Трансформация

— Вот оно. — понял Гарри на следующее утро. — Я свихнулся окончательно. Драконье дерьмо! Как я теперь преподавать буду, если мне призраки мерещатся? За одной из передних парт сидел новенький, о котором Гарри вчера предупредил Невилл. И сейчас профессор Поттер очень жалел, что давно вылечил зрение и не носит очки. За ними можно было бы спрятаться от бледного мальчика с длинными тёмными волосами и серьёзными глазами, тонкими пальцами перебиравшего учебные принадлежности перед ним. В Хогвартс теперь принимали с 6 лет — чтобы юные маги быстрей адаптировались. — А если Снейп переродился в маленького мальчика, и поэтому мы его не нашли? Я искал его с отрядом авроров, а он тем временем родился в какой-нибудь семье и просто рос… Хотя почему он не сделал этого сразу, а ждал почти шесть лет? И он же не знал, что я буду тут преподавать… И вообще, он не знает, что я его люблю. Зачем бы ему снова в Хогвартс? Разве что он ничего не помнит… Не без смущения Гарри представил, как вываливает все эти соображения на Гермиону, незаметно вздохнул и решил после урока послать ей летучку (недавно изобретённый шарик, погружающий в мысли и ощущения отправителя). Из-за сумасшедших графиков они почти не виделись: Гермиона наводила порядок в магических законах, а Гарри пытался справиться с несколькими потоками юных магов — приём в Хогвартс был открыт несколько раз в году, чтобы ученики не теряли драгоценного времени на ожидание начала учёбы. — Давайте познакомимся с новичком! — решительно произнёс бравый аврор Поттер, панически соображая, как же ему с юным магом теперь обращаться. Особенно если это всё-таки Снейп. — Я знаю, что это первое занятие, на котором вы присутствуете, так что… Представить вас или вы представитесь сами? — Сам, благодарю вас, сэр. — негромко, но с достоинством проговорил черноволосый мальчишка и встал, попутно усилив свой голос магией (Поттер уж готовился сделать это сам). — Меня зовут Сэм Сэлинджер. С тёмными искусствами я знаком немного, от родителей, но это очень интересная тема, сэр, и я постараюсь преуспеть в ней. «Ещё бы ты не преуспел» — подумал Гарри. — «Да ты самого Волдеморта обманывал… Инициалы те же… Так, всё Гарри, хватит, заткнись, а то Мерлином клянусь — я себя самого прокляну!» — Это отличная цель, Сэм, но учти, что для этого придётся много стараться. — Произнёс Гарри спокойным, насколько мог, тоном, и под аплодисменты одноклассников мальчик сел на своё место. — И начинать можно уже сейчас, ведь сегодня у нас тема о контагиозной магии. Скажите, на ком из вас сколько защитных амулетов?.. За урок Гарри почти умудрился заработать раздвоение личности. Одна его часть спокойно вещала, спрашивала и советовала. Другая его часть постоянно косилась на новенького, стараясь делать это незаметно, и играла в «Найди 10 отличий Сэма от юного Снейпа». При этом профессор Поттер честно старался Сэлинджера никак не выделять среди остальных, что получалось плохо. Гарри всегда считался спокойным, но довольно строгим преподавателем, и теперь ему казалось, что он совсем застращал мальчика. Конечно, виду тот не подавал, но… Вот так же вот и Снейп периодически смотрел на него своим глубоким взглядом на уроках, заставляя недоумевать. Гарри знал, что может выглядеть пугающе, несмотря на свою молодость. Многих смущали его яркие изумрудные глаза, не по годам серьёзные и заглядывающие в душу собеседника. Обычно герой войны прятал этот взгляд за привычной доброжелательностью, делающей глаза искристыми, а улыбку — притягательной. Но из-за большого количества магов, желающих приблизиться к герою, пожалуй, стоило стать менее привлекательным. И Гарри стал меняться. Теперь, иногда, если он задумывался и не контролировал себя, его взгляд вообще называли не вполне человеческим. К счастью, концентрироваться в Аврорате учили хорошо, и профессор Поттер, временно выкинув все мучившие его вопросы из головы, постарался раствориться в преподавании. Остальные уроки пролетели, как и всегда, почти незаметно, и только за ужином Гарри вспомнил, что собирался отправить Гермионе летучку про Снейпа а также редкую книгу — в качестве извинения. — А ещё же и Флоренц, — вспомнил Гарри, терзая ножом стейк. — Да Мерлин, что я как магл? Сектумсемпра! Стейк немедленно порезался сам. За преподавательским столом воцарилось молчание. — Нужно доедать и аппарировать. — разозлился Поттер. — Не хватало ещё опять подозрений в моём Тёмнолордстве! От Логботтома ему тем временем прилетела короткая записка: «Гарри, не сочти за грубость, но есть хорошая книжка по бытовой магии — «Магия дома». Там есть чары для столовых приборов, вдруг пригодятся». Мысленно Гарри взвыл и запустил в Невилла тарелкой, на деле же — сохранил лицо, дождался десерта — шоколадный брауни, украшенный мятой и сверкающей пыльцой — и сразу после аппарировал прямо из-за стола, не утруждаясь приличиями.