — обиделся пёс.       «Извини, мне все равно неприятно».       «Тц! Все, устал, меня не беспокоить» .       Я на это только вздохнул. Даже после мира, дружбы и воска с мёдом мы не всегда понимали друг друга. Может, и это со временем изменится, например, раньше Гор копировал извинения брата, вплоть до интонаций, а сейчас сам говорит. Не уверен, что от сердца, но и это большой шаг.       Что ж, проедем пару километров, и можно устраивать новый привал. На сей раз обойдёмся без приключений.

***

      Меридиан. Меэлсторм.       Середина августа. Вечер.       Метамур представляет из себя крохотную голубую планету, имеющую три континента: Хелмет — северный, он же центральный, так как на его юге располагается столица; Мэелсторм — южный, он же земля шахт, где добывается девяносто процентов всей руды; и, наконец, Форестхолл — западный, поставщик древесины и проблем от варваров, населяющих его степную зону. Континенты эти небольшие. При желании совершить путешествие с одного конца до другого можно за полтора-два месяца пешего пути. По-моему, так это скорее архипелаги какие-то. Эм… Главное, что они располагаются довольно близко и имеют переходы: либо появляющиеся во время отлива, либо представляющие из себя сеть подземных, не затапливаемых пещер. То есть с одного материка на другой можно перейти, не замочив ноги(*).       Раньше население этих континентов боролось друг с другом за лучшие земли, но потом пришли завоеватели из другого мира, и метамирцам пришлось объединиться, правда, не все это поддержали.       Да-да, именно метамирцам, а не метамурцам(**). А все потому, что Метамур — единственная обитаемая планета, которая располагается в центре Метамира — одного из множества параллельных миров, значимого, как проходная база, и являющегося наиболее близким к измерениям миров-титанов: Кондракара, Бездны, Земли и Пустошей. А ещё это измерение-тюрьма. К нам очень часто отправляют всяких мерзких личностей на, так сказать, «хранение». И потому уже очень давно и само измерение, и планета, и носят название столицы — Меридиан, жители соответственно меридианцы, ну или метамирцы, если по-старому. А виновато в нашей «тюремной специализации» расположение мира и та самая близость к измерениям-гигантам. Собственно порталы от этих «титанов» — исключая Кондракар — открываются именно на Метамуре (нет бы там где не живёт никто, эх…), причем самопроизвольно, что иногда приносит множество неприятностей. Как, например, прорывы тварей с Пустошей.       К слову, появление незваных гостей раньше случалось не так уж и редко. В основном это были небольшие группы путешественников, которые либо приживались, либо уходили дальше, либо прекращали (с помощью местных) свое существование. Твари были отдельным делом, так как в большинстве своём пытались уничтожить все на своём пути, но и другие варианты тоже встречались. Например, знаменитые ящерозубы вполне себе прижились, и если близко к ним не подходить, то и не тронут. Их даже разводить стали: больно шкуры у них качественные. Думаю, Гор тоже пришёл через такой портал, хотя, может, и сам открыл, молчит, партизан. Насчёт порталов — в настоящее время барьер, что ограждает нас от прорывов, прочен и стабилен, но вот до его обновления после переворота… Ух, пишут, было времечко!       Так вот, о гостях, победить захватчиков своими силами в тот раз метамирцам не удалось, и они попросили о помощи оракула Кондракара. Мужик, недолго думая, назначил прославленного рыцаря — младшего из сыновей одного из земных правителей — спасителем Метамура. Естественно, после победы его попросили стать королем. После раздумий — а нафиг ему этот геморрой? — принц согласился и вместе со своей невестой положил начало королевской династии Меридиана, дав ей свое имя — Эсканор.       Но это я к чему… Нам с братом очень повезло, в том плане, что мы были во дворце, когда королеве поступило донесение о таком чуде. Нас взяли на закрытие этого портала, параллельно рассказав, что это такое и откуда взялось. Брат был в шоке: оказывается, иные миры — это не просто легенды или выдумки нашего историка. Ну а я понял, кто, что и откуда «тырил». Слова же Гора про те самые три года расставили все на места. Если есть соединения с другими мирами, то надо просто поискать проходы, и — вуаля! — появляется возможность захватить Сердце! Наверняка существуют необитаемые и неразвитые миры, которые не жалко. Почему именно те, которые не жалко, ну…       Сердце — средоточие всей природной энергии мира. Не планеты, а именно мира. Чаще всего заключено в предмете, реже в ком-то. На самом деле в хранителей Сердце помещают специально, поэтому в случае не-передачи «эстафетной палочки» наследнику, оно возвращается в свое изначальное вместилище. Например, центральный камень в королевской короне есть не что иное, как настоящее хранилище Сердца, и оно до сих пор сохраняет с ним связь. А если у мира отнять его главную драгоценность, он начнёт погибать. А губить — это не дело.       