Больно, когда по любви

      Солнце уже давно скрылось за горизонтом, унеся с собой последнее тепло и отдав город тьме. Компания молодых, явно нетрезвых людей, пьяной походкой идет по грязным улицам большого города. Они негромко переговариваются и смеются, только один парень из компании тихо идёт позади всех, попивая любимый ямайский ром. Тёмные прядки волос развивает ветер, что придаёт ощущение свободы пьяному разуму молодого человека. Не обращая ни на что, и обращая внимание на все сразу, он смотрит по сторонам на ночной город. Казалось бы, город должен быть тихим и мирным, спать, но жизнь ночью становится ещё активнее, чем днём.       — Габриэль? Ну, Гааб! — недовольно промурлыкала девушка над ухом и повисла на плече парня мешком.       — Что, Мария? Мне плевать куда вы там собираетесь, — отмахнулся от неё, как от назойливой мухи, парень.       — Я говорю, пошли с нами, в какой-то клуб или типа того. Марсель сказал, там много разных ребяток, твой типаж тоже найдется. Будет весело, он обещает! — язык девушки заплетался, и она делала явные усилия, чтобы её понимали. — Оно тут рядом, там и выпить можно, и с омежками поразвлечься, да пойдём уже, что с тобой станет то? — Мария обиженно надула алые от алкоголя губы, но тут же расплылась в довольной улыбке. Габриэль обязательно пойдёт с ними. Куда он денется? Ему все равно, где провести ночь, главное, что не дома, в звенящей тишине его большой, пустой квартиры.       Петляя по лабиринтам домов, компания вышла на просторную улицу, в центре которой стояло яркое здание. Оно мигало огнями и пестрело неоновыми вывесками, главная из них гласила: «ЭльКабоТэ».

***

      Натан только что отбился от очередного пьяного беты. Неужели непонятно, что не твоего уровня? Он дорогая сучка, если угодно. Зарывшись рукой в волосы, жалея и успокаивая себя, парень перебирал кудрявые вихры. Дверь открылась, по ногам потянуло холодным октябрьским ветерком. Натаниэль обратился в слух: неужели ему снова придётся обслужить какого-то захмелевшего альфу? Он же уже закончил смену, пускай Снеж пойдёт! Миниатюрная девушка, с короткими распущенными черными волосами, выскочила из-за поворота и буквально подлетела к вошедшим.       — Добрый вечер, хотите выпить или что-то определенное? У нас можно провести время с альфами, омегами и бетами. Правда большинство забронировано… Но, если вам понадобится, мы обязательно постараемся вам помочь.       — Добрый вечер, да, нам нужно что-то определенно неопределенное. Ахах, простите. Выпили лишку, кхкх, можно столик? А нет, подождите, вот этому альфе, -Марсель тыкает куда-то в сторону Габриэля, — нужно…хмм, двух, да, двух омежек. Пол не важен. Должны быть послушными и нежными, возможно, бледными и слабыми. Есть похожие?       От такого конкретного описания девушка растерялась, и на секунду замешкалась:       — М-м, одну секундочку, я уточню, постойте, пожалуйста, здесь или пройдите в зал.       Как только девушка отошла на приличное расстояние, между приятелями начался не самый спокойный разговор.       — Марсель, вот какого тебе надо? Что вы все лезете то со своими длинными носами ко мне? Я разве говорил что-то про омег? Тем более двух? Я хочу напиться и вырубиться где-нибудь тут на диванчике.       — Да ладно тебе! Потом спасибо скажешь ещё. Тут лучшие омежки города, я заплачу за тебя сегодня, считай-подарок. Да и, Габ, будем честны, тебе нужно выпустить пар и как лучше это сделать? Правильно, мы здесь именно за этим!       Габриэль раздраженно мотнул головой, но уже было поздно отказываться или возражать.       Рядом, как по волшебству, оказалась встретившая их девушка:       — У нас освободилось двое молодых омег, парни. Примерно Ваше описание: один низкий, другой высокий, оба бледные, оба женственные. Работают давно, подход найдут. Но они не из дешёвого списка и цены соответствующие. Их вызывать?       Получив в ответ довольный кивок, девушка взяла в руки телефон и начала что-то набирать. В тот же миг на брелоке Натаниэля и Снежа высветилось красное сообщение, гласящее о срочном и неотложном клиенте. Начиная закипать внутри, тихо матерясь себе под нос, Натан вышел из-за угла и с намеренно через-чур ласковой улыбкой подошёл девушке:             — Шэя, дорогая, можно тебя? На минуточку, — взяв девушку под локоть, парень отвел её в сторону от ребят, — Какого черта? Моя смена окончена! Почему Снежинка не может один его обслужить? Я правда устал! — в голосе парня читалась неприкрытая злость, граничащая с истерикой.       — Натан, успокойся. Ты же знаешь, что вы со Снежем не дешевое удовольствие. Так этот парень захотел вас обоих, и мне абсолютно всё равно, что вы будете с ним делать, хоть книжки читать, хоть скакать на нем, как на скакалке, но вы проведете с ним ночь. И это не обсуждается, Натаниэль! — голос обманчиво хрупкой девушки стал металлический и противоречить ей было бессмысленно.       — Но это нечестно! Я и так был уже с четырьмя за последние шесть часов! Я, я… Я не хочу! Ну пожалуйста, пусть Снеж с ним разберётся! — лицо парня исказила гримаса боли и мольбы, но девушка была непреклонна.       Из зала в холл вылетел высокий худой парень, со светлыми, как первый снег взъерошенными волосами. Подойдя к Натану, он обнял его со спины, обвив руками за талию, и положил голову ему на затылок, ласково спросил:       — И что тут наш кудрявчик ругается? Кто обижает моего мальчика, мм?       Натаниэль выдохнул и откинулся Снежинке на грудь, позволяя гладить руки.       — Снеж, спроси у того парня, будет ли он платить за тебя двойную цену? Я ужасно устал, а Шэя отдала мои часы на сон ему на еблю. Нормально же, да? — девушка, прекрасно слышавшая эти слова, недовольно фыркнула.       — Ну хорошо, сладкий, все для тебя, как говорится, — ущипнув за пресс и взъерошив волосы парню, Снеж отходит от своих и идет к молодым людям, так и стоявшим на входе в ожидании.       Издалека ничего слышно, но Натан видит, как удивленно ползут изящные бровки его Снежинки на верх и как ехидно усмешка одного из парней расходится в разные стороны, обнажая ровный ряд острых зубов. И Натан готов поклясться, что ничего хорошего такая картина не обещает. Снеж медленно подходит к Шэе и говорит:       — Он готов заплатить двойную цену за тебя, а тройную цену за нас вдвоём, — парень удивленно мотнул головой, будто сам не верил в то, что сказал.       По выражению лица Шэи уже было понятно, чем Натаниэль будет заниматься ближайшие три часа. Поэтому он не стал даже сопротивляться и пошёл за ней к компании, с грустно поникшей головой.       — Вот это те омеги, что Вы захотели. Натаниэль и Снеж. Они проведут вас в комнату, в них есть душ и туалет, если нужно, — говорит она кому-то из молодых людей, а мальчикам, протягивая ключ от комнаты с самой большой кроватью, говорит только одно слово: «Постарайтесь».       Взглянув на клиента исподлобья забитыми глазами, Натан обнял Снежинку за талию и повёл их в лучший номер.       Габриэль, шедший сзади парней, жадно разглядывал их, раздевая взглядом. Габ не думал, что тут встретятся такие экземпляры, ведь он никогда не слышал про ЭльКабоТэ, а он знает обо всем лучшем в городе. Длинные стройные ноги светловолосого парня, обтянутые узкими синими джинсами, плавно покачивающиеся округлые бедра, поджарый живот, изящные руки… От такого вида, ещё одетого парня, уже каменеет в штанах. Шедший рядом кудрявый паренёк был не хуже: стройный стан, подтянутые, хоть и не длинные ноги, так даже лучше, сильные и цепкие руки, упругие икры и красивая линия плеч. Да, ночь будет длинная…       Зайдя в комнату, Снежинка взял Габриэля за ладонь и, подведя к кровати, уронил на нее.       — Лежи мой хороший, лежи, я буду твоей личной Снежинкой, — говорил парень, расстёгивая ремень на брюках альфы, нетерпеливо облизывая губы, от чего Габриэль нервно сглатывает.       Ремень не поддается, не важно виной тому дрожащие пальцы блондина или качество пряжки. К ним подходит Натаниэль и, нежно положив свои ладони поверх бледных ладоней Снежа, расстёгивает ремень, металлический звук расстегнувшейся ширинки прорезает воздух в комнате.       Посмотрев вниз, Габриэль резко выдыхает от возбуждения: прямо перед ним на коленях стоят два красивых парня с горящими глазами, и, нервно покусывая, облизывают пухлые красные губы в нетерпении от томительного ожидания.