Может, потанцуем?

13 октября 2013 года Мне кажется, что жизнь стала налаживаться. Недавно мама подумывала уехать из Дерри вообще: пропажи детей участились, причем тех, что жил неподалеку от нашего дома. Город и так маленький, поэтому все это очень ее тревожит. Отцу тоже, мягко говоря, напряженности не занимать: как только вхожу на кухню, его лицо сразу багровеет, кулаки сжимаются. Уж лучше бы он говорил, чем изображал зависший на красном цвете светофор. Как мне объяснить им, что буквально любой ребенок в этом захолустье под прицелом, кроме меня одной? Прошло две недели с момента нашего разговора с Пеннивайзом в моей комнате. После этого мы не встречались лично, хотя он напоминал о себе разными способами. Некоторые из них мне были не очень по душе. Дороти стала лучше ко мне относиться. Уж не знаю, Меган с Кайлой ей вправили мозги или она сама отошла от случившегося с Роуз Лейн, но пассивной агрессии я больше не чувствую. Зато Пеннивайз со мной не согласился. На уроке геометрии в окно влетел бумажный самолетик и приземлился прямо на мою парту. Развернув, я увидела коряво написанную надпись "Хочешь, я убью ее?". "Лол, он серьезно?" - подумала я тогда, хотя очевидно, что он не шутит. Ему же это самому выгодно: он ест для выживания, я якобы избавляюсь от неприятных мне людей. И хоть я и написала выше, что он не опасен для меня, довольно часто я сомневаюсь в этом. Это же блин, странно, не находишь? Вот, даже список догадок составила, гляди: 1. Хочет использовать меня как приманку для других детей 2. Я бракованная и для пропитания не гожусь (хотя тогда зач ему со мной время проводить, опять же?) 3. Он хочет научиться дружбе и отношениям, чтобы лучше изображать эмоции Я хотела добавить сюда еще пункт про любовь до гроба и прочее, что мне бы, конечно, очень хотелось, но мы же рассматриваем негативные варианты. А они, черт возьми, куда реалистичнее смотрятся. Думаю, все разрешится, как только я дам понять, что в его играх я не участвую. Я не собираюсь поощрять его каннибализм (наверн, сложно назвать это каннибализмом, он на человека едва тянет), не буду разрешать ему убивать моих одноклассников якобы из лучших побуждений. Его это вряд ли остановит, но, как бы ужасно это ни звучало, меня меньше будет мучить совесть, если Пеннивайз убьет ту же Ти просто так, без моей наводки. Господи, хоть бы мама с папой не прочитали это. Раньше я боялась, что они заглянут в дневник потому, что я с тобой общаюсь, как с человеком, и это выглядело бы очень странно. Сейчас же у меня есть реальный секрет, суть которого я не могу объяснить даже себе.       Беатрис поставила жирную точку в конце, закрыла блокнот и положила на полку под письменным столом. После устроила очередной рейд по поискам новостей о работе школ: пробежал слушок, что Дерри хочет закрыть все школы, но округ против, потому что таким образом дети будут гулять на улице, а это ведь еще опаснее, чем ходить от дома до школы одним. Наверное.       Никакой информации не поступило. Кельман не знала, что чувствовала: ей не хотелось сидеть дома, она только с кем-то подружилась. Но если, например, правила ужесточат и после закрытия школ никому из детей нельзя будет выходить на улицу, то Пеннивайзу будет нечего есть. - Так, стоп. Это же тоже плюс. Он будет голодный, никто больше не умрет. - Беат причмокнула, будто пробовала эту мысль на вкус. А он был так себе. - Неужели я хочу, чтобы он жил, убивая всех подряд, только из-за моих глупых фантазий? Даже если я и хочу с ним быть, то мое счастье не стоит тысячи загубленных жизней. Мне только шестнадцать, я найду себе кого-то... нормального.       Брюнетка вышла из комнаты и отправилась на кухню. В голове крутились воспоминания о подвешенных детях в канализации, о недвусмысленных намеках клоуна. Он ведь даже не пытался скрыть интерес к ее плоти, который вообще не похож на юношескую озабоченность из рассказов отца. "Чушь, чушь, чушь... Во что я втянулась только."       Разогрев полуфабрикатный бургер, отвратительный как на вид, так и на запах, она подошла к своей двери. Она могла поклясться, что там кто-то есть. Она ощущает его присутствие. - Да заходи уже, Беттииии! "Твою мать, твою мать, пусть это будет галлюцинация. Я просто хочу пожрать и уснуть, за что мне это сейчас." - А может ли галлюцинация делать так, а, крошка? - спросил Пеннивайз, когда Беатрис открыла дверь. Он сидел на столе и перелистывал ее дневник. - Пенни, друзья так не делают, - она бросила тарелку с бургером на кровать и отняла блокнот у клоуна. Тот не особо сопротивлялся. - И парни, которые любят своих девушек, тоже так не делают, кстати. - Так я же, как ты написала, не люблю тебя, а... Что там было? Я хочу научиться мимикрировать под других людей, ага. - Да, я рассматриваю и такой вариант, дорогой мой человек. Хотя я очень хочу научить тебя испытывать реальные эмоции, а не просто изображать их.       В комнате резко потемнело. Пеннивайз увеличился в размерах, так, что он был вынужден согнуться под потолком, свесив голову прямо над лицом Беатрис. Сейчас он мог бы ее проглотить целиком, если бы хотел. Перчатки порвались из-за вылезших острых когтей, с множества рядов клыков текла слюна. Мертвые огни в глазах скакали так быстро, что желтая радужка едва проглядывалась сквозь этот ослепляющий блеск. - Ты, девчонка, ничто и никто передо мной. Я - Пожиратель Миров. Я старше вашей гребанной планеты, я сжирал заживо поселения и города. Я стою перед тобой, читаю чушь про себя в твоей книженции, а ты даже не в состоянии оценить всю абсурдность происходящего здесь и сейчас.       Да все она понимала. И он это знал. Он хотел извратить ее сознание, сделать податливым; любой его писк, противоречащий новому и ожидаемому образу, должен был привести ее в животный ужас. Но она, подобно матери, боялась не "ребенка", а за ребенка.       Но матери, которые в любых ситуациях ищут оправдания для чада и кидаются на амбразуру, полагают, что без детей их жизнь все равно ничего не стоит. Для них потеря ребенка равноценна самоубийству.       Однако, Пеннивайз - не потомство Беатрис. Так почему же она готова защищать его, игнорируя элементарный инстинкт самосохранения? Он орет на нее, пугает, а она все равно пытается найти в его глазах эмоции, присущие человеку.       Возможно, она уже сходит с ума, но вовсе не так, как хотелось бы клоуну.