Но такой вот портативный генератор энергии нужен Гору. Пёс, честно говоря, достал до печенок своими напоминаниями про Сердце. Говорим о погоде ли, о новой хулиганской выходке — обязательно вклинит свое навязчивое желание! Видите ли, мы медленно «инфу» собираем. Это только уже в походе он успокоился.       Ах да… Почему мы решили искать порталы сами, а не попросить королеву открыть один, допустим, на Землю, а уже оттуда отправиться в третий мир для кражи? Попросили! Оказалось, наше поведение оставляет желать лучшего, и потому с Меридиана нам хода нет. То есть отправить моего питомца на кастрацию — это можно, а устроить познавательную экскурсию для детей нельзя! Ох уж эти двойные стандарты и воспитательные заморочки. А может, и закон какой глупый имеется. Знаем, меня этой мутью стабильно потчуют. Наверное, тётушка хочет, чтоб я дело отца продолжил. Пф…       Как бы то ни было, выслушав отказ, мы стали сами искать способ найти и пройти. Для этого собрали все доступные нам данные и путем почти недельных расчетов Фобос пришел к выводу, что следующий портал на Землю (скорее всего, именно туда) должен открыться на Меэлсторме, примерно летом этого года. Информация очень не точная и в большинстве своём была попыткой ткнуть пальцем в небо, а попасть в утку. Но что поделать, если за последние десять лет порталы открывались сами всего четыре раза. Но у брата хоть что-то вышло… Я, как человек, не особо любящий математику, полностью доверился ему в этом вопросе.       В конце концов, нам удалось отпроситься у тёти, отец Оза тоже дал свое добро, предварительно сопроводив до распутья, и теперь, через неделю самостоятельного пути, мы едем по песчаной отмели, соединяющей северный и южный материки. Кроме тех развалин, больше ничего подобного нам не попадалось, и путешествие было даже слишком простым.       Сероватый песок с синей гладью вод и небесной лазурью смотрелся интересно. Но, как выяснилось, ходить по нему неудобно: острые мелкие камешки больно впивались в незащищенную кожу, рассекая до крови. Так что от купания пришлось отказаться. Впереди маячил нужный нам берег, пока ещё не очень хорошо различимый, но явно высокий. Тропа была неширокой, и присутствовало ощущение, словно едешь по воде. Асфалот всхрапнул, и я, кивнув брату, чуть тронул босыми пятками вороные бока. Кони ускорились.       Если портал найдет кто-то из немногочисленного местного населения, то у нас будет около недели, чтоб отыскать его, сделать свои дела и свалить, разминувшись с королевой. Ох, все-таки я тот еще оптимист… Одно радует, Свет Меридиана не может закрыть портал прямо из дворца. Открыть — да, закрыть — будьте добры посетить лично.       — Как думаешь, если в следующий раз положить ему осиное гнездо в постель, он прекратит нас задирать? — голос брата вывел меня из задумчивости.       — Малькхор-то? Не смеши! Эта жаба развлекается за наш счет, попутно выставляя себя несчастным перед королевой. Думаешь, пара десятков жал в заднице его остановят? — развел я руками.       — Какие гадкие слова, молодой человек, — в притворном ужасе воскликнул Оз, схватившись за сердце.       — Ваша мать обязательно о них узнает, — подхватил я, уперев руки в бока и приняв наиболее важный вид.       Наш дружный смех и конское всхрапывание заглушили шум прибоя.       Насчет отношений с придворными, они… Их не было. Нас не особо любили и раньше, а уж после «демонстрации» волшебных сил моим братом… появился Страх. В общем, кто-то особо умный сделал вывод, что сила принца не стабильна (себя самого ранил), и, естественно, нас стали побаиваться (меня за компанию). Моё тогдашнее настроение только подлило масло в огонь, убедив многих, что брат и вправду напал на меня, и плевать, что я не был ранен. Сторонились и все тут! А чего человек боится, того не любит и либо избегает, либо нападает первым. Постепенно, почти незаметно, но отношение менялось. Больше всех старался Малькхор — новенький в совете, он и в замке примерно в одно время со мной появился. Наверное, за измазанное свёклой лицо мстит, м-да. Кто же знал, что у него полная аллергия на шутки и эту самую свёклу? Хотя выражения лиц остального собрания, когда он к ним с раздувшейся красной рожей вбежал того стоили. Или нет...       В общем, то, что здешние «лорды» не могли сказать нам в лицо четыре года назад, теперь говорят спокойно. Мы отвечаем им тем же, утроив количество шуток. Благо здесь королева вовремя вмешалась и дальше дворца слухи не пошли… пока что. По крайней мере, народ к нам относится по-прежнему, то есть никак.       Из-за атмосферы неприязни или, наоборот, полного игнорирования мы и стали неделями пропадать из столицы: путешествуя и исследуя окрестности и давая время нашим жертвам остыть и потерять бдительность. Естественно, Вейра, как мать, была против отпускать нас далеко и надолго, но пошла на уступки под уговорами: нашими и своего мужа.       Пожалуй, принц Зейден был третьим, кто не относился к нам предвзято или как к малышам. Он был тем, кто возвращал нас из «загулов», и тем, кто почти всегда был на нашей стороне. С его одобрения мы пропускали уроки танцев, этикета, геральдики и прочей чуши, чтоб путешествовать по Метамуру в одиночку, хоть и недолго, и с чётким описанием дороги и пункта назначения. В моем прежнем мире подобное было бы дикостью, правда, только в цивилизованных местах, а здесь — норма. Дети частенько неделями живут в лесах, особенно в летне-осенний период, когда поспевают ягоды и наступает пора заготовок. Правда, существует вероятность нарваться на местную злобную фауну, но с Гором и магией для нас это не проблема. Для других — да, для нас — нет.       Шутя и переговариваясь, мы преодолели трехчасовой переход и оказались на Мэелсторме. Не сговариваясь, остановили коней. Перед нами возвышался отвесный скалистый берег, состоящий из темно-серых вертикально расположенных плит, уходящих в море. Приходилось задирать голову, чтоб увидеть край утеса. На вершине, цепляясь корнями за камни, росли мелкие, корявые деревца, да редкие пучки травы. По одной из плит проходила тропа, с выдолбленными кое-где редкими ступенями-ямками и спущенной сверху толстой верёвкой, выполняющей роль поручня.       — Кони здесь не пройдут, даже Асфалот, — после осмотра брат озвучил очевидное. — Предлагаю поехать вдоль берега. Если мама ездит сюда закрывать порталы, то облагороженный проход просто обязан быть!       — Тц, королева перемещается на Землю, там делает переход и снова открывает портал. Места соприкосновения фиксированы, помнишь? — угрюмо пояснил я. — Это наш был недалеко, а тут больше недели в карете трястись.       Досадная неожиданность. Мы ехали сюда, зная, что без помощи артефактов или толчка от Светоча портал откроется в определённом районе: там, где пересекаются энергетические линии планеты. Эти якобы пути в иные миры представляют собой нечто вроде пуповины, связывающей все сущее единой сетью. И когда два мира встают друг напротив друга, они образуют коридор для передачи энергии, побочным действием открывая портал. Бред, в общем, полный, но местные в сие свято верят. Так по крайней мере в книгах пишут. Как по мне, так просто эти их линии — места тектонических разломов, откуда бьёт мана. Хм, а ведь одно другому не мешает… Но сейчас не об этом, а о дороге. Я даже представить не мог, что к такому месту её НЕ будет. Чертого средневековье!       «Отъезжай назад, остановись и посмотри, где склон становится более пологим или где на камнях много травы: там должна быть пресная вода. Хоть коней напоите».       Не слушать ценных указаний у меня причин не было, и поэтому вскоре мы двигались навстречу солнцу, держась правого берега. Именно с этой стороны я заметил, что часть скалы густо заросла зеленью и сверкает в лучах заходящего светила каплями воды. Нормального подъема видно не было, но близость заката диктовала свои условия. Пришлось отправляться туда, дабы устроиться на ночлег и действительно напоить лошадей. Добираться пришлось вплавь, держа седельные сумки на весу — кони были по шею в воде.       Все наши мытарства закончились веселым потрескиванием разведенного на камнях костерка и закипающим котелком, полным наловленных крабов. Наша стоянка представляла собой выемку, шириной в десять шагов, между пологими скалами с метровым слоем наносного песка-ракушечника вместо земли или гальки. Одна из стен сочилась водой и была приспособлена нами под душ, дабы смыть с себя и животных морскую соль. Хорошо, что в этой местности нет приливов: тогда бы спать здесь было опасно. Но в безопасности я был уверен, так что как с дорогой не выйдет. Эх, это надо было, а!       Помучившись с разбиванием панцирей и маленьких клешней, чтоб наконец полакомиться крабовым мясом, мы разложили спальники, устроив что-то наподобие гнезда. Из такого выбраться так же легко, как встать с кровати, а значит безопасней. Напоследок Оз прочитал заклинание, и уже привычная мне зеленоватая дымка расползлась в стороны, образуя купол. Постепенно она выцвела, став прозрачной. Вот теперь о приближении опасности мы узнаем и проснёмся. Но главное… она совершенно не пропускает насекомых. Видать, создатель ненавидел комариный писк над ухом. Хе-хе.       — Завтра повернем в другую сторону?       — Думаешь не туда свернули? Возможно… — я устроился поудобнее и, закинув руки за голову, посмотрел в небо. — Август. Скоро звезды будут танцевать.       — Танцевать? — Оз придвинулся поближе и скопировал мои действия.       — Да. На самом деле это метеоры, падая, сгорают в атмосфере, но их много и кажется, будто они танцуют, — улыбнулся я. — А ещё падающей звезде можно загадать желание. Говорят, оно обязательно исполнится.       — Мне жаль их. Такие красивые — и погибают, — брат зевнул и сонно потёр глаза.       — Это лучше, чем если б падали. Не спал бы на астрономии и… Оз?       Брат тихонько сопел, устроившись на моем плече. Я вздохнул и улыбнулся, поправил на нем одеяло, и снова устремил взор в небеса. Гигантское скопление звёзд, издавна служащее путеводной нитью для путешественников — Поток Душ, сегодня был особенно прекрасен, а ещё при взгляде на него возникало тепло в груди. Наверное… да нет, точно! В прошлом мы всей семьёй, когда ездили в поход, собирались вечером у костра, а после просто любовались ночным небом.       «Раньше я хотел стать звездой… Чтобы сиять также ярко, но…»       «Сияли всегда другие, а ты был черным».       Гор не ответил. Только вздохнул, и я понял, что оказался прав. Возможно, когда-нибудь он мне откроется. Всё же я уже давно стал считать его другом.

***

      Солнце уже встало, но еще не заглянуло в наше пристанище, когда Асфалот разбудил нас: конь нервно ржал и бил копытом. Его сосед тоже нервничал, правда, не выражая эмоции столь бурно. Встав проверить, я сначала не понял в чем дело, ведь Оз ставил охранный контур, а потом, пока принц занялся костром, догадался осмотреть склоны. Оказалось, метрах в пятнадцати от нас, на скале с бьющей водой, кто-то сидел в зарослях тростника. Не отрывая взгляд от незваного гостя, я поймал за рукав брата.       — Да я уже разжег почти, сейчас завар… — начал тот, но замолк от моего шипения.       — Тсс… Смотри, там в зарослях, — шепнул я.       — Враг? — так же шепотом поинтересовался Оз.       — Не знаю, толком не разглядеть. Окликни его, если что мало ему не покажется, — я ухмыльнулся, чувствуя, как, нагреваясь, расползаются по телу чёрные метки.       — Мы оба готовы.       Не став долго размышлять, Оз вышел вперед и, сложив ладони рупором, крикнул:       — Мы тебя видим. Выходи!       Сначала существо не двигалось, но потом, видимо, испугавшись заискрившейся на руке брата молнии, медленно выползло из зарослей.       Лурден. Горный, судя по спутанной гриве, растущей вдоль хребта. Еще молод, так как не имеет каменных наростов. Любопытен, потому что не сбежал и не напал, когда была возможность. Анализ длился меньше секунды, но дал многое. Похоже, с этой особью мы можем договориться.       — Обмен! Путь для них, — пальцем указал на коней и ткнул на верх берега, — на, — опустившись на колени рядом с седельными сумками и пошарив среди снеди, я вытащил небольшой холщовый мешок, коим потряс в воздухе, — перец, — показал я бурые горошины, высыпав щепоть на ладонь.       О, как оживился! Вскинулся, головой закивал и, уже не боясь никого и ничего, начал спускаться. Правильно, черный перец растет только в одном-единственном месте на Форестхолле, и таким, как он, туда дороги нет. А шаманы у лурденов вроде как варят какую-то бурду с добавлением этих плодов. Где только достают? Неважно, у нас есть запас этого черного золота как раз на такой случай. За такой мешочек можно теленка купить, а это много о чем говорит.       — Он нас точно выведет? — усомнился брат, выгнув брови и смотря на меня.       — За мешок перца? Да! Тем более молнию твою он оценить успел, — усмехнулся я в ответ. — Помогай давай, седла сами себя не наденут.       «А если будут проблемы, у меня будет завтрак»,  — довольно протянул пёс.       Разочаровывать я его не стал. Посмотрим.

***

      Проводника мы, судя по всему, наняли не зря, так как нам действительно пришлось повернуть в обратную сторону. Оказалось, что левее песчаной отмели и той верхолазной тропинки находится вполне себе неплохой подъем, а местные там не ходят, так как крупное племя лурденов поселилось неподалеку. Но мы-то пошлину уже, считай, заплатили, так что наш проводник помахал руками, порычал что-то на своем, и обступившие нас «воины» с примитивным оружием вроде камня, примотанного к палке, отступили. Дальше мы передвигались уже с почетным караулом.       А вообще, нормальные ребята эти лурдены… Вон крупные камни, ветки с дороги убирают, чтоб кони не запнулись, чего народ их не любит? А, точно, они же воруют овощи с огородов и птицу домашнюю забрать не забывают. Ну, так местные сами их с насиженных мест вытесняют, я это в хрониках читал. Но это не значит, что лурдены беззащитны. Они, если люди совсем оборзеют, могут и собрать несколько племен в одно, да начистить слишком наглые морды. Иногда, правда, и упреждающий удар наносят. От того и слава у них дурная, ну, а еще потому, что внешность не ахти и язык без артефакта переводчика не разберешь. Кстати…       Я принялся рыскать в сумках, привлекая любопытные взгляды наших сопровождающих и один обеспокоенный — брата. Недостаток у артефакта был один: всегда стоять лицом к собеседнику, так как поворот головы или самого прибора приводил к прекращению его функций. Почему? А духи его знают! Может, мы чего напортачили, когда зачаровывали, может пёс чего сказать забыл. В книгах же такого не пишут, ибо все от учителя к ученику передаётся, и нам подобного не светит. Отец Оза хоть и был очень-очень, ну прямо очень слабым магом, учить отказывался, ссылаясь на жену и свое неумение. Наверное, не обманывал…       — Что-то случилось? — не вытерпел брат.       — Ага, переводчика не видел? Найти никак не могу…       — Момент, он где-то у меня, — брат похлопал себя по карманам куртки и с победным возгласом «Ага!» вынул артефакт и передал мне.       Вот теперь живем! Не медля, я повесил амулет на шею и направил в овальную пластинку каплю маны. Серебристый металл вспыхнул и замерцал ровным зеленоватым светом, приготовившись улавливать чужую речь. Обратившись к нашему проводнику, спросил:       — Как твое имя?       В ответ получил жесты, дополненные невнятным бурчанием, кое и зафиксировал артефакт, нагревшись под пальцами. Я повторил свой вопрос, и пластинка выдала нечто похожее на рулады голодного желудка.       Лурдены встрепенулись. Лурдены загомонили. Лурдены полезли смотреть ближе и чуть не огребли от взбрыкнувшего Асфалота. Коню столь явное внимание не понравилось и, судя по недовольному взгляду брата, их мнения сошлись. Что до сопровождающих — пыл поумерили, восторги остались. Похоже, кроме фраз, общий смысл которых «железка говорит!» и «хочу», я ничего не услышу. Эх…       Признаться честно, под конец нашего пути, окончившегося в стоянке племени, мне хотелось взвыть! Дорвавшиеся до увлекательного развлечения представители дикой народности стали напоминать Оза в период нашего знакомства: вопросы сыпались как из рога изобилия, причем их не столько интересовали мои ответы, сколько голос из артефакта. Даже злорадствовавший поначалу брат к концу пути заткнул уши. И только я порадовался, что мучения окончены, как встречающим нас лурденам была продемонстрирована мощь магического прогресса. И виток развлечений начался по новой, а ведь не отключишь: еще обидятся, да и выражение чистого восторга на корявых лицах стирать не хотелось…       В этом шоу даже шаман поучаствовал, он же и остановил своих сородичей, попутно пригласив нас к себе. Входя в высокий сделанный из льняной ткани шатер, я был искренне благодарен этому старому лурдену. Его гриву украшали вплетенные бусины, яркие перья и клыки зверей, придавая сухонькому шаману сходство с индейцами, жившими в моем прежнем мире. Пучки трав, нашитые на стены шатра, только увеличивали воображаемое сходство.       Нас втроем — проводника тоже — усадили на большую черную шкуру, принадлежащую, вероятно, загрызайцу, и начали расспрашивать. В процессе повествования, довольно куцего, так как язык у лурденов примитивный, нас успели накормить печеными кореньями и рыбной похлебкой. Шаман же, выслушав наши приключения и цели, ответствовал, что «мир духов не открывал свои двери», и предложил нам остаться пока в качестве гостей и поучиться магии друг друга. Тем более запасы «огненных слез» пополнены, чему он особо радовался, хваля нашего проводника за правильные действия.       Переглянувшись с братом, я понял одно: он привяжет меня к дереву, но здесь мы останемся. И я его понимаю, шанс, что нам поступит подобное предложение минимален, а научиться чему то новому, пусть и поделившись в замен, выгодно. «Да что эти дикари могут?» — спросила бы королева и была бы права. Но это по сравнению с ней, а для нас знание, как прилипать к стенам — общеизвестная способность лурденов — было бесценно!       «Узнайте про эти двери духов, может, они их открывать умеют…»       Обязательно, но сначала отдых!

***

      Так пошло наше проживание в племени. Днем мы с проводником, его, кстати, Муршик звали, лазили по скалам, собирали моллюсков, ныряли, ловили рыбу, в общем, развлекались как могли. Иногда ходили с другими детьми собирать коренья, руками их было тяжело достать, но магия здорово облегчала работу, попутно вызывая восторженное попискивание детворы. Пару раз нас даже на охоту взяли, и это было здорово! Полдня выслеживать осторожного зверя, учась читать книгу леса у следопытов, ползать в траве, подкрадываясь, чтоб в нужный момент выполнить отведенную роль в ловле лесной свиньи, а вечером впиться в сочное, приправленное травами мясо. Вот это я понимаю, каникулы!       Шаман не скупился на знания и каждое утро и вечер уделял нам время. Оз поделился знанием об иллюзии «вторая шкура», позволявшей ненадолго сменить внешний вид, что у старичка в перьях неплохо получилось. Я же научил начертанию огненной руны, что даже в ливень могла призвать пламя. Пожалуй, огненная магия и в частности руны у меня выходили лучше всего. По утверждению Гора, еще малефика, к коей относится сокрытие в тенях, должна у меня выходить на рефлексах, но пускать кровь, тем более себе, не хотелось. Да и без Сердца это было бесполезно: маны не хватит.       Нам этот обмен опыта принес знание, как гадать на внутренностях животных и рыб, как сварить целебное зелье и не превратить его в слабительное, и самое главное — как обычным песком смотреть на расстоянии. Последнее сам шаман использовать не мог, магии не хватало, а вот пред-предыдущий кастовал постоянно, из-за чего набеги на поля были очень успешными, пока люди не устроили облаву. В результате стрела между глаз оборвала жизнь столь успешного предшественника, благо знания тот передать успел.       Зрелище оказалось классное! Вот Оз берет горсть песка; хмурится, закрыв глаза; резкий взмах рукой, песок шлейфом и… на полу шатра, точно в центре начерченной фигуры образуется… мм… окно. И в нем видно королеву, беседующую со своим мужем, окруженную советниками и придворными дамами. Когда заклинание впервые получилось как надо, то естественно наше громкое «УРА!» его прервало, заодно оглушив шамана на левое ухо. Но, Духи! Оз над ним две недели бился! Так что имеем полное право орать и прыгать от радости.       Сейчас мы, вдоволь набесившиеся и выплеснувшие свои эмоции, сидели у костра. Легкий запах дыма, аромат древесной смолы, тихое потрескивание веток и душистый травяной чай в глиняной кружке, приятно согревающей руки… что может быть лучше?       — Круто, да? Стоит только представить, ЧТО с его помощью можно делать! — ухмыльнулся брат.       — Жаль, я не могу им пользоваться, так бы могли в разных местах связь держать. Наверняка и звук прикрутить вышло бы.       — Гор же говорил, что надо ему помочь и все. Мы же поэтому и путешествуем, — улыбнулся Оз и сделал большой глоток. — Ой, горячо! Ас-ас-ас… Са хвасис смеяся!!!       «Вот-вот, добудь Сердце, и будет тебе счастье. И кинь уже на него заморозку.»       Под действием заклинания Оз на секунду замер, а потом благодарно кивнул. С высунутым языком смотрелось комично, так что пришлось уткнуться в рукав футболки, пряча смех. Значит, чары сработали, хорошо… Я вздохнул, чувствуя как просел резерв маны. Не моя это стихия, ох не моя… От Гора повеяло досадой, и я поспешил поднять ему настроение, высказав последние новости. Большую часть времени он сейчас спит (королева далеко, клеща не спародировать), пробуждаясь от сильных эмоций, просто чтоб узнать в чем дело. Черный пёс — это очень любопытное создание.       «Гор?..»       «Мм?»       «Та бурда почти готова».       В ответ послышалось довольное урчание и ощущение присутствия чего-то чуждого исчезло.       Несмотря на мой скептицизм, пес идеей старого лурдена приобщить нас к традициям увлекся. И, кажется, всерьез рассчитывал на удачу этой затеи. Все сводилось к порталам, а именно самостоятельному их открытию. Шаман про «двери духов» рассказал и даже какую-то бодягу для общения с предками варить начал. Вот уже неделю настаивает. Судя по запаху спирта и ягод, это обычная настойка. Правда, туда еще различные травы и перец закладывались, но вряд ли это что-то сильно меняет. Портал-то все равно не откроет… наверное.       Послезавтра нам пора возвращаться во дворец, так что следующий день в племени последний, и его надо хорошо провести. Чтоб запомнился, а для этого надо лечь спать пораньше. Так что, не слушая протестов брата, я потащил его в выделенную для нас палатку.       Спать-спать-спать…

***

      Конец отдыха вышел запоминающимся: мы с Мурзиком, как я упорно называл нашего проводника, выловили здоровенную рыбину, да такую, что еле дотащили до стоянки. Потом вдоволь наигрались в салки с местной детворой. Успели вымазаться в шаманских красках (еле отмылись), а вечером загадывали желания под падающие звезды. Что здесь, что там у меня смотреть на августовские метеоритные дожди было традицией. И хоть я уверен, что не раз наблюдал его с семьей, сейчас смотрел будто впервые. К слову, на Меридиане я и вправду делал это впервые. То забывал, то погода плохая была…       Но настал час, и Мурзик позвал нас на праздник в честь нашего пребывания и скорого отъезда. Главным блюдом была наша утренняя добыча, и оголодавшие за день, мы очень усердно отдавали ей должное. В конце, когда все наелись, шаман предложил пообщаться с духами. И черт дернул нас согласиться!       — Хороша, ох, хороша! — приговаривал лурден, впихивая нам в руки глиняные чашки.       Отказываться было невежливо и поздно. Кислотно-розовая жидкость уже слегка покачивалась в кружке. По крайней мере, запах был приятным. Я выдохнул и сделал глоток.       Кха!!!       Ух! Эта бурда, так тщательно настаиваемая шаманом, была просто обжигающей. Спирт чистый, не иначе! Глотку мгновенно опалило огнем, а на глазах выступили слезы, а потом… потом стало весело. Дрянь оказалась привязчивой… Мы выпили еще, и еще, и спорили, кто сможет еще одну. Что было дальше, пересказывал Гор. Так вот: потом меня посетила Мысль, именно так, с большой буквы. И заключалось сие озарение вот в чем: артефакт мы создать можем? — можем, магией владеем? — владеем, следовательно, вперед, творить!!! И ведь даже кро-о-хотной мыслишки не закралось, что попытка самим создать портал, без базы знаний, без подготовки может нас УБИТЬ! Я ведь до этого на шамана рассчитывал!       В общем после посещения меня Мыслью, я тут же поделился ею с братом. Тот предложение горячо поддержал и поделился им с шаманами — их почему-то стало двое. И мы вчетвером начали «химичить». Притащили большой котел, куда корову можно было целиком запихать, скинули в него собранную со стенок шаманского шатра траву. Всю. Залили это водой, чуть не утопив сунувшегося полюбопытствовать Мурзика. А дальше мы всем племенем и с пятью шаманами плясали, пели — я так вообще на два голоса, напитывали закипающий отвар магией и… Дальше даже мой пес не помнил.       На утро, которое началось для нас около полудня, голова трещала так, словно злополучная сковородка таки треснула меня по черепу, вызвав сотрясение. Дыхнув на замерзшие руки, я едва не умер от собственного амбре. Выслушав краткий пересказ сожителя, передернул плечами. Да… вечер прошел незабываемо. Докатились называется!.. Я растолкал брата, и мы отправились умываться и пить. Но здесь нас ждал облом, воды не было на всей стоянке. Видно, вчера мы вылили все имеющиеся запасы. Пришлось топать к коням. Увы, но до живительной влаги нам самим не дойти, банально в море утонем. Лошади появлению хозяев были не рады и, задрав хвосты, отбежали подальше. Намек понят. Пёс также попросил его не трогать, дескать, ему тоже худо. Эх!       Горестно взвыв, от чего голова отозвалась ноющей болью, я прислонился к дереву и съехал вниз, ободрав спину какой-то штукой. Нащупав на шее тонкую веревку, которую еле снял дрожащими пальцами, я, сощурившись от солнечного блика попавшего на глаза, вытянул «украшение» перед собой. Это что… пряжка от ремня? Серьезно? Что я такого делал вчера?       Ромбовидная золотая пластинка с гербом Эсканоров была безжалостно отодрана от своего законного места, чему свидетельствовал кусок выгнутой застежки, и обмотана грубой нитью, за которую и была повешена на меня. Покрутив пластинку в руках, я заметил, что внешний вид ее немного изменился: треугольники и круг в центре окрасились красным. Я поковырял пальцем — похоже на стекло, но как так получилось?       Моими манипуляциями заинтересовался брат, присевший рядом и пристроивший голову на мое плечо. Забрав вещицу, он точно так же повертел ее, осматривая, но, так ничего и не добившись, протянул обратно. И выкинул бы я этот мусор, если бы не случайность. Плохо слушающиеся после вчерашнего пальцы упустили пряжку, и она упала, стукнувшись о камень. А в следующий миг мы с головой погрузились под воду…

***

      Выжимая рубашку, я с упоением рассматривал вздымающиеся ввысь небоскребы и слушал уже позабытые, но такие родные звуки большого города. Рядом брат выкручивал волосы, тихонько бормоча себе под нос и пытаясь одновременно с этим оглядеться. Его жадный взгляд скользил по новому, неизведанному миру и восторженная улыбка не сходила с лица. А причина этого всего болталась на моей шее, ярко сверкая в лучах восходящего солнца.       Без приключений, естественно, не обошлось: нас зажала местная «гопота», как выразился Гор, и по его же предложению малолетние хулиганы отправились в нокаут. А мы с часами на цепочке (боевой трофей) и парочкой ушибов тоже отправились, но в свой мир.       Жаль, нельзя задержаться подольше.

***

      На по-летнему голубом небе, деля его на две части, раскинулось гигантское пышное перо. Недалеко от него расположились еще несколько — поменьше.       — Какое огромное-е… — восхитился Оз, задрав голову, чтобы лучше рассмотреть необычное облако.       — Значит скоро погода изменится, — констатировал я и пояснил: — Примета такая.       — Как думаешь, в этот раз нам удастся поймать молнию? — спросил брат.       — Если, в отличие от прошлого раза, молнии будут, то да!       — Или советник Малькхор снова не задумает уединиться! — засмеялся Оз.       Сентябрьское солнце светило прямо в глаза, от чего приходилось щуриться, и сильно пекло, побуждая снять рубашки, тем самым открыв тело гнусу, в изобилии вьющемуся вокруг. Просьбы об отдыхе сыпались со стороны принца через каждые полчаса. Прикорнуть где-нибудь в тени и я бы не отказался, все-таки неделя на такой жаре на ком угодно скажется, но мы опаздывали.       — Фух, может все-таки привал устроим? — ну вот, опять… — В тени желательно, — Оз просяще посмотрел на меня.       — Э, не-е-т. Мы и так чуть подзадержались в гостях, а я ещё поместье хотел навестить. Как бы по приезду не досталось… — тем более, я что зря целый котёл антизагарной мази наварил?       — Мм… — брат по-детски надул губы. Потом помотал головой и улыбнулся. — А хорошо нас все-таки приняли. Врал наш учитель.       — Да нет… Просто мы и пошлину заплатили, и вели себя дружелюбно, а взбрыкни — и они попытались бы нас в плен взять для выкупа. Ты же сразу заявил, что принц. Плюс одежка сменная у нас приметная. Так-то они, считай, с будущей правящей верхушкой отношения наладили. Мы же дети! А дети легко внушаемы. Даже если не правители, то кто-то около в друзьях у племени: дорогого стоит. Думаешь, шаман просто так возился с нами, терпеливо повторяя свои уроки?       — …       — Ну-ну.       «Наивный.»       — Кхм, — Оз приосанился и вздернул подбородок. Выглядело бы донельзя пафосно, не смотри он на меня снизу вверх (Асфалот был выше его коня), — почему кто-то около? Меридиан наш.       — Едем уже, собственник, — усмехнулся я, ускоряясь. — А то нас гнус раньше сожрет!       Легкой рысью продвигаясь по лесной прогалине, лошади по брюхо скользили в выгоревшей на солнце траве и громко фыркали, прогоняя забивающуюся в ноздри мошкару. Несмотря ни на что, настроение было отличным. Ведь главное — у нас Ключ, а значит, время поиска подходящего Сердца уже настало. Мне уже не терпится отправиться в новое путешествие!       Радость наша была недолгой. Небесное предсказание сбылось: погода стремительно начала меняться. Жаль, не только буквально